Вирус Бога

– Красотища-то какая! – воскликнул Сергей. Он с наслаждением втянул носом воздух и медленно выдохнул. – Вот ради таких мест, наверное, и люблю я наше опасное увлечение. Тут бы жить да жить, тишина, покой… а там, – он мотнул головой в неопределенном направлении, – суета, вонь, злые люди. – Сергей махнул рукой, воткнул лопату в землю и мечтательно уставился в небо. – Ты ­копать-то будешь, романтик? – недовольно спросил Витя, расхаживая рядом с металлоискателем – Найди сначала, что копать. Ты вообще уверен, что кладбище тут? – Где ему еще быть? – Ну, может, вон с той стороны поля. Почему ты так уверен, что ему самое место здесь? Никаких крестов, надгробий, ни холмика, вообще никаких следов. – Андрюх, поясни ему, а я пока поищу, – сердито ответил Витя и, поправив наушники, пошел в сторону, внимательно глядя себе под ноги. – Ну, поясни мне, – Сергей повернулся к Андрею. – Ты будешь смеяться, – Андрей почесал нос, глядя на Сергея исподлобья, – но пока мы копали деревню, я много думал: где же местные жители сто двадцать лет назад могли обустроить себе погост? И мне не пришло на ум ничего более подходящего, чем это поле. Красота же, уютное место, лесок рядом. Да и фрагменты церкви мы нашли в трехстах метрах отсюда – и это, конечно, более веский аргумент, чем мое воображение. У наших предков не было традиции таскаться с гробами из конца в конец под танцы и песнопения. Там отпели, – он показал рукой в направлении церкви, – а тут рядом и положили. – На такое я бы посмотрел, – рассмеялся Сергей, – так и представляю себе серьезных бородатых мужиков в косоворотках, идущих вприсядку с гробом на плечах, а перед ними не менее бородатый поп, весело вращающий двумя горящими кадилами. Все рассмеялись, а Юрка, хохоча, даже присел, прислонившись спиной к березе. – И… и… – он безуспешно пытался совладать с собой, – и все это под «Барыню», – наконец смог выговорить он. – Я ­что-то нашел, хороший сигнал, – прервал веселье Витя. – Ну вот, теперь и копнем, – сказал Сергей, выдергивая лопату, и пошел к Вите. Юрка с Андреем последовали его примеру. – Было много нечетких сигналов, а здесь вот четкий и сильный, – Витя ткнул пальцем в землю рядом с собой, – можно начать расчистку и будем копать. – Он снял наушники, отошел и положил металлоискатель под дерево – Ваш выход, товарищ, лишите могилку девственности, – Витя поклонился и грациозным жестом пригласил Сергея начать раскопки. Сергей с серьезным видом кивнул. Подойдя к указанному Витей месту, расчистил ногой землю от мелких веток и сухих листьев, воткнул штык лопаты в землю. Поплевав на руки, взялся за лопату, с силой надавил на нее и… исчез под землей. Сергей буквально провалился сквозь землю, причем падение сопровождалось треском дерева, звуком рвущейся материи и – под конец – звоном метала. Наступила тишина… Трое пораженных парней стояли недалеко от разверзшейся могилы, в одну секунду поглотившей их друга. Первым среагировал Юрка. – Твою ж мать! – крикнул он, подбежал к краю ямы, встал на колени и стал вглядываться сквозь поднявшуюся при падении пыль, пытаясь найти Сергея и понять, что с ним. Витя хотел последовать за Юркой, но его удержал за руку Андрей. – Опасно, вряд ли тут одна могила, давай медленно и аккуратно, – пояснил он. – Возьмем щупы и найдем безопасную дорогу. Ты достань щупы, я пока быстро сбегаю за лестницей к палаткам, – Андрей произнес эти слова почти шепотом, словно боясь еще больше потревожить мертвецов. – Хорошо, – так же тихо ответил Витя и, повернувшись, пошел к рюкзакам, что лежали под деревом. Через несколько минут запыхавшийся Андрей вернулся, держа в руках раскладную алюминиевую лестницу. Витя уже ждал с двумя длинными металлическими прутами в руках, заточенными с одного конца. Один из них он передал Андрею. – Ну, где вы там?! – закричал им Юрка. – Я его вижу, лежит внизу, среди костей. Сверзился, похоже, прямо в гроб. Не шевелится. – Идем, – пробормотал Витя. – Ты аптечку взял? – Да, – Андрей хлопнул рукой по сумке, висящей у него на