Триптих

Миша всегда просыпается, лежа на животе. Это его не удивляет, к этому он давно привык. Где бы ни был, в какой бы позе ни уснул, утром неизменно обнаруживает себя уткнувшимся лицом в подушку. Он чуть приподнимается на локте, свободной рукой взъерошивает и без того спутанные волосы, сонно моргает. Дальше у него есть два отработанных сценария: Миша или опускает ноги на пол, отключает будильник и идет заваривать кофе, по пути продумывая план сегодняшнего дня, или... Или он блаженно улыбается, медленно поворачивает голову направо и закусывает запястье, чтобы не произнести вслух "Спасибо". Миша гладит это красивое лицо на соседней подушке своим взглядом, боясь разбудить любовника. Потому что это Дженсен. Дженсен спит рядом с ним. И он любит бурчать под нос: "Ты слишком громко любуешься мной, дай поспать". И он любит вздыхать: "Ты же в курсе, что меня оправдают за твое убийство?", когда Миша увлекается разглядыванием и не слышит резкого звона. Тогда Миша хрипло смеется и кидает будильник в стену. - Так лучше? - Да. Я тоже тебя. Миша улыбается и молчит, глядя на разлетевшиеся по всему ковру детали механизма. Потом меланхолично замечает: - Скоро все отели внесут нас в черный список. Дженсен на это только фыркает, так и не открывая глаз. - Переживут. Как будто я им мало плачу за то, чтобы они не трепались. Потому что кто-то, - Дженсен цокает языком, - очень громко стонет. - Не все утыкается в деньги. И не могу не заметить, с утра ты слишком самодоволен. - Ой, не делай вид, что ты спишь со мной не только потому, что я знаменитость. - Кто бы говорил, - Миша смеется и снова запускает руку в свои волосы, на что любовник тут же приоткрывает один глаз и недовольно тянет: - Хватит. С этим хаосом на голове ты выглядишь так, будто я только что трахал тебя. А я ведь еще не сделал это. - Ну, так а ты ждешь какого-то особого приглашения? - Миша склоняет голову на бок. - Так предъявляй претензии почтовому ведомству, потому что я отправил открытку еще вчера. Сразу после того, как ты ввалился в номер, набрасываясь на меня и отпихивая локтем носильщика с твоим же чемоданом. - Ну, выпишем ему чек. За моральный ущерб. Хотя не думаю, что это выглядело так уж отвратительно со стороны, - морщинки вокруг глаз очерчиваются ярче. - Дженс, вряд ли беднягу предупреждали о том, что придется лицезреть сцену воссоединения двух мужиков в духе дешевых мелодрам с криками "Я люблю тебя, сукин ты сын!" с тобой в главной роли, - Миша ухмыляется и легонько гладит по щеке - первое прикосновение в этот день. - С тобой невозможно выспаться, - Дженсен недовольно хмурится. Он действительно не любит чувствовать недосып. Но Миша же видит этих довольных чертят в зеленых глазах. Черт, да он и сам безумно, безмерно, до боли в сердце, до ноющего возбуждения, до смерти - черт, ну разве можно так? - счастлив этому наконец выпавшему им шансу побыть вместе. Просто обмениваться остротами, вдоволь трахаться "Хочешь?" - "Ты еще спрашиваешь?", заказывать пиццу "Когда я потолстею, ты бросишь меня" - "Хм, старый толстый педик, но я все равно буду тебя любить" - "Ты старше меня, идиот" - "Зануда, давай уплетай", смотреть телевизор "Что за хрень крутят круглыми сутками?" - "Ты про "Сверхъестественное"? - "Заткнись" - "А что, мне нравится там один актер, посредственный, конечно, но почему-то я уверен, он хорошо сосет", слушать любимые группы друг друга "Вот сейчас, прислушайся... Это похоже на тебя" - "Миш...", не покидать помещение несколько дней и оставлять вмятины в не принадлежащих им стенах. Ну и кому какое дело, что друг другу они тоже не принадлежат? Кому какое дело? Миша кидает будильник в стену - Миша посылает весь мир к черту. - Ты, видимо, прочел не все пункты, когда подписывал пользовательское соглашение по моей эксплуатации? Там ведь черным по белому "Лишаю сна. Дорого и приятно". - А, это ты о том, в котором курсивом "Ну а ты что думал, влюбляясь в Мишу Коллинза"? - Дженсен придавливает его своим весом, трется носом о затылок и едва не мурчит, как довольный кот. - Да ты никак влюблен в меня, принцесса? - и Миша ахает: твердый член Эклза без подготовки входит в него на пару сантиметров. - Как же ты непростительно много болтаешь, - Дженсен качает головой и затыкает уже открывшийся для очередного ответа рот поцелуем. Миша стонет под ним и сразу по-другому, чуть слышно на выдохе: - Дженс... Мужчина чуть отстраняется и зацеловывает позвонки на шее - извиняется. Мише очень нравится играть. Мише очень нравится быть искренним. Мише очень нравится быть с Дженсеном. Дженсену очень нравится, когда Миша играет. Дженсену очень нравится, когда Миша искренний. Дженсену очень нравится быть с Мишей. Он опускается поцелуями ниже, касаясь дыханием, невесомо лаская подушечками пальцев. Тело под ним выгибается, и это так красиво. Так честно. - Мой ангел, - беззвучно выдыхает Дженсен. Обводит языком ямочки на пояснице, проводит ладонью между чуть напрягшихся