Through pain to happiness

Чонгук стоял посреди квартиры. Он не двигался. Он не моргал. На секунду он забыл как дышать. У него было ощущение, что все происходящее — это просто дурной сон. Чонгук надеялся, что закроет глаза, а после, как откроет, окажется посреди своей квартиры — чистой, без осколков и пятен вина. Без сковывающего страха за поступок, который он совершил. Он моргал и моргал. Но ничего не пропадало. В ушах тихий голос Тэхена все повторял: ...Мин Сонг отправил видеозапись... Чонгук медленно опустился на корточки, спрятав лицо в руках. Это все сон. Сон. Если бы не видео на суде — он бы проводил эту ночь за решеткой. Швепс подошел к хозяину и коснулся его лапой, но Чонгук не пошевелился. Кот попробовал вторую попытку жалобно мяукнув. Чон наконец поднял голову, в уголках глаз застряли слезы. — Швепс... прости меня... Сердце сильно болело, но отчего именно Чонгук затруднялся ответить. Он встал, обвел взглядом бардак. Злость прошла в тот момент, когда дверь за Тэхеном закрылась. Его слова вытолкнули из него гнев без остатка. Сейчас он испытывал панику, сердце бешено выбивало ритм. Взгляд Чонгука проскользил по тому месту, где стоял Тэхен, а после к тумбочке. Быть не может... ...Тэхен наклонился, что-то достал из тапка и положил на рядом стоящую тумбочку... На тумбочке лежал брелок от Mercedes-Benz AMG GT 63 S. Дрожащей рукой парень взял ключи в руку. Чонгук искал их несколько дней, пока не сдался и не прибег к помощи дилера. Тэхену потребовалось провести одну минуту в квартире Чонгука, чтобы обнаружить их. Запись! Не разжимая ладонь с брелоком от авто, Чон подошел к ноутбуку, открыл его и на почте увидел письмо от Тэхена. Воспроизвести. «... — Я прошу рассказать мне вашу точку зрения и ваше отношение к тому случаю...» Чонгук застыл, голос Тэхена невозможно было спутать ни с кем-либо другим. Даже не имея музыкального слуха, легко узнать баритон Тэхёна. Низкий, небрежный и спокойный. Ключи упали на пол. Чонгук узнал голос и Мин Сонга: «... — Все, что я мог в то время сделать .... прислать спрятанную отцом запись с видеорегистратора...» Чонгук не двигался. Весь мир сейчас сжался до маленького комочка, до двух голосов раздающихся из его ноутбука. По щеке стекла слеза. Тэхен говорил правду. Все это время... Тэхен говорил правду. Ради Чонгука — он встретился с Мин Сонгом. Ради Чонгука — он влез не в свое дело, потратил свое время. Тот, кого Чонгук возненавидел — спас его от тюрьмы. Тот, на ком Чонгук сорвался — спас его от падения в еще большую бездну. Парень смотрел на свои руки и задыхался. Тэхен сделал для Чонгука, за такое короткое время, слишком много. Больше, чем кто-либо. Нашел решение, как ослабить боль в груди. Он просто нашел выход и воплотил его. Не спрашивал разрешения. Он просто знал, он просто сделал. Ничего не прося взамен. Тэхен вел себя не как все — не пытался утешить, не пытался вызвать эмоции или заменить их, не пытался отвлечь. Тэхен знал, чем можно развязать узел внутри Чонгука и просто передал этот инструмент второму. А что сделал Чонгук? Он чуть не отправил Тэхена в больницу.

