Не спасай меня

Феликс и Хёнджин, две капли воды, неразлучники, и лучшие друзья. Они дружили с самого детства, ходили в один садик, школу, универ. Некоторые даже говорили, что они как братья, и им это нравилось. Вместе они прошли очень многое, и сквозь года только крепче держались друг за друга. Парням нравилось проводить время вместе, поэтому снимали одну квартиру, чтобы минимизировать расходы. Каждое утро Феликс готовил любимые панкейки Джинни и складывал им обеды в университет, а приходя с учебы, ужин готовил Хёнджин. Чаще всего он что-то заказывал в интернете и вместе смотрели фильмы. Ликс очаровательный мальчишка, добрый и отзывчивчивый, красивый, его лицо и ушки усыпаны милыми веснушками, что гармонируют с его зелёными, будто изумруд, глазами и светлыми волосами, а если присмотреться, то среди веснушек можно увидеть созвездия. Он увлекается космосом, знает множество фактов, его комната была словно музей в честь космоса. На некоторых стенах висят плакаты, а те, что не закрыты, распологают на себе доски, где Ликс записывает каждую мелочь. Хёнджин достаточно высокий парень с довольно-таки крепким телосложением, и слегка загорелым оттенком кожи. У него ярко выраженные черты лица, темно-синие как океан глаза, слегка волнистые волосы, что имеют пепельный оттенок. Парень же в свое время имеет простую комнату, на стены он ничего не вешал, любит минимализм. Вместо стен у него рюкзак, на нем буквально свободного места нет, все пространство заполняют брошки, значки, брелки с его любимыми группами. Так прошла большая часть их жизни. До одного момента. Хёнджин осознал, что влюбился в собственного друга. Одного прекрасного вечера Феликс вытащил Джинни смотреть на падающие звёзды, постоянно говоря, что это лучшее зрелище, и такого он в жизни не видел. — хей, Феликс, ты когда-нибудь ощущал чувства к парням? — задал вопрос Хёнджин и чуть повернул голову заглянув в глаза Ликсу. Парень нервничал, то и дело кусая свои губы, заламывая руки, он боялся услышать ответ. — нет, ты же знаешь, что я гетеро, с чего такие вопросы? — Младший тоже повернул голову на встречу Джинни, изогнув одну бровь в вопросительном жесте. Хёнджин готов поспорить, что сейчас он сглотнул очень громко. С одной стороны, он должен признаться в чувствах ему, а с другой, вряд-ли Феликс ответит взаимностью. — я просто хотел сказать… — Хёнджину слова давались очень трудно, — что ты мне нравишься. И этот момент остался в памяти обоих парней. — ты мне тоже нравишься, как друг, смотри! — он восхищённо указал на небо, и тепло улыбался смотря, как падают звёзды. Внезапно Джинни стал задыхаться, он даже привстал, чтобы откашлятся, но этого не происходило. Феликс обеспокоенно вопросил, что с ним и придерживал его, пока первый пытался успокоить кашель, он чувствовал будто что-то застряло в горле и мешает ему вдохнуть. На следующей неделе парни пошли к врачу, так как состояние Хёнджина заметно ухудшалось, а Феликс не мог на это смотреть. Скрывая кровавые салфетки, Джинни каждый приступ проводил в ванной, не давая Ликсу зайти. Юноша знает в чем дело, догадывается что с ним, но Феликсу не говорит, «простуда, я скоро буду в порядке» — так все время говорит пепельноволосый, а лучше не становится. Его смерть - васильки, такого же глубокого синего цвета, как его глаза. — Хёнджин, к сожалению, я могу предложить вам только два варианта событий. Первый- хирургическое вмешательство, но шанс, что вы будете вновь испытывать чувства — минимален. Второй — смириться с участью, в таком случае я вам не смогу ничем помочь. Разве что выписать лекарства, но вы и сами должны понимать, что они не помогут, болезнь стремительно развивается, а медикаменты никак не повлияют на неё, только заглушат боль. — таков был вердикт врача, и Хёнджин выбрал второй вариант. Знает, что так будет лучше для всех. Все последующие пол года Феликс старательно пытался заработать на операцию, уговаривая Хёнджина сделать её, так как он не хочет терять друга, они слишком молоды. Но старший был непоколебим, и все время твердил своё «не спасай меня» — то, что постоянно слышал Феликс. Парень в очередной раз затягивается густым дымом, сидя на подоконнике окна, смотря куда то вдаль, на мелькающий свет машинных фар и светофоров. его взгляд мутнеет еще больше с каждым затягом едкого вещества, пелена слёз не дает нормально сфокусироваться на экране телефона, чтобы разглядеть кто же ему усердно звонит, не давая покоя. сейчас ему на это абсолютно всё равно. закрывая глаза, он опускает голову на собственные колени, закрывая руками себя. хочется разорваться от ощущений и чувств, что-то идёт не так, так не должно было быть. глаза становились красными, а лицо предательски горит. вечные истерики, обмороки, голодовки. в универе не появляется больше недели, он вновь уходит в себя и не может понять, что с ним. выгорание? Осень. Ликс ненавидит осень, потому что она забрала все, что у него было. В сентябре он умер. Задохнулся во сне, мучительно и долго умиравши. Спустя долгое время Феликсу все ещё снятся кошмары, где раз за разом прокручиваются события той ночи. А ещё, после смерти друга, парень понял, что оказывается у него тоже были чувства к нему, и они умерли вместе с ним, а на смену пришли мучительные боли в груди и душераздирающий кашель. частые всхлипы, наполненные болью и тоскливостью. вытирая лицо дрожащими руками, парень, пошатываясь направляется в ванную, чтобы принять душ. пару секунд взгляда на бездонные, опухшие, красные глаза и в момент, глаза снова наполняются слезами, которые плавно стекали по впалым щекам, он уже не пытался вытереть их, рыдал взахлёб, до крови кусая нижнюю губу. он чувствовал острую необходимость причинить себе физический вред, чтобы хоть на секунду унять ту боль, что приносит ханахаки, создавая новую, не заботясь совершенно о том, что может стать в разы хуже. момент. он ловким движением рук разбирает бритву, вытягивая острое лезвие, поднося к фарфоровой коже. сверху старых шрамов появляется полоска, ещё одна, десять. Тело пронзило током, а крик вырвался из уст, раздаваясь эхом в глухой, гробовой тишине квартиры. он не смог справиться, не смог сдержать обещание данное ему. Феликс падает на колени, чувствуя как силы постепенно покидают его тело. он кладёт руки на свои колени и смотрит устремлённо в пол, будто ища правду. он досих пор не мог поверить в произошедшее. Его тело находят спустя сутки, вокруг шеи был обернут стебель розы, шипами впившийся в нежную кожу.