Лесной переполох

Лес всегда был тихим и спокойным, лишь иногда он становился шумным и тревожным, но с этим сразу же разбирался его владыка. В меру строгий, но по душе своей мягкий и приятный мужчина уже несколько столетий поддерживал порядок на своей территории. Обитатели этого леса уважают его и не дают повода разочароваться в себе. Владыка силён и могущественен, но за всем уследить бывает сложно, поэтому он отобрал себе неких помощников. Это были самые отважные, сильные и разумные души, ранее летающие незаметной пыльцой по округе, они привлекали его своим стремлением к чему-либо. Со временем они стали прекрасными хранителями своих территорий и лес стал организованнее. До тех пор, пока не появился новый хозяин чешуекрылых, коих терпеть не мог один из глав леса. Чанбин – является одним из главных хранителей, почти что заместителем владыки. Он наиболее приближен к нему, ведь отобран был вторым из всех остальных. Чанбин является духом растительного мира. В основном цветов. Он следит за тем, чтобы трава была зелёной, цветы росли в нужных им условиях, расцветали прекрасными и здоровыми, чтобы не росло всяких сорняков и никто не смел губить богатую природу данной земли. Но и это не все его заботы. У каждого духа есть свой дом, скрытый от глаз людей, которых так-то тут быть не должно, но иногда находятся самые смелые. Собственно, потом они тут и теряются. Дом цветочного духа был соткан из различных стеблей, лоз, листьев и всё было живым. Также неподалёку находился сад, в котором Чанбин проводил чуть ли не все дни напролёт, создавая новые виды цветов, заботясь о прежних, просто наслаждаясь атмосферой вокруг. Сад прекрасен и часто можно встретить других обитателей леса, которые приходят, чтобы насладиться экзотичной красотой. В один из ясных дней дух вновь спешит в свой сад, дорисовывая в голове образ приснившегося цветка. Его полупрозрачный чёрный халат развивается на ветру, пока босые ноги невесомо, но быстро несут по знакомому маршруту. С каждым шагом в груди зарождается тревога, а в голове звучат тысячи беспокойных голосов, что вмиг напрягает духа. Он настигает сада в скором времени. — Хранитель! Хранитель! — пищит нежно жёлтый цветок, колыхаясь на ветру. Он находится ближе всех к духу, — В восточной части сада, в ряду перивинклов случилась беда! Из лёгких выбивается воздух. Что же могло произойти, из-за чего цветы настолько взволнованы. Чанбин спешит в восточную часть, по пути собирая неутешительные комментарии цветов. — Ох, владыка... — на выдохе произносит Бин. Его чудесные, недавно выведенные и с трудом выращенные перивинклы сейчас полностью поникли и будто потускнели. — Нет-нет-нет, пожалуйста, — дух опустился на их уровень, бережно взял в руки хрупкие лепестки и с ужасом оглядел вид. В груди закололо от обиды на себя, что не уследил за ними, позволив кому-то обгрызть лепестки, истощить бедные цветы, не оставив даже средней нормы пыльцы на них, — Кто-нибудь ещё пострадал? Цветы загалдели. Ещё пара буроцветов и киннабаров. Дух резко почувствовал слабость, он со страхом представляет в каком состоянии цветки и его удерживает в сознании только накапливающаяся злость. Цветы обеспокоенны тем, что не видели и не смогли запомнить виновника, а пострадавшие и вовсе затихли. Но дух видел как в них всё ещё циркулирует его энергия, что значит – они живы и их можно восстановить. — Детки, не волнуйтесь! — Бин встаёт с места, окидывая всех взглядом. Сад резко приобретает тишину, — Я обязательно найду виновника и накажу по всей строгости! Он у меня ещё попляшет... Цветы кричали слова поддержки и доверия. Они уважают своего хозяина и полностью верят в его силу. Им не грозит опасность, пока они под крылом Чанбина. А сам хранитель скрепя сердце приступает к осмотру местности, нужно найти хоть какую-то зацепку или улику.

♧♧♧

— Чан! — этот громкий голос принадлежит лишь одному наглому духу и владыка устало вздыхает, понимая, что он явился точно не просто так. — Мой драгоценный хранитель цветов, что такого случилось, что ты вбегаешь в мои владения с таким неуважительным обращением? — владыка отрывается от фей, прилетевших издалека для переговоров и направляет свой взгляд на духа, источающего тёмную ауру, — По всему видимому случилось что-то действительно серьёзное, — мужчина жестами просит подождать, а после обращается ко своим гостям, — Я рассмотрю ваше предложение и дам ответ в ближайшие сутки. Пока вы можете остановится у нас. Наш дух фей проводит вас до места, где вы сможете отдохнуть. Чан нарисовал какой-то иероглиф в воздухе, который вскоре засветился бледно-зелёным и после звука, напоминающего колокольчик, растворился в тумане, являя вместо себя миловидного паренька с мятными волосами и одетого в лёгкое сиреневое ханьфу. — Нини, проводи наших гостей на место отдыха, пожалуйста, — паренёк сохранил на лице спокойную улыбку, поклонился и повёл фей за собой, представляясь им на ходу. Мимо пролетела пчёлка, которой Нин поклонился. — Теперь, когда мы одни, — владыка вновь глянул на духа цветов, — Чанбин, какого лешего? Я же просил, при посторонних обращайся ко мне официально! — Я не заметил этих фей когда зашёл! И вообще у нас проблема, — Бин сел на гостевое кресло из мягкой породы деревьев. Перед ним тут же появился бокал с нектаром, — Спасибо, Сана. — Я твою тёмную энергию даже у себя в улье почувствовала, это поможет успокоиться, — добродушная девушка, являющаяся хранительницей пчёл, мило улыбнулась и села на соседнее кресло. Она была любознательной, так что все уже привыкли, что ни одна информация не проходит мимо неё, — Так, что за проблема? — У нас завёлся грызун! — воскликнул Чанбин. — Джисон же уже давно у нас... — Да я не об этом грызуне. Несколько дней назад я, как обычно, пошёл в свой сад и обнаружил, что некоторые из моих деток погрызаны, а пыльцы на них практически не осталось! — Какой ужас! — взволновалась Сана. — Именно! — махнул рукой Бин, — Кстати, по началу я думал, что это твоих пчёл дело. — Ни в коем случае! Мои полосатики бережно относятся к своему делу и твоим цветам. Они бы никогда так не поступили, да ещё и с цветами из твоего сада. Это у нас считается священным местом! — Вот поэтому я и отмёл эту версию, — Бин задумался на секунду, — Я провёл анализ. Изучил следы, оставшуюся пыль и сопоставил факты. Это бабочки. Я их никогда не любил, а теперь так вообще... — Погоди, — Чан наконец вклинился в разговор, — Это не могут быть бабочки. — Почему же? — возмутился дух цветов. Он отчётливо помнил в каких отношениях находился с хранителем этих чешуекрылых. Они вечно препирались и ссорились, и всё из-за занозчивости и упрямства духа. А то, как он нагло требовал с Бина предоставить пыльцу редких растений для своих бабочек, до сих пор вызывает в духе цветов злость. И сейчас Чанбин бы не удивился, если бы узнал, что тот незаконно проник в сад и нарушил покой. — Уён пропал уже давно... Я всё ещё веду его поиски, но всё без толку. — Как пропал? Ты разве не можешь почувствовать его энергию? — недоумевала Сана. Владыка и так чувствует каждого своего духа, а если с одним из них случится нечто ужасное, так тем более первым узнает Чан. — Ничего. Я ничего не чувствую от него, Уёна будто бы и не было никогда. — Погоди, но разве это не значит, что бабочки сейчас без присмотра? Тогда это точно они! — Сана поддерживает вариант Чанбина и продолжает диалог с Чаном, пока дух цветов переваривает информацию об исчезновении Уёна. Чан рассказал, что по удачному стечению обстоятельств он смог почти сразу же найти чистую и сильную душу и вложить в неё энергию духа бабочек. И сейчас этот самый новый дух занят вместе с бабочками где-то на окраине леса и вряд ли он мог упустить кого-то из своих подопечных.

