Часть 3
19 июня 2022 г., 00:37
Проснувшись утром, я потянулся и перевернулся на спину, тут же уперевшись локтем в Ямато. Резко отдернув от него руку, я замер всем телом, всматриваясь в его лицо и надеясь, что не разбудил его. Ямато слегка нахмурился и напрягся, постепенно все же расслабившись, и я медленно выдохнул. Как можно тише, я повернулся к нему всем телом, всматриваясь в его лицо.
«Представь, что это – я. Смог бы тогда такой человек заменить его?» — эти слова так ясно прозвучали в моей голове, и я сразу вспомнил взгляд Ямато, когда он сказал это. Такой добрый, словно желающий помочь, но не находящий иного варианта как пожертвовать собой. За два года, что я знал Ямато, я был уверен, что его вопрос, ответь я согласием, тут же перерос бы в предложение. Но как я мог заменить его им же? Как я мог позволить человеку, что нравился мне уже год играть роль замены самого себя? Мне не нужны были такие жертвы. Я хотел именно его, а не его жалости.
Но и сказать напрямую, что человек, который мне так нравится и из-за которого я так страдаю, по его мнению, — это он сам, я не мог. Просто потому что знал: я никогда не смогу вызвать в нем ту симпатию, которая не была бы основана на обычной жалости. А от тех отношений, что он мне предлагал, я ненавидел бы себя еще больше. Поэтому мне было достаточно уже того, что есть сейчас.
Вздохнув, я осторожно поднялся с кровати и направился в ванную. Из зеркала на меня смотрел замученный, растрепанный и опечаленный парень, которого я видел каждый день. И как такой мог бы на самом деле понравиться такому парню, как Ямато?
— Да никогда, — едко усмехнувшись, выдохнул я, отворачиваясь. Раздевшись, я замер на пару секунд, смотря на свое тело. Слишком худое, дряблое, без единой мышцы, бледное, как лист бумаги. Прикрыв глаза, я залез в душ и включил воду, встав под теплые струи.
Я ни раз видел парней, с которыми был Ямато. Они не были кочками, но все равно их тело выглядело притягательно, некоторые специально следили за ним, прорабатывали, и одевались стильно, в отличии от меня. Я всегда слышал, что не умею выбирать для себя подходящую одежду, лишь портя свой образ. Да и сам Ямато уже сказал то же.
Мне была приятна его забота и даже жалость, я был так рад, когда он помог мне со Стэном, тому, что он привел меня в свой дом, где никто из других его друзей и парней не был. Я радовался каждому проявлению внимания с его стороны, но вместе с этим, каждый раз, я чувствовал себя все хуже и хуже. Мне было противно от себя. Противно от своей любви к нему, потому что я знал, насколько мы не подходим друг к другу. Он крутился в обществе тех парней, видя которых ты сразу понимаешь, насколько ничтожен. И я: через чур нервозный, мрачный, слабый и ревнивый до безумия. Каждый раз, когда я видел Ямато в обществе этих парней, видя, как они с ним заигрывают, как пытаются обратить на себя его внимание, мне хотелось подскочить к каждому и оттащить их от него за волосы. Но я сдерживался, давя это в себе. Пока однажды это не заметил Стэн.
Я знал о нем еще до того, как этот ублюдок решил, что может влезть в мою жизнь ради своего развлечения. Я всегда старался избегать его, не понимая, почему с ним вообще общаются, ведь все знали, что он из себя представляет. Порой казалось, будто его просто терпели по каким-то совершенно не мыслимым мне причинам. А в последствии его терпеть начал и я.
Полгода назад я выпил больше обычного, о чем жалею до сих пор и что послужило мне отличным толчком перестать пить вообще. Я перебрал, еле понимая, что происходит. Помнил все образами, но за эти полгода настоящего Ада, я уже сложил общую картину произошедшего. Мы выпивали большой компанией, тогда я был на грани отчаяния, пока наблюдал за Ямато и очередным бегающим за ним парнем, которому он отвечал взаимностью, поэтому старался заглушить это алкоголем и на моем пути оказался, к несчастью, Стэн. Он забрал меня оттуда и я пошел, даже не понимая что именно происходит. По дороге он заботливо расспрашивал меня о том, что случилось и в порядке ли я, привел к себе и там меня прорвало. Я все ему рассказал про Ямато, потому что больше не мог держать это в себе. Мне нужно было все это выпустить, иначе я думал, что просто больше не выдержу. Будь тогда на месте Стэна сам Ямато, кажется я и ему бы все это рассказал. Кому угодно, хоть проходящему мимо бомжу, на свою беду спросившего бы у меня в порядке ли я, пришлось бы выслушивать мои страдания.
В тот вечер мы со Стэном переспали. Я был в бессознательном состоянии, зареванный и ничего не понимающий. Я пытался сопротивляться, я этого не хотел, но у меня не было сил. Эта скотина просто воспользовалась моим состоянием, после чего еще и начал меня шантажировать.
Утром, вместо завтрака в постель мне были предоставлены снимки того, как он меня насилует. Его лица там не было, лишь ноги и одна рука. Но было мое обнаженное тело, раскрытый от боли рот, зажмуренные глаза, широко расставленные ноги и еле вставший член. В тот момент, когда я увидел это, меня затошнило. Я подорвался, но голова закружилась и я упал, тут же выблевав ком желчи. За спиной я услышал лишь отвратительный смех.