боку. – Супер, пойдем тогда. Витя, аккуратно прощупывая дорогу металлическим прутом, пошел вперед, Андрей двинулся за ним. По дороге они нашли еще несколько могил и аккуратно их обошли. – Что за дикие люди тут жили? – поинтересовался Витя. – Ты же это место нашел, что про них знаешь? – Слушай, я нашел место, про которое известно только то, что его больше нет на картах, и довольно давно. Крупная деревня, скорее, даже село. О традициях местных жителей история умалчивает. Хотя я начинаю догадываться, кто тут мог жить, сейчас осмотримся и расскажу. Благодаря такому интересному способу захоронения, снаружи нет никаких следов, поэтому до нас никого тут и не было. Надеюсь, с Серегой ничего страшного не случилось. Аккуратней! – Андрей остановил Витю, положив руку ему на плечо и показывая прутом на дыру в земле – в том месте, куда Витя уже собирался поставить ногу. – Давай не отвлекаться на разговоры. Через минуту друзья дошли до могилы, в которую провалился Сергей. – Ну, что вы так долго возились?! – возмутился Юрка. – Постарались избежать повторения подвига нашего героя, – объяснил Андрей, – это ты у нас везунчик безбашенный. – Вы о чем? – удивился Юрка, недоуменно глядя на друзей снизу вверх. – Ты пробежался еще по десятку таких же ям, накрытых гнилыми деревянными крышками. Вот чего. Каким чудом не сверзился – непонятно. Андрей подошел к могиле и посмотрел вниз. – Да, блин, летел знатно, – он покачал головой. – Тут метра два будет, может, даже чуть больше. Хорошо, что в могиле все корнями опутано, как лианами, они немного полет смягчили. Надо же, прямо в объятия покойника угодил, такое только с Серегой могло случиться. Так, давайте, я с аптечкой полезу вниз. Вы светите мне сверху, один фонарь беру с собой. Андрей разложил лестницу, спустил ее в яму – длины хватило в самый раз. Он аккуратно поставил одну ногу на ступеньку и, удостоверившись, что лестница надежно закреплена, поставил вторую, а затем аккуратно спустился вниз. Сергей пришел в себя. Грудь дико болела, каждый вздох отдавался острой болью, правая рука была мокрая, как и весь правый бок, их сильно жгло. «Упал, сильно ударился, ободрал руку и бок. С этим жить можно, вроде, внутри ничего не повредил», – подумал он. Сергей открыл глаза и непроизвольно дернулся – прямо перед его лицом находился череп с остатками плоти! Парень буквально упирался носом в мумию, лежа щекой на ее волосах. – Ну, просто ангелочки, – раздался рядом веселый голос Андрея. Сергей попробовал опереться на левую руку и приподняться, громко застонав. – Ты бы пока не напрягался братан, давай, я осмотрю повреждения, а ты потом двигаться будешь. Хорошо? – Валяй, – простонал Сергей и слегка закашлялся, затем лег обратно, постаравшись отстраниться от мумии. – Ой, да ладно, что ты такой ­брезгливый-то, – рассмеялся Андрей, заметив его реакцию. – Знатная тетка была: высокая, волосы черны, как смоль, не бедная, судя по украшениям. Может, даже и красивая, только теперь сложно понять – ты ей половину кожи с лица в порыве страсти содрал. Разве так можно с дамой? – Давай уже побыстрее, а? Противно же – попросил его Сергей и охнул от боли. – Ладно, извини. Я просто дико рад, что ты вообще жив. Сейчас быстро закончу, – Андрей подошел к другу вплотную и согнулся над ним. Провел ладонью по спине. –Вроде, ничего из тебя не торчит, насквозь не проткнуло, – он ощупал левую руку, – нигде не болит? – Нет, тут все хорошо, – ответил Сергей и громко чихнул. – Ой, блин! – заныл он. – Где болит? – с тревогой осведомился Андрей. – В груди болит писец просто. Андрей обошел его, наклонился и внимательно посмотрел Сергею в лицо. – Кровь у тебя изо рта не течет, и это хорошо. А подруга твоя пованивает, хотя, знаешь, можно привыкнуть, при прочих достоинствах стерпится-­слюбится, – Андрей присел на корточки и, приподняв правую руку товарища, внимательно осмотрел его многострадальный бок. – Порезался ты сильно, но повезло, что артерии не задел, все подлатаем. Пошевели пальцами на руках и ногах. Сергей пошевелил. – Отлично! Давай