♧♧♧

Последующие дни Чанбин негодует из-за нового духа бабочек. Почему Чан не познакомил их тогда, не сказал о пропаже предыдущего хранителя? Цветы видимо ощущали отстраненность и растерянность своего хозяина, поэтому их галдёж был слышен аж из дома духа. Чанбин из-за этого и решил проведать своих деток, и он никак не ожидал, что поймает преступника, а точнее преступников. Две бабочки бледной окраски, что почти обесцветилась, сейчас порхали в стеклянной баночке дома у Чанбина. Тогда дух застал их за поеданием очередного цветка и ему повезло, что одна умудрилась попасться в ловушку венериной мухоловки. За второй же пришлось полетать, но всё же теперь оба виновника заточены и Чанбин уже готовиться нанести визит новому духу и задать тому жару за всех своих пострадавших. Однако это приходится отложить из-за неотложных дел в северной части леса. Поступила информация, что там начали созревать недоброкачественные растения и от них следует избавиться как можно быстрее, пока они не отравили почву. И спустя несколько дней, когда Бин наконец закончил с работой и возвращался домой, он никак не ожидал увидеть следы чужой энергии на пороге своего дома. Осторожно зайдя внутрь, парень следовал за энергией и вскоре наткнулся на изящную спину, которую еле прикрывала лёгкая персиковая ткань, огибающая тонкие и на вид хрупкие крылышки молочного цвета. Светлые волосы, красиво падали на острые плечи и Чанбин бы подумал, что это девушка, если бы существо не заговорило басом. — Малыши, я правда не знаю как это открыть... Тот, кто это сделал просто бесчеловечный нахал! — Этот бесчеловечный нахал того же мнения о вас. Крылатый вздрогнул, не ожидая услышать голос в ответ. Он обернулся, заставляя Бина пожалеть, что они встретились в такой ситуации. Фарфоровая кожа с напылением веснушек, будто кто-то рассыпал пыльцу, аккуратный носик и пухлые губы, а весь невинный образ завершали круглые глазки. Сердце пропустило удар, при виде того как он ими хлопает в удивлении. Незнакомец оглядел цветочного хранителя с ног до головы. — Ты..? — Хранитель цветов. И этих созданий я запер там не просто так. Они погрызли моих деток! — Чанбин скрестил руки, глядя исподлобья. — Они не могли! Точнее... наверное да, это они, но не по своей воле! — Что за глупости? А по чьей же тогда? По твоей? — Да нет же! — взвыл крылатый, а глаза начали нервно бегать по лицу напротив, — Пожалуйста пойми, с ними происходит что-то... я не понимаю сам. — Ты же новый хранитель чешуекрылых? — решил уточнить Бин, на что крылатый кивнул, — Ну и почему же ты не можешь понять своих же подопечных? — Мне кажется тут замешаны тёмные силы, — тихо проговаривает дух, чуть сжимаясь под взглядом Чанбина. — Когда кажется надо ко владыке идти. Особенно если это касается тёмной энергии, хотя в лесу её быть не должно, — вздыхает дух цветов, потирая уставшие глаза, — Я Чанбин. — Феликс, — голос нового знакомого дрогнул. Новый хранитель бабочек старался держать себя стойко перед Чанбином, но тот чувствовал взволнованность и хрупкость души. Хранитель цветов не думает, что это нежное, по сути своей, создание могло бы обмануть, тем более его отобрал Чан, значит можно доверять. Вся злость уходит на задний план, оставляя холодный разум. Дух цветов решает дать этому пареньку шанс и время, чтобы он рассказал всё, а дальше они решат, что делать. Феликс рассказывает всё, практически с самого своего появления на свет. То,  как бабочки по началу его не признавали, но вскоре смогли разглядеть в нём своего покровителя, как они все вместе путешествовали по лесу и вроде бы все сблизились, а потом в какой-то момент некоторые из них начали вести себя совсем иначе. Были более рассеянными, могли разозлиться, иногда куда-то пропадали, а возвращались более бледными. Сначала дух думал, что это болезнь и пытался помочь, но каждый раз, когда он использовал свою энергию на них, его будто током било. Чанбин глянул на бабочек и подметил, что те и правда достаточно бледные, почти белые и агрессивные. А ситуация с током во время использования силы, навела на мысль, что на бабочках стоит какой-то блок. Но кто мог его поставить? — То есть, они тебя не слушаются? — Слушаются, но для этого нужно приложить немало усилий. А когда я заметил, что они снова пропали, то решил отыскать их и нашёл у тебя в доме, — Феликс поджал губы и отвёл взгляд, — Я просто хотел их вернуть и не стал бы тревожить тебя или твои цветы. — Верю. Если бы моим деткам грозила опасность, до меня бы дошли сигналы, но видимо в тебе они ничего такого не увидели. А насчёт бабочек стоит подумать, — Бин ушёл в свои мысли, не замечая заинтересованного взгляда крылатого. Тот с любопытством осматривал нового знакомого, ведь он являлся первым духом, которого Ликс встретил в лесу за несколько лет своей жизни тут. Как объяснил владыка ещё в начале, хранители не особо любят общение и ценят покой, поэтому многие сидят в своих скрытых домах, выходя лишь изредка. Чанбин выглядел немного мрачновато, но в то же время притягательно в своём чёрном халате. На руках через прозрачную ткань Ликс заметил бледные рисунки на коже. Это были лианы, оплетающие руки от пальцев до локтя. Такие же хранитель заметил на ногах. А то, как он называет цветы детками заставляло умилиться и прочувствовать насколько те дороги духу, — Скажи, это единственные бабочки, которые так себя ведут? — Нет, есть ещё пара, но они не такие агрессивные и бледные, — было явно заметно, что парень волнуется, — Я также пытался им помочь своей энергией, но результат тот же – ток. — И надолго они пропадают? — Пара часов... а что? — У меня есть одна мысль, — крылышки Феликса заинтересованно дёрнулись, — Мы бы могли отследить их путь и понять, куда они девают пыльцу. Не едят же они её. — Но для этого ведь придётся рискнуть твоими цветами... — Ты прав, но и на этот случай у меня есть идея. Дух цветов опёрся локтями о свои колени и наклонился ближе к крылатому. Тот повторил это действие, чтобы быть на одном уровне. Обсуждение плана длилось не больше часа и по окончанию Феликс заметно поник. Ему вновь надо возвращаться в свои владения, вновь в ту одинокую тишину. — Ты в порядке? — Да, всё хорошо, — крылатый натянул улыбку и Чанбин бы поверил, но он не обычный человек, а дух и научился уже определять настроение по атмосфере вокруг существа. Цветы ведь не имеют лиц, а их состояние надо как-то узнавать. — Говори, что такое? Мы с тобой всё-таки не чужие. Да, хранители между собой не особо общаются, но мы всё ещё близки, словно семья, — впервые Бин улыбнулся перед духом бабочек, которого это действие приятно удивило. — Я... эм, я сильно буду тебя отвлекать, если останусь? — спросил Ликс на свой страх и риск. — Оу, — дух явно не ожидал такого вопроса, — Ну, вообще пока всё тихо и я собирался вывести сегодня новый вид. Думаю, ты можешь даже помочь мне в этом деле, что думаешь? Феликс сразу оживился, активно закивал, вызывая смешок у Чанбина. В основном крылатый помогал своим мнением и пару раз входил в образ мальчика на побегушках, когда дух цветов не мог оторваться от дела, а нужная вещь находилась в другой комнате. И всё же такое времяпровождение вперемешку с разговорами на разные темы, нравились Феликсу больше и он чувствовал себя в своей тарелке. Впервые за всё своё существование он смог расслабиться и не чувствовать тяжесть ответственности.

