Overlord: The Demon Empress

Хныканье и звуки горя исходили от светловолосой женщины. Психическое расстройство Лакюс привело к падению морального духа Синей Розы. После того, как они стали свидетелем пробуждения Древней, Галадриэль Мелькор, весь их мир рухнул, они не могли понять, как им поступить дальше. Потому что в конце всего, что они могли сделать? Это превосходило их во сто крат. Настолько это было нелепо. Сама сила, разрыв между ними и Древней, измерить подобное было невозможно. Не было причин даже сравнивать их. Они были паразитами, личинками, ползающими по грязи перед Древней. Они ничего не могли сделать, кроме как ждать и посмотреть. Но что именно? Этого они не знали. Эвилай все еще была погружена в свои мысли. Она не могла придумать план действий или вообще что-либо. Дело дошло до того, что Эвилай была честно готова сдаться. Теперь для них ничего не оставалось. Принять поражение было намного легче. Затем она посмотрела на Лакюс, которая рыдала в углу и что-то бормотала. По какой-то странной причине на Лакюс это отразилось сильнее всего. То есть, они полностью потеряли капитана Синих Роз после прибытия в их безопасное место в столице Королевства. Прошло больше недели, и ожидание того, что что-то должно произойти, сводило с ума даже Эвилай. Чего ждет Древняя? Каков ее план? Почему мы все еще живы? — думала Эвилай про себя. Было странно наблюдать, как Древняя уходит вот так: быстро и без каких-либо слов. Это невероятно смутило Эвилай. Так называемые стражи Галадриэль Мелькор оставили их в покое. Она понятия не имеет, почему. Конечно, это был самый очевидный выбор — захватить их, узнать что-нибудь о мире или, возможно, узнать местонахождение Лорда-Дракона. Чего, честно говоря, они не знали. Но ничего подобного не произошло. Ригрит также ушла куда-то, Эвилай уже некоторое время о ней не слышала. Старуха сказала ей, что она собирается что-то искать. Что она искала? Эвилай не знала. Черное Писание, по понятным причинам, разделилось. Эвилай была уверена, что у старых ублюдков Теократии Слэйн будет долгий разговор о том, что произошло. Что они собираются делать теперь? Это был вопрос, на который Эвилай было любопытно узнать ответ. Но у нее было смутное представление о дальнейших действиях. Теперь были только они и что они могли сделать со временем, которое у них есть в их руках, если таковое имеется. — Тина, Тиа, вы слышали, что-нибудь странное? — спросила Эвилай сестер-близняшек. После прибытия в столицу они держались в тени, чтобы избежать подозрений, если за ними следили или что-то в этом роде. Лишнее предостережение, поскольку Эвилай считала, что они вообще не важны для Древней. Тем не менее, они хотели обезопасить себя от чего угодно, если случится худшее. Пока ничего необычного не произошло. Все было странно тихо и буднично. Как будто то, что они видели своими глазами несколько дней назад, никогда не происходило. Тиа и Тина отправились в небольшие вылазки за пределы их безопасного дома. Чтобы купить еду и другие предметы первой необходимости. И они ничего не слышали ни о Древней, ни о битве, в которой та учувствовала. Вообще ничего, даже слухов. И из-за этого пара сестер чувствовала себя такими же параноиками, как и их капитан. — Ничего. За этими стенами ничего не происходит. Это странно, и нам это не нравится, — сказала Тина. — Нет даже слухов… Я не знаю, что происходит, — пробормотала Тиа. — Возможно, нам все это приснилось, — ответила Гагаран, наполовину смеясь, наполовину бормоча, пока она сидела на стуле возле стола. Даже крепкая женщина не могла испытывать меньшего стресса из-за того, что произошло или происходило сейчас. — Нам нужно что-то придумать… Мы должны что-то сделать, — прошептала Эвилай. — И что же, коротышка? Честно говоря, что мы вообще можем сделать? — потребовала Гагаран напряженным голосом. — Я не знаю… Но делать что-то лучше, чем просто стоять здесь и ждать, пока мы сойдем с ума! — воскликнула Эвилай. — Просто никакие идеи не приходят в голову… Прости, коротышка, но… Я не верю, что мы можем что-то с этим поделать, — ответила Гагаран мягким и нехарактерным для неё голосом. — Возможно… Но я не хочу больше сидеть здесь, чтобы понять это, — сказала Эвилай. Девушка в маске подошла к тому месту, где сидели ее подруга, сестра и капитан. У блондинки были красные глаза от слез, а волосы были