— Да ладно тебе, не так плохо ты здесь и выглядишь, — сказал он мне тогда. Мне хотелось убить его или себя за тупость. Но я лишь без особой надежды попросил его удалить фотографии, получил едкий отказ и быстро ушел. Хотелось отмыться от этого, спрятаться и никогда больше не выходить.
В состоянии полного опустошения и отчаяния я провел около недели. Но мне все же пришлось выйти. В компании ребят из группы я постепенно начал приходить в себя, понемногу отпуская эту ситуацию. Мне было все так же больно и противно, но я надеялся, что на этом история закончится. Но ошибся.
Стэн оказался еще большей скотиной, чем я думал. Он начал шантажировать меня не только фотографиями, но и теми словами, что я сказал относительно Ямато. Он угрожал рассказать ему все, если я не буду с ним спать. Я не хотел этого, но он как чертов змей начал капать мне на мозги своим ядом, постоянно принижая и навевая страх того, что Ямато обо всем узнает, как ему будет противно оттого, что он нравится такому как я, что я «птица не его полета» и мне просто нужно смириться. И лечь под него, ведь он такой хороший и добрый, готов принять такого как я и залечить мои душевные раны.
Сначала я пытался сопротивляться, каждый раз, когда он зажимал меня где-то и пытался склонить к сексу, но постепенно, не без его речей и напора, я просто сдался. Я итак знал, что Ямато ни за что не будет со мной. Как и то, что большая часть слов Стэна имеет вес, тем более, что он точно знал на что стоит давить, и может даже пережил бы то, что Ямато узнал бы о моих чувствах, но я не хотел, чтобы к этому прилагались еще и мои фотографии. Уж не знаю сколько еще их успел сделать Стэн, но смирение с моей ситуацией пришло довольно быстро. Тем более, я понимал, насколько его слова о том, что кроме него никто другой со мной не будет — правдивы. Я знал это, все это я проходил на протяжении вот уже двадцать двух лет. У меня был секс до Стэна пару раз, чаще всего по пьяни и ни к каким отношениям это никогда не приводило. Ни один парень, что когда-либо мне нравился не отвечал мне взаимностью. И каждый раз, когда они узнавали о моих чувствах, они мне отказывали. Я был для них серой мышью – без вкуса в одежде, не особо симпатичным, мрачным, молчаливым и словно вечно чем-то недовольным. Я все это слышал ни единожды. И я зарекся раскрывать кому-то свои чувства. Мне просто все надоело. Если уж мне суждено быть подстилкой ублюдка – плевать. Но портить жизнь Ямато я не хочу и тем более не позволю этого Стэну. Лечь под него не такая большая цена, чтобы и дальше видеть Ямато хотя бы рядом, даже если и с кем-то другим.
Каждый раз, когда Ямато подходил ко мне и хотел заговорить, я всегда старался сделать все, чтобы он не привязывался ко мне, не давал Стэну больше возможностей издеваться надо мной. И всегда, когда Стэн видел, что Ямато общался со мной, я выслушивал кипу колкостей и издевательств, а потом еще и секс. Он делал со мной все, что хотел, и я, как противно мне бы не было, — привык и к этому.
— Раян? — раздался голос за дверью и легкий стук. Встрепенувшись, я вышел из своих размышлений, испуганно посмотрев в сторону двери.
«Сколько я уже здесь торчу?» — засуетившись, я выключил воду и прислушался.
— Ты в порядке? — спросил Ямато за дверью, и я тут же схватил полотенце, кутаясь в него, словно он собирался зайти, хоть дверь и была закрыта на замок.
— Да, — ответил я, замерев и испуганно смотря на дверь. — Да, я сейчас выйду.
— Хорошо, — после недолгого молчания, тихо сказал Ямато и добавил: — Не против, если я заварю кофе?
— Конечно, бери что хочешь.
— Сколько тебе молока и сахара?
По голосу Ямата я понял, что он улыбался. И голос снова такой нежный и заботливый, что я не выдержал и осел, ощущая, как к лицу прилила кровь, а к глазам слезы.
— Ложку сахара, без молока, — еле слышно ответил я, и думал уже повторить, но Ямато услышал меня, сказал "Понял» и ушел. — Я правда люблю тебя. Так сильно.
Эти слова я проговорил на выдохе, еле слышно, накрыв лицо руками. Как же это больно, когда человек, которого ты любишь рядом с тобой, заботится о тебе, пусть даже из жалости, а ты не можешь донести до него свои чувства и отблагодарить за все так, как хотелось бы. Обнять, поцеловать, говорить слова безмерной благодарности и любви — все это я мечтал сделать, но не мог. Не я. Испорченный, грязный, по своей тупости вляпавшийся в проблемы с последней скотиной, которая угрожала не только мне, но и спокойной жизни Ямато. Вокруг него достаточно интересных, красивых и светлых людей, с которыми ему будет хорошо, а я буду наблюдать издалека, стараясь оградить от своего же дерьма.
Выйдя из ванной, я осторожно заглянул на кухню, где Ямато стоял у столика перед двумя чашками кофе и набирал кому-то сообщение.
— Доброе утро, — сказал я, и Ямато обернулся, озарив меня сонной улыбкой. Волосы растрёпанные, торс оголенный, глаза заспанные. Не выдержав, я отвел от него взгляд, садясь за стол и стараясь скрыть красное лицо.
— Доброе, — сказал Ямато, и передо мной оказалась кружка кофе. — Держи. Пойду пока умоюсь, скоро на работу, отец не особо любит открывать магазин сам.