♧♧♧

Чанбин за пару дней смог разработать новый вид семян, которые впоследствии вырастут в нужный цветок. Он сыпет некоторое количество в мешочек и выходит из своего дома. На пути к саду ему встречается бабочка и хранитель сначала напрягается, а после узнаёт в ней главную помощницу Феликса и мягко улыбается. — Ну привет, красавица, — Чанбин протягивает руку, на которую сразу садится бабочка. Она приветственно машет жёлто–сиреневыми крылышками с небольшими вкраплениями чёрного, — Ты тут одна? — Нет, она со мной, — раздаётся со стороны. Феликс мягко ступает по специальной тропинке, подходит ближе и бабочка в этот момент улетает ввысь, — Она хотела прогуляться около твоего сада. — Только около? — ухмыльнулся Чанбин, на что Феликс надул губы и отвернулся, якобы разглядывая деревья, — Не хотите помочь мне кое с чем в самом саду? Огонёк в глазах крылатого тут же зажёгся и воодушевившись он добрался до сада быстрее хозяина. Официального входа в сад не было, но сразу можно заметить как меняется атмосфера и цветовая гамма леса. Когда на территорию сада ступала чужая нога, то цветы тут же доносили сигналы до своего хранителя. Сейчас он быстро представил гостей своим деткам и получил множество комментариев необычайно красивой внешности Ликса и его бабочки. — Кстати, а у неё есть имя? — Чанбин шёл вдоль дорожек, ища подходящее место для новых цветов. — Ты про Ари? — на имя тут же откликнулась бабочка, взволнованно кружа рядом. — Значит, Ари, — Бин проводил крылатую взглядом, — Она очень красивая. Ты сам ей окрас давал? — Ага, она моя первая в этом плане, — Феликс улыбнулся воспоминаниям о том, как придумывал новый вид бабочек. Чан тогда сказал, что у каждого хранителя есть свой главный подопечный. Он является первым и созданным полностью самим духом, — Владыка сказал, что я могу дать ей также ещё и характер, который бы меня устроил. Но я не хотел решать за неё, поэтому она росла и самостоятельно приобретала какие-то черты. — Хорошее решение. Я тоже не выбирал чего-то конкретного, — Бин остановился около пустующего кусочка земли. Наклонившись он провёл пальцами по ней и что-то проговорил, что Ликс не разобрал, — Я тогда наобум создал семечко и посадил с мыслью будь, что будет. Конечно, растил я его с любовью и всей заботой, что во мне вообще есть. Ну оно и выросло в прекрасный цветок, которым до сих пор восхищается Чан. Он вообще со всего восхищается, что мы делаем. Феликс посмеялся с этой фразы, поддакивая. Владыка и правда был рад любым достижениям своих "детей". Чанбин помнит как однажды смог впервые самостоятельно выявить сорняк и избавиться от него, прежде чем он нанёс бы вред. Чан это увидел и чуть ли не плакал, называя Бина вундеркиндом и своей гордостью. Смех Ликса стал громче, когда он услышал эту историю. Пока Феликс успокаивался, рассматривая разнообразие растений в саду, Чанбин закончил заговаривать землю, чтобы она не капризничала и помогла вырастить цветы побыстрее. Хранитель подозвал к себе помощников. На сегодня им надо бы эти семена посадить, полить и немного поколдовать. — Ты всё вручную делаешь? — спрашивает Ликс, забирая у старшего лопатку, которой надо делать неглубокие ямочки. — Да. Так цветы проникаются доверием и чувствуют, что мне не всё равно на них. Феликс понимающе кивает и повторяет действия за Чанбином, иногда отвлекаясь от работы и подолгу зависая на руках хранителя цветов. Он делает всё очень ловко, что кажется Ликс готов смотреть на это часами. Ари порхает вокруг парней и руководит заданием, которое ранее ей поручил Чанбин. К бабочке присоединились её друзья и те, кому их хранитель доверяет. Они собирали пыльцу с других цветов в саду и переносили её сюда, засыпая ею землю. Как сказал хранитель цветов – это поможет новым цветам стать более ароматными и привлекательными. Чанбин полностью уходит в дело, почти не обращает внимания на окружающий мир. Феликс дёргается, когда слышит как тот начинает напевать какую-то мелодию. Голос у старшего хранителя такой тёплый, обволакивающий своей мягкостью. Крылатый не сводит глаз с красивого расслабленного профиля с подрагивающими ресницами, лёгкой улыбкой на губах. И сердце так легонько ёкает, когда Чанбин наконец завершает работу и поворачивает голову. Они смотрят друг на друга некоторое время, прежде чем Бин придвигается чуть ближе к младшему и руку тянет. А Феликс вовсе замирает, боится лишний раз вздохнуть и спугнуть возникшую атмосферу. — У тебя тут немного земли... — тёплые пальцы касаются щеки и смахивают лишнюю грязь с неё. — С‐спасибо. — Это вам спасибо за помощь, — в ответ бабочки окружают не своего хранителя и ненадолго садятся на него по очереди, топчутся своими лапками и улетают ввысь. — Они были рады помочь, — переводит Феликс с улыбкой, а глаза наполнены восхищением открывшейся картине. На чёрном халате Чанбина осталась пыльца с лапок бабочек и теперь он выглядел словно космос, завораживая красотой. Крылатый невольно думает, что с красотой носителя этого халата всё равно не сравнится ничего. Он протягивает руку, теперь сам смахивает лишнее с духа, — Прости, теперь ты весь в пыльце. — Ничего, мне не привыкать, — Чанбин ловит мельтешащие руки, успокаивая парня. Бабочки уже давно улетели, оставляя двоих наедине в тишине сада, прерываемой природными звуками, но и они не смеют нарушать атмосферу, возникшую между двумя хранителями. Феликс смотрит в тёмные глаза напротив, почти тонет в тех, но совсем не пытается выбраться а лишь позволяет этой тьме окутать себя. Она не такая, как пишут в сказках для людей, наоборот она тёплая и мягкая. Прямо как объятия Чанбина, которые он дарит сейчас Феликсу, а тот даже не сразу замечает будучи увлеченым своими мыслями. — Ч-Чанбин? — осторожно окликает крылатый. — Прости, мне сейчас очень захотелось тебя обнять, —  от слов старшего щёки заливает румянец, но Ликс полностью понимает и не осуждает, не отталкивает. Смущённо укладывает свои ручки на крепкой спине и хлопает пару раз по ней, как бы успокаивая. Видимо ситуация с цветами выбила духа из своего спокойного состояния и ему нужна хоть какая-то поддержка. К такой мысли приходит светлая голова Ликса и он решает стать этой поддержкой для хранителя цветов.

