Отрывки моей жизни

— А эти цветы поставьте туда, - девушка направила руку в сторону лестницы.       Нарциссы лимонного оттенка наполняли помещение дурманяще-сладким запахом, от которого начинала кружится голова. Цветы, конечно, красивые, но кому пришло в голову выбрать настолько ароматные?       Немного помявшись на месте, я взял несколько букетов и направился в сторону лестницы.       Зал, выбранный для проведения весеннего бала чем-то напоминает бальный зал XIX века: высокий потолок, хрустальные люстры, паркет с затейливым узором и множеством мелких деталей. Но от дворцового зала тех веков его отличало наличие DJ-микшера, к которому проведено куча проводов, сабвуферов и других современных звуковых систем.       Букет за букетом я ставил в белые вазы цилиндрический формы. Запах цветов был настолько сильным, что с каждой минутой все больше начинала кружится голова, а в носу зудело от желания чихнуть. — Апчхи… — Будь здоров - послышалось где-то из-за спины. — Спасибо - обернувшись на чей-то голос, ответил я. Фраза была сказана от незнакомого парня. Наверное, это кто-то из ребят с параллели. Сам того не осознавая, я пристально смотрел на него еще секунд пятнадцать. — Чего застыл то? Или у меня что-то есть на лице? - парень потер щеку рукавом от рубашки. — А, нет, ничего - ответил я, после чего вернулся к расставленную цветов.       Парень ухмыльнулся и направился прочь.       Внезапно горло стало сдавливать, будто кто-то сильно сжал шею руками и пытался задушить. Из глаз непроизвольно потекли слезы, а голова стала кружится ещё сильнее. Ноги стали ватными, и я стремительно полетел вниз, параллельно задев несколько ваз. — Лука! Лука!.. – послышалось вдалеке.       В глазах был будто песок, из-за чего их было трудно открыть. Рядом послышался чей-то топот. Кто-то сжал мои плечи и начал трясти, повторяя: «Лука!». — Что за шум ту… - не успела девушка договорить, как увидела всю эту картину: несколько разбитых ваз, из которых вытекла вся вода, помятые бутоны нарциссов и несколько человек, собравшихся вокруг творившегося беспорядка. Девушка прошла немного вперёд: — Ну и кто виновник этого беспорядка? – голос у неё был крайне недовольный. Все немного разошлись в стороны, открывая вид на то, как несколько человек помогают мне встать. Наши взгляды с этой девушкой пересеклись. — И как вы это объясните, мистер Ламмерс? – она скрестили руки на груди.       Хоть мне и стало немного лучше, но глаза сильно зудели, а в горле чувствовалось неприятное жжение. Кивнув в знак благодарности ребятам, которые помогли подняться, я ответил: — Ну и цветы вы выбрали, конечно. Из-за их сильного аромата у меня случился аллергический приступ, так что моя работа на этом всё– отряхнул брюки и уже было хотел уйти, чтобы не усугублять аллергию. — А беспорядок за тебя убирать кто будет? Раз уж натворил дел, то будь добор прибрать за собой. А прикрываться какой-то там аллергией – это уже неуважение! – она развернулась на каблуках и быстро ушла, не дав даже что-то ответить.       Ещё какое-то время я стоял в ступоре, не зная, что и делать. Взглядом пытался найти кого-то знакомого, чтобы попросить о помощи. Вдруг заметил того паренька, что пожелал мне «Будь здоров». На еле гнущихся ногах подошёл к нему и заговорил: — Хей, можно тебя попросить о помощи? – Вопрос звучал неуверенно. — Ты что-то хотел? – по ответу было понятно, что он не сильно уж и заинтересован в разговоре. — Не мог бы ты помочь мне с.. — Нет, сорри – перебил на полуслове и ушёл.       Я смотрел, как его фигура удаляется прочь. Опрометчиво, конечно, было просить о помощи малознакомого человека, но что было делать. Немного собравшись с мыслями, принялся собирать осколки от разбитых ваз в мусорный пакет. Давалась это с трудом, ибо из глаз продолжали литься слезы, а руки покрылись сыпью. — Лука? – я услышал голос Грейс. – Что произошло? — Да так, убираю за собой беспорядок – усмехнулся и продолжил собирать осколки. Грейс отдернула меня за предплечье и чуть-ли не крича сказала: — Да ты посмотри на себя! Глаза опухшие, лицо как у рака! А ну брысь отсюда! – девушка выхватила одной рукой пакет из рук, а другой толкнула в спину. Я направился на улицу, чтобы вдохнуть свежего воздуха.