* * *

Чон просидел на стуле, смотря в никуда, несколько часов. Около 9 вечера приехали Юнги и Чимин. Они ломились в дверь около часа, но Чонгук их не пустил. Сказать, что он их не слышал, значит соврать самому себе. Чонгук просто не смог открыть дверь. Он боялся навредить и им. Чонгук боялся себя и того, на что он способен в неадекватном состоянии. Спустя час друзья оставили попытки попасть в квартиру и воцарилась тишина. Наконец-то. Еще около двух часов Чонгук сидел не двигаясь и не включая свет в квартире. Он был не нужен. Парень надеялся, что темнота скроет его от всего мира. Спрячет его поступок, его мысли, боль, стыд и страх. 00:00 10 апреля Чонгук встал, подошел к холодильнику, достал оттуда яблоко, сделал укус и положил обратно. Все же есть не хотелось. Хотелось только пить. Взял бутылку рома, посмотрел на часы. 00:05 Выдохнул, подошел к окну. 00:06 Сделал крупный глоток и зажмурился, поперхнувшись. 00:07 Ночной Сеул завораживал. Он любил наблюдать за ночным городом, вот так просто стоять и смотреть сверху вниз на проезжающие одинокие машины и людей. 00:08 Прислонился виском к холодному стеклу. Если бы было можно, то Чонгук никогда бы не отходил от этого стекла. Никогда бы не отрывал взгляд от ночной жизни Сеула. Как он хотел ступить в давящую пустоту под ногами, знал лишь он. 00:09 Чонгук прикрыл глаза. Вертя в пальцах холодное кольцо. Вибро в телефоне стоявшее на будильнике сообщило Чонгуку: 00:10 Чон взглянул на часы. Ровно три года — Здравствуй родная, — прошептал он. — Я так устал... Чонгук сделал еще один глоток, а со стороны входа раздался скрежет ключей и дверь открылась. На пороге стояли Чимин и Юнги. На обоих не было лица. Хозяин квартиры забыл, что у Мина имеется запасной ключ. Юнги сориентировался первым, он увидел силуэт Чонгука у окна, быстро пересек гостиную, перешагнул пролитое вино, подошел к другу, и пока тот пытался осознать ситуацию, ударил со всей силой Чонгука по лицу. Чон пошатнулся, но опершись на стену все же не упал. — Ты охуел? Ты что творишь? — Чон схватился за место, куда попал кулак Юнги. — Я творю?! Ты не открывал дверь! Я думал ты себе вены вскрыл! — Чимин подскочил к Юнги, обхватив, потому что тот снова замахивался, намереваясь ударить второй раз. — Ты хоть знаешь, как мы переживали?? Чонгук сделал шаг назад, таким злым Юнги он еще не видел: — Вас так-то не было весь день, вы беспокоились? — Сука! Беспокоились? Я ушел с последней встречи, забрал Чимина с важного разговора! Мы ломились к тебе около часа! — Юнги пытался вырваться, но Чимин крепко его держал. — Мы хотели дверь выламывать, уже даже звонили в службу, но нам сказали ждать владельца квартиры!!! Отпусти меня! — Чимин был непреклонен. — Если ты не думаешь о себе, думай о друзьях! О родителях! Чонгук прикусил губу: — Я в порядке. Жив и здоров. Мне нужно было побыть одному. — Одному?! Блять! Когда хотят побыть одни хотя бы предупреждают тех, кто ломится в квартиру! Чимин отпусти, кому сказал! — Юнги спокойно, Гуку уже хватит одного фингала, — Чимин пытался успокоить парня. — У тебя сильный удар, — Чонгук попытался улыбнуться, но не вышло. Он подошел к холодильнику, достал кубик льда из морозильной камеры и начал водить им по месту встречи кожи и кулака. — Поделом. Да отпусти ты меня, я уже все. — Где-то я это уже слышал, — пошутил Чимин. — Ты тоже хочешь раскрасить лицо? — Все, все, отпускаю, — Чимин высвободил парня. Юнги поправил рубашку, подошел к стене и включил свет. Все зажмурились. — А это что? — Юнги увидел битое стекло. — Что тут произошло? Чонгук проследил взглядом туда, куда указывал друг и замялся. - Чонгук? - Ничего особенного. Швепс задел бутылку, она разбилась, — он не хотел рассказывать друзьям о своей вспышке гнева. Ему было стыдно и он не хотел в добавок ко всему слушать осуждение от Юнги. Он не хотел показывать свою темную сторону. И был благодарен, что расспрос не продолжился. — Я помогу убрать, — Чимин скрылся в туалете и через минуту появился со шваброй. — А я помогу уничтожить ром, — Юнги сел за стол рядом с Чонгуком и забрал полупустую бутылку себе. — Кто бы сомневался, — хмыкнул Чимин. Ребята молчали. Тишину разрушал только скрежет стекла о пол. Юнги допил ром и решил поддержать парня с уборкой. Слез со стула и воскликнул: — О ты нашел ключи от машины, — он поднял с пола брелок. — Не я, Тэхен. — Что? — опешил Юнги — Кто такой Тэхен? — Чимин с интересом повернул к ним голову. — Он знает где ты живешь? — Юнги с интересом смотрел в глаза Чонгуку. —Да кто это такой? — Чимин прекратил уборку. — Зачем он приходил? — Юнги не унимался. - Эй, вы мне ответите? Чонгук закатил глаза, но все заданные вопросы оставил без ответа. Он был пьян. Он устал. Ему было плохо. И больше всего на свете он хотел, чтобы его оставили в покое. Но друзья здесь и Чонгуку пришлось присоединиться к Чимину в сборе стекла. Все же, Чонгук переживал за кота, тот не должен был пораниться из-за его глупости. Юнги и Чимин покинули квартиру примерно в третьем часу ночи. Или утра? Этот день высосал все силы и энергию. Чонгук добрался до кровати и уснул с мыслью, что на утро у него будет синяк на пол лица и его придется прятать тональником. 10 апреля 14:10

