Through pain to happiness

1 апреля. 8.20 утра «... Пассажирский самолет Boeing 737 авиакомпании China Eastern Airlines, на борту которого находились 133 человека, попал в аварию в уезде Тэн городской округа Учжоу в Гуанси-Чжуанском автономном районе КНР...» Что? Чонгук замер, задержав стакан с кофе у губ и уставившись в экран телевизора. «... По предварительным данным, самолет выполнял рейс MU5735 из Куньмина в Гуанчжоу. Число жертв неизвестно. На месте крушения ведутся поисково-спасательные работы...» Парень не моргал. На экране сменялись кадры с места крушения самолета. «...на месте крушения начался лесной пожар...» Гук отмер, мотая головой, и поставил стакан на стол выключив телевизор. Нельзя смотреть такие новости, когда через 5 часов у тебя посадка на самолет из Пекина в Сеул. Он не любил летать с детства. Нет, полет не вызывал панику, он знал, что самолеты — самый безопасный вид транспорта и что аварии, по сравнению с другими видами, крайне редки. Но от понимания того, что страдает сразу большое количество людей — легче не становилось, а тело сковывало ужасом. На столе завибрировал телефон от входящего сообщения. Ю: Скажи, что ты еще не видел новости? Ч: Только что Ю: Это на Юге Китая, с твоим рейсом все хорошо, такого не будет Ч: Я знаю Ю: Все то он знает Ч: Отвали, мне уже скоро выезжать Ю: Родителям привет и купи мне сувенир Ч: Обойдешься, — улыбнулся Гук, откладывая телефон. Не самое лучшее начало утра. Да чего уж говорить, не лучшее начало апреля.

***

Можно было бы сказать, что полет прошел идеально: бизнес Класс, бокал шампанского, любимый плейлист в ушах, улыбчивые бортпроводницы, если бы не проклятая новость с утра. Чон никак не мог отогнать от себя серые мысли и раз за разом возвращался к словам диктора: «...находились 133 человека...». 133 человека. У каждого из них были свои планы на жизнь, цели, желания. Возможно кто-то из них летел на свадьбу, кто-то вез подарок матери, а кто-то просто бесцельно прожигал жизнь. Кто-то к вечеру не дождется своего ребенка, родителя или... Или любимого человека. Парень вздохнул, самолет тряхнуло. Приземлились. Наконец-то. Гук встал, потянулся, закинул рюкзак за спину и первым покинул борт самолета, не забыв подмигнуть бортпроводнице. Зазвонил телефон. Чон скривил гримасу, увидев звонящего, но все же не скинул. Ч: Ты за мной следишь? Я только приземлился, даже такси не поймал. Ю: И я тебя рад слышать, — раздался веселый голос старшего двоюродного брата. — Если тебе не позвонить, ты же так и не вспомнишь о моем существовании. Ч: Да как про тебя забыть, ты и мертвого из-под земли достанешь. Более того, мы с тобой утром списывались. Усмехнулся Чон, выходя на улицу, и оглядываясь по сторонам ища глазами такси. Ю: Сочту это за комплимент. Но не сбивай меня, я по делу. Ч: Да неужели. Юнги проигнорировал колкость и продолжил: Ю: Мне птичка на хвосте только что нашептала, что намечается крупный проект и тебя планируют поставить в пару с Ким Тэхеном. Так что завтра, умоляю, приди без опозданий! Ч: С Тэхеном? Он же в отпуске? Ким Тэхен — визуализатор и инженер-проектировщик. Лучший из конструкторского отдела в их дизайн компании. С ним хотели работать все. Четкий, всегда выполняет свои обязательства в срок, а главное умеет сочетать несочетаемое. К нему очередь из клиентов на несколько лет вперед. Чон никогда с ним не общался близко и не работал. Их коммуникация всегда проходила в плоскости: «добрый день / хорошего дня» в лифте или холле здания. Ким Тэхен никогда не посещал столовую, всегда задерживался на работе допоздна, а самое главное - никогда не брал отпуск. До этого года. Ю: Да, но мне нашептали, что его уже проинформировали, и даже передали материалы. Он приступает сразу, как выходит в офис. Ч: Как-то ты слишком много знаешь, в сталкеры Тэхена записался? — Чонгук нашел пустое такси, и запрыгнул в него. Ч: Мемориальное кладбище Сеула, пожалуйста, — кидает он таксисту, а на том конце трубки на секунду замолкают. Ю: Что? Ч: Это я не тебе. Таксист кивает, и машина трогается с места. Ю: Я понял. Но сегодня же не тот день? Ч: Сегодня другой повод, — на том конце телефона снова замолчали. Чон представил, как Юнги поднимает глаза к потолку. — Я буду через час. Ю: Надеюсь ты привез мне сувенир, — и Юнги отключился. Чон вздохнул, убрал трубку в карман черной куртки и облокотил голову на холодное стекло автомобиля. Над городом сгущались тучи, вот-вот пойдет дождь.