Ямато рассмеялся и направился в ванную, попутно проведя рукой по моим волосам. Прикрыв глаза, я даже потянулся за его рукой, но быстро себя одернул. Переписывался ли он тогда с отцом? Или с кем-то другим? Я пытался верить в то, что все же с отцом, что давало мне еще большую надежду.
Мы позавтракали вместе сэндвичами и Ямато ушел, пообещав, что мы еще обязательно встретимся и что он будет рад этому, напоследок оставив мне номер своего телефона.
Первые дни, после того, как Ямато ушел, я порывался было прийти в его кафе, увидеться с ним, вновь ощутит его заботу и доброту. Я начал ловить себя на мысли, словно я наркоман, который хочет получить дорогую дозу, что мне абсолютно не по карману. Поэтому ни разу я так и не пришел. Я понимал, что если подсяду на него, то просто не смогу слезть так просто. Пока он на безопасном для нас обоих расстоянии от меня, я еще смогу справиться с этой разъедающей любовью. Поэтому я и решил для себя, что если мы и будем пересекаться, то только в клубе или каком-то баре, в компании ребят.
В выходные парни предложили сходили в бар, и я конечно же согласился. Первые час я нервно осматривался, надеясь, что Ямато тоже придет, но его нигде не было. Я даже успел расстроиться, подумав, что может он пошел в другое место, но он все же появился. Он был со своими друзьями, веселился в их компании, а я наблюдал за ним украдкой, стараясь не выдать себя, потому что заметил и Стэна, что был с другой компанией, недалеко от нас.
Вскоре обе компании собрались вместе и мы к ним присоединились. Ямато встретился со мной взглядом и расплылся в нежной улыбке, приветствую. Я смог лишь кивнуть ему, невольно улыбнувшись, но тут же опустил взгляд, чувствуя, как краснею.
Пару раз мы пересекались с Ямато у бара, тот спрашивал как у меня дела и почему я ему не писал и не звонил, на что я мямлил что-то невразумительное, после чего его тут же обступали со всех сторон, оттесняя меня на второй план и я уходил, предоставляя Ямато возможность пообщаться с друзьями.
Постепенно я и не заметил, как Ямато оказался сидящим рядом со мной. Он общался с ребятами, закинув руку на спинку дивана за моей спиной. Я готов был сгореть от стеснения, пока он был так близко, пару раз касаясь пальцами моего плеча, а потом поворачиваясь, словно проверяя точно ли там я. По крайней мере, мне так казалось.
Отойдя в туалет, я никак не мог стереть с лица лёгкую довольную улыбку. Я был счастлив, что Ямато был рядом. Впервые мы оказались так близко друг к другу в компании ребят.
— Смотрю ты развлекаешься, — раздался голос за моей спиной, пока я мыл руки. Вздрогнув, я глянув в зеркало, наткнувшись на самодовольное лицо Стэна. Я похолодел изнутри, и улыбка с моего лица тут же сползла. Глянув на дверь, я сглотнул, вернув взгляд к Стэну. Тот едко усмехнулся, загородив собой выход.
— Чего ты хочешь? — повернувшись, спросил я, хмуро смотря на Стэна. Я старался выглядеть как можно более уверенно, но точно знал, что это на него не повлияет.
— О, ты знаешь чего я хочу, — протянул Стэн, подходя ко мне.
Я следил за ним, переполненный страхом, прислушиваясь к голосам за дверью, и молясь, чтобы кто-то зашел, помог мне, хотя бы просто сбив Стэна, чтобы я мог быстро свалить. Стэн же не обращал ни на что внимания, сверля меня взглядом. Я уже выучил каждый его взгляд и точно знал чего он хотел. Мне стало страшно. Сглотнув и вжавшись в раковину, я почувствовал, как забилось сердце. Он хотел секса, прямо сейчас.
— Ну как роль принцессы? Смотрю твой благоверный наконец тебя принял? — усмехаясь, Стэн подступил ко мне, нависнув и облокотившись руками о раковину. Опустив голову, я сжался всем телом и меня затрясло. — О, неужели он еще ничего не знает? Так может ускорим процесс? Я подсоблю, ты не переживай. Ты же знаешь, уж я-то тебе помогу. Я ведь единственный, кто всегда на твоей стороне, верно?
— Не смей, — с ужасом выдохнул я, вскинув на него взгляд.
— Почему же? Ты ведь явно наслаждаешься его обществом, я видел, как ты млел весь вечер, стоило ему только посмотреть на тебя, заговорить или сесть рядом. Понятное дело, что он не будет с тобой из чистой любви, но могу помочь и здесь. Покажу ему пару фоток, расскажу какой ты в постели, — Стэн оскалился, наклонившись ко мне сильнее, и меня обдало запахом алкоголя и сигарет, от чего я отпрянул, еле сдержавшись, чтобы не поморщиться. — Такой покладистый, раздвигаешь ноги по первому зову, сделаешь все, что нужно и как надо. Я тебя отлично прорекламирую, не волнуйся. У меня ведь и брошюрки есть.
Стэн сунул руку в карман и достал фотографии. Помахав ими перед моим лицом, он отпрянул было, но я тут же схватил его, не давая уйти.
— Что такое? Хочешь, чтобы я передал ему что-то еще?
— Не делай этого, — прошептал я, практически взмолившись. Стэн рассмеялся, своим противным, въедающимся в каждую клетку организма смехом, что я слышал так часто, что казалось был уже им отравлен. Повернувшись ко мне, Стэн подступил на шаг и перехватил мою руку, которой я его держал, наклонился к самому моему уху, прошептав:
— Убеди меня.
