Санзу/Хван Юна
20 июля 2022 г., 16:40
Среднестатистическая мечта девушки в переходном возрасте — встретить парня, с которым она проживет остаток жизни в радости и благополучии. И ещё неплохо, если он будет достаточно богат, чтобы она не работала. Мечта хорошая, правда, в процентах девяноста неисполнимая. Подростковые фантазии редко имееют за собой реальную подоплеку.
Хван можно было бы назвать везучей. После переезда в Токио в новой школе к ней отнеслись хорошо. Были пару ребят, которые не очень положительно отнеслись к иностранке, что приехала на чужое место. Но девушка не особо обращала внимание, хоть ей стоило запомнить — японцы ещё те расисты. Даже если вы — кореец, к вам будут относиться не очень хорошо. Но Хван была в выгодном положении: общительная, спокойная и доброжелательная. Девушка сразу смогла поладить с большей частью одноклассников. И со своим будущим супругом тоже. Симпатичный парень годом старше, обратил внимание на девушку спустя пару месяцев после ее поступления в новую школу. Он был мил и постоянно проявлял знаки внимания. Нужна помощь с уборкой класса — да вообще без проблем, не понимаешь что-то по программе — давай встретимся в библиотеке после уроков, и все в этом роде.
Хейске был каким-то идеалом, о котором можно мечтать. Ещё Хейске умел ждать: Хван сказала, что отношения ей нужны только в университете — парень дождался.
Но у Хейске была одна не очень приятная история за спиной — вся его семья связана с криминалом. Он не особо хотел говорить об этом и всегда обещал, что ее это не коснется.
Коснулось.
Три года спустя после бракосочетания. Семья Хейске устраивала какой-то банкет в честь открытия нового торгового центра и им, свято дело, надо было там присутствовать. Хван не любила встречи с родителями любимого человека. Нет, они относились к ней достаточно хорошо и принимали как родную дочь. Отец Хейске даже пару раз начинал с ней беседу за приобщение ее к «семейному бизнесу», но она каждый раз съезжала с этих разговоров. Вот и в тот день, когда семья Хейске вновь начала беседу за то, чтобы Хван получила долю в бизнесе, девушка, осторожно извинившись, сбежала в противоположный угол помещения, издалека улыбаясь семье мужа. Оставшееся время, девушка мило общалась с гостями, которых знала и распивала бокал шампанского. У нее с алкоголем проблемы, ей нельзя много пить.
Хейске появляется рядом внезапно, обнимая за талию, и тянет в нужную сторону.
— Хочу тебя познакомить с одним из наших акционеров. В жизни тебе абсолютно не нужно с ними общаться, но на правах моей жены на таких вечерах, тебе нужно с ними хотя бы здороваться. Они не особо приятные, но с недавних пор мы ведём с ними дела.
Если она хотела продолжать называться «везучей» — ей стоило отказаться.
Ее знакомят с двумя: Манджиро Сано и Коконой Хаджиме, остальные остаются пугающими тенями. Коконой оказывается прямым акционером, а Манджиро Сано его руководителем. Остальные привлекают внимание и молчат. А один даже в своем молчании пугает. Он просто стоит и смотрит на нее сверху-вниз будто пытается загипнотизировать. Слишком внимательно. Хван некомфортно от взгляда синих глаз, она чувствует себя неуютно и рядом стоящий супруг не срабатывает как защита. Хоть жмись к нему или нет — лучше не становится. Тот мужчина не перестает смотреть.
Когда ей удается уйти — она почти бежит к своим знакомым и остаток вечера старается быть как можно дальше от этой странной компании.
Но тяжёлый взгляд на своих плечах чувствует все время. Муж не спас, он, наоборот, весь вечер говорил с теми людьми и не особо с ней контактировал.
Когда все закончилось, Хван пришла к супругу с одной просьбой: «Пусть эти люди никогда не придут в наш дом».
Хейске пообещал это.
А на следующий день у них под дверью стоял большой букет с пионами темно-красного цвета.
Пионы. Поздней осенью. В Японии.
Пионы в Японии даже в сезон не дешёвые цветы. И они очень нравятся Хван. Муж дарил их только на годовщину и появление такой корзины настораживало. Да и Хейске по телефону сказал, что ничего не отправлял. Ни записки, ни открытки не было. Хван в тот день напряглась, но супруг сказал выдохнуть, мало ли кто что прислал, пусть стоят, глаза радуют.
Ей стоило напрячься ещё в тот момент.
Гости в их доме появляются неожиданно.