повернем тебя на спину, – предложил Андрей и помог ему перевернуться. – Да, кровищи знатно натекло из тебя, – пробубнил он. – Слушай, мне надо футболку твою разрезать, смыть кровь и закончить осмотр. Не против? – Футболка меня сейчас меньше всего беспокоит, так что валяй. Андрей кивнул и, посмотрев на стоящих наверху, крикнул: – Принесите бутылку воды, пожалуйста! – Сек, – ответил Юрка и исчез. Андрей открыл аптечку и достал из нее ножницы. Вернувшись к Сергею, аккуратно разрезал футболку. Наверху, свесившись по пояс в могилу, появился Юрка. – Держи воду! Андрей протянул руки и поймал бутылку. – Спасибо! Пока посидите там, не спускайтесь. – Хорошо, ждем. Андрей достал из аптечки марлевый тампон, вернулся к Сергею и, поливая его грудь и живот водой, начал осторожно смывать кровь. Затем внимательно осмотрел повреждения и промыл Сергею правую руку. – Жить будешь, все повреждения поверхностные, в основном, царапины от осколков костей, часть в тебе торчит, сейчас выну. Гроб весь сгнил, повезло, а то бы ты серьезно мог пострадать при падении. Ну, синяк у тебя на груди будет достойный, поэтому и дышать тяжело и больно. Руку сильно распорол о ребра своей красавицы, придется зашить. – Что, прямо тут? – удивился Сергей. – Да, это быстро, не переживай. Давай, я тебя сейчас полностью подлатаю, а затем осмотрим жилплощадь твой избранницы. Минут за пятнадцать Андрей управился с повреждениями, продезинфицировал их и зашил большой порез на руке. Забинтовав и заклеив пластырем мелкие раны, он попросил Сергея попробовать сесть. Когда тот с кряхтеньем поднялся, Андрей оценил свое «творение». – Ну, красавчик просто, вернешься домой героем. Не зря я на курсы первой помощи ходил, как знал, что в нашем опасном бизнесе обязательно пригодится, – Андрей довольно улыбнулся и хлопнул Сергея по плечу, тот вскрикнул. – Извини! – Давай глянем, ради чего все это было. Слезай с избранницы и посмотрим на то, что ты от нее оставил. Слово «останки» играет новым смыслом, да? – рассмеялся Андрей. Сергей, морщась от боли, аккуратно слез с постамента, на котором стоял гроб. Встав на ноги, он покрутился, медленно согнулся и разогнулся, крякнул и, удовлетворившись результатом, глубоко вздохнул. Обошел место своего падения по кругу, внимательно осматривая груду раздробленных костей, в которые сам же и превратил скелет похороненной в склепе женщины. – Какой странный способ хоронить людей для наших широт, ты не находишь? – спросил он. – Ага, очень редкий, вообще такое практиковалось, но в Сибири. Была там такая своеобразная секта аскольцев – христианская община, которую основал Петр Аскол, отсюда и название. Скрылись от преследования в Сибири. Не знал, что ­кто-то из них прижился в наших краях. – А за что их ­преследовали-то? – В те времена можно было присесть на пять лет просто за то, что ты выскажешь свое мнение, например, о Евангелии. Ну, почитаешь, скажем, в кругу друзей и обсудишь за кружкой пива вопрос непорочного зачатия вне рамок линии, проводимой Синодом. Друзья по доброте душевной поделятся с батюшкой, а потом ты будешь рассуждать уже перед коллегами по этапу, в пути на каторгу. Времена были суровые: церковь – часть государства, духовные скрепы, и все такое. Поэтому все активисты, которые имели собственное мнение относительно религиозных вопросов, тем более, если это мнение разделяли соратники, старались сами свалить в Сибирь, не дожидаясь прихода полиции. А там на них всем было наплевать. Что конкретно Петр Аскол придумал – уже не помню, но вряд ли он был большим оригиналом. Может, крестился снизу вверх левой рукой, может, к нему кто снизошел и поведал много интересного. В те времена придурков на Руси хватало, как, впрочем, и везде. По нашей теме запомнил только вот этот интересный способ захоронения. – Да уж, – усмехнулся Сергей, – странно, что я не слышал. Ведь я точно не мог быть первым, кто так грохнулся. Тут не кладбище, а западня для археологов. – Тоже мне, археолог нашелся, – Андрей улыбнулся. – Так зачем они это все делали? – Сергей