Я знал, что нужно было делать. Сжав руки в кулаки, я проглотил ком обиды и, схватив Стэна, отвел его в одну из кабинок, захлопнув дверь. Сев перед Стэном на колени, я дрожащими руками начал расстегивать его штаны.
Было обидно, больно и противно, я чувствовал, как жжет глаза. Ямато где-то рядом, как много понадобиться времени, чтобы он заметил, что меня уже долго нет? Придет ли он сюда, будет ли звать, чтобы узнать, здесь ли я? Ответит ли ему Стэн, в порыве своего очередного желания поиздеваться?
Я старался покончить с этим как можно скорее. Делал все, как Стэну нравилось, лишь бы он кончил быстро и отстал. Я хотел вернуться обратно, чтобы Ямато ничего не заподозрил, чтобы не переживал и не думал снова, что я хотел этого, что Стэн вообще имеет хоть какое-то значение в моей жизни.
Когда Стэн наконец-то кончил, я поперхнулся его же спермой, но быстро выхватил фотографии, крепко сжимая их и отползая от довольного ублюдка.
— Ладно, уговорил, — лениво протянул он, потрепав меня по голове и переступив через мои ноги, вышел, на секунду замерев, после чего громко хмыкнул, идя дальше. Затем я услышал: — Там.
Встрепенувшись, я посмотрел на дверь, и тут же передо мной появился Ямато. По инерции, я быстро спрятал фотографии, чувствуя, как кровь отлила от лица. Ямато смотрел на меня распахнутыми глазами, сначала переполненными страхом, но я видел, как постепенно они наполняются злостью.
— Какого хрена? — прошептал Ямато, подступив ко мне. Присев рядом, он протянул руку, коснувшись уголка моего рта и я понял, что он пытался стереть. Непроизвольно, я отбил его руку, отстранившись. Меня трясло всем телом, я боялся, что он сделает, как отреагирует, что подумает. — Я его прибью.
Ямато прорычал мне это прямо в лицо, тут же подскочив и направился к выходу. Меня охватила паника. Встав следом, я бросился к Ямато, схватив его за руку и останавливая.
— Не надо! — я практически повис на его руке, дернув на себя. Ямато остановился, непонимающе смотря на меня. — Пожалуйста, не надо.
Ямато повернулся ко мне, прожигая яростным взглядом. Я сглотнул от страха, слегка ослабив хватку, и Ямато убрал от меня руку.
— Назови мне хоть одну причину, по которой я не должен этого делать?
Смотря в его глаза, я думал, что мне сделать, чтобы остудить его пыл и успокоить, чтобы он не пошел за Стэном, не начал с ним разбираться, не услышал то, чем тот мне угрожал. И я не нашел лучшего варианта, чем принять все на себя. Пусть на этом наше общение закончится, пусть он меня возненавидит, это все равно должно было случиться так или иначе.
Опустив голову, я посмотрел на пол, но он тут же размылся, глаза больно защипало и в горле застрял ком.
— Я сам его попросил.
Наступило молчание. Ямато все еще стоял передо мной, а я смотрел в пол, старательно отгоняя слезы.
— Зачем? — прорычал Ямато и подступил ко мне, накрывая меня своей тенью. Я сжался под ней, ощущая давящее чувство, словно его злость стала физической, смешиваясь с воздухом. Подняв на него взгляд, я приложил все усилия, чтобы показать ему, что это не его дело. Ямато опешил сначала, но разозлился лишь сильнее. Сделав ко мне еще один шаг, он схватил меня за локоть, встряхнув. — Зачем, Раян?!
Я вздрогнул, сжавшись и попытался отстраниться, но Ямато не пустил меня, дернув на себя. В этот момент дверь открылась и в туалет хотел было зайти какой-то парень, улыбаясь во всю ширь, но наткнувшись на разъяренное лицо Ямато, глянул на меня, пискнул извинение и быстро вышел. Ямато перевел взгляд обратно ко мне и сжал руку сильнее.
— Ты говорил мне, что он тебе никто, что противен, когда я спросил, принуждает ли он тебя, так неуверенно отрицал это, а теперь говоришь, что сам к нему пошел?! — с каждым словом его голос все повышался, а я сжимался, вздрагивая каждый раз, когда он дергал мою руку. Затем он нервно выдохнул и продолжил уже тише, но не менее раздраженно: — Ты отказал мне, сказав, что замена тебе не нужна, но вот опять ты с этим ублюдком. Я тебя вообще не понимаю. Что у тебя в голове? Ты противоречишь сам себе, сам себя загоняешь и рушишь как свою жизнь, так и самого себя. А вообще, знаешь, — раздраженно сказал Ямато и практически откинул мою руку. Посмотрев на него, я невольно отступил, наткнувшись на переполненный раздражением и пренебрежением взгляд. Я видел его таким впервые. — Делай что хочешь. Я уже начинаю считать себя полным идиотом, все пытаюсь помочь, вытянуть, сделать все что угодно, чтобы эта тварь на тебя никак не влияла и в итоге, ты все равно возвращаешься туда же. Нравиться там болтыхаться? Вперед! Я в это ввязываться больше не буду. Надоело уже влезать туда, куда не просят. Я устал от этого.
Выплюнув последние слова, Ямато развернулся и быстро выскочил за дверь. С секунду я стоял на месте, а затем рвану за ним, вылетел из туалета и, осмотревшись, направился к быстро удаляющемуся Ямато. Схватив его, я открыл было рот, чтобы попытаться все ему объяснить, но Ямато резко вырвал руку, раздраженно посмотрев на меня.