Рё Суён

13 августа 1995 г. — 10 апреля 2018 г.

— Здравствуй любимая. Как ты там? Надеюсь у тебя все хорошо. Чонгук опустился на землю, сел скрестив ноги, глядя девушке в глаза: — Знаешь... За прошедшую неделю столько всего произошло, — улыбнулся уголками губ. — Я работаю над новым домом. Вернее... Работал. Вчера я уволился, — опустил голову вниз, челка упала на глаза. — А после я узнал, что сын человека, который нас разлучил, спас меня. Интересный поворот жизни, не правда ли? — крутил кольцо в бледных пальцах. Чонгук поднял голову к небу и прикрыл глаза рукой от яркого солнца: — Почему я не могу смотреть на тебя? Почему мне так больно? — вернул взгляд на любимое лицо. — Если бы не Тэхен, я бы сейчас съел себя изнутри...  Я погряз в болоте и самобичевании. Я жалел себя... пока Тэхен не подал мне руку. Знаешь Суен, он единственный, кто смог отогнать боль. Ненадолго, но смог. Чонгук горько улыбнулся, продолжая вертеть в руках кольцо своей девушки. — А я поступил как последний мудак. Я сорвался на том, кто помог прийти в себя, помог не наделать ошибок, — Чонгук сжал кулак так сильно, что ногти впились в ладонь. — Я столько всего хочу тебе рассказать, — в горле встал ком. — Но приходить сюда с каждым годом не становиться легче, — в глазах щипало из-за подступающих слез. — Я должен тебе признаться, любимая, — голос Чонгука дрожал. — Последний год я ищу в толпе ту, кто заставит мое сердце биться. Я ищу лицо, которое заставит меня забыть обо всем. Пытаюсь найти ту, с кем смогу жить дальше... Но я плохо стараюсь. Ведь все мои мысли только о тебе. О твоих руках, о твоих глазах. Я помню твой смех, твою улыбку. Твое тепло... В моей голове лишь ты одна, — Чонгук понизил голос до шепота. — А с сегодняшнего дня - и Ким Тэхен, — говорить было все сложнее. — Ты всегда знала, как поступить, как извиниться, что сказать... Что мне сделать, подскажи? Я так перед ним виноват... Чонгук замолчал. Он сидел с закрытыми глазами, сдерживая, не давая слезам стекать по лицу. Лучи солнца грели, напоминая теплый взгляд невесты. Мысли сами пришли к нему в голову, и Чон улыбнулся. Он понял, что следует делать. — Родная... Я планировал весь этот день провести здесь, с тобой. Но... Но в понедельник Тэхен один будет за нас двоих рассказывать и показывать концепты по дальнейшей работе. Я не могу позволить ему одному расхлебывать то, что я натворил. Ведь я уничтожил все, что наработал за прошедшую неделю...  — Чонгук наблюдал, как кучка муравьев переносила листья в муравейник где-то поодаль. — Ты простишь меня, если я уйду? — Чонгук искреннее улыбнулся, смахивая слезы. — Знаю, что простишь... Ты всегда прощала, чтобы я не делал. Чонгук еще немного времени провел возле могилы любимой девушки. Затем встал, прикоснулся пальцами к своим губам, а после к губам на мраморной плите: — Люблю тебя, спи спокойно. — И направился прочь с кладбища.