Пучок салатовых волос

      Куроми была недовольна дружбой. Она готова была провалиться сквозь землю, только лишь бы не общаться с Джолин и под землёй были булочки. Всё. Этого ей и не хватает для счастья. Что-то ещё? Не знаю…       Прошло только три дня, а Джолин успела ей вымотать мозги так, как не выматывает обычно. Не просто живётся с гиперактивной «подругой». Но есть главный минус: плюса нет. Серьёзно. Это просто ходячий минус: гиперактивная, чуть ли не тупая и бесячая. Зачем она только согласилась?       А вот сейчас они обе идут в кабинет математики. — Слуууушай, а вот ты не против погулять сегодня? — Против. — Ну чего ты такая бука? — Я занята. Не слышала, что я никогда не гуляю? — Чё, серьёзно? Как ты ещё рахит не подхватила… — Так… Хватит. Иди вперёд и не оглядывайся, — Джолин пошла вперёд, но через метр оглянулась. — Я сказала: не оглядывайся, — через пару секунд опять оглянулась. — Не оглядывайся, — потом опять. — Не огля-… Не оглядывайся! Ну же! Шагай.       Джолин надулась и пошла дальше. Теперь она точно не оглянётся и пойдёт дальше. А куда ей идти?       Салатовая оглянулась и получилас злобный вскрик. — Джолин! — Я просто хоте-… — Я кому сказала. — Куда идти? — На алгебру, Джолин, на алгебру! — Ладно…       «Боже, папа, ты был прав… Не стоило поддаваться соблазну… Да и всё же генетическая предрасположенность к сахару от мамы оказалась такой гадостной. Простите, мама и папа, но ваша дочь продалась на булочки», — подумала Куроми, виня себя за всё, что натворила за эту неделю.       Эта мелкая заноза везде липнет. Надо как-то избавиться. Но как? Да, точно. Курохито. Ещё одна одноклассница.       Куроми успела за перемену подговорить Курохито сесть с ней. И ей это удалось.       Когда в класс вошла радостная Джолин, сразу изменилась в лице. Хмурая она села на свободное место и приготовилась к уроку.

***

      После уроков Куроми стояла под крышей школы и ругалась на свою невнимательность: телефон забыла, пошёл дождь. Из здания вышла Джолин. Она раскрыла зонтик и пошла вниз, но на ступеньках остановилась и спросила: — Пойдём или будешь торчать тут? — Куроми молча подошла к ней и встала под зонт.       Девушки под большим чёрным зонтом шагали по улице молча. Салатовая повернула налево и сказала: — Я в аптеку, стой тут, никуда не уходи. — Угу.       Через пару минут салатовая вышла из аптеки и они пошли дальше.       Когда девушки подошли к дому Джолин, хозяйка приложила магнитный ключ к домофону и пропустила «подругу», сложила зонт, и они вдвоём на лифте поднялись на пятый этаж.       Квартиру 105 Джолин открыла ключами и пропустила опять же подругу. Когда обе сняли обувь, Куроми увидела, вероятно, отца Джолин.       Это был больной на вид мужчина с салатовыми пышными волосами, острыми зубами и такими же голубыми глазами, как и у его дочери, вот только зрачок при гневе у Джолин был постоянен или он зол. Куроми пришла к первому выводу, потому что, тепло и искренне улыбаясь, он пожал руку Куроми и представился: — Джокер. — Куроми.       Дочь Джокера поругала не без беспокойства отца за то, что он встал, и отдала ему ангиогенез. Куроми была потрясена. Обычно такие таблетки пью при раке лёгких.       Остаток времени после того, как она позвонила отцу, она провела в компании абсолютно одинаковых людей. Яблоко от яблони недалеко падает.       Потом её забрал Курон, и они вместе уехали домой.