***
— Если домовики ничего не напутали, то мальчика унес из кухни Поттер в сопровождении Грейнджер, — скривился Снейп, — то есть произошло именно то, чего так не хотел допустить Лорд. — Куда они могли его спрятать? — Спрятать? — брови зельевара поползли вверх. — Не думаю. Похищение ребенка не вяжется со злокачественным грифиндорством этой парочки. — А если они считают что это не похищение, а спасение? — прищурился блондин. — Помнишь историю с грейнджеровским Г.А.В.Н.Э., над которым мы когда-то так весело смеялись в мэноре? — Хм, — задумался Снейп, — спасти малыша от неправильного воспитания и вдолбить ему в голову ублюдочные догмы раннего христианства: добро, победа над злом, равенство, братство и любовь, будь она неладна... Что-то в этом есть. Но... они не знают, чей это ребенок. А ребенок этот не так уж прост... — В грифиндорской башне их нет? — Нет. Я проверил. Там только близнецы Уизли мастерят какую-то очередную пакость. — Уйти через камин они могли? — Нет. — Тогда я знаю, где они, — Драко поднялся из кресла. — Выручай-комната? — Да, — обескураженный блондин уселся обратно. — Она занята, — кивнул Снейп, — возможно, они действительно там. — Стену можно проломить... — Амбридж номер два! — ядовито оборвал крестника Снейп. — Хогвартс уже наказал ее за варварство. Ты тоже хочешь получить? — А как он ее наказал? — Лишил разума в такой степени, что даже глупая истеричная ложь Грейнджер была принята Долорес за чистую монету. А дальше ты знаешь. Запретный лес, кентавры и полгода в психиатрическом отделении Мунго. Ты тоже туда собрался? Вопрос был чисто риторическим и ответа не требовал, но Драко вспомнились идиотские события, которые приключались с ним в последние годы на Рождество, и подумал, что еще одного приключения в таком же роде его бедная голова может и не выдержать. — Я там оставил Следящие чары. Когда Выручай-комната откроется, чтобы выпустить своих посетителей — мы тут же узнаем об этом. В этот момент в камине фыркнуло пламя и на засыпанный пеплом и сажей пол вывалилось две фигуры. Драко со Снейпом вскочили, выхватывая палочки. — Э-э-э... профессор Снейп? А где директор Дамблдор? — Рон Уизли? — холодно отозвался Снейп. — У вас как всегда не хватило мозгов и воспитания, чтобы поздороваться. — Здравствуйте э-э-э, сэр. — И вам не хворать. Кто это с вами? Спутник, а точнее спутница Рона откинула капюшон и жеманно присела в неловком реверансе. — Лаванда Браун, сэр. Домовик Гарри Поттера рассказал нам, что он отправился в Хогвартс по вызову директора. Вот мы и решили помочь. — Очень мило, — саркастически усмехнулся Снейп, — директор в отъезде, я исполняю его обязанности. Идите на свой факультет и сидите там. Если потребуетесь, вас позовут. Лаванда с Роном переглянулись и дружно зашагали на выход из кабинета, не удостоив Малфоя даже взглядом или кивком головы. — Только этой парочки нам здесь и не хватало. Драко задумался, а потом неуверенно предложил: — Может быть, мне позвать Забини? Снейп иронично перекосил брови. — Драко, обратите внимание, что грифиндорцы прибывают сюда со своими подругами. А вам потребовался Забини, который уже давно определился со своими сексуальными предпочтениями не в пользу девушек. Это внушает мне некоторые опасения за вашу ориентацию... — Блейз — надежный парень! Мы дружим с детства и мне наплевать на его предпочтения. Я друзей не в постели выбираю. — Молчу, убедил, — глаза Снейпа смеялись, когда он махнул палочкой, — открою ему камин в слизеринской гостиной. А то здесь и так проходной двор... Словно в подтверждение его слов в камине вновь полыхнуло пламя. И еще раз, и еще раз, и еще... Волшебники в алых мантиях выскакивали из камина и тут же занимали боевой порядок, взяв в кабинете на прицел все что только можно. Последний из них заклинанием очистил камин и почтительно отступил в сторону. Еще одна вспышка и в кабинет директора Хогвартса вступил Министр магии Кингсли Шеклболт. — Очистите кабинет от посторонних и выйдите сами. Мне надо переговорить с мистером Снейпом с глазу на глаз. Авроры бодро вытолкали взашей Малфоя и вышли сами. Драко посчитал за благо удалиться, поскольку работники магического правопорядка посматривали на него очень