***

      Фарида упёрлась лицом в ладони и тихо заплакала. Она так устала за эти недели, которые тянулись слишком долго. Её нельзя было назвать хорошей матерью, порой она была крайне жестока с сыном, но сейчас в сердце что-то ёкнуло. Женщина никак не могла помочь. Всё, что ей оставалось, так это терпеливо ждать. Ждать, когда же Лука проснётся. Так много хотелось ему сказать, за многое попросить прощения.       Прикосновение чужой руки к плечу привело её в чувства. Фарида убрала ладони от своего лица и направила взгляд заплаканных карих глаз в сторону. — Как дела? – тихо спросил мужчина. — Никак, – ответила Фарида, попутно вытирая слёзы с щёк. – Такое чувство, что в этой больнице никому нет дела до него.       Женщина перевила взгляд на сына. Было больно смотреть на то, как он выглядел. Больничная рубашка свисала с тела. Оно было на столько худым, что можно было пересчитать все кости. Волосы сильно отрасли, что был виден их родной блондинистый цвет. Губы были сухими и все покрыты мелкими ранками. Мать взяла в обе ладони руку сына и слегка прикоснулась к ней своими губами. — Скажи мне, Джеймс, сколько это может продолжаться? Может всё же стоило перевести его в другую больницу, где врачам и медсёстрам не наплевать на пациентов? – она перевела взгляд на мужчину, что стоял позади неё.       Тот вздохнул, наклонился, и поцеловав Фариду в макушку сказал: — Здесь лучшие специалисты, поверь мне, – Джеймс выпрямился. – Врач не приходил?       Женщина хотела было возразить, но сил на это у неё не было. Она лишь помотала головой.       Мать всё продолжала держать сына за руку в надежде, что проявление тепла, заботы и переживания поможет ему очнуться. Вдруг устройство мониторинга частоты сокращения сердечного ритма запищало, давление и пульс стремительно поползли вверх. Пальцы на руке Луки дёрнулись, а глаза широко раскрылись. Фарида соскочила с места, мёртвой хваткой вцепилась в сына, и чуть ли не крича повторяла: — Лука! Лука!... – она трясла парня за плечи и старалась уловить его взгляд, но он был словно безжизненным, пустым.       Через пару минут в палату вошли врач и медсестра. Первый принялся проверять реакцию зрачков на свет, а вторая, следуя указаниям врача, подготовила шприц с лекарством для внутривенного применения. — Ну, что с ним? – женщина прервала гробовую тишину, которая стояла в помещении.       Давление снизилось, пульс пришёл в норму. Врач тяжело вздохнул, посмотрел на медсестру и помотал головой из стороны в сторону. Девушка прикрыла глаза и опустила голову вниз. Немного собравшись с мыслями, она приложила руку к глазам пациента и опустила ему веки. — Он не очнулся… – сказал врач, попутно разворачиваясь лицом к Фариде, – скачок давления вызвал нервную активность из-за чего глаза открылись… — Что? Нет, нет… Вы врёте! – женщина сорвалась на крик. Она схватилась за голову и всё повторяла: — Вы врёте… Вы мне врёте…       Джеймс подошёл к ней со спины и сомкнул руки на талии женщины. — Да не трогай ты меня! – Фарида вырвалась из объятий мужчины и, прикрыв рот рукой, вышла из палаты. Мужчина лишь устало вздохнул и потёр лоб рукой. — Мне жаль – произнёс врач. — Какой прогноз? – перебил его Джеймс. — Сложно сказать, – медработник достал из белого халата платок и стал протирать линзы очков. – Он уже три месяца в коме, что чревато многими осложнениями. — Ближе к сути. — Я предлагаю отключить его от аппаратов.       В палате повисла гробовая тишина. Мужчина пристально продолжал смотреть прямо в глаза врача. Было не очень понятно смотрит ли он со злостью или же с некоторым отчаянием. — Я пойду.       Джеймс ещё какое-то время смотрел в пустоту. Пристально, не смыкая глаз. В чувство его привёл прохладный ветер, что дунул в затылок через открытое настежь окно. Мужчина поправил волосы, сунул руки в карманы и подошёл к больничной койке. — Так просто тебе не отвертеться, – проговорил он себе под нос, попутно протягивая руку к щеке Луки. Не успев прикоснуться, Джеймс замер буквально на пару секунд, после чего убрал руку обратно в карман брюк.