в полном беспорядке. Лакюс видала лучшие дни, и для кого-то столь молодой, Лакюс, казалось, стала старше за последние несколько дней. — Лакюс… Пожалуйста, нам нужно действовать, — шепотом произнесла Эвилай. Лакюс уставилась на свою подругу и названую сестру. В её глазах застыл страх, но больше, чем просто страх, было только чувство отчаяния. Столкнуться лицом к лицу с тем, что давно занимало ее мысли, оказаться лицом к лицу с Создателем Мира и увидеть силу, способную положить всему этому конец. Это было слишком для Лакюс. — Мы не можем… Мы ничего не можем сделать… — ответила Лакюс. — Это выше любого из нас. Мы ничего не можем сделать, — продолжала Лакюс. Эвилай чувствовала то же самое, но даже в темноте горел лучик света. И для маленькой девочки с длинными золотистыми волосами светом являлась Темная Героиня Элиан. И из-за этого Эвилай хотела вырвать меланхолию из своего друга, как только могла. И, громко вздохнув, Эвилай подняла руку и позволила ей упасть прямо на лицо Лакюс. — Возьми себя в руки, женщина! — закричал Эвилай, сильно ударив Лакюс. Это ошеломило Лакюс на несколько секунд. Из всех людей, которых она знала, Эвилай была последней, кто мог сделать что-то подобное. Но, возможно, это было даже хорошо. Самого удара было достаточно, чтобы разбудить ее. Гагаран и близнецы озадаченно смотрели на отпечаток руки Эвилай на щеке Лакю. — Возможно, мы ничего не можем сделать! Возможно, мы проиграли еще до того, как начали! Но ради всего святого! Я не позволю тебе так потерять себя, Лакюс! Ты лучше этого! — кричала Эвилай. — Эвилай… — прошептала Лакюс. Гагаран и сестра улыбнулись Лакюс, пытаясь вывести ее из депрессии, в которой она находилась. Именно в этот момент Лакюс почувствовала воспоминание о надежде. Может быть, они могли бы что-то сделать. Узнать и спасти мир. Была вероятность, что Древняя не уничтожит мир. Может быть, они могли бы избежать чего-то подобного. Лакюс не была уверена, но в тот момент она знала, что ей нужно встать и двигаться вперед. — Я… Спасибо, Эвилай, — пробормотала Лакюс, в то время как Эвилай фыркнула, пряча улыбку за маской. — Теперь ты в порядке, босс? Тебе нужно, чтобы мы использовали наши тела, чтобы расслабить тебя? — произнесли Тина и Тиа с ухмылкой. Лакюс только улыбнулся на поддразнивание. Она, должно быть, выглядит ужасно после стольких дней без надлежащей гигиены. Тем не менее, она улыбнулась своим подругам, своей семье. — Извините, девочки, я не знаю, что и сказать… — начала Лакюс. — Не беспокойся об этом, это все серьезно повлияло на тебя, — ответила Гагаран, чувствуя себя более расслабленной, чем раньше. — Тем не менее, я была… не в лучшем расположении духа последние пару дней. Я не должна была позволить себе так заблудиться, — сказал Лакюс. — Как и сказала большая женщина раньше. Не беспокойся об этом, мы понимаем, — заверила Тиа. — Теперь нам нужно подумать о том, что делать, — предложила Эвилай. — Возможно, нам следует поговорить с принцессой Реннер, — сказала Лакюс. — Почему? Что она может сделать? — спросила Гагаран, сбитая с толку. — Она самый умный человек, которого я знаю, и, возможно, она что-то придумает. Или, может быть, она даст нам совет. На всякий случай есть ещё одно. Я свяжусь со своим дядей, — сказала Лакюс, размышляя о том, как это сделать. — Твой дядя? Красная Капля? — поинтересовалась Тиа. — Да, его резиденция находится в штате Совета Аргланда. Он должен что-то знать, и мне тоже нужно рассказать ему, что произошло, — произнесла Лакюс. — Мм, тогда мы должны сначала пойти к принцессе и связаться с твоим дядей? — спросила Эвилай. — Да, это займет нас на некоторое время. Кроме того, прямо сейчас все тихо. Мы не знаем, что делает Древний. Или остальные страны, такие как Святое Королевство или Теократия. Но все может кардинально измениться, поэтому нам нужно действовать сейчас, — заявила Лакюс, на что все кивнули ей. Но тут взгляд Лакюс зацепился за меч в углу, Демонический меч Килинейрам, и почувствовала как дрожь проходит по всему её телу. Она все еще ощущала на себе взгляд этих золотых глаз. Сила и аура, исходящие от Галадриэль Мелькор, опьяняли. Лакюс нужно было выбросить эти мысли из головы. Ей пришлось. С осторожностью она взяла свой меч и вышла из комнаты. Она задумалась над их планом. Потому что глубоко внутри Лакюс не знала, верно ли они поступали.

