Проблемы бытовые

— Гилберт, мать твою! Когда ты отремонтируешь этот долбанный кран?! — зло кричит Николай из глубины квартиры и вероятнее всего из ванны.— Сколько тебя уже можно просить?! — немец, продолжая слушать бесконечную ругань белоруса, устало откидывается на кровать, ставя свой сериал на паузу. Орловский, впрочем, не заставил себя долго ждать. Через пару секунд, он, словно фурия, влетел в комнату, упирая руки в боки и буквально испепеляя глазами Байльшмидта. — Да ну! Ты же знаешь, что я не очень разбираюсь в этом.— лениво фыркает Гил.— Просто вызов сантехника!— Николай скептически цокает: — Ага, чтобы он тут свои бациллы разносил. Ты и так нихера не делаешь! Уборка на мне, стирка на мне, готовка на мне. Я словно твой прислужник, ей-богу! Я вообще потакаю практически всем твоим просьбам и желаниям, а ты даже не можешь починить один несчастный кран! Просить тебя надо по десять раз на день!— устало вздыхает парень, обижено отворачиваясь от немца. Гилберт так и лежит, заложив руки за голову, отчаянно пытаясь придумать отговорки, но, как на зло, в голову ничего не приходило. — Сколько раз мне ещё нужно повторить, что бы ты поднял свою жопу и пошёл ремонтировать ёбанный кран?! — грозно шипит Коля, глядя на бездействующего мужчину. — Но Коленька! У меня сериал!— ляпнул Байльшмидт первое, что пришло в голову.— А тут такие страсти! Ты не представляешь! Белорус явно не впечатленно фыркает и выдает: — Если ты сейчас же не отремонтируешь кран, то о страстях между нами можешь как минимум на ближайший месяц забыть! — грозит Николай. Гил испуганно дёргается, прекрасно зная, что свои обещания Орловский всегда сдерживает. И только сейчас, наконец, словно умирающий лебедь, встаёт с постели и следуй за своим парнем в злополучную ванную, про себя отмечая, что с приходом великой самоизоляции Коля стал каким-то истеричным и нервным. Конечно было сложно сидеть в одной квартире целыми сутками. Да и друг другу они в последнее время надоедали дико. Если раньше Гилберт по своим рабочим делам на какое-то время уезжал то в Москву, то к себе в Калининград, то и в другие города и страны, а после соскучишийся возвращался к Орловскому и замечательно проводил время. Так им и удавалось поддерживать баланс в отношениях, отдыхать друг от друга. Но сейчас, хоть работы совсем и не поуменьшилось, теперь она вся протекала в онлайн формате. И из дома можно было выйти только разве что за покупками, да и то, ненадолго. Поэтому немец молился, что бы карантин закончился как можно быстрее. — Ну приступай!— кивает белорус на кран, когда они заходят в просторную ванну. Гилберт горемычно вздыхает и сразу лезет под раковину рассматривая шланг.— М-м-м, принеси мне ключ. — просит мужчина. Орловский тот час же удаляется и буквально через пару секунд сунет Байльшмидту нужный инструмент. В раздумии нахмурившись, Гилберт стал крутить соединители, просто надеясь, что того что он их немного помусолит, кран волшебным образом починится. Что-то мужчина закрутил потуже, что-то наоборот ослабил. Так же он решил потуже закрутить и прокладку. — Ну, что там?— спустя пару минут услышал Гил нетерпеливый голос белоруса, который все это время стоял у него на душой. — Что-что, не знаю!— пожал Байльшмидт плечами.— Включи воду, посмотрим.— мужчина встал, опираясь о раковину. Орловский, горемычно вздохнув, все же открыл кран. И о боги! Вода наконец шла нормально. Николай немного поэкспериментировал с напором и все по прежнему было в порядке.— Ну, вот видишь! — самодовольно улыбается немец, гордо упирая руки в боки, задирая нос к верху, будто совершил великий подвиг, а не просто починил кран. — Какой я у тебя! — Да-а.— усмехнувшись тянет Коля.— Ты у меня самый лучший!— обняв мужчину за шею, Орловский, чуть вставая на носочки, приблизился к лицу Байльшмидта. Гил предвкушающе ухмыльнулся, крепко обнимая парня в ответ, уже было потянувшись к его губам. — Блять, Гилберт! — резко, чуть испугав тем самым немца, крикнул Николай, когда их обдало фонтаном холодной воды, что била из сломанного крана, полностью промачивая одежду.