Праздник жизни

— какого быть настолько старым, мастер Дилюк? Кэйа ярко улыбается, прихлёбывая виноградный сок из стакана. Пойло на вкус — самая отвратительная гадость, что он пробовал, но сегодня можно потерпеть. — это вы у меня спрашиваете? – Дилюк приподнимает бровь, не смотря ставя стакан на полку, — мне казалось, что двадцать четыре не такой большой возраст для человека. — тебе казалось, милый. В таверне кроме них никого нет — глубокая ночь поспособствовала этому ещё пару часов назад. Кэйа, если честно, до безумия рад. Дилюк рядом с ним ведёт себя по другому. Дилюк рядом с ним почему-то улыбается даже в ночь последнего дня апреля. Это, видимо, какая-то расчудесная магия на него влияет, думает он сам, а Кэйа ничего не думает. Кэйа и так всё знает, в принципе. — пойдём домой, Люк. И оставь уже эти бедные бокалы, ты в них скоро дыру протрёшь. Без шуток, в наши дни закупать столько стекла очень затратн.. — ой, да заткнись ты – Дилюк сел на соседний стул. Кэйа замолчал скорее от неожиданного действия, чем от просьбы. Тишина в таверне — это очень, очень редкий, но иногда жутко ожидаемый гость. Сегодня, сейчас, она разливалась повсему залу, затекла в каждый угол помещения. Это было непривычно, странно,но немного приятно. Дилюк перехватил из его рук стакан, отпивая сок. На недоумивающей взгляд Кэйи немного улыбнулся, оставляя напиток. Кэйа выдохнул, и приподнял один уголок губ вверх. Он стянул с чужих рук кожаные перчатки, и, не видя никакого сопротивления, отложил их в сторону. Переплёл пальцы и выдохнул, поглаживая шрам на пальцах. Часы пробили час ночи. — с днём рождения, огонёк. Дилюк молчал, а потом уложил свой лоб ему на плечо. — уже двадцать пять – вышло тихо, но без дрожжи. Хорошо, что вообще хоть что-то получилось сказать. Прошло семь лет. Кэйа укладывает свободную ладонь ему на макушку, вытаскивая ленту из развалившегося хвоста. Откладывает ленту на стойку, мягко гладя по голове. — всё нормально, Люк? – господь, какой идиотский вопрос. Кэйа мысленно бьёт себя ладонью по лицу. В ответ тишина. — пошли домой? – тихо-тихо, будто через силу. — конечно, огонёк. И это будет первый за семь день конца апреля когда из винокурни будет слышен смех. Это первый день конца апреля, когда Дилюк улыбнётся, а Кэйа не почувствует вину. Это первый день конца апреля за последние семь лет, когда будут праздновать рождение, а не смерть