люди - самые тупые существа на этой конченной планете

она общается со всеми и ни с кем одновременно. она просто напросто не подпускает к себе людей близко, а те, в свою очередь, не раскрываются ей по-настоящему. и правильно делают, ведь трусова - человек странный. она бы назвала себя ужасной и в какой-то степени была бы права. слишком уж много в ней было агрессии, нарциссизма, неконтролируемых эмоций, эгоизма и беспорядочных мыслей. да, ее совсем нельзя было назвать порядочным человеком. грубость и неподчинение стало неотъемлемой частью ее жизни. на олимпиаде все сильно ухудшилось. она сорвалась. нельзя было, но она поддалась эмоциям и мыслям, которые слишком долго прятала где-то на задворках своего сознания. вся эта какофония звуков, яркий свет, объективы камер довели ее. очень по-детски, очень глупо и абсурдно. самое безрассудное - средний палец на награждении. бред. ну, хоть пар выпустила. она знала, что другим девочкам хуже, но, повторюсь, эгоизма ей хватало, чтобы о них не думать. теперь с ней вообще никто не контактирует. «заебись, трусова» : каждый раз проносилось у нее в голове, когда она провожала глазами удаляющуюся после тренировки компанию. но ей это не нужно. возможно, оставшись одна, она будет еще больше концентрироваться на спорте. к тому же, физическое истощение действительно помогает забыть о насущных проблемах. так зачем же ей кто-то еще? сегодня она последняя зашла в раздевалку, как обычно; не взглянув ни на кого, спокойно прошла к своим вещам. половина уже собралась и спешила покинуть помещение. когда за камиллой, которая была последней, захлопнулась дверь, девушка тихо выдохнула. она сидела на скамейке, опустив голову на руки. слишком большая нагрузка, слишком много она на себя берет, слишком тяжело вывозить. слезы предательски подступают. нет, нельзя. ни в коем случае нельзя давать слабину. нельзя плакать. даже в пустой раздевалке. стены все равно запомнят это. тело начинало потряхивать. «курить» - единственная мысль - «иначе это не остановить». переодевание в обычную одежду никогда еще не было таким долгим и нудным. ее руки все еще тряслись то ли от упражнений, то ли от разъебанных нервов. сзади донесся звук захлопывающейся двери. кто-то зашел. не важно кто это, он в любом случае не должен видеть сашино состояние. она умеет скрывать эмоции. но что, если она не успела вовремя накинуть маску абсолютного безразличия? от этой мысли аж передернуло. поворот головы, холодный, пустой взгляд. такой, который только можно сделать в этой ситуации. «щербакова. что вообще? видела? а что подумает?» : обрывки мыслей летали в пустой голове, гулко ударяясь о стены черепной коробки. - я - вошедшая тихо сглотнула - чехлы тут просто. саша ответила про себя : «да хоть половину своей сумки здесь оставила бы. не ебет вообще». она отвернулась. - ты в порядке? молчание. - эй, трусова. тишина. - тру… - девушка не успела договорить. - хватит. - жестко, возможно, даже слишком для человека, которому предлагали помощь, в которой он явно нуждался. - но ты же… - опять незаконченная фраза. - хватит. третий раз я повторять не буду. я понимаю, что ты у нас ангел воплоти, святая святых, но я твоей помощи не просила. - ей просто нужно было личное пространство, чтобы щербакова ушла, чтобы у нее была возможность спокойно выйти на улицу, поднести зажигалку к лицу и затянуться, чтобы мозг расплылся, не оставляя ни одной четкой мысли. еще чуть-чуть и она не выдержит. сколько можно стоять тут и пытаться вести бесформенный диалог? - что непонятного? - прости, но если ты себя плохо чувствуешь - аня сделала акцент на этой фразе - , то нужно сообщить тренерам, к тому же, у нас тут есть врач. и вообще, это ненормально, что твои руки… саша была на пределе. в ней снова бушевали многочисленные эмоции. основными были страх : «она видела, сука, видела» и злость : «если она решит растрепать это своим дражайшим подружкам, если заикнется об этом перед тренерами, если еще раз предложит свою блядскую помощь, если сейчас скажет хоть слово, то я не отвечаю за свои действия.» в долю секунды она оказалась рядом и грубо закрыла ее рот своей рукой. девушка решила, что если та слов не понимает, то лучше действовать силой. ее взгляд был спокойным, он словно прожигал насквозь. однако, до сих пор дрожащие руки говорили сами за себя. она была очень зла. «пора заканчивать этот цирк» : подумала трусова и с силой вытолкнула щербакову за дверь. раздался тихий звук, похожий либо на плач, либо на визг собаки, которой наступили на хвост. чувство вины едва кольнуло где-то в глубине души. саша закрыла глаза : «что за херня. в любом случае, она заслужила. нехуй было лезть.» до боли сжав челюсти, она пыталась остановить трясущиеся руки. не получалось. «ну и все тогда» : взорвалась девушка и, забив на все, вылетела из раздевалки. на улице было тихо, темно и слегка душно. глоток свежего воздуха немного помог, но этого недостаточно. набрав в легкие побольше едкого дыма, саша почувствовала облегчение. вот оно, спокойствие. она слишком долго его ждала. домой она решила отправиться пешком. это минут 15 ходьбы. она докурит, успокоится, разберется в себе. да, это явно то, что нужно. медленно погружаясь в свои мысли, она повернула за угол и «сука»