by your side

Весна шла полным ходом; снег таял, природа просыпалась, а гастрольный тур сменился непродолжительными выходными. Лазарев провёл их с семьёй, как и планировал. В среду у него по плану была запись новой песни, но перед тем как появиться на студии он решил заскочить в кофейню — ему был просто необходим бодрящий напиток, и к тому же ему предстоял разговор с девушкой, которая работала бариста.

***

Дни летели чрезвычайно быстро, так как я решила сделать небольшую перестановку мебели в кофейне, а так же украсить стены новыми картинами и постерами. Лазарев не искал способов связаться со мной, и я решила, что не буду навязываться. Дверь буднично хлопнула, раздался уже привычный мне звон колокольчиков, и я "на автомате" выдала: — Здравствуйте, что будете заказывать? — я была слишком увлечена уборкой рабочего места, так что взгляд на посетителя подняла только через несколько секунд. По телу словно прошёлся электрический разряд. Всё вокруг замерло. На меня смотрел до боли в груди знакомый мне человек с орехово-карими глазами. — Привет, — начал Сергей, не сводя с меня взгляд. — Как ты? — Всё хорошо, — я пыталась сохранять спокойствие. — Так что ты хотел? — Кофе и поговорить, — ответил мужчина. — Латте, с корицей и без сахара. — Угу. Кофемашина зажужжала. Этот звук, что раздражал меня в самом начале моей карьеры...успокаивал. — Почему ты прекратила со мной общение? — надежда на то, что Лазарев передумал строить со мной диалог испарилась так же быстро, как и возникла. — Я не прекращала, — произнесла я. — Не понимаю, из-за чего ты так решил, хах... — Но ты перестала писать мне после того вечера. — А что ты вообще ожидал услышать от меня? Как я должна реагировать на то, что меня сначала целуют, а потом говорят, что нам стоит остаться друзьями? — Если я тебе нравлюсь, ты могла так и сказать, — тон его голоса изменился до более серьёзного, — а не бегать от меня. — С чего ты взял, что я от тебя бегаю? Лазарев подходит ближе и смотрит на меня сверху вниз с высоты своего роста. — Как минимум потому что ты меня заблокировала. Становится немного тревожно; сердцебиение учащается. — Серёж, я всё ещё на работе. Я не хочу чтобы мои клиенты видели тебя рядом со мной. — У тебя перерыв уже как две минуты. — Но... — Я решил поговорить с тобой, поэтому у тебя перерыв. Так долго ты ещё собираешься скрываться? Солнце, от разговоров не надо убегать. — сердце пропускает удар от такого обращения. — Хорошо. Тогда просто скажи, чего ты хочешь? Хотя нет, подожди...Что ты ко мне чувствуешь? — Ты мне нравишься. Я хотел поговорить с тобой, но был очень занят. — Серёж... Он слегка вжимает меня в стену, притягивает к себе и целует. Не так, как в прошлый раз. Гораздо нежнее, чувственнее. Я отвечаю на поцелуй, притягивая его к себе за пиджак. — Я люблю тебя, — шепчет он, наклоняясь к моему уху. — Пожалуйста, будь моей. Я обнимаю его за шею. — Я согласна, Серёж, — улыбаюсь, утыкаясь ему в грудь. — Ты свободен вечером? — Да, — отвечает Лазарев. — И я хочу провести его с тобой. Но всё же, я жду извинений за двухнедельный игнор. — Думаю, что я смогу извиниться должным образом.