обвел могилу здоровой левой рукой. – Мероприятие ресурсоемкое, в чем смысл? – Это – своего рода ковчег, в котором мертвеца отправляли в загробное путешествие. Тут, как ты видишь, ­прямо-таки дом: есть стол, посуда, иконы в углу, сундук с одеждой. Можно уютно скоротать вечность. Пока сверху не свалится «археолог». – Понятно теперь, почему ты запомнил. В общем, склад. И если дама была не бедной, все это, – Сергей потер пластыри на теле, – будет не зря. Он наклонился над уцелевшим черепом, с которого при падении действительно содрал часть кожи и скальп с левой стороны, убрал волосы со лба мертвой и снял с него узкий золотой обруч. – Ну что ж, дорогая, я вижу, что хорошо зашел, – Сергей передал обруч Андрею, – смотри, какая прелесть. – Да, уже поездку окупит, – Андрей внимательно изучил обруч и положил его на постамент. – А тут у нас что? – Сергей покопался в разломанных костях и вытащил остатки кисти с браслетом и частью манжеты от некогда красивого платья, вышитого золотом. – Царевна моя, позвольте вашу ручку, – он медленно поклонился и сделал вид, будто целует то, что осталось от пальцев. При этом две фаланги отвалились и упали. – Прекрати, – рассмеялся Андрей, – а то разбудишь в ней сильные чувства, потом не отделаешься. Кто знает, может, они так верили в эту тему с ковчегом, что душа ее так и осталась тут! Сидит вон в углу, рядом с сундуком с платьями, и вожделенно наблюдает за тобой. За добрую сотню лет ее только кроты да черви навещали, а тут такой гарный хлопец! – Да, будем серьезны. Кстати, неплохо бы узнать имя прекрасной и явно небедной девы. Снаружи никаких камней нет. Как было принято у аскольцев сохранять имя мертвого для вечности? – Камень должен быть внутри, надо поискать, – Андрей включил фонарь и прошелся вдоль стены склепа. – Вот и он! – присел на корточки у небольшой каменной плиты напротив изголовья постамента. Смахнул с нее рукой паутину и, осветив фонарем, прочитал: – Марфа Петровна. – А фамилия? – Вступая в секту, неофит отказывался от прошлого и от семьи. Они все были детьми своего предводителя, Петра Аскола, и фамилию получали одну – Аскол, ну, и отчество, соответственно, Петровна или Петрович. – Приятно познакомиться, Марфа Петровна, – Сергей снова поклонился оскаленному черепу с содранной кожей, – однако пора бы закончить с приданым. – Он снова покопался в костях и достал цепочку, на которой висел кулон с большим синим камнем. – Охота людям зарывать в землю такую красоту?! – К вам можно? – жалобно спросил сверху Юрка. – Ага, но осторожно, – ответил Андрей. Юрка и Витя медленно спустились в склеп и разошлись в разные стороны, внимательно осматривая мебель, утварь и прочие ценности, что сопровождали Марфу Петровну в ее последнем путешествии. – Иконку берем, – сказал Витя, снимая небольшую икону с полки в углу, – и лампадку. Зачетная, хорошо сохранилась, удивительно, ведь под землей, в сырости. Он аккуратно протер икону тряпочкой, покрутил на свету и, обернув пленкой- «пупыркой», положил в рюкзак. – Тут одни тряпки, – буркнул Юрка, рассматривая содержимое сундука, – думаю, если попробовать вынуть, рассыплются в труху. – Да и фиг с ними, пусть рассыпаются, проверь, может, под ними ­что-нибудь спрятано, – посоветовал Андрей. – Технологий спасения трухлявых тряпок еще не придумали, поэтому придется ими пожертвовать. – Хорошо, – Юрка покопался в сундуке, – не, тут только гнилые тряпки, облом. Он поднялся на ноги и отряхнул руки. Через некоторое время осмотр подошел к концу. Все, что можно было взять, «археологи» сложили на постаменте или упаковали по рюкзакам – Ну, совсем неплохо, господа. Обруч, браслет и кулон с цепочкой с ­каким-то камнем, аметистом, наверное. И это только первая могила! – заключил Андрей. – Мы можем себя поздравить! – воскликнул Витя, улыбаясь. – Ну, я бы себя поздравлять не стал, – прокомментировал Сергей. – Ты сам тут хотел остаться, пожить. Вот тебя и пригласили. Будь осторожней со своими желаниями, – сострил Юрка. – Лезем наверх? – Да, давай, ты первый, и потом я за