недружелюбно. — Так, — бормотал он себе под нос, ссыпаясь вниз по лестницам, — чтобы в завтрашнем номере "Пророка" не написали, что сына известного Пожирателя Смерти Драко Абрахаса Малфоя задержали в школе чародейства и волшебства Хогвартс, и что он при задержании с особым цинизмом бился лицом об кулаки и ботинки авроров, надо срочно валить в подземелья и встречать там Блейза". — Итак, мистер Снейп, вас без сомнения интересует, что привело меня сюда, — почти дружелюбно начал Кингсли. — Я полагаю, что вас интересовала не моя скромная персона, а директор Дамблдор. — Хм, директор Дамблдор сейчас работает с Николасом Фламелем над чрезвычайно важной проблемой. Он не может оторваться даже на пару минут. Все что он успел — это сообщить мне, что в его отсутствие вы, мистер Снейп, узурпировали его полномочия и распоряжаетесь в школе от его имени. — Но директор Дамблдор сам передал мне... Да вот и портреты могут подтвердить... Снейп провел взглядом по рядам пустых рам. Кингсли не преминул сделать тоже самое. — М-да. Со свидетелями у вас не густо, Снейп. Инкарцеро! Снейп, весь опутанный веревками, возмущенно дернулся, но тут же осознал всю тщетность своего сопротивления. Кингсли забрал со стола палочку зельевара, прошелся по кабинету взад-вперед и начал допрос: — Оповещающие чары аврората дали сигнал, что вчера вечером с неустановленного камина в камин директора Хогвартса проник темный волшебник, имеющий при себе добрый десяток запрещенных артефактов. Мистер Снейп, кому вы помогли проникнуть в школу? "Вот это подстава! — возмущенно подумал взбешенный зельевар. — Ну, Дамблдор, ну пидорас белобородый! Какую же игру ты затеял?"***
— Почему два пожилых и опытных мага не могут выпить по стаканчику хорошего коньяка? Николас Фламель поймал ускользающую бутылку и заставил ее расплескать по бокалам благородный напиток на три пальца. Вопрос этот был, как и ранее по тексту, чисто риторическим и конкретного ответа не требовал. Поэтому Дамблдор лишь согласно кивнул головой и поднял свой бокал. — За вечность познания, друг мой! — За вечность! — слегка заплетающимся языком поддержал его Николас. Выпили. Великий ученый, распечатав вторую бутылку, чувствовал настоятельную потребность похвастаться перед старым другом. Он погрозил ему пальцем и палочкой призвал с лабораторной конторки небольшой сосуд прозрачного стекла. — Как ты думаешь, что это такое? Дамблдор лишь недоуменно поднял брови, приглашая собеседника продолжить свой рассказ. — Помнишь наши последние посиделки три года тому назад? Ты тогда поделился со мной отличной идеей и, насколько я тебя знаю, забыл о ней. А я не забыл, — пьяненько захихикал Николас, нежно поглаживая сосуд. — Не может быть! — очень натурально изумился Дамблдор. — Неужели у тебя получилось? — Хе-хе-хе! Дорогу осилит идущий, Альбус, вот так-то. Но не могу не признать — идея была твоя, поэтому получай! И он небрежным жестом отлевитировал сосуд Дамблдору. Тот взял его из воздуха и с улыбкой посмотрел на просвет. — Цвет алой зари. Цвет надежды магического мира. — Альбус, ты преувеличиваешь мои заслуги перед магическим миром. Ты хитрец. Но так и быть. Он поднялся и неуверенной походкой направился к дверям. — Сейчас я тебе еще кое-что покажу, — Николас опять погрозил пальцем и скрылся за дверью. Дамблдор, не теряя времени, выплюнул себе на ладонь несколько пористых камушков. — Хм. Пора менять. Изничтожив использованные безоары, он сунул за щеку несколько свежих и с отработанной мудрой улыбкой прикрыл глаза, ожидая возвращения Фламеля. "Кингсли уже должен был арестовать Снейпа. Азкабан зельевару не грозит, а вот посидеть пару дней в подземелье под домашним арестом ему придется. Министр уже устал от охоты на Тома и сам предложил подумать, как достойно закончить это реалити-шоу. Он, конечно, за свое кресло переживает, и именно для него применение зелья Николаса будет очень кстати. Интересно, как там Гарри с Гермионой справляются? Помощи им ждать неоткуда, а желающих помешать — целый Хогвартс-экспресс. Вот только если Драко Малфой..." В дверь ввалился улыбающийся Фламель с очередным сосудом в руках и Дамблдор прервал свои размышления, чтобы отдать должное таланту и трудолюбию своего старинного друга...