* * *

Редкие капли начали тяжело барабанить по земле и серому камню, оставляя разводы на мраморе.

Рё Суён

13 августа 1995 г. — 10 апреля 2018 г.

Чонгук стоял напротив мраморной плиты, спрятав левую руку в карман, а в правой держа стаканчик с холодным американо. — Здравствуй, милая, извини, я сегодня без подарка, — Чон вздохнул, присел на одно колено, убрав упавшую на лицо прядь волос за ухо. Поставил стаканчик на холодный мрамор рядом с красивым изображением портрета девушки на плите. — Но я все еще помню, как ты его любила. Он усмехнулся, дотронулся кончиками пальцев до ямочек от улыбки и ощутил холодный и мокрый мрамор. — И я до сих пор не понимаю, как ты могла его пить? Голос тихий, уже не дрожал. Чонгук смог справиться и взять себя в руки после роковой даты 10 апреля 2018. flashback В ту ночь, тоже шел дождь, они ехали домой после встречи с родителями Суен, когда в правое крыло въехал внедорожник. Водитель автомобиля был пьян и не справился с управлением на скользкой дороге. Скорая приехала быстро. Но не для Суен... В тот момент весь мир рухнул для Чонгука. В почти обморочном состоянии и как в замедленной съемке он видел, как врачи оказывают реанимацию. Сквозь пелену на глазах и звон в ушах Чон слышал крики: — Разряд! 200 Дж! . . . Чонгук не верил в происходящее. Он не мог ни кричать ни плакать. Он сидел на асфальте наблюдая со стороны. Будто это был сон, кошмар, от которого он никак не мог проснуться. — Повышаем до 300 Дж! . . . Вокруг него врачи пытались оказать первую помощь, перевязать руку, но Чон их не чувствовал. Со стеклянным взглядом он смотрел, как тело его любимой девушки вздрагивало от очередного разряда. Как бледная рука соскользнула с тела и повисла с каталки. — Сердцебиения нет. . . Чон рванул к ней, но его удержали двое человек. Они что-то быстро начали говорить ему на ухо, но Гук не слышал. — Суен! Пустите, мне надо к ней! Суен! — Чон вырывался. Но его удерживали. — 500 Дж! . . . Сирена. Приехала полиция. Чонгук краем глаза увидел, как к нему приближались. Спустя минуту врачи перестали суетиться. Реаниматолог опустил руки, убрал дефибриллятор. — Время смерти: 10 апреля 00:10 минут, — констатировал один из них. — Суен! Чон из последних сил оттолкнул от себя всех, и подбежал к машине, в которой находилась Суен. Его Суен. Которую еще 20 минут назад он касался в машине. 20 минут назад Суен улыбалась ему, жаловалась на то, как она устала и хочет спать. Строила планы на остаток ночи и последующую жизнь. Всего 20 минут назад он был самым счастливым человеком на земле. А теперь падал в пропасть и не видел в нем дна. Каких-то 20 минут назад... end flashback Чонгук вглядывался в карие глаза девушки на памятнике. Спустя почти 3 года он таки смог смириться с событиями той ночи, но не забыть и не простить себя. Он понимал, что не виноват. Что вина полностью лежит на том ублюдке, который, выпив после бара, решил доехать сам, а не вызвать такси. Но... Чонгук не мог перестать думать, что выйдя из квартиры родителей Суен на, хотя, бы 2 минуты, позже, этого всего можно было бы