♧♧♧

Рост новых цветов идёт легко и быстро, благодаря силам хранителя и помощи Феликса. Даже обычное его нахождение рядом придаёт сил и хорошего настроения. Чанбин ожидает каждый последующий день с нетерпением, ведь они вновь смогут провести какое-то время вместе. И он не подозревает, что следующая встреча произойдёт раньше, чем обычно. В один из вечеров хранитель идёт к водоёму, чтобы искупаться и заодно поговорить с одним из своих давних друзей – хранителем вод. Он проходит немного в отдалении от своего сада, но до него доходит какой-то шум, а после и беспокойные голоса своих деток. Чанбин быстро прибегает туда, замечая улетающую белую бабочку, но он не идёт за ней, ведь слышит ещё звуки в глубине сада, а а цветы просят поспешить на них. Среди кустов с розовельниками, некоторые из которых обкусаны, как ранее были перивинклы, сидит Феликс, трёт шею и бубнит, кажется, проклятия себе под нос. Чанбин совершенно не понимает, что происходит, но цветы продолжают врываться в голову своего хозяина и просить помочь крылатому. — Феликс? — парень дёргается, резко поднимает голову, а после щурится будто от боли. — Не хотел тебя тревожить, когда заметил, как одна из моих крох улетает в сторону сада. Я проследовал за ней и думал поймать, но она оказалась не одна, — крылатый тихонько встаёт с земли и сразу спотыкается, но его ловит Бин. Ликс добавляет уже чуть тише, — Они не такие уж и безобидные, даже для меня. — Что тут произошло? Я увидел, как одна улетала, — Чанбин ставит крылатого на ноги и тот вроде стоит крепко, поэтому немного отходит, — И почему ты был на земле? — Это... — у Ликса вновь подкашиваются ноги и Чанбин понимает, что дело тут нечисто. Он ловит хрупкое тело, прижимая к себе, вспоминает как ранее крылатый тёр шею, заглядывает туда и замечает небольшое покраснение, словно укус. — Тебя укусили. — Да, но всё в порядке, — речь парня постепенно становится менее разборчивой, он проваливается в сон, — Меня просто клонило в сон... Я почти проснулся, но вот опять... — Так, посиди-ка тут. Постарайся не засыпать, — Чанбин оставляет Феликса там же где нашёл, а сам отходит ненадолго и возвращается уже с каким-то лепестком. Вместе с ним летят пара светлячков, освещающих путь, ведь уже начало темнеть. Ликс чувствует как сознание ускользает из реальности, но пытается держаться из последних сил. Хранитель цветов садиться рядом и протягивает этот лепесток. Феликс лишь лениво переводит взгляд и отмечает, что тот глубокого синего цвета, круглой формы и небольшой. Парень моргает медленно, словно засыпает на секунду. Чанбин понимает, что так ничего не добьётся, а им бы поторопиться. Он тянет руку к лицу крылатого и невесомо касается щеки. — Ликси, этот лепесток поможет тебе почувствовать себя лучше, — хранитель цветов оглаживает нижнюю губу, — Тебе всего лишь надо открыть свой ротик, хорошо? Сонное сознание не до конца воспринимает все слова, но кажется суть была поймана, поэтому Феликс поддаётся лёгкому нажиму со стороны старшего и раскрывает рот. Лепесток оказывается на языке, постепенно начинает растворяться, а Бин не спешит убирать руку. Заправляет длинные светлые локоны за ухо, видит на том веснушки и находит это совершенно очаровательным. — Этот цветок один из лечебных и он выращивается немного иначе. Он действует как противоядие и совсем скоро тебе полегчает, — цветочный дух берёт руки другого в свои, чуть сжимает их и чувствует как те сжимают в ответ. — Спасибо, — Феликс чувствует как сон уходит, ему становится легче держать глаза открытыми, а речь больше не замятывается. Он смаргивает остатки сна и пытается встать с места, но его ещё немного пошатывает. — Ты весь в грязи, а я как раз шёл искупаться. Пойдёшь со мной? — предлагает старший, продолжая держать маленькую ладошку. Феликс смущённо глядит на их руки и кивает на вопрос. Они выходят из сада, Чанбин продолжает поддерживать Феликса за руку, иногда приобнимая на пару секунд, когда тот запинается. И Феликс считает не важным говорить, что он может просто лететь, ведь крылья в полном порядке. — Те бабочки улетели... — разочарованно вздыхает Ликс. — Ничего страшного, наш план всё ещё в силе и скоро осуществиться. Нужно лишь немного подождать и мы поймаем преступника. Они доходят до небольшого озера, спрятавшегося средь деревьев и кустов. Над ним витает не густой пар. Чанбин отпускает руку Феликса и подходит близко к воде, опускает руку туда и тихонько зовёт кого-то. — Джинни, ты тут? — несколько секунд в ответ следует тишина, а после слышится всплеск и наружу показывается голубоглазый парень, с такими же длинными, как у Феликса, но алыми волосами. Он быстро окидывает крылатого каким-то оценивающим взглядом, а после переводит его на Чанбина. — Чего пожаловал? — до уха доносится мелодичный голос, вызывая толпу мурашек на коже Ликса. — Во-первых, я пришёл навестить своих деток, которых отдал тебе под условием ежемесячного отчёта, — тон цветочного духа стал строже, — А отчёт я уже несколько месяцев не видел и не слышал. — Эй, ну ты чего сразу злишься? — водный отплывает чуть от берега, а после показывает назад, за спину, — Всё с твоими красотками хорошо, цветут и пахнут. Вон парочка даже заныкалась в пару. Парни посмотрели в сторону, куда указал Джин. Там, на поверхности плавали бело-розовые кувшинки. Чанбин тихо выдохнул увидев их. — Я не успевал отчёты тебе отправлять из-за работы, — обиженно произнёс хранитель вод, вновь подплывая к берегу и складывая на нём локти, а на руки положил голову, — Люди продолжают кидать в воду всякую фигню, а в некоторых местах завелись нарушители спокойствия, пугают мне моих водяных красоток. Плаваю прогоняю их, но думаю, что легче уже отловить и сдать владыке. — Хорошо, я понял. Спасибо за работу, Джинни. — Пф, ну так в чём твоя вторая причина прибытия сюда? — снова раздался всплеск и Феликс на секунду заметил нечто бирюзово-золотое, похожее на рыбий хвост. — Нам бы искупаться... — Хах? То есть ты приходишь сюда и начинаешь с наезда на меня, а теперь просишь предоставить вам водоём? Это так-то не вежливо. Ладно ты, но для него тоже? — красноволосый кидает взгляд на крылатого. — Ох, владыка...— Чанбин закатывает глаза, — Чего ты хочешь? Хранитель вод тянет губы в улыбке, больше похожую на ухмылку, из-за чего над одним из уголков образуется ямочка. — Ты, — он обращается к Феликсу, — Ты ведь новый хранитель крылатых? — Чешуекрылых, да. Я Феликс, — парень садиться на корточки рядом с Чанбином. — Хёнджин, но можешь звать меня Джинни или Джин, или Хён, а можешь полным именем. Я вообще люблю когда меня зовут какими-нибудь сокращениями, но ты можешь решать сам... — Джинни, — перебивает того Бин. Он знает, как его друг любит поговорить, кажется если бы была возможность, то он бы проговорил хоть весь день. — А, точно, ваша причина. На заметку, я люблю взаимовыгоду. Я видел твоих крылатиков, именно тех, которых создал ты. Понял по тому, что они более нежные. У Уёна был другой стиль и... — Чанбин неоднозначно прокашлялся, — Короче, хочу, чтобы ты создал мне водных бабочек. А то они все на поверхности и нечасто пролетают мимо, а мне бы хотелось ими наслаждаться и под водой тоже, да и украсить изнутри пространство тоже не помешало бы. Что скажешь? А взамен я разрешу тебе использовать мои водоёмы. — О, это не проблема. Я сам только рад попробовать создать что-то новое. Я согласен. — Отлично! — Хёнджин опирается руками о землю и, от радости, наполовину выныривает из воды, а после возвращается в исходное положение, — Тогда, решено. Можете использовать этот источник, сегодня температура то, что надо. Русал разворачивается в воде и скрывается под ней, мелькая напоследок своим хвостом. — Как обычно, нормально не прощается, — бурчит тому вслед, Чанбин. Он встаёт на ноги и оттягивает один конец пояса на халате. Феликс, отследив это действие, краснеет и резко оборачивается, — Тебе помочь раздеться? — Н-нет, я сам. Чанбин хмыкает и стягивает с себя халат окончательно, а после лезет в воду по плечи и омывает себя. Феликс следует примеру старшего. Развязывает свои завязки спереди и скидывает верхнюю ткань, а вот с низом недолго мешкается, подыскивает момент, когда хранитель цветов отвернётся и быстро стягивает с себя штаны. После чего спешит в воду, но ноги отказываются нормально функционировать. Феликс ожидает громкого хлопка тела о воду, но в реальности получает уже знакомые мягкие объятия. Он резко открывает глаза и встречается ими с тёмными омутами, вновь очаровываясь ими. — Всё ещё плохо себя чувствуешь? — обеспокоенно спрашивает Бин, заботливо прижимая к себе стройное тело. — Немного слабо... — Укус не болит? — цветочный легонько касается длинной шеи, ведёт пальцами к покраснению, что ещё не успело сойти. Феликс несильно дёргается, но вскоре расслабляется в руках старшего. Тот делает массаж надавливая так, что мышцы прекращают ныть. — Нет, я уже и забыл о нём, — крылатый тихо стонет, когда Чанбин разминает наиболее забитые участки, — Спасибо. За всё. — Это я тебя должен благодарить, — улыбается, продолжая свои действия, — Ты не остался в стороне и помогаешь мне поймать вредителей. Ещё разбавляешь скучные дни своим присутствием, я уже и забыл какого это общаться с кем-то. Наступает тишина, в которой один сосредоточен на состоянии другого, а второй собирается с мыслями, дабы открыться полностью своему новому знакомому. — Я... в начале мне было грустно, что никто из других хранителей не любит общаться. Первые годы я чувствовал себя одиноко, несмотря на бабочек, которые всегда были со мной, — Ликс шмыгает, смаргивает выступившие слёзы и жмётся к телу старшего, — Я был рад поговорить с тобой даже несколько секунд. — Теперь ты можешь приходить к Джинни, он заговорит любого до смерти. Не думаю, что с ним ты будешь чувствовать себя одиноко, — парни смеются, а успокоившись Феликс качает головой и чуть отодвигается, чтобы смотреть на Чанбина. — Это безусловно классно и я рад, что смог с ним познакомиться, но... Больше всего мне нравится общаться с тобой. И в саду нравится помогать. Да и просто рядом находится... — Ликси... — Ты меня так раньше не называл, — усмехается крылатый. — Ой, прости, я как-то неосознанно. Тебе не нравится? — Наоборот, называй меня как хочешь. Но тогда я тоже буду называть тебя...мм...Бинни! Парни вновь смеются, решая продолжить своё купание. После они к кувшинкам подплывают и долго разговаривают обо всём и ни о чём. Чанбин обещает познакомить Ликса со всеми хранителями леса, конечно в основном с теми, кто не против общения. Феликс радуется совсем по-детски, вызывая в сердце старшего тёплые чувства, о которых тот будет ещё несколько дней думать.