— Хватит,— строго сказал Ямато. — Мне это все надоело. Надоело бегать за тобой и пытаться вправить мозги, тогда как тебе это нахрен не надо.
Впервые я слышал у Ямато такой тон. Отступив от него, я медленно опустил руку. Он тут же развернулся и скрылся в толпе. Вот и конец. Я не ожидал, что он наступит так быстро, но я его принял. Потому что был готов к нему.
Развернувшись, я рванул к выходу. Обзор размывался, люди словно специально столпились передо мной, как будто издеваясь и не давая уйти. Я слышал как кто-то смеялся, натыкался на насмехающиеся взгляды, толчки и подножки. Казалось, будто каждый знал о моем позоре и хотел поиздеваться, как котенка тыча носом в мое же дерьмо. В какой-то момент я готов был уже просто рухнуть и закричать, от боли и обиды, но окружение словно почувствовало это, резко расступившись и я оказался перед выходом. Отдышавшись, я рванул к нему, смотря только перед собой на дверь.
Холод ручки обжог мне ладонь, я потянул ее и открыл дверь, вываливаясь на улицу. Как только дверь за спиной закрылась, вокруг воцарилась тишина. Тяжело дыша, я старался выровнять дыхание, задыхаясь от слез.
— Эй, принцесса, — раздалось рядом со мной, как только дверь хлопнула. Я тут же закрыл глаза, сжав челюсти и кулаки. Только этого ублюдка мне сейчас не хватало.
— Отвали, — дрожащим голосом, сказал я, не оборачиваясь, и направился было прочь, но Стэн меня перехватил. Встав передо мной, он осмотрел меня, тут же заржав. Терпеть этого я уже не мог, поэтому просто оттолкнул его с силой, и пошел дальше. Но Стэн не был бы тварью, если бы не пошел за мной, продолжая гадко хихикать.
— Ну что же ты так? Не бойся, я тебя обогрею и утешу, — как только я почувствовал его руку на своем плече, что-то во мне надломилось. Быстро скинув его руку, я развернулся и со всей силы ударил его в челюсть. Стэн оторопел и отступил от меня на пару шагов, схватившись за скулу.
— Я сказал отвали! — в сердцах проорал я на всю улицу. Я чувствовал такую злость, что у меня зазвенело в ушах, а в глазах на секунду посветлело. Развернувшись, я пошел дальше, как можно скорее стараясь уйти.
— Ты еще пожалеешь, шалава, — сказал мне на последок Стэн, и я услышал, как дверь бара хлопнула. В тот момент я сорвался на бег, направившись домой.
—
Открыв глаза, я сразу же почувствовал головную боль. Поморщившись и простонав, я повернулся на спину, сжав виски. Мой вчерашний срыв дорого мне обошелся. Как только я вернулся домой, то около часа сидел в ванной, стараясь отмыться, но постепенно просто осел и плакал. Выйдя, я продолжил рыдать уже на кровати. Нашарив телефон, я посмотрел на экран. Время завалило за полдень. Вздохнув, я увидел пару пропущенных звонков от Уилла, нашего вокалиста и сообщения о том, что сегодня они собираются немного поиграть и звали меня. Прикрыв глаза, я повернулся на бок и набрал его. — Привет, дружище! Наконец-то очнулся! Заваливайся к нам, уже все собрались! — Прости, Уильям,— прохрипел я в трубку. — Я не смогу больше с вами играть. — В смысле? — ошеломленно выдохнул он, и я закрыл глаза, стараясь сдержать задрожавшую нижнюю губу. — Я ухожу из группы, — ломающимся голосом проговорил я. — Я больше не буду играть. Прости. Не дожидаясь ответа, я отключил звонок, написал на работу, что ухожу на больничный и отключил телефон. Мне нужно было время восстановиться. Но я решил, что больше появляться в компании людей, где есть Ямато и тем более Стэн, я больше не хочу. Была лишь одна проблема: они оба знали, где я живу. Вздохнув, я начал медленно засыпать. Спал я беспокойно, то засыпал глубоко, видел какие-то образы, просыпался, ворочался, весь липкий от пота, стонал и обливался слезами даже во сне. Я понимал, что моя жизнь катится к чертям. Кажется, я даже слышал во сне, как что-то медленно рушится, оглушая своим треском. Окончательно я проснулся уже вечером. Голова раскалывалась не переставая. Когда я попытался встать, то тут же осел на кровать, чувствуя головокружение. Посидев немного, я медленно встал, но вновь пошатнулся, однако на ногах я удержался, неровной походкой направившись в туалет. Стоять перед унитазом, я не мог, поэтому просто рухнул на него, опустив голову на руки. Просидел я там довольно долго, чуть не уснув вновь, но вовремя растормошил сам себя. Умывшись, я долго стоял под краном, стараясь заглушить головную боль холодной водой. Затем я долго еще пил, начав уже дрожать от холода. Вернувшись в комнату, я осмотрел свое спальное место, поморщился, но все же лег обратно и укутался в одеяло, отвернувшись к стене и трясясь от холода. Я провел так два дня. Жизнь протекала мимо меня, порой я и вовсе терялся во времени, не понимая ночь это, утро или день. Понял я, что прошло уже два дня, только когда все же включил телефон. На него тут же начало приходить куча уведомлений, большая часть из которых были от Уилла, несколько от остальных ребят из группы. Все они были относительно моего ухода из группы, но одно сообщение, заставило меня похолодеть от ужаса. «Загляни в почтовый ящик, принцесса». Подорвавшись, я