***

      Женщина устало открыла глаза. Вокруг неё была кромешная тьма, а рядом нет ни души. Лишь изредка можно было услышать будто кто-то разговаривает меж собой. Вот только слова невозможно разобрать. «Где я?» промелькнуло в голове Фариды. Она не спеша зашагала вперёд. Чем дольше она шла, тем отчетливее были слышны слова: — Мама! Мамочка, смотри!       От удивления Фарида замерла на месте. Протёрла глаза руками и в один миг её ослепил яркий свет солнечных лучей. Привыкнув, женщина устремила свой взор на маленького мальчика и девушку, что сидела перед ним на корточках и разглядывала бабочку, что сидела на ладонях ребёнка. — Смотри, какие у неё красивые крылышки! – восхищаясь своей находкой, твердил мальчик. — Очень красивые, – девушка улыбнулась. – Держи её только аккуратно, так как крылья у бабочек очень хрупкие.       Ребёнок с любопытством рассматривал каждый извилистый узор на больших крыльях. В один миг бабочка пошевелила ими и с чешуек посыпалась пыльца цветов, что осела на них. Пыльца попала в нос, и мальчик чихнул, тем самым спугнув бабочку. Улыбка быстро пропала с его лица. — Эх, улетела, – ребёнок продолжал смотреть уже на пустые ладони.       Девушка протянула руку и потрепала белокурую макушку мальчишки, после чего поцеловала его в лоб и сказала: — Не расстраивайся, – она поднялась и взяла мальчика за руку. – Пойдём домой.       Фарида продолжала смотреть, как двое удаляются в даль и словно расплываются в небосводе. Она ринулась за ними, чтобы догнать, спросить о чем-то, но её остановила резкая головная боль. Взявшись за голову, женщина опустила взгляд вниз. Как только боль немного стихла, Фарида посмотрела прямо перед собой. Окружающая картина сменилась на другую: небольшая гостиная комната с малым количеством мебели в ней. Комнатушка выглядела небогато, но достаточно уютно.       Привыкнув к достаточно тусклому освещению, Фарида заметила ту же девушку, что видела до этого. Та сидела на небольшом диване и держала какую-то бумажку в руках. Вид у неё был замученный: синяки под глазами, потрепанные волосы, грустное выражение лица. Девушка откинулась на спинку дивана. Взгляд её карих глаз был устремлён в потолок. Она сидела так неподвижно довольно долго.       «Да что за чертовщина?». Фариду одновременно и злила, и пугала данная ситуация. Женщина решила дотронуться до девушки и расспросить её, что происходит. Её рука приблизилась к плечу незнакомки и… прошла сквозь него. Фарида одернула руку и сделала несколько шагов назад. «Э-это сон?» неуверенно она задала вопрос самой себе.