♧♧♧

В сумерках лес приобретает совсем иную атмосферу. Каждым она воспринимается по разному: для кого-то это жуткое время суток, для кого-то полное романтики, пока одни готовятся ко сну, другие просыпаются. Поэтому лес живёт круглосуточно. Чанбин из тех, кому сон не очень-то и нужен, пары часов обычно хватает, а вот Феликс привык спать больше чем пара часов. Поэтому, когда приходит время осуществления их плана – а это как раз чуть за полуночью, Ликс только и делает, что зевает и старается держать глаза открытыми. Своих бабочек он усыпил, оставляя бодроствовать только самых подозрительных. План Чанбина заключался в том, что он специально создаст цветок, который будет лишь на половину "живым", а пыльца на нём будет смесью с других цветов из сада. Перенести пыльцу кстати помогал Феликс и те бабочки, которым он доверяет больше всего. Вот так отгородив остальные цветы невидимым куполом и оставив в доступе лишь специально заготовленные, они с Ликсом притаились неподалёку, ожидая гостей. Часы тянулись словно улитки и зевки Феликса учащались. Чанбину невыносимо смотреть на то, как парень старается быть бодрым, поэтому он без слов укладывает чужую голову к себе на плечо. Ликс кидает быстрый благодарный взгляд и устраивается удобнее. Он обхватывает руку цветочного и немного елозит головой, а через минуту уже проваливается в сладкий сон. Дух цветов очарован крылатым. Его чистая наивность и любознательность запала в душу ещё при первой встрече, а при последующих открывались новые стороны парня. Почти прозрачные белые крылья привлекали своей красотой и вдохновили духа на новый цветок, который уже посажен и готовиться пробить почву для дальнейшего развития. Чанбин уверен, что этот цветок будет самым прекрасным в коллекции и он обязательно покажет его Феликсу. Улыбка сама образуется на лице, а в груди тепло разливается, стоит Бину представить какое выражение примет лицо юного духа. За раздумьями проходит некоторое время и в голове наконец возникает сигнал от цветов, означающий начало плана. Чанбин нехотя будит крылатого лёгкими поглаживаниями, а тот просыпается быстро и очаровательно смаргивает сон, что в груди сжимается всё. Парни вглядываются в темноту и замечают порхание над одним из поддельных цветов. Ликс губы поджимает, неосознанно хватая Чанбина за рукав халата. Дух цветов полностью понимает чувства своего коллеги, неприятно осознавать, что один из твоих творений (а в случае с Ликсом не один) практически предаёт тебя. — Он абсолютно белый... мои крохи все разноцветные, таких не водится, — шепчет крылатый, — Но это правда один из них, он был таким милым в начале нашего знакомства... — Просто так он бы не побелел и не изменился, значит тут и вправду замешан кто-то ещё. Бабочка заканчивает собирать пыльцу и постепенно улетает от сада. Парни же бесшумно спешат за ней. Воришка летит почти через весь лес, а ведь он не маленький, к слову. В итоге духи следят за ней аж до границы леса с людскими поселениями, разве что их отделяет ещё небольшая территория. Она издавна заброшена и Чан всё собирался овладеть ею, но пока дел и так хватает. Сейчас здесь сухая потресканная земля, редко где растёт трава, но и она выглядит безжизненной, также стоят кривые стволы полуголых деревьев и кажется дух цветов сейчас в обморок грохнется от этого вида. Феликс замечает несвойственную бледность своего друга, одергивает того, взглядом спрашивая все ли в порядке. Чанбин улыбку натягивает и идёт дальше за преступником. Ликс летит позади и оглядывает местность на наличие подозрительных вещей или явлений. Вскоре бабочка залетает в одну из трещин в земле. Парни переглядываются и спешат к ней. — Надо лезть, — Чанбин закатывает рукав, кладёт руку на землю. Ранее увиденные Феликсом рисунки на теле хранителя цветов, начинают подсвечиваться бледно-зелёным, — Там внизу что-то есть... явно живое. — Ты чувствуешь это через землю? — удивляется крылатый, а Бин усмехается в ответ. — Не зря же я заместитель владыки, — цветочник оглядывает поле, не видит никаких лазов, что очень плохо. Им бы поскорее спуститься... — Я могу проникнуть внутрь и осмотреться, — предлагает Феликс, на что Чанбин вскидывает одну бровь. Парень смущается, опуская взгляд вниз и царапая пальцы, — Я же... дух бабочек и...тоже могу превратиться. — О, я не знал. Тогда, залетай вовнутрь и поищи лаз оттуда, — дух только собирается последовать словам, как вдруг его прерывают, — Погоди... Чанбин подходит ближе, аккуратно притягивает парня к себе за голову и поддаётся вперёд. Феликс весь краснеет от такой близости и непонятных действий старшего духа, сердце стучит часто, будто после пробежки. Он произносит нечленорадельные звуки, в попытке спросить, что происходит, а после чувствует лёгкое дуновение, оставляющее приятное ощущение на лбу. Чанбин отходит на шаг и улыбается так, что взгляд не оторвать. — Я передал тебе немного своей пыльцы, она поможет нам сохранять связь на небольшом расстоянии, — цветочник указал себе на лоб, — Я буду слышать тебя, а ты меня. А теперь лети, нельзя больше задерживаться. Погодя секунду в остатках замешательства, Феликс приобретает серьёзный вид и решительно кивает. Пару раз хлопает себя по плечам, после взмахивает рукой и растворяется в тумане. Оттуда сразу же вылетает перламутровая бабочка с крыльями необычной формы, каких Чанбин ещё не видел. Чешуекрылый не стоит на месте, резво ныряет в трещину.  