Никки 2. Ямато

      Наше кафе не пользовалось бы таким успехом, если бы отец не натаскал меня в свое время в том, как правильно понимать настроение и состояние окружающих и что им может помочь. Пусть сюда и приходило не так много ребят, но все они возвращались из раза в раз, нередко приводя и своих друзей. Мне нравились эти ребята, такие открытые, веселые, искренние. Другие здесь и не задерживались, отец их не переносил, а я тихо избавлялся, чтобы не тревожить его лишний раз.       Мы через многое прошли, начиная с того момента, как мне исполнилось пять. Моя мать умерла, и наша жизнь резко изменилась. В то время отец имел связи с мафией, подрабатывая у них личным лекарем, так что, перед тем, как тогдашний босс пошел в отставку, он дал моему отцу и мне спокойно уехать, подкинув немало денег и сделав все, чтобы никто не стал донимать нас.       Отец сделал все, чтобы я получал то, чего хотел. Мы жили в относительно спокойном районе, не считая таких же сбежавших некогда преступников. Но благодаря им, я научился не только новому языку, но и стоять за себя. Они были хорошими людьми, каждый из них, и все они чему-то да научили меня, пока отец зашивался на двух работах. Мужчины научили меня защищаться от нападок сверстников и починке домашней утвари. Женщины же научили меня готовить и постепенно, когда отец, уставший после работы, возвращался домой, его всегда ждал ужин, а на утро завтраки и обед с собой. И пусть он всегда был немногословен, я видел в его глазах благодарность и гордость.       Но что бы я ни вынес из подобных уличных уроков, я все никак не мог научиться самому главному: общаться со сверстниками не просто как приезжий диковинный парень, а на равных, понимая и принимая как свою, так и их сексуальность.       Я долго не мог определиться, кого именно предпочитаю: девушек или же парней. Это продолжалось вплоть до того момента, пока отец не отослал меня на родину, в деревню к одному своему другу, чтобы я помог ему, подышал свежим воздухом и «ни в коем случае не забывал свои корни» - как он тогда выразился.       Мне было пятнадцать, когда я впервые полетел на самолете сам, оторванный от своей семьи и привычного уклада. Отец никогда не говорил со мной на английском, только на японском, да и дома заставлял им заниматься, так что я отлично его знал, но все же для подростка это стало тем еще стрессом. Оказавшись в городе я еле как смог найти вокзал, купить билеты дрожащими руками и все же уехать в пункт конечного назначения.       Меня встретил парень, что выглядел чуть старше и словно не из этого мира. Он стоял в отдалении от приехавшего поезда, в огромной соломенной шляпе, что выглядела на нем так смешно и нелепо, что я даже раскрыл рот в недоумении. Майка и шорты на нем сидели подобно двум мешкам, настолько он был худым, в отличие от меня, успевшим набрать мышечную массу, вот только не так, как стоило бы. Когда я вывалился из вагона, неуверенно подступив к единственному встречающему на платформе, он как-то печально осмотрел меня и кивнул головой, пряча взгляд под своей шляпой. Затем просто отвернулся и пошел, не сказав мне ни слова. Тогда я подумал, что мы ни за что с ним не подружимся. Но если бы я только знал, чем обернутся те три месяца, что мы провели в компании друг друга и как он повлияет на меня.       Открыв глаза, я почувствовал прилив грусти, но на губах была улыбка. Давно я уже не видел снов с участием Морио. Усмехнувшись, я потянулся, в очередной раз убеждаясь, насколько же шло ему это имя. Вечно пропадающий в лесу, он словно был его частью, рожденный там. И пусть он и был старше меня на три года, он все равно оставался тем же невинным и нежным созданием, который некогда раскрыл меня.       Я глянул на зеркало, наткнувшись взглядом на нашу единственную совместную фотографию. Несуразный я, что все же начал приводить тело в порядок и даже загорел, весело улыбающийся и приобнимающий Морио за плечи. Все та же соломенная шляпа, та же мешковатая одежда, сдержанная улыбка и тот же печальный взгляд. Мне так и не удалось узнать, от чего же он был настолько печален, хоть нас и связывало так много.       «Нужно бы позвонить ему», — решил я про себя, собираясь с силами, чтобы наконец подняться с кровати и начать приводить себя в порядок. Вчерашняя вылазка прошла удачно, не считая лишь одного момента. Я давно уже заприметил одного парня – Раяна, что никак не хотел идти со мной на контакт, вечно скалясь и бесясь, стоило мне оказаться в поле его зрения. Чем было вызвано подобное отношение я не представлял, пару раз пытался наладить с ним общение, спрашивал у других, но все как один повторяли, что не имеют ни малейшего представления чем это вызвано, тогда как сам Раян лишь хмуро смотрел на меня, отворачивался и быстро уходил. А жаль, он был славным малым, талантливым, играл в одной из местных групп на гитаре и нередко подпевал; симпатичным, хоть и скрывал это за совершенно не подходящей ему одеждой, да и общался он со всеми более менее нормально, за исключением меня.       Я хотел бы подружиться с этим парнем и не только ради спортивного интереса, потому что он шугался меня и шипел каждый раз, стоило мне оказаться рядом, а просто потому что он на самом деле был мне симпатичен. Он был в полной мере в моем вкусе, даже напоминал мне Морио, что был моей первой любовью.       — Ну все, хватит, — сказал я сам себе и резко встал с кровати, потягиваясь и зевая. Подойдя к шкафу, я немного помедлил, прежде чем открыть его, глянув в зеркало. И все же я на славу постарался, приводя свое тело в порядок, чего лукавить. Из того пухлого, несуразного и бледного мальца, что сидел на нездоровой и жирной пище, я вымахал в здорового парня. Опять же, спасибо Морио. Мне хотелось стать для него лучше. Пусть и ненадолго.       Я был так же благодарен матери за ее гены – благодаря ей я был полукровкой, выше отца и имея некоторые европеоидные черты. Это помогало мне в обольщении с людьми, просто потому, что они принимали меня как своего, но при этом и с некоторой диковинкой, отличием. Но я все еще предпочитал общение со «своими». С ними мне было проще и легче, с ними я чувствовал себя собой. И больше всего я обожал общаться с одним тату-мастером в отставке. У него не было обоих мизинцев и множество шрамов на теле, что расчерчивали его татуировки. Он сбежал от своего прошлого, ужасающего и искалечившего его не только физически, но и морально. Он был нервозным, постоянно курил дурь, чтобы хоть немного расслабиться, плохо спал, закрывался на десять замков и всегда держал под подушкой пистолет. Но это не мешало ему все так же ровно держать свою машинку и выводить отменные рисунки на коже других. Только это ему и помогало выжить. И только ему я доверял нанесение татуировок на свое тело.       Сборы на работу заняли у меня больше времени, чем я предполагал. Было так лениво, остатки вчерашней тусовки все еще плескались во мне, хотелось просто завалиться обратно в кровать и лежать до самого вечера, пока я вновь не соберусь на концерт группы, в которой играл Раян. А на нее мне попасть смерть, как хотелось. Я все еще рассчитывал подружиться с ним или хотя бы узнать причину такого поведения. Но для этого я должен был отработать смену, помочь отцу и только после идти куда заблагорассудится. Отец встретил меня хмуро, но с облегчением отдал место за стойкой, как обычно спрятавшись на кухне. Он не особо любил общаться с посетителями, отчего и был доволен тем, что мне это удавалось на удивление легко.       Все было как всегда: веселые ребята, пришедшие кто после университета, кто после школы, кто с подработки, у каждого свое настроение и желания; люди постарше, что хотели просто расслабиться, а может и докупить запасы чая и кофе, что мы продавали или же съесть пирог.       — Ты даже не слушаешь! — послышался знакомый голос, и я не смог сдержать улыбки, посмотрев в сторону входа. Ко мне шел Тревор в сопровождении Фила.       — Посмотрите-ка кто здесь! — воскликнул я, приветствуя ребят. Тревор метнул на меня злой взгляд, но тут же смягчился, устало улыбнувшись.       — Привет, Ямато, — сказал он, вставая у барной стойки.       — Что, опять ругаетесь, голубки? — посмеиваясь, я осмотрел их обоих, задержав взгляд на Филе. Тот выглядел виновато, в то время как Тревор смотрел на него с осуждением. — Ну, и что у вас на этот раз?       — Просто кое-кто не умеет уступать, — сказал Тревор, и тут же отвернулся от Фила, что затравленно посмотрел на него.       — Трев, ну прости, — пробубнил тот, протянув к нему руку и положив ему на плечо, но тот тут же сбросил ее, посмотрев на меня.       — Можно попросить чай для мамы, что ты давал мне в прошлый раз? И что-нибудь успокаивающее. Пожалуйста, — устало вздохнув, он отошел от стойки и направился на террасу. Проводив его взглядом, я посмотрел на затравленного Фила.       — Ну и что ты натворил в этот раз? — подперев голову рукой, я заметил, как печально он вздохнул.       — На самом деле все из-за мелочи. Но я признал уже, что был не прав, — простонал Фил, упав головой на стойку. Усмехнувшись, я глянул в сторону террасы, где сидел Тревор и печально смотрел перед собой.       — Он остынет. Как и всегда, — положив руку другу на голову, я слегка растрепал его волосы, пытаясь приободрить.       — Да, я знаю, — грустно сказал Фил и выпрямившись, неуверенно пошел к Тревору, бросив напоследок: — Можно мне кофе, пожалуйста.       Пока я готовил заказ для них, я изредка кидал взгляды на эту парочку и не мог не нарадоваться. Они оба мне нравились, Филип как человек и друг, а Тревор как парень. Еще в нашу первую встречу он мне приглянулся. Такой милый, невинный и безответно влюбленный, с таким печальным переполненным грустью взглядом. Я испытывал слабость к таким парням. Но вклиниваться в их отношения я не смел. Я видел, как они любят друг друга. Пусть они ссорились, пусть Тревор порой и приходил сюда один, совершенно сломленным, Фил заботился о нем и всегда поддерживал.       Не сдержав улыбки, я направился к ребятам с их заказами. Оказавшись на улице, я умиленно улыбнулся, заметив, как Фил сжимает руку Тревора, что все еще выглядел обиженным, но заметно подостыл.       — Вот ваш заказ, ребятки, — пропел я, ставя на их стол поднос. Я видел, как Тревор попытался убрать руку, но Филип не дал ему этого сделать, сжав ее сильнее. Этот мальчик, пусть он и знал, что я ни в кое случае не был против их отношений, все равно, до сих пор, стеснялся проявлений их отношений.       «Эх, глупыш, знал бы ты, с какой завистью на вас смотрят», — посмеялся я про себя.       — Итак, успокаивающий чай для Тревора и воодушевляющий кофе для провинившегося оболтуса, — глянув на Тревора, я подмигнул ему, и тот наконец улыбнулся, пусть и еле заметно.       Удовлетворенный, я ушел, оставив их одних. Время тянулось размеренно и спокойно. Я наслаждался общением с приходящими и наблюдением за сладкой парочкой, что заметно приободрела, явно помирившись. Когда они уходили, я не мог сдержать улыбки. До чего же они все-таки были милой парой. И каждый раз, видя их, я ловил себя на мысли, что хотел бы таких же отношений.       У меня было пару парней, но они были не теми. Думаю, меня испортил Морио, своим образом, своей добротой и невинностью, и той печалью, что я видел в его глазах. Постоянно, кого бы я ни выбрал, каждый раз в их глазах было столько печали, но каждый раз она испарялась, стоило их слегка приободрить. С Морио же, даже если он улыбался мне или стонал подо мной — его глаза все равно были переполнены грустью.       Я не знаю, почему меня тянуло именно к таким. Возможно это было из-за первой любви к Морио, от чего его образ стал эталоном при выборе партнера, или же из-за моего вечного желания помочь всем и каждому. По этой же причине я и обратил внимание на Тревора. Все его существо словно было пропитано печалью. Однако, постепенно, его взгляд изменился. И я точно знал, что это было благодаря Филипу. И на место его печали пришла такая безграничная любовь, видя которую я каждый раз чувствовал трепет. Я хотел того же. Мне не удалось этого с Морио, но я просто был не тем человеком для него, да и время и обстоятельства были не на нашей стороне. Но я хотел найти такого человека, которого мог бы так же излечить и в последствии видеть в его глазах такую же любовь.       Вздохнув, я запер дверь кафе и потянувшись, направился за угол, проходя домой. Отец уже был там и готовил ужин, периодически кидая взгляды на телевизор.       — Я поужинаю и пойду, — сказал я отцу, улыбнувшись и уходя к себе. Приняв душ, я быстро оделся, уложил волосы и направился на кухню. Отец окинул меня взглядом и кивнул в сторону стола. Сев, я принялся за еду, блаженно улыбаясь. — Сегодня приду поздно, но завтра буду на работе как штык.       