Манджиро Сано лично решил посетить и поговорить с Хейске. А с ним и Коконой. Хван тогда вернулась домой после учебы на курсах: она изучала французский язык, хотела побывать во Франции, сюрприз застал ее в коридоре. Высокий розоволосый человек встретил ее с пистолетом в руках и без маски, как в прошлый раз. Заметив, что это не посторонний он просто убрал пистолет и молча ждал, когда она снимет обувь и пройдет в гостиную.
И опять этот тяжёлый взгляд на плечах.
Муж не встречает ее как обычно, а просто здоровается издалека.
А этот страшный человек с ромбами в уголках губ выжидающе ждёт, когда она начнет движение в нужную сторону. Но когда девушка хочет уйти в другую сторону (ее комната находилась там), то Хван хватают и ведут в гостиную, почти зашвыривая на диван рядом с мужем.
— С девушкой можно и помягче, — делает замечание супруг, а мужчина в ответ безумно улыбается.
— С ней я уж буду по мягче, чем с тобой.
— Санзу, — Манджиро не оборачивается на своего помощника, но тот умолкает.
Дальнейший разговор не очень приятен: с территория ми, на которых стоит новый торговый центр какие-то проблемы. То ли Хейске не договорился, то ли не все заплатил. И Коконой настоятельно рекомендуем решить эту проблему по-скорее.
А после они уходят.
Хейске неразговорчивый весь вечер, а Хван все тот же тяжёлый взгляд чувствует, подходит к любому окну и это чувство усиливается трижды.
Страшно.
Ссоры подкрадываются незаметно, спокойный Хейске становится раздражительным в одномоментье. С ним становится не уютно, а с вечно тревожным чувством Хван теряется в испуге.
Своеобразным апогеем становятся очередные цветы, которые в этот раз приходят с открыткой.
«Тебе так идёт красный.»
На Хейске, который был зол от проблем с новым бизнесом, эта открытка действует как красная тряпка на быка. Сначала летят упрёки и подозрения в изменах, а под конец, хлесткая пощечина.
Хвана любит Хейске, но себя она любит больше.
Пока муж приходит в себя, девушка успевает собрать нужные документы, деньги и выскочить из дома. Хвана не умеет водить, поэтому идет пешком. Сегодняшнюю ночь она проведет у подруги, а дальше… надо подумать. Скула болит и поплакать хочется, но на улице нельзя.
В один момент, рядом с ней останавливается такси и водитель интересуется:
— Вы Хван Юна?
— Да.
— Присаживайтесь, скоро дождь начнется, я отвезу вас по указанному адресу, — в другой день она бы с недоверием отнеслась, но сейчас она слишком расстроена.
Она едет молча, смотря за окно, и когда машина останавливается около одного из самых дорогих отелей в Токио, теряется.
— Вы уверены?
— В заказе был отмечен этот отель. Хорошего вечера, — кажется, на нее посмотрели как на девушку лёгкого поведения.
Она разберётся с этим в другой раз, сейчас девушка узнает лишь почему ее привезли сюда. У дверей ее встречает мужчина в костюме.
— Хван Юна? На ваше имя снят номер.
Девушку проводят на один из последних этажей и отдают ключи от двери.
— Простите, а там кто-то есть?
— Нет, номер был снят по телефону и оплачен переводом. Ключ только у Вас. Желаете что-нибудь?
— Нет, спасибо, — мужчина кланяется и уходит, видимо, на рабочее место.
Хван открывает дверь очень осторожно и заходит весьма мягко. Минуту стоит, прислушивается и ждёт, что кто-то себя выдаст, но ничего.
Тихо, как в морге.
Переживания улетучиваются, когда она обходит весь номер и не застаёт никого. В какой-то момент, Хван понимает, что она в доме оставила телефон. Ей стоило о нем подумать раньше. Но все же интересно кто так позаботился о ее проблеме. Как минимум, для того, чтобы вернуть деньги за такси и номер, не в ее интересах оставаться перед кем-то в долгах. Она искренне сомневается, что о ее благополучии на сегодняшнюю ночь позаботился сам Хейске. Ее мысли прерывает звонок стационарного телефона, что всегда стоит в номерах. Подходит без опаски и берет трубку быстро, но медлит прежде, чем приставить к уху. Вдруг Хейске хочет продолжения выяснения отношений.
— Стоит быть благодарной, — раздается в трубке и дальше короткие гудки.
Хвон не знает этот голос, но пугается от таких слов.