Спустя пару секунд тишины, раздаётся знакомый низкий голос в голове. — Пока тут темно, но места явно много... в глубине что-то излучает свет. — Хорошо, а есть что-то куда я смогу пролезть? — Сейчас. Я слетаю чуть дальше. И вновь тишина. Сверху дух цветов тоже ходит в поисках лаза, но пока ничего и кажется придётся лезть туда с помощью силы. Очень не хочется вредить земле здесь, но успокаивает, что она уже почти мёртвая и это будет во благо. Чанбин обещает себе, что после всей этой суматохи поговорит с Чаном и они облагородят это место. — Ох, владыка... — испуганно вдыхает Феликс. — Что такое? Ты что-то нашёл? — Тут коконы... очень много коконов... Раздаётся какое-то шуршание, копошение, а потом напрягающий звук похожий на удар. — Феликс? Ты куда там улетел? Возвращайся давай, придумаем как войти другим способом, — в ответ тишина, что напрягло Бина, — Феликс? Эй, ответь мне, чтобы я знал, что ты в порядке! Бин подбежал к тому месту, куда ранее залетел дух и коснулся земли снова. Теперь он чувствует сколько там всего живого внизу и оно всё трепыхается в беспорядочном вальсе. В голове раздаётся сдавленное мычание, почти скулеж из-за чего внутри что-то щёлкает и вот цветочный дух не задумываясь бьёт кулаком по земле, что тут же обваливается огромными кусками и разбивается о землю ещё ниже. Чанбин же падает на свои ноги, сразу срываясь на бег к источнику света. Перед глазами подобие пещеры со множеством светящихся коконов и несколькими чанами со знакомой душе пыльцой. Вот куда те воришки её уносили. За спиной ощущается чужая энергия, заставляя духа резко повернуться и рассыпать защитную пыльцу, отгораживающую от недоброжелателя. Чанбин не верит своим глазам, когда видит перед собой давнего знакомого. — Уён? — Чанбинни, — приторно тянет тот. И всё его: внешность, голос и манеры. Только энергия отличается, теперь она более тяжёлая и горькая, будто сама тьма, — А я собирался первым тебя навестить, но ты меня опередил. — Судя по твоим насекомым всё же ты был первый, — Бин быстро оглядывает всё, ища Ликса. — Оу, ты заметил? Как жаль, а ведь я посылал их в то время, когда ты должен был спать...хм? — Уён наклоняет голову вбок и гадко ухмыляется, — Его ищешь? Он выкидывает бабочку из руки, в которой та была раньше зажата и она вновь превращается в парня, что почти падает к ногам. Чанбин быстро хватает слабое тело того, прижимая к себе. — Что с тобой случилось? Чан сказал, что прекратил чувствовать тебя, — продолжил Бин, чувствуя как Феликс приходит постепенно в чувства и крепче встаёт на свои ноги, но в руках всё ещё сжимает халат цветочника. — Я специально оборвал связь с ним, мне никогда не нравилась работа там, — Уён недовольно махнул рукой, — Ходишь себе бесцельно, следишь за какими-то бабочками... То ли дело мотыльки. Коконы сзади духов зашевелились и начали трескаться. — Эти красавицы умеют создать веселье. Видели бы вы как от них людишки бегают, — на Уёна приземлилась одна из старых бабочек и Феликс сильнее сжал руку Чанбина, за которую держался. — Какое право ты имеешь так распоряжаться жизнью этих крох? — зло выплёвывает дух бабочек, — Я знаю их, слышу их мысли и они бы не хотели такой участи. — Да что ты! Они ранее принадлежали мне и я тоже прекрасно знаю о чём их мысли, да вот только... мне плевать. Если поступать только так, как хотят другие, то в чём тогда радость существования? Я уж лучше буду делать так, как хочу именно я, — мотыльки по одному вылетали из коконов, уносясь в полёт вокруг пары духов, — А я хочу власти. Начну с вас, а после пошлю этих красавиц в лес, где они распылят пыльцу, с помощью которой я смогу подчинить себе всё живое! А потом дойду и до владыки... — А теперь ещё раз обдумай свой план, — басит Феликс, отходя от цветочного духа, — И пойми, что он провальный изначально. — Что ты несёшь? Он идеален! Я самолично выращивал своих мотыльков, направлял в них остатки своей энергии и наполянял такой же злобой! А пыльца твоих цветочков, Бини, идеально подсобила в этом деле. Надо было всего лишь немного поколдовать и её свойства изменились в нужную мне сторону. Вобщем-то, к чему слова? Проверьте силу моей ненависти на себе, — бывший дух взмахивает руками, призывая мотыльков к действиям. Белокрылые слились в один поток, кружащий над духами, а после такой же стаей рванули на Ликса. Какого было удивление бывшего хранителя, когда Феликс провёл рукой и поток чешуекрылых послушно последовал за ней и вместо того, чтобы атаковать парня, они окружили его и Чанбина, будто защищая. Дух цветов тоже удивился способностям Ликса, но не подал виду, зато наслаждался шоком своего бывшего коллеги. — Что? — содрогнулся Уён, — Что ты с ними сделал? — Мистер, вы не забывайте, что я теперь дух бабочек, а ваши мотыльки это такие же бабочки, просто немного другого типа, — Чанбин впервые видел настолько серьёзного Феликса и это вызывало в нём волну восхищения. — Это невозможно... это я их взращивал, они должны слушаться меня! — негодовал Уён, топая ногой. С каждым словом его глаза загорались недобрым огнём, а руки источали тёмную энергию. Он готовился нанести удар, — Ты... ты ведь всего лишь ребёнок, твоя душа наверняка ещё даже не окрепла... Как смеешь ты..! Уён без сознания валится на пол, пока сзади прорастает корень дерева, который извивается, будто что-то говоря перед тем как замереть. Мотыльки подлетают к упавшему, пока Феликс отвлекается и оборачивается на Чанбина, который хлопает руками, избавляясь от лишней пыльцы, а свет от рисунков понемногу сходит на нет возвращаясь в прежнее состояние. — Не думал, что смогу найти жизнь на этой пустоши. А он всегда был невнимательным, — дух смотрит в ответ, — Как ты подчинил себе мотыльков? — Т-твоя пыльца помогла мне... — Ликс касается лба, — Когда я только увидел все эти коконы, то сразу услышал их всех, они не хотели причинять вреда. Но он, — крылатый указал на бессознательное тело, — Он управлял их сознанием на 70%. Мной будто что-то двигало, я обратился и также распылил твою пыльцу на них. И это помогло рассеять тёмную энергию. — Я даже не думал, что такое возможно, — Бин подошёл к чанам и пропустил сквозь пальцы лежащую в них пыльцу, очищая. — Видимо, я как бабочка смог перенести её, — Феликс неловко почесал нос, перекатываясь с пяток на носки в ожидании старшего. Тот быстро закончил, возвращаясь к Ликсу. — Ты в порядке? Он ничего не сделал? — в голосе цветочного духа была заметна взволнованность. Феликс отрицательно качнул головой и улыбнулся. Чанбин заправил выбившиеся пряди крылатого, продолжая путь рукой по скуле и щеке. Тусклый свет от коконов красиво падал на лицо Феликса, подчёркивая каждую веснушку, его медовые глаза и аккуратные губы, на которых взгляд Чанбина задержался подольше. Ликс заметил это и неосознанно повторил, смотря теперь на губы старшего. Сердце бешено забилось от всплывающих картинок в голове, а на щеках расцвел румянец из-за различных мыслей о ситуации. Чанбин поджал свои губы, наконец опуская руку и, как бы, нехотя отошёл. — Думаю, нам пора возвращаться и отнести этого дурня Чану. Пусть сам решает, что с ним делать. Феликс выдыхает чуть разочарованно, сам не понимая своих эмоций, но соглашается с хранителем цветов. Сейчас у них другие дела.