Отец кивнул, итак зная, что я выполню обещание. Глянув на часы, я заторопился. Скоро будет выступление ребят, а значит стоит поторопиться. Доев и поблагодарив отца, я быстро выскочил из дома, направившись в клуб. По пути я встретил знакомых, вливаясь в их компанию и приветствуя.       Оказавшись в клубе, я купил выпивку и устроился на самом лучшем месте, с которого была видна сцена. В нетерпении, я ждал, когда на нее поднимутся ребята.       Сам клуб был не особо большим, идеально подходящий для малоизвестных и молодых группа. Бар, за которым чаще всего было два человека, сцена у одной из стен, небольшой танцпол и столики в отдалении. Ничем не примечательный, он был таким же, как и остальные мелкие клубы нашего города. Но для меня он имел особую ценность.       Первым появился их вокалист, затем барабанщик, басист и последним вышел Раян.       Каждый раз, видя его, мое сердце замирало. Он мне нравился, не смотря на то, что меня он и недолюбливал. Грустно улыбнувшись, я неотрывно следил за тем, как они готовятся выступать, как Раян хмурится, проверяя звучание струн и настраивая гитару, как морщит нос, если получался не тот звук.       Я обратил на него внимание около полугода назад. Тогда я только расстался со своим парнем и был не в лучшем состоянии, чтобы развлекаться. Но меня все равно вытащили и привели в клуб. Здесь я его и увидел. Он отлично играл, порой подпевая вокалисту. Голубые глаза горели, волосы были растрепаны, впрочем, как и всегда. Он был симпатичным, но одежду выбирал просто отвратительную. Это рассмешило меня, однако, в большей степени, я был им заинтересован. Но кто же знал, что при первом же знакомстве, меня удостоят лишь недоверчивым и пренебрежительным взглядом. Чем это было вызвано никто мне не объяснил, зато игнор мне был обеспечен надолго. Однако, к моему удивлению я узнал, что Раян довольно давно был частью компании, в которой я порой бывал, вот только я не замечал его раньше, что стало для меня настоящим сюрпризом. Обычно я всегда подмечал таких парней, как он.       Пока я следил за выступлением, я заметил, что Раян выглядит уставшим. Глаза покрасневшие и сонные, сам хмурый и бледный. Это меня взволновало. Он нередко был таким, но не до такой степени. На первый взгляд стресс, недосыпание, усталость и явно невозможность расслабиться. Был бы я в кафе, непременно заварил бы ему успокаивающий чай, что позволил бы расслабиться и выспаться. Вот только я не там, да и он туда не заходит. Он был там лишь пару раз в компании своих друзей, да и тогда не задерживался надолго.       Когда ребята закончили, то потянулись к бару, и я решил воспользоваться моментом. Быстро осушив свой стакан, я пошел туда же, пробираясь сквозь толпу и стараясь не упустить Раяна из вида. Оказавшись за его спиной, я осторожно коснулся его плеча, привлекая к себе внимание. Тот дернулся и обернулся, но как только увидел меня, тут же помрачнел, отступая. Мягко улыбнувшись, я убрал от него руку и, сжав ее, опустил.       — Отличное выступление, — сказал я, слегка наклонившись к нему, но так, чтобы не нарушать те границы, что он передо мной поставил.       — Спасибо, — пробубнил Раян, и я улыбнулся шире, радуясь и этому.       — Скажи, — неуверенно заговорил я, и Раян поднял на меня недовольный взгляд. — Ты хорошо себя чувствуешь? Ты бледный и мешки под глазами. Плохо спишь?       Раян дернулся, и я заметил в его глазах удивление и замешательство. Подступив было к нему, видя, что смог все же пробить его броню, я открыл было рот, чтобы предложить ему зайти в кафе, как меня перебили.       — Ямато! — раздался радостный возглас, и меня сжали цепкие руки. Охнув от неожиданности, я покачнулся и, обернувшись, встретился с двумя большими карими глазами. Крис — мой давний знакомый. Вечно веселый непоседа, что постоянно поднимал мне настроение своим позитивом.       — Привет, Крис, — улыбнувшись, я подхватил его руки, сжимая, но как только перевел взгляд на Раяна, дыхание мое сперло. И не успел я хоть что-то сказать, как его закрыли собой ребята из группы, подступая и начав приветствовать меня. Я видел, как он медленно отворачивается, как берет свой напиток и скрывается в толпе.       «Черт», — выругнулся я про себя, провожая его взглядом и понимая, что потерял отличную возможность с ним подружиться.       Вечер проходил скучно. Я видел Раяна пару раз, что мелькал в толпе, изредка он подходил к нашему столику, но быстро уходил. На меня же он ни разу не взглянул.       Когда время перевалило уже за два часа ночи, я понял, что пора идти домой. Выудив момент, я быстро вышел из клуба, вдыхая свежий воздух полной грудью. Улыбнувшись, я направился было в сторону дома, как заметил неподалеку две фигуры. Присмотревшись, я различил в них Раяна и Стэна. Это меня порядком удивило. Никогда бы не подумал, что они общаются. Стэн слыл тем еще ублюдком, так что первое, о чем я подумал, когда их заметил, было то, что тот решил насолить Раяну.       Следя за ними, я притаился, решив для начала понять, что вообще происходит. Я видел, как Стэн улыбается, и весьма недобро, видел, как Раян хмурится, порой морщась. Когда Стэн схватил его за руку, я невольно дернулся в их сторону, но Раян сам его оттолкнул. И тогда я увидел на его лице столько боли и печали, что у меня защемило сердце.       Тогда Стэн медленно подошел к нему, обхватил за талию и притянул к себе. В этот момент я подумал, что может они встречаются и это просто разборка влюбленных, но лицо Раяна говорило о том, насколько ему это противно.       Затем он покачал головой и уперевшись Стэну в грудь, оттолкнул его, проходя мимо. Тот усмехнулся, но идти за ним не стал. Все же, это выглядело так, словно Стэн домогался его.       Ощутив прилив злости, я направился к нему. Я знал, что он был на такое способен, сколько раз я слышал о его проделках, сколько людей от него пострадало.       — Стэн, — окликнул я его. Тот обернулся, удивленно вздернув брови, после чего расплылся в нахальной улыбке, кивнув мне.       — Здарово, приятель.       — Скажи мне, ты что делаешь? — кивнув в сторону, куда ушел Раян, я нахмурился, внимательно следя за изменениями на его лице. Вздернув брови, он глянул на удаляющуюся фигуру Раяна, после чего оскалился, повернувшись ко мне.       — А на что похоже?       — На то, что ты его явно домогаешься и ему это не нравится. Сколько можно? — я чувствовал, как во мне разгорается злость и ревность. Мне было противно видеть, как такой мерзавец как Стэн пристает к Раяну. В ответ же меня оглушил его смех.       — Да, верно, дружище, — подступив ко мне, Стэн положил руку мне на плечо, от чего я поморщился и попытался отойти, но тот сжал пальцы. Глаза его сверкнули и он оскалился. — Именно поэтому, он стонет так сладко каждый раз, когда я его трахаю, — прорычал он мне в ухо, от чего я дернулся, похолодев.— Не смотри на то, как он выглядит в твоем обществе. На деле, ты даже не представляешь, насколько он любит секс. Хотя, тебе и не узнать, он ведь тебя ненавидит.       Рассмеявшись, Стэн с силой меня оттолкнул, после чего направился прочь. Обернувшись и провожая его взглядом, я с силой сжимал кулаки, слыша как оглушительно бьется мое сердце.

—

      Итак, что мы имеем? Раян подвергается домогательствам со стороны Стэна и, если верить второму, — спит с ним. Ему это явно противно, но как это закончить, он не знает. Если конечно, он не из тех вляпавшихся в токсичные отношения мальчик, который теперь и выбираться из них не хочет.       Далее: по словам Стэна, Раян меня ненавидит. Судя по поведению парня — это вполне возможно. Вот только почему? Увел его парня? Нет, это вряд ли, ну или точно не специально. Нагрубил? Тоже вряд ли, я бы даже пьяным этого не сделал, тем более такому, как он. Скорее наоборот, попытался бы приударить. Может в этом причина? Может он уже тогда был со Стэном, и я попытался к нему подкатить? Но я бы не стал домогаться так, чтобы вызвать ненависть. Как бы сильно я не напивался, я всегда умел себя сдерживать относительно близости с кем-то и тем более с незнакомым человеком.       А может это какая-то кровная месть? Мой прадед убил его прадеда и теперь он несет эту ненависть сквозь время?       «Нет, ну это уже брел какой-то», — повернувшись на бок, я раздраженно поправил одеяло, кутаясь в него. Глянув на часы, я устало вздохнул, закатив глаза и накрывшись одеялом с головой.       