тобой, поможешь вылезти. – Хорошо, – Юрка осторожно полез вверх по лестнице и выбрался из склепа. – Какой тут воздух, однако! – он с наслаждением вдыхал полной грудью. – Давай ко мне! Сергей собрал находки, положил в аптечку и передал ее Андрею. Подошел к черепу, аккуратно провел пальцами по лбу. – Прощай, дорогая, все было очень хорошо, хоть и быстро. Приданое твое обещаю употребить на благие дела. Адьос, амига! Сергей повернулся и пошел к лестнице. Медленно, помогая себе здоровой левой рукой, поднялся. Сверху его подхватил Юрка, помог вылезти. Он встал, огляделся и, поморщившись от боли, набрал полные легкие воздуха. Вечерело, земля отдавала накопленное тепло вместе с ароматами нагретых трав, хвои и цветов. Воздух был упоительным, особенно после духоты и смрада склепа. – Очень хорошо! – глубокомысленно изрек Сергей. – По-прежнему хочется остаться? – полюбопытствовал Юрка. – Ну, как тебе сказать? И да, и нет. С одной стороны – природа и покой, с другой – пока там лежал, подумал, что ни «скорую» не вызвать, ни медицины тут нет, ни доставки пиццы. Поэтому выбираю вонь и темень города, но с привычными сервисами. Хотя тосковать, конечно, буду – и по Марфе Петровне не в последнюю очередь. – Может, заберешь себе череп? – Зачем? – Отдашь специалистам, восстановят лицо, поставишь себе дома бюст. – Бюст я к себе домой лучше живой приведу и поставлю. Пусть это короткое романтическое приключение здесь и останется. А на память я себе возьму кулон, повешу в рамку. – Тоже дело, имеешь право, – согласился Юрка. Вскоре из могилы выбрались Андрей и Витя. Отдышались, стряхнули с себя пыль и грязь. – Что дальше делать будем? – спросил Витя. – Давайте в лагерь, а завтра с утра отработаем все это кладбище, благо копать тут не придется. Вскрываем, спускаемся, собираем. Можно за полдня уложиться, – ответил Андрей. – Отлично, а то я уже проголодался, как зверь, – сказал Юрка. Друзья направились к лагерю. Через час они уже сидели вокруг костра и ужинали. – Ты как себя чувствуешь? – поинтересовался Андрей у Сергея. – Да фиг знает, все болит, щиплет и жжет, – ответил тот. – Это по твоим жилам трупный яд расходится, – ухмыльнулся Юрка с набитым ртом, – к утру в зомбака превратишься, будешь тут нас гонять. – Иди ты! – Сергей отмахнулся здоровой рукой. – Кстати, – повернулся он к Андрею, – а там, правда, не может быть ­какой-­нибудь заразы? Вон мне руку как распороло, в грудь осколки костей воткнулись. – Братан, я тебе честно скажу – не знаю. Раны я промыл, как положено, если была зараза и попала в кровь – мы скоро увидим. Что у тебя с ранами, к утру понятно будет. Бывает ли на таких старых мертвецах вредная для здоровья гадость, сказать не могу. – Гугл? – спохватился Витя. – Инет еле пашет, связь плохая. – А надо поссать на рану, хотя бы на руку, верное средство, – затараторил Юрка, – могу помочь, ­сам-то не справишься. – Слушай, я о серьезных вещах говорю! – сердито ответил Сергей. – И я не шучу. В детстве, помню, очень серьезно поранился, да еще и о ржавый гвоздь, так вот – поссал и подорожник прилепил. Как рукой сняло. – Я ­что-то такое тоже слышал, – отозвался Витя. – Я, пожалуй, воздержусь. – Я все еще могу помочь, если что, – не унимался Юрка. – К­то-то сейчас получит серьезные повреждения лица, – Сергей разозлился. – Ты правша, дорогой. Поэтому серьезных повреждений нанести не сможешь. Извини, занесло, – Юрка примирительно поднял обе руки. – Мир? – Мир. Давайте выпьем, – предложил Сергей. – О, речь не мальчика, но мужа, – оживился Витя и полез в палатку. Покопавшись в вещах, вернулся с бутылкой виски. – Дезинфекция, господа! – громогласно объявил он, отвинчивая крышку. – Где ваши кружки? Друзья выпили, закусили, еще раз обсудили падение Сергея в могилу, вспомнили парочку смешных историй с предыдущих раскопок и разошлись по палаткам, когда уже начало светать. Проснувшись, они до вечера осматривали остальные могилы, и в итоге собрали неплохой «урожай». Та поездка стала одним из самых ярких и интересных летних приключений в их жизни.