бросился к двери. На ватных ногах я подлетел к почтовому ящику, дрожащими руками открыл и наткнулся на конверт. Схватив его, я задыхался от ужаса, стараясь открыть его нормально, но руки просто не слушались. Внутри лежали фотографии. На них были не только кадры нашей «первой ночи», но были и другие. Покачнувшись, я опал на стену, смотря на снимки. Насколько же нужно быть конченым человеком, чтобы такое сделать? Насколько же сильно нужно ненавидеть меня, чтобы дойти до такого? Вздохнув, я опустил руки и направился домой. Кинув снимки на столик, я забрался обратно под одеяло, и хотел было вновь провалиться в сон, как телефон завибрировал, отчего я вздрогнул, сначала даже не поняв, что это и откуда. Звонил Уилл. Я не стал принимать звонок, и просто отключил телефон. Откинув его, я услышал, как тот упал на пол, но мне было все равно. Я просто хотел уснуть вновь, чтобы реальность не давила на меня, хотелось уснуть и в следующий раз, когда я проснусь ничего не помнить, оказаться в другом месте, там, где никто меня не знает, где нет моих друзей и знакомых, нет этого ублюдка, и нет Ямато. Во сне я слышал какой-то шум и ворочался, стараясь его хоть как-то заглушись, после чего к нему присоединился и звон. Приоткрыв глаза, затуманенным взглядом я смотрел на стену, начиная постепенно осознавать, что весь этот шум не во сне, а в реальности. Резко приподнявшись, я покачнулся, но удержал равновесие, со страхом смотря в коридор. Дверь ходила ходуном, а звонок разрывался от звона. Медленно встав, я как можно тише, словно в таком шуме меня вообще хоть кто-то мог бы услышать, подошел к двери. Она тряслась с такой яростью, что казалось, будто еще немного и она слетит с петель. Точно так же от страха билось и мое сердце. — Какого хрена?! — услышал я чей-то голос, и стук резко прекратился. — Пацан, ты совсем очумел?! — Отвали! — раздался ответ, и я замер всем телом, поняв, что это был голос Ямато. Меня отшатнуло от двери. Что он тут делает? Зачем пришел? Он ведь сказал, что больше не хочет меня видеть, так почему теперь старается выбить мне дверь? Когда вновь послышались стуки и звонки, я повернулся и глянул на валяющиеся на столике фотографии. Неужели он тоже их видел? Может ли быть, что Стэн отправил фотографии и ему? Тяжело задышав, я осел на пол у стены, оглушаемый начавшимся у меня приступом паники. Задыхаясь, я сжимал голову руками, вздрагивая от каждого удара по двери и заливаясь слезами. — Я буду стоять здесь, пока ты не откроешь! — яростно проорал Ямато, ударив по двери со всей силы. Подпрыгнув на месте, я сжался сильнее, всхлипнув. — Я сейчас ментов вызову! — послышался голос соседа, и я встрепенулся, посмотрев на дверь. — Совсем озверел?! Я услышал потасовку и рванул к двери. Ноги меня не держали, а руки тряслись, и я никак не мог справиться с замком, отчего переживал еще сильнее. Если из-за меня у Ямато будут проблемы еще и с полицией, это станет последней каплей. Распахнув дверь, я открыл было рот, чтобы остановить Ямато, что как раз направился в сторону соседа, но издал лишь еле различимый хрип, тут же закашлявшись и рухнув на пороге. — Раян! — Ямато оказался возле меня, присев рядом и схватив за плечи. Я ухватился за него, продолжая кашлять и задыхаться. — Тише, успокойся. Дыши глубже. Давай, дыши. Подняв на него взгляд, я сморгнул слезы и наткнулся на переполненные страхом и беспокойства глаза Ямато. Он дышал глубоко, словно показывал мне как надо, и непроизвольно я начал повторять за ним, постепенно успокаиваясь. Отдышавшись, я опустил голову и медленно расслабился, но продолжая трястись всем телом. — Эй, он в порядке? — осторожно спросил сосед, когда Ямато прижал меня к себе, согревая своим теплом. — Будет. Извините за шум, — бросив это, Ямато поднялся, подхватив и меня и, не дожидаясь дальнейших вопросов, зашел в квартиру, практически неся мое повисшее на его руках тело. Как только дверь захлопнулась, Ямато просто сжал меня в своих руках, словно боялся, что я упаду. А я готов был это сделать. Я держался за Ямато из последних сил, практически вися на нем и напитываясь его теплом. Когда я перестал так сильно трястись, я приоткрыл глаза и начал осознавать происходящее. Ямато стоял в моем доме, крепко обнимая и перебирал волосы в руке, успокаивая. А не обвиняет и кричит. Как я думал. Резко придя в себя, я уперся в грудь Ямато руками, стараясь оттолкнуть от себя, но тот не сдвинулся ни на сантиметр. — Отпусти, — прохрипел я, шумно задышав и чувствуя, как меня вновь накрывает волна истерики. — И не подумаю, — уверенно ответил Ямато. — Отпусти! — из последних сил, смог сказать я, продолжая вырываться, но сил не было, а Ямато держал крепко. — Успокойся, все хорошо, — зашептал он мне на ухо, но я уже не мог остановиться. Ноги подкосились, и я начал падать, но Ямато опустился со мной, ни на секунду не отпуская. Я рыдал на его плече взахлеб, сжимая в руках его кофту и сотрясаясь всем телом. И я чувствовал, как Ямато дрожал и сам. Он все нашептывал мне слова поддержки и гладил по голове и