Придя из клуба, я все никак не мог избавиться от того роя мыслей, что захлестнул меня. И даже сейчас, лежа в кровати и пытаясь уснуть, я никак не мог от них избавиться. Спать оставалось пару часов, после чего меня ждет работа. Так, какого же черта, я никак не могу отодвинуть мысли и уснуть? Простонав, я повернулся на спину, проведя руками по лицу. Вот ведь чертов мальчишка. И что мне теперь с ним делать? Он нравится мне, однозначно, но как к нему пробиться через его неприязнь и Стэна?       Размышляя над всем этим, я все же смог задремать, но подскочил, как только раздался звонок будильника. Тяжело вздохнув, я заставил себя подняться, но дальше сил уже не было. Голова раскалывалась, тело ломило, а рой мыслей как был, так и осталась.       Холодный душ — не помог. Бодрящий кофе — не помог. Тренировка — не помогла. Еще один холодный душ — не помог. Изучающий и настороженный взгляд отца — ну неужели, хоть какой-то эффект.       Вздохнув с облегчением, я понемногу начал успокаиваться. Все потом, сначала работа. Мне нельзя его подводить, а мои душевные терзания уже потом.       В этом состоянии я провел несколько дней, пока не наступила пятница, и у меня не появилась возможность вновь увидеть Раяна. И в этот раз я был намерен продвинуться дальше двух переброшенных с ним фраз.       Когда Раян появился, я тут же вытянулся, наблюдая за ним. Он все еще выглядел уставшим и мрачным. Концерт прошел неплохо, хоть пару раз Раян и не подпевал Уиллу, своему вокалисту и лучшему другу, тогда как в обычное время это делал. После они присоединились к нашему столу, и Раян выбрал самое дальнее от меня место.       Я следил за ним на протяжении всего вечера. Как и за Стэном, что крутился возле него не переставая. Я видел, что Раяну это неприятно, видел его раздражение и как нервно он каждый раз сбрасывал с себя руки Стэна и злился все сильнее.       Когда они в какой-то момент пропали из поля моего зрения, я тут же встрепенулся, стараясь разглядеть их в толпе. Они направлялись к выходу. Подорвавшись, я направился за ними, расталкивая всех на своем пути. Поймал я Раяна лишь когда он вышел в сопровождении Стэна на улицу, из-за чего мы оба чуть не вывалились, но я вовремя дернул его на себя, удерживая в вертикальном положении.       — Прости, — тут же воскликнул я, осматривая Раяна. Тот выглядел ошеломленным, смотрел на меня распахнутыми глазами, периодически хлопая ими. — Ты в порядке?       Раян замешкался и кивнул, слегка сжав руку и попытался убрать ее из моей хватки, но я сжал ее сильнее, не желая так просто отпускать.       — Ты уже уходишь? — слегка наклонившись, я заглянул Раяну в глаза и тот дернулся, явно не понимая, что вообще происходит.       — Да, — выдохнул Раян, и я невольно глянул на стоящего за его спиной Стэна, что следил за нами с усмешкой.       — С ним?       Это вырвалось случайно. Я смотрел в его глаза и понимал, что хочу только одного: вмазать ему хорошенько. Раян же, услышав мой вопрос дернулся и оглянулся, посмотрев на Стэна. Тот хмыкнул, и тут же подступил к нам, медленно обвив Раяна за плечи и притянув к себе.       — А что не так? Мы с ним отличные друзья, очень близкие, — протянул Стэн, и я заметил, как Раян нахмурился и попытался отстранить его от себя. — Не волнуйся, доведу его до кроватки и уложу, он будет в полной безопасности. А ты иди, возвращайся к своим любовничкам, а то заскучают.       Рассмеявшись, Стэн глянул на Раяна, и я перевел на него взгляд. На его лице было столько злости и раздражения, смешанных с болью. Дернувшись, он с силой вырвал свою руку и отошел от меня. Стэн же явно восторжествовал, приобняв Раяна сильнее. Когда мы встретились взглядами, тот оскалился и скользнул рукой по груди Раяна, явно задев его сосок, от чего тот дернулся, сжавшись. Из его рта вырвался еле различимый стон и я ощутил, как кровь отлила от лица.       — Ладно, мы пошли. Удачи, дружище, — махнув рукой, Стэн отвернулся и практически потащил за собой Раяна. Я видел, как тот идет нехотя, как он сгорбился и опустил голову. Стэн шел рядом, слегка наклонившись к нему и что-то приговаривая, от чего тот сжимался лишь сильнее.       Последив за ними еще немного, я посмотрел на руку, которой держал Раяна. Тот отбился от меня с таким отчаяньем и злостью. И что я ему такого сделал? Вздохнув, я опустил руку и направился домой.