избежать. Или, если бы он поехал другим маршрутом, как предлагала Суен. Или... Еще очень много других «ИЛИ». То сейчас, 1 апреля, они бы могли отмечать годовщину помолвки. — Ты помнишь этот день? — голос парня был очень тихий. — Я до сих пор ношу его с собой. Чон достал из кармана помолвочное кольцо из белого золота с бриллиантом. Большим пальцем провел по ободку, дотронулся до многогранного камня. Чонгук забрал его себе перед похоронами. Оставил его себе как память, как самое ценное, что у него осталось. Ведь Суен приняла подарок и сказала ему «ДА». Это кольцо стало для Чонгука символом новой жизни. Жизни с ней. — Прости, что не смог тебя защитить, — голос звучал все тише. Дождь усиливался, а Чон не спешил подниматься, опустив голову. Капли стекали по его лицу, а одежда промокла насквозь. — Прости, что так редко прихожу... Яркая вспышка молнии едва не ослепила глаза. — Прости, что я так и не смог заставить себя жить дальше. Я знаю, ты бы этого хотела. Но я не могу, — уже еле шевеля губами, и слабо слышно шептал парень. — Я не хочу... Чонгук замолчал, смахнув с лица капли, то ли от дождя, то ли от слез. Поврежденное правое колено, после долгого сидения, наконец заныло и парню пришлось встать. — Ты же заболеешь, если так и продолжишь стоять под дождем без зонта. Тихий голос разорвал тишину, а Чонгук почувствовал, как капли дождя перестали на него попадать. Он обернулся и увидел перед собой парня, в бежевом длинном пальто, черной водолазке и черных рваных джинсах. Белая кожа, растрепанные волосы спадали на лицо, глаза слегка сузились в хитром прищуре. Он стоял слегка вытянув руку, держа зонт так, чтобы он накрывал их обоих. — Привет, Чимин, что ты тут забыл? — За тобой приехал, — Пак Чимин вытащил из кармана платок и протянул его другу. — На, хотя бы немного вытрись. Чонгук молча взял платок, и протер лицо. — Я как раз выдвинулся в вашу сторону с Юнги, когда тот позвонил и сказал, что ты задержишься на кладбище. — Я взрослый мальчик, сам бы добрался, — Чон пожал плечами. — Зная тебя, ты тут мог и часа три проторчать, поэтому я и решил заехать. И как вижу, принял верное решение. Ты же промок до трусов наверное. — Тц, — Чон цокнул языком, пряча мокрый платок у себя в кармане. — Я уже начинаю уставать от вашей заботы с Юнги. Платок не отдам, считай, ты мне его подарил. — Это еще почему? Постираешь и вернешь. Ничего не знаю. Идем, скоро совсем стемнеет. Чимин взял за предплечье друга и потащил того прочь с кладбища. Но через секунду резко остановился. Чон налетел на его спину громко выругавшись. — Секунду, я забыл, подержи, — Чимин отдал зонт Чонгуку, а сам подошел к могиле Суен. Достал из кармана бутон белой розы и положил около стаканчика кофе. Поклонился и вернулся под зонт. — Ты думал у меня дурные манеры? В отличие от тебя, я воспитанный. Ты не один по ней скучаешь. Чонгук промолчал. Ему было приятно видеть и знать, что все его друзья не безразличны к его боли и утрате. Даже спустя столько лет. — Веди, где ты оставил машину? — Туда. И Чимин взяв под руку Гука, повел прочь с кладбища.