спине. Пару раз мне даже казалось, что он прижимался губами к моим волосам. И его голос. Больше в нем не было злости и раздражения, только трепет и дрожь. Почему он должен переживать это? Почему должен сидеть сейчас со мной, обмазанный моими же соплями, и успокаивать? Я ведь никто для него, лишь проблемный парень, «шалава» — как сказал Стэн. Я сам во всем виноват, сам довел свою жизнь до этого, как Ямато и говорил, по своей же тупости. — Ты не обязан, — невольно вырвалось из меня, и я почувствовал, как Ямато вздрогнул, слегка отстранившись. — Что? — Ты не обязан быть здесь, — наконец оказавшись в отдалении от него, я тут же уперся ему в грудь, отстраняясь. Ямато ухватился за меня и не дал отползти от себя, удерживая рядом. Вздохнув, он спокойно обтер мое лицо рукавом своей кофты и вернул обратно в свои объятия. — Не обязан. Но я хочу, — прошептал Ямато, и в этот раз я отчетливо почувствовал, как он прижался губами к моему лбу. Прикрыв глаза, я расслабился, просто сдаваясь. — Успокоился? Когда я кивнул, Ямато осторожно поднялся, помогая мне встать. Подведя меня к дивану, мы сели, и он тут же притянул меня к себе, крепко держа за руку. Затем я почувствовал, как его тело за секунду стало стальным. Подняв на него взгляд, я заметил, с какой злостью он смотрит на стол. Посмотрев туда, я резко подался вперед, схватив фотографии и, прижав их к себе, отвернулся от Ямато, стараясь их скрыть. Мне на спину осторожно легла теплая рука, и я сжался сильнее, вновь задрожав. — Прости, но я их уже видел, — тихо сказал Ямато, придвинувшись ко мне ближе и пытаясь повернуть к себе, но я согнулся, сжимаясь в кокон. Это больно по мне ударило. Он видел эти фотографии. Все это, весь мой позор. Внезапно я практически подлетел, от неожиданности охнув и выпустив из рук фотографии, от чего они посыпались на кровать. Ямато поднял меня, все же добившись своего и повернул к себе, но я тут же подорвался к фотографиям, стараясь собрать их и спрятать. Одним махом, Ямато скинул их и развернул меня к себе так резко, что на секунду у меня закружилась голова. После этого, он сжал меня в руках, крепко держа за талию и затылок. — Да плевать на эти снимки, просто успокойся! Никто тебя ни в чем не обвиняет, все на твоей стороне. — Все? — переспросил я, резко перестав трепыхаться. Осознание масштаба моего позора, ударило меня по голове. — Кто это видел? Когда Ямато ослабил хватку, в нерешительности посмотрев на меня, я похолодел изнутри. Открыв было рот, он тут же закрыл его и отвел взгляд. Для меня этого было достаточно, чтобы понять, что такие посылки получили все наши знакомые. Я отпихнул от себя Ямато, метнулся с дивана, но тут же рухнул на пол, не зная что теперь делать. Мало того, что Стэн вообще сделал эти фотографии и отправил их мне, он приплел сюда еще и Ямато. Но это было понятно, он знал о моих к нему чувствах, знал, каким ударом это будет для меня и как на это может отреагировать Ямато. Но зачем было отправлять это другим? — Успокойся, — Ямато тут же оказался возле меня, ухватив за плечи и придерживая, пока я в панике рыскал взглядом по комнате, стараясь понять для себя: что же мне делать? — Ты боишься, что он тоже увидел? Сначала я даже не понял о чем он спрашивал. Посмотрев на него, я видел скорбь и жалость в его глазах. Он говорил о «нем». О том самом парне, что мне так нравился. Прикрыв глаза, я почувствовал, как меня переполнила пустота. Звенящая, прохладная пустота. Смотря Ямато прямо в глаза, я тихо ответил: — Видел. — Откуда ты знаешь? — тут же засуетился тот, явно нервничая, я видел это по его глазам и движениям. — Может он еще не успел, я могу… — Он сидит прямо передо мной, — не выдержав, сказал я. Голос мой был спокоен, как и я сам. Мне просто уже надоело. Бегать от него, прятаться и страдать. Раз уж сегодня день откровений, то пусть уже узнает все. Услышав это, Ямато так и осел, ошеломленно смотря на меня. Горько усмехнувшись, я отвел от него взгляд и отвернулся. Я был готов к тому, что он попросит прощение и скажет, что готов быть лишь другом и поддержкой. Как будет успокаивать и пытаться привести в порядок, чтобы потом быстро уйти и постепенно наши отношения сойдут на нет. Не позволит он сам себе общаться со шлюхой, которая своей тупостью встряла в проблемы с конченым ублюдком. Какой ему смысл связываться со мной даже в качестве друга и пятнать свою репутацию? Никакого, как и встречаться. Услышав шорох за спиной, я ссутулился, закрыв глаза. Сейчас будет поставлена последняя точка в нашем общении. Сейчас, моя жизнь изменится в полной мере, и я смогу сбросить все это и уйти, куда угодно, лишь бы как можно дальше от всего этого, от своих чувств и окружения. Просто поменять его, начать все заново… — Почему ты молчал? — Ямато оказался у самого моего уха и меня тут же обхватили его руки. Прижимая меня к своей груди, Ямато сел поудобнее, и я оказался между его ног, прижатый к нему спиной. Вздрогнув, я открыл глаза от неожиданности, повернувшись к нему лицом. Ямато смотрел на меня с такой грустью, что у меня