ягодиц. Смеется - Миша раздвигает бедра и чуть приподнимает задницу. - Миш, ну что за потаскуха, - и довольно облизывается: любовник нетерпеливо постанывает, реагируя и на сокращение своего имени. Это признание в любви, только им понятное, а оттого бесконечно ценное - можно произносить на публике. Дженсен говорит "Миш" - Дженсен кричит "Я люблю его". Обильно смачивает пальцы во рту, едва-едва прикасается к пульсирующему сфинктеру. Миша так открыт, Миша совершенно не стесняется. Мягко обводит маленькую дырочку, чуть надавливает подушечкой среднего пальца. Тянет чуть в сторону. Надавливает ладонью на поясницу, заставляя Мишу выгнуться еще сильнее. Прикасается губами к внутренней стороне бедра, вынуждая раздвинуть ноги еще сильнее. Миша нетерпеливо всхлипывает, он весь как на ладони, он дрожит, но Дженсен играет с ним. Знает, как тот любит, чтобы он просил, чтобы задыхался "Дженс... Пожалуйста". - Пожалуйста что? - Ты знаешь... - Нет, скажи, что. Мише хочется сострить, хочется пошутить "Я догадывался, что слишком частые удары твоего персонажа головой о стены скажутся и на тебе", хочется сказать "Ну кто бы мог подумать, что такой сдержанный Дженсен Эклз любит все эти грязные разговорчики", хочется съязвить "Это вульгарно даже для тебя", но мысли смешиваются, реальность уже не реальность, перед глазами все плывет, член болезненно ноет, постыдно требует любого прикосновения, руки любовника контролируют, не дают потереться о простыню. Можно только закусывать наволочку и стонать. И Миша униженно умоляет: - Пожалуйста... Трахни меня. Дженсен усмехается, приникает губами ко входу, влажно вылизывает языком, имитируя проникновение. Одной ладонью массирует яички, иногда как будто случайно задевая ствол, второй заставляет развести колени еще шире. Миша скользит по шелковому белью, теряя связь с миром, не в силах даже распознать, что сейчас касается его - губы, пальцы, что? Все слишком влажно, приятно, хорошо. Дженсен заводит член назад и обхватывает головку ртом, рукой поддерживая теряющего контроль над своим телом Мишу. Дженсен вбирает член целиком, посасывает, сам стонет, щекочет языком уздечку. Позволяет уткнуться в щеку, расслабляет горло и насаживается до предела. Два его пальца уже внутри, все быстрее и быстрее двигаются внутри туда-сюда, вверх-вниз, под разными углами. Слишком горячо и слишком туго, Дженсен готов сорваться, только подумав, как будет тесно. - Дженс... Миша стонет так громко, так неслыханно пошло, но ему плевать, как он сейчас выглядит, плевать, какой умоляющей шлюхой, должно быть, он становится. Темные волосы на затылке уже мокрые, он сейчас кончит. Дженсу сносит крышу, он сам не в силах терпеть этот бесстыдный вид своего ангела. Он то ли низко стонет, то ли рычит. Секунд десять еще вбивается двумя пальцами, представляя, как сейчас будет делать это сам, и не выдерживая, наваливается сверху, почти легко входя в разработанную дырку. Трахает что есть сил, почти теряя сознание от чуть подрагивающего от удовольствия тела под ним. - Миш, - Дженсен бурно кончает, входя до предела, натягивая на себя, сжимая тазовые косточки до красных следов. Перед глазами звезды, в ушах звон - Дженсен расслабленно перекатывается на бок, устало переворачивая задыхающегося Мишу на спину. Дженсен кладет голову ему на грудь и бездумно водит ладонью по животу, пытается выровнять дыхание. Миша целует его в макушку и опускает руку, скорее бессознательно. Несколько раз проводит по своему опадающему члену рукой и, уже собираясь вытереть ее о простыню, вдруг передумывает и подносит ко рту Дженсена. Эклз поднимает глаза, в них немое "Где же предел?", но он тут же под восхищенным взглядом Миши высовывает язык и тщательно слизывает все до последней капли. - Ты такой... - Дженсен глотает, облизываясь, - ты такой охуенный. - Я люблю тебя, - серьезно произносит Миша, прижимает рукой чуть сильнее. У них обоих просто не было шансов. Вселенная все решила за них. Они лежат, пока у Дженсена не начинает урчать в животе. - Приготовить нам завтрак? - Миша улыбается и опускает ноги на пол. - Не хочу никого видеть сегодня, сделаю сам, - он поднимается и вдруг задумчиво останавливается, натыкаясь взглядом на отлетевший циферблат. Поднимает и вертит в руках - каким-то образом часы все еще работают, секунды сменяют одна другую. - Ты просто подарок судьбы, - смеется Дженсен. - Я хочу, чтобы ты был моим. Моим. Я хочу наш дом. Я хочу просыпаться от лая нашей собаки, - Миша не отводит взгляд от часов, голос негромкий, ровный. - Возможно ли для нас это? - Разве нам что-то может помешать? - Дженсен отвечает этим спокойным вопросом через 11 секунд. Израненный циферблат в руках Миши замирает. Цифры больше не меняются. Мише хочется остановить время - время останавливается. Он аккуратно кладет только что умершую часть будильника на стол. Выдыхает воздух сквозь зубы. 24 сентября. 2013 год. 10:44. Момент, когда Дженсен впервые верит в их будущее.