— Мы сейчас соседей к херам затопим!— зашипел парень, прикрывая лицо руками, чтобы вода не попадала в глаза. Напор был что надо. Если медлить, то через пару минут их ванна, а в ближайшем будущем и квартира, превратятся в бассейн. — Сука!— зарычал немец. — Сейчас воду перекрою!— мужчина бросился к стояку. Спустя буквально мгновение, вода перестала бешено хлестать из крана, давая городам спокойно выдохнуть. Гилберт, после потрясения и стресса, обессилео рухнул на пол, садясь прямо в воду. — Да уж, наверно прокладку пережал.— задумчиво пробормотал альбинос, переводя дыхание. Майка со спортивками неприятно липли к телу, заставляет чувствовать себя скованным. «Уф, а сколько ещё убирать то придётся!»— печально вздохнул про себя немец. Думать о том, что сделает с ним после этого фееричного потопа Коля совершенно не хотелось. — Ну и что ты скажешь в своё оправдание? — шипит белорус, зачесывая мокрые волосы назад. Гил несмело поднимает глаза, рассматривая парня. Длинная майка была насквозь мокрой, от чего она повторяла каждый изгиб тела Орловского, словно вторая кожа, совсем не скрывающая ничего. Глаза злобно сверкали, а грудь тяжело вздымалась, на щеках выступил лёгкий румянец. — Я скажу, что ты сейчас дико сексуальный.— плотоядно облизнулся Байльшмидт. Белорус раздраженно фыркнул, отворачиваясь: — Я не поведусь снова на твои уловки. Давай, тряпку в зубы и вперёд!— грозно подытожил парень и уже было собирался уйти, как почувствовал, что крепкие руки схватили его за талию и в одночасье он упал прямо на немца.— Гилберт блять! — недовольно рычит Николай, чувствуя горячие губы, что принялись с остервенением целовать его шею и плечи. — Ах, Гилберт! Прекрати!— белорус дергается, в попытке выбраться из кольца рук. Но тщетно. Хотя, по правде сказать, если бы он хотел, то уже давно бы вырвался. Из горла парня вырвался тихий стон, когда одной рукой мужчина принялся играть с его соском, сжимая и выкручивая, а второй забрался в боксеры, начиная ласкать потихоньку набухающую головку. Орловский, тяжело дыша, запрокинул голову, что бы встретится со столь родными алыми глазами. Гилберт тот час воспользовался этим шансом, страстно впиваясь в губы белоруса французским поцелуем. Коля мычит, сбрасывая с себя руки немца, чем вызывает недовольный стон со стороны последнего, но после сразу переворачиваясь и садясь на колени к возлюбленному, лицом к нему. Обняв Байльшмидта за шею, Николай сам потянулся за поцелуем, параллельно запуская руки под майку и оглаживая соски мужчины. Схватив белоруса за боксеры, немец принялся с остервенением стаскивать их, в нетерпении сминая ягодицы. Тихо застонав, Орловский чуть приподнялся, давая Гилберту высвободить уже свой вставший член и войти. — Блять! — шипит парень, когда член без всякой смазки проскальзывает внутрь, чем доставляет легкий дискомфорт. Впившись ногтями в широкие плечи немца, Орловский принимется сам насаживаться на него, запрокидывая голову, выгибая спину и громко охая от удовольствия. Гил крепко, до синяков, хватает его за ягодицы, поддавшись вперёд и кусая шею, оставляя на ней россыпь багровых засосов. Схватившись за бортик ванны для надежности, Коля принимается ускорять темп, доводя его практически до бешеного. Немец рычит от удовольствия, активно подмахивая бёдрами в такт белорусу. — Ах!— вскрикивает Николай, чувствуя, как его ноги беспошадно трясутся, руки ослабевают, а в глазах темнеет. Гилберт, крепко ухватив Орловского за бёдра, делает пару мощных финальных толчков. Парень протяжно вскрикивает от нахлынувшего оргазма и обессилено сваливается на немца, устало прикрывая глаза и чувствуя, как мощная струя спермы заполняет его задний проход. Пару минут города остаются неподвижными и просто молчат, в попытке восстановить дыхание. — Но кран все равно нужно отремонтировать!— упрямо фыркает белорус, утыкаясь носом в шею мужчины. — Ага.— лениво тянет Байльшмидт, в раздумье оглядывая потоп вокруг.