♧♧♧

До владыки они так и дошли, ближе к утру. Тот как обычно не спал, решал очередные вопросы с феями, они оказались крайне капризными и не хотели оставлять свои дома, перебираясь на новое и более комфортное место обитания. Чан устало вздохнул, увидев на пороге своего кабинета духа цветов и духа бабочек, а после и вовсе лишился дара речи, когда за ними влетел Уён. Его всю дорогу несли мотыльки и они были крайне счастливы наконец бросить бессознательное тело, освобождая лапки. Феликс ласково поблагодарил их и отправил познавать лес, а сам вернулся к своим коллегам. — Возрадуйся, я нашёл твоего блудного сына, — с наигранным драматизмом произнёс Чанбин, — Он связался с тёмной энергией и предал тебя. Владыка был явно разочарован такой информации. Уён был прекрасной, подающей надежды душой и Чан верил, что все его проказничества являются лишь детской легкомысленностью и со временем временем пройдёт. Кто же знал, что он не сможет сохранить свет в душе и отвернётся от того, кто даровал ему силу. Чанбин заметил обиду в глазах Чана, на что он легонько похлопал по плечу. — Это единичный случай. Уён изначально был... неприятным, у него другая дорога и цель. Владыка понимающе кивнул, глубоко вздыхая. Он вновь начертил иероглиф в воздухе, который зажёгся уже рыжеватым цветом и в тумане появился дух, который являлся первым творением владыки. Хан Джисон являлся защитником леса, он был везде и нигде одновременно, словно само олицетворение леса. Правая рука владыки, тот кто помогает принимать тяжёлые решения, следит за порядком и за границами, чтобы те не были нарушены кем-либо. Русые волосы были как всегда растрёпанны, круглые глазки бегали по всему, чему только можно и взгляд вмиг потяжелел, стоило наткнуться на лежащее тело. — Джисон, отведи его в темницу и сообщи, когда он придёт в себя. Хочу поговорить с Уёном, прежде, чем вынесу приговор. — Тёмная энергия... так вот куда он делся, — проговорил тот себе под нос, но потом резко улыбнулся округлив щёчки и кинул громкое, — Да, сэр. Помимо своей основной работы правой руки, Джисон был предводителем белок. Этих грызунов также можно было встретить по всему лесу, они были своеобразной охраной, ушами и глазами самого Сона. — Чанбин! Слышал о твоей беде, прости, но мои пушистики никого не заметили, я думаю усилить... — Не стоит, — прервал того цветочный, — Мы с Феликсом уже всё решили и нашли виновника. — Так это... Джисон вновь глянул на бывшего хранителя после кивка Чанбина. Они с Ликсом поведали то, что узнали сами, вводя владыку в ещё большее уныние. Чан всегда с трепетом и любовью относился к своим творениям, старался вложить максимум своих сил в них. То, что сделал Уён, или точнее то, что собирался сделать, очень ранило. — О нет, Чан сейчас уйдёт в депрессивную фазу, — прошептал Сон, — Я отнесу Уёна, а вы позовите Чонина, только он может не дать Чану загнать себя своими же мыслями. Духи ещё раз сами попробовали поддержать своего владыку, на что он лишь слабо улыбнулся. В лесу они отыскали территорию фей и быстро наткнулись на нужного хранителя. — Что-то случилось? — спросил тот своим голосом, что больше напоминал лёгкий звон колокольчиков. Феликс во все глаза глядел на милого парнишу, его очаровательные ямочки и блестящие зрачки. — Случилось и лучше бы тебе поторопиться к Чану, думаю, он тебе всё расскажет. Чонин расширил свои узенькие глаза и быстро попрощался с духами. — Он такой милый, — заворожённо проговорил хранитель бабочек. — Ага. Повисло неловкое молчание. Они справились со своей задачей и теперь цветам Бина не грозит опасность. Феликс стал сильнее в духовном плане и укрепил свой авторитет среди мотыльков, что теперь также являются его подчинёнными. И вот их совместное времяпровождение подошло к концу, нет причин вновь видится и это расстраивает обоих в равной степени. — Чем планируешь заниматься? — осторожно интересуется Феликс. — Надо бы в саду порядок навести, успокоить там всех, а то в последнее время детки совсем потухли. А потом думаю поработать над тем пустырём. Я нашёл тогда один корень, наполненный какой-никакой, но жизненной энергией и скорее всего он там не один. — Вау, это круто, — восхитился крылатый, — Ты можешь оживить целое поле... — Хах, могу, однако на это потребуется не мало сил и... мне бы, скорее всего, не помешала бы помощь, — Ликс вопросительно захлопал своими глазками, взрывая всё в сердце Чанбина, — Помощь одного хранителя бабочек... — Я? — кивок, — Но чем я могу помочь? — Твои бабочки могли бы помочь мне с пыльцой, да и я думал пересадить парочку своих редких цветов туда. Даже есть идеи, какие подойдут на ту землю. — Ты... правда хочешь, чтобы тебе помог я? — Да, Феликс, — Чанбин протянул руку к лицу хранителя и вновь заправил светлый локон за ухо. Это было его любимым действием, ведь так возникал лишний и ненавязчивый способ коснуться младшего, — Именно ты.