Прежде, чем лечь спать, она дважды проверяет закрыта ли дверь, подпирает балконную дверь стулом и окна закрывает на ключ, чтобы наверняка. Выпивает половину бутылки игристого вина и ложится спать, ей хочется проснуться и забыть эту ситуацию. Но утро начинается со стука в дверь, очень настырного. Хван открывает дверь с опаской и первое, что видит — пару полицейских.
— Хван Юна?
— Да.
— Мы хотим побеседовать с вами по поводу смерти вашего мужа.
Хван успевают подхватить под руку, чтобы она не упала прямо в коридоре. До̶п̶р̶о̶с̶ общение длится пару часов, она честно говорит о конфликте и том, что ушла вчера ночью. На ее вопросы особо не отвечают, смотрят как на подозреваемую. Ей запретили приходить домой в течение всего времени, пока идёт следствие. И прямо во время разговора одному из капитанов полиции звонят и сообщают о смерти родителей Хейске. Они живут далеко от дома Хейске и Хван, и полицейский делают вывод, что она бы просто не успела.
Полиция уходит поспешно после этого звонка. А Хван сидит с испугом и не пониманием. Девушка спускается вниз на ресепшен и просит продлить ее проживание, в ответ получает информацию, что у нее оплачено жилье на неделю.
Она звонит подруге и говорит всю информацию, что на нее свалилась и та советует оставаться в отеле.
И Хван остаётся.
На следующее утро, под дверью Юны букет из красных пионов, который через пять секунд оказывается в мусорном ведре. Она начинает злиться на неизвестного ей поклонника.
Неделя проходит спокойно, ее не беспокоят из полиции, ее не беспокоят вообще. В последний день, ей звонят и говорят, что она может вернуться в свой дом. На следующее утро Хван стоит под дверью собственного дома. Так неприятно и холодно, это место сейчас отталкивает. Дом вымыт, никаких следов прошедшего преступления.
Она не знает, что ей делать и как себя вести теперь.
Юна не ждёт гостей, но они приходят к ней самостоятельно.
Сано Манджиро приходит через две недели после ее возвращения домой. Вместе с ним приходит Коконой с увесистой папкой документов. И с Санзу. Коконой объясняет ей, что нужно подписать документы на владение бизнесом усопшего. Это нужно для нормального ведения дел. А у нее вопрос — это вообще законно? Муж умер три недели назад, а она должна уже подписать документы.
Манджиро ждёт ее решение.
— Я могу передать Вам бизнес?
— Технически, это и произойдет. Номинально Вы будете иметь власть, технически — все наше. Ваш только процент с выручки. Он покроет ваши нужды, но на большее не рассчитывайте.
Хван подписывает, потому что так правильно. В один момент, она сможет отвязаться от этих дел и уехать… Да в ту же Францию.
Единственное условие, что ей ставят: ей нужно появляться на всех мероприятиях связанных с бизнесом.
Так начинается другая жизнь: все возможные банкеты проходят каждую неделю и ей надо быть на каждом из них. Она ходит и успешно справляется с ролью овдовевшей жены и хозяйки бизнеса. Через пару таких банкетов, она вживается в роль успешно и ей даже становится в какой-то степени комфортно, когда она видит людей Бонтен.
Она уже их не боится.
Но к к ним она не лезет. Может стоять рядом спокойно с прямой спиной и уверенностью в себе.
Она научилась по-новой общаться с противоположным полом, хоть и держит всех на расстоянии. Когда в один из таких вечеров она стояла и беседовала с кем-то из японским бизнесменом о работе Оруэлла, который уже пару недель уделял ей внимание, Юна вновь почувствовала этот страшно тяжёлый взгляд. Обернувшись и не заметив никого стоящего, девушка продолжила беседу.
Вечер заканчивается быстро и Хван приглашают продолжить в ресторане. А Хван соглашается.
На этом ее везение заканчивается раз и навсегда.
В коридоре, пока она ждёт компаньона с ее пальто, Хван смотрит по сторонам и ей кажется, что видит какой-то смутно знакомый силуэт. Но чужие шаги отвлекают.
Юна оборачивается на встречу и встречается не с тем, кого ждала. Перед ней стоит улыбающийся Санзу, что пугает своими шрамами и голубыми глазами.
У Юны в голове складывается пазл: это его тяжёлый взгляд и именно он следил за ней.
Хван не успевает сказать ни слова, как ее бьют по голове так, что подкашиваются ноги и она теряет сознание.
***
Первое, что она чувствует приходя в себя: что-то металлическое и тяжёлое на шее. Ей немного некомфортно дышать. У нее перед глазами плывет все.Когда картинка фокусируется, она встречается с безумной улыбкой: — Стоит быть благодарной, Хван Юна. Я научу тебя быть благодарной.
