Schlaf' ein...

Стук.  — Войдите. «Кого это принесло в час ночи?» — с такими мыслями Рейх сидел на кровати, жда гостя.  — Пап… Э-это я… — это Германия, стоял на пороге с дрожащими руками, держа одеяло, а также всхлипывая.  — Сын… — Рейх раскинул руки, мол, иди сюда. Германия прикрыл дверь и быстрыми шажочками побежал к отцу, обнимая и плача. Рейх не ожидал такого. Посадив сына на коленку и приобнимая одной рукой, шепотом произнес:  — Сынок… Что случилось? Почему ты плачешь? — Рейх гладил того по голове, успокаивая, шепча разные ласковые слова, прижимая к себе.  — М-монстр… Он в-в комнате… — Германия своими маленькими ручками держался за шею отца, говоря, что в его комнате кто-то есть…  — Никого нет… Ты чего? — Рейх не понимал, что происходит и, скорее всего, Германии приснился кошмар.  — Что-то было… Я-я уверен! Б-большое! Склизкое…  — Скорее всего, тебе кошмар приснился — Рейх был в этом уверен.  — И-и что мне делать?.. — Германия успокаивался, но медленно.  — Иди к себе в комнату — как только Германия это услышал, он вцепился в рубашку отца и молил шепотом в слезах:  — П-пожалуйста!.. Только не туда… Мне страшно…! От сказанного Рейх опешил и на секунду замер. Не у что у детей кошмар это что-то по правде страшное и невообразимое? Они так сильно боятся, что не хотят идти в комнату, а на утро не задаются вопросами «Что я тут делаю?»…Они не то что бы не помнят, они не хотят помнить…  — Хей… Германия, все хорошо, если тебе очень страшно, то сегодня можешь остаться у меня — большим пальцем вытирая слезы у сына, Рейх не много приулыбнулся.  — Х-хорошо… — ослабив хватку, его ручки потерли и без того красные глазки Рейх посадил сына на кровать, тот, в свою очередь, улегся, накрываясь теплым, шелковистым одеялом. Отец уместился рядом, гладя сына по голове, но тот лежал с открытыми глазами и не спал.  — Что такое? Почему ты не спишь?  — Мне… Некомфортно…  — Хм… У меня есть идея… Я, конечно, не певец, но, думаю, что-то да выйдет, — продолжал Рейх, — подумай о чем-то хорошем и попробуй уснуть, это поможет.  — А насчет певца… Хорошо, попробую… — Германия прикрыл глаза, думая, о чем-то своем любимом. Ведь… Во сне можно подумать о чем хочешь. Ты можешь придумать историю, быть в ней главным героем, иметь много верных друзей и никто… Никто тебе не запретит. Тут ты расслабляешься, пытаешься подумать о чем-то сокровенном, можешь обращаться к самому себе, ты себя выслушаешь. Спишь и спишь, думаешь и думаешь, мечтаешь и мечтаешь… Германия лежал, чувствовал, что что-то сейчас произойдет и вот он пытается о чем-то подумать, как его поток мыслей прекращается и до него доходят слова, слышанные из чужих уст: Schlaf' ein, schlaf' ein, schlaf' ein… Du gähnst schon, komm' kuschel' dich ein… Ich sing' dir noch ein Lied, Ich freu' mich so, dass es dich gibt… Рейх пел тихо и гладко. Перед каждой строчкой был маленький промежуток, на котором он замолкал. Сын слушал и колыбельная заставляла чувствовать себя лучше и спокойней. Колыбельная заставляла верить, что все хорошо и дальше тоже будет. И все это дополняли аккуратные поглаживания отца по голове. Чувствуешь себя в безопасности, что нечего не случится. Германия уже начинает засыпать и уже проснуться утром, но на последок, перед тем, как он уйдет в «царство Морфея», он слышит последние строчки колыбельной: Ich wünsch' dir eine gute Nacht Wir seh'n uns wenn wieder die Sonne lacht. Schlaf' ein, schlaf' ein, schlaf' ein, Wir lieben dich schlaf jetzt ein… Wir lieben dich schlaf jetzt ein…