♧♧♧

Наконец в лесу вновь мирно и спокойно, не считая перепалок Хёнджина и Джисона из-за того, что шишки с деревьев падают в воду каждый раз, когда белки пробегают по веткам. А хранителю приходится их все время выбрасывать, но иногда эти  шишки прилетают прямо в Джина, раздражая ещё больше. Чан вернулся в своё обычное состояние гордого отца. После заключения Уёна под стражу он проводил много времени у себя, но к нему часто заходил Чонин, не давая уйти глубоко в мысли. Это им помогло скорее решить проблему с феями и теперь те спокойно готовятся к переезду. Чанбин наконец занялся тем пустырём, к счастью, вместе с Чаном, ведь иначе на восстановление земли ушло бы куда больше времени. А так, пара дней и она как новенькая, плодородная и красивая. Постепенно хранитель цветов, как и обещал, вместе с Феликсом переносил сюда свои цветы, сажал новые семена, восстанавливал деревья. Этот участок стал выглядеть насыщеннее и от прежнего жуткого места не осталось ни следа. Также тут любили летать мотыльки и это стало практически их основным местом обитания. Хёнджин тоже помог, создав из бывших пещер водоём. Место настолько облагородилось, что претендовало стать вторым любимым местом в лесу для хранителя цветов. Но для начала ему хочется создать здесь важное воспоминание. Хранитель осторожно ведёт за собой крылатого, которому ранее закрыл глаза ленточкой. Феликс полностью доверяет Чанбину, позволяя делать, что тому вздумается. Они идут недолго, но Ликсу всё сложнее сдерживать своё любопытство. — Ну Бинни! Ты намекни хотя бы, что там? — Потерпи ещё немного, мы почти пришли, — мягко отвечает Чанбин. Он жутко волнуется, ведь собирается сделать Феликсу некий подарок-сюрприз и не знает, понравится ли тот ему, — Всё, теперь вставай тут. Цветочник помогает крылатому найти нужное место, обходит и стягивает ленточку. Феликс постепенно открывает глаза, привыкая ко свету, а после расширяет те в неверии. — Я узнал, что сегодня день твоего формирования как хранителя и подумал сделать небольшой подарок... Перед ними поле с цветами, которые Ликс уже видел, но теперь посреди них всех находился один цветок, заметно отличающийся от всех. Он небольшой, но выглядит крепким, перламутровые лепестки повторяют форму крыльев Феликса в его обличии бабочки. — Бинни... это? — Ещё с первой нашей встречи я решил создать цветок, похожий на тебя и долго думал над его внешним видом, но всё никак не шло. Все идеи были сырыми и какими-то не такими, они не могли повторить ни твою ауру, ни какие-то твои черты, — Чанбин встаёт рядом, смотрит на этот цветок и понимает, что, хоть он и прекрасен, но всё равно не то, — Потом я увидел твою форму бабочки и решился на такой вид. Он безусловно красивый, но я понял, что изначально эта идея была так себе, — хранитель поворачивает голову, смотрит на профиль Феликса, — Ведь ты такой один и неповторимый, поэтому я лишь отдалённо сделал похожий внешний вид. — Он прекрасен, Бинни, — Феликс тоже поворачивается к хранителю и смотрит с искренней благодарностью. — Но не так, как ты. Феликс не выдерживает эмоций, что сейчас большим напором бьют внутри. Он кидается к старшему, обнимая того за шею и целует. Сначала резко впивается, а потом робеет, осознавая свои действия. Хочет уже отстраниться, но крепкие руки Чанбина ложаться на талию, прижимая к себе ближе. И теперь он ведёт в поцелуе. Каждый вкладывает все свои чувства в него, с каждой секундой осознавая, что именно этого им так не хватало. Их всегда тянуло друг к другу, но они упорно игнорировали это, с каждым днём просто теряя терпение. Крылышки Ликса взволнованно дёргаются, когда Чанбин раздвигает пухлые губы и проникает внутрь языком. Они осторожно касаются друг друга, пробуют на вкус. Феликс совсем как мёд, такой же сладкий и поддатливый, он тает в руках Чанбина. В животе щекочет, а ноги подкашиваются от каждого касания старшего, щёки алым заливает, когда до ушей доносятся чмоки и парень понимает, что это они издают эти звуки. Парни отрываются друг от друга, когда губы начинают уставать и слегка гореть, касаются лбами и смеются глупо, но счастливо, прямо как влюблённые. — Люблю... — шепчет Феликс, — Бинни, кажется, я тебя люблю. — Только кажется? — усмехается тот. — А ты меня поцелуй ещё раз и я подумаю, — появляется игривая сторона Ликса и Чанбин голову совсем теряет, тонет в своих чувствах к этому духу. Цветочник подхватывает крылатого под бёдра, а Феликс обхватывает лицо точно любимого и приближается. — А я тебя люблю, — нежно произносит Чанбин, невинно чмокая и смеётся, когда слышит разочарованный вздох младшего. — Я тебя люблю, Бинни. А теперь поцелуй нормально! Чанбин не испытывает терпение Феликса, целует мягко, иногда прерывается на лёгкие чмоки, но вскоре вновь возвращается к таким желанным губам. Позже он расскажет, что этот цветок был посажен здесь первее всех и что он олицетворяет Ликса как нельзя хорошо, как и пустырь Чанбина, до того, как эти двое сюда заявились. После этого цветка расцвело всё поле, также как и давно забытые чувства Чанбина, которые заиграли новыми красками с прилётом этого солнечного лучика, по имени Феликс, в его, хоть и цветную, но тусклую ранее, жизнь.