защемило сердце и я отвел взгляд, не выдержав этого. — У тебя ведь была идеальная возможность, когда я предложил тебе замену «тому парню». Почему ты отказал? — Как можно заменить человека, которого любишь им же? Это уже не то. Это не искренние чувства. И привязывать тебя к себе из чувства жалости я не хотел. Она мне не нужна. Все стало бы только хуже. И это было бы как минимум не честно по отношению к тебе, — вздохнув, я посмотрел на Ямато и спросил у него: — Да и зачем оно тебе вообще надо? Вокруг тебя достаточно тех парней, с которыми можно быть вместе и не будет столько проблем, как со мной. — Я люблю тебя. Эти три слова врезались в мое сознание ножом, больно полоснув. Непонимающе смотря на Ямато, я старался разглядеть, насколько правдивы его слова. Но я не видел и капли лжи. Его глаза сквозили нежностью и болью, слегка покрасневшие, что я заметил только сейчас, словно он плакал. — Что ты сказал? — голос мой дрогнул, и я проглотил вставший в горле ком, стараясь не заплакать вновь. Ямато нежно улыбнулся, протянул ко мне руки и осторожно взял мое лицо в свои ладони, с таким трепетом, что я невольно всхлипнул, итак понимая, что он скажет. — Я люблю тебя, Раян. Закрыв глаза, я опустил голову, схватившись за руку Ямато. Тот явно заволновался, а я просто тихо плакал. — Что такое? — нервно спросил Ямато, подняв к себе мое лицо, и я смог лишь выдавить из себя: — Ненавижу себя. Я такой идиот. — О чем ты говоришь? — с ужасом в глазах, Ямато начал гладить мои щеки, стараясь стереть скатывающиеся слезы. — О том, что ввязался в это! — прокричал я, вырвавшись из рук Ямато и согнулся, закрыв лицо руками. — Что по своей тупости связался с этим ублюдком. И теперь я… Продолжить я уже не смог, громко всхлипнув и голос мой сорвался. Ямато осторожно потянул меня наверх, заставляя выпрямиться и потом я почувствовал, как он поцеловал меня. Резко отстранившись, я оттолкнул его, но Ямато притянул меня к себе, вновь целуя. — Не надо, — прошептал я, отстраняя Ямато от себя, и тогда он обнял меня, сжав меня в руках. — Не говори так, ты ни в чем не виноват. Я люблю тебя, на самом деле люблю и мне тоже больно! — вздрогнув, я всхлипнул, посмотрев на Ямато. Поняв, что привлек к себе внимание, Ямато криво улыбнулся дрожащими губами, стерев мои слезы и поцеловав вновь. Легко, еле касаясь губ. — Мне больно слышать, что ты винишь себя за это, хотя ни в чем не виноват. Ты не сделал ничего плохого, тобой просто воспользовался этот ублюдок. Последние слова Ямато процедил сквозь зубы, с яростью посмотрев в сторону снимков. Я отшатнулся от него от неожиданности, но он тут же вернул взгляд ко мне, улыбнувшись и притянув к себе. — Мне противно от мысли, что он воспользовался тобой и сделал нечто подобное. Только он заслуживает осуждения, не ты, пойми это, пожалуйста. Прошу, не говори, что ненавидишь себя, ты не сделал ничего плохого, понимаешь? Отстранившись, Ямато начал целовать мое лицо. Висок, скулу, щеку, переходя к губам. Не сдержавшись, я простонал, так жалобно, что мне самому стало не по себе. На этот раз я не отталкивал его, жадно ответив. Как долго я мечтал об этом моменте, как часто представлял его себе. Не при таких обстоятельствах конечно, но я не мог больше сдерживаться. Я хватался за него, словно за спасательный круг и он крепко держал меня в руках, жадно меня целуя, настойчиво и слегка яростно, но с заботой. Когда все решилось, я почувствовал небывалое облегчение. Ямато держал меня в руках, пока я не успокоился в полной мере и не ощутил прилив слабости и усталости. Я был морально и физически вымотан. Столько дней нервов и стресса, и долгожданное облегчение, наконец дало возможность организму расслабиться. Ямато помог мне сходить и умыться, и как только я увидел свое лицо в зеркале, тут же попытался спрятаться, но Ямато лишь слегка посмеялся, по доброму, успокаивая меня и целуя в опухшие глаза. Он накормил меня и заварил чай, что некогда мне давал. Это меня разморило. Я все клевал носом, пока Ямато о чем-то размеренно мне говорил. Заметив, что я практически сплю, он усмехнулся и уложил меня под одеяло, ложась рядом. Я лежал на его груди, вслушиваясь в его слегка беспокойное сердцебиение, медленно засыпая и наслаждаясь тем, как его пальцы перебирали мои волосы. Я не заметил как уснул, и когда проснулся, сквозь дрему, я провел рукой по пустому месту, где лежал Ямато. Нервно выдохнув, я приподнял голову и заметил свет на кухне. Успокоившись, я почувствовал легкий запах сигарет и прикрыл глаза, вслушиваясь в голос Ямато. Он говорил с кем-то на японском, и я решил, что скорее всего с отцом. Когда я уже задремал, кровать возле меня прогнулась, и я вздрогнул от неожиданности, приподняв голову. — Прости, разбудил? — виновато прошептал Ямато, ложась рядом, и тут же притянул меня к себе, укладывая себе на грудь. — Нет, я дремал. С кем ты говорил? — прохрипел я, устраиваясь на Ямато поудобнее, тут же погружаясь в сон. — С отцом, — тихо ответил Ямато, поцеловав меня в макушку, и под звук его сердцебиения, я вновь уснул.