***

Крики и визжания эхом отдавались от стен на всю округу. Разворачивалась такая сцена, что мало кто осмелился бы прервать спор, происходящий в залах Великого Храма в Ками Мияко. Каждый кардинал пытался склонить другого принять правду. Или хотя бы то, что они считали правдой. — Время против нас, друзья мои. Мы не можем позволить этому продолжаться! Мы спорим часами, но все безрезультатно! — воскликнула кардинал огня. — Здесь нечего обсуждать! Совсем ничего! Какой бы план у вас ни был, он не актуален с той правдой, с которой мы столкнулись сейчас! Мы должны решить, что мы можем сделать, чтобы победить эту самозванку! Нет абсолютно никаких доказательств, что эта… личность — Древняя! — праведно убеждал кардинал света. — Ты безумец! У нас есть все доказательства, даже чересчур, могу я добавить! Нет ничего, кроме веских доказательств того, что Древняя пробудилась! — ответил озадаченным голосом кардинал ветра. Кардинал Света не слушал своих коллег. Не было никакой возможности, никакой, ни капли, что Древняя проснулась. Это было невозможно, смешно, даже думать об этом. Демон, должно быть, обманул Черное Писание. Именно такого было его мнение. — Демон Ялдабаоф, он обманул всех нас! Неужели никто из вас этого не видит? Это то, чего он хотел! — воскликнул кардинал света. Пожилая кардинал огня вздохнула, внезапно почувствовав сильную усталость. Не было никакого способа переубедить кардинала света. Он был настолько уверен в своих словах, что все и вправду казалось фарсом. Часть ее желала, чтобы это было правдой. Что ничто из того, что они знают, не было правдой. К сожалению, это было не так. Когда Черное Писание вернулось, чтобы сообщить о случившемся, это вызвало панику у каждого из них. Они пригласили каждого члена Черного Писания поговорить один на один. Чтобы услышать, что они расскажут. И каждый раз они встречались не только с одинаковыми словами, но и с доказательствами. Астролог Тысячи Лиг показала им, на что она способна, используя заклинание под названием [Вид Издалека] — заклинание записи. Они не смогли увидеть большую часть самой Древней. Фактически, само заклинание разрушилось, когда Древняя проснулась. Но кардиналы сумели увидеть некоторые фрагменты путешествия к гробнице и битв, в которых участвовало Черное Писание. И этого хватило, чтобы они осознали — все это правда. Никто из других кардиналов не был согласен с Кардиналом Света, но со стариком было трудно спорить. Дошло до того, что остальные кардиналы подумывали освободить его от обязанностей. Он был слишком нестабилен и мог принести много проблем Теократии, в чем они не нуждались. Кардинал Земли, Рэймонд Зарг, глубоко задумался. Что он мог сделать? Есть ли какая-либо возможность использовать это в их интересах? Могли ли они наладить контакт с Древней? А может Галадриэль Мелькор — их враг? — думал он и решил, что, возможно, им следует пока не торопиться. И дальше посмотрим, что будет. Да и больше им ничего не оставалось делать. Последняя миссия расколола Черное Писание. Астролог Тысячи Лиг отказывалась выходить из своей комнаты. Что-то заставило бедную девушку бояться собственной тени. Но Рэймонд понимал, что если бы кто-то стал бы свидетелем силы, способной разрушать миры, тот сломается психически. Это было логично. Божественная Песнь исчезла из виду, но у Рэймонда была идея, куда она отправилась. Жрица, несомненно, распространяла хорошие вести о возвращении своей богини. Это очень скоро вызовет у них проблемы. Зесши, самый сильный член Черного Писания среди других титулов, притихла. Поведение полуэльфийки было странным последние пару дней. Она ничего не говорила и игнорировала всех. Даже капитан Черного Писания не мог заставить ее произнести и слова. Все погружалось в хаос, и кардиналы мало что могли с этим поделать. И Рэймонд знал это. — Кардиналы, мы столкнулись с самым большим испытанием в нашей истории. Нам нужно действовать осторожно, — сказал Рэймонд. — Наверное, ты шутишь! Ты действительно веришь в ложь Демона?! — сердито спросил Кардинал Света. — Да, и ты единственный, кто, кажется, склонен игнорировать факты. Но, несмотря на это, нам нужно подготовиться. Мы не знаем, как поступят остальные страны после этого. И не забываем, что Демон до сих пор жив, это ещё один фактор, из-за которого мы должны осторожничать. Мы не можем предположить, что будет дальше, — произнес Рэймонд, и впервые за несколько часов кардиналы в чем-то согласились. — Что мы можем теперь сделать? — задала вопрос Кардинал Огня. — Ждать… И пытаться укрепить наши границы… Мы можем использовать наших агентов, чтобы узнать, что сейчас делают остальные страны, — сказал Кардинал Ветра. — Что насчет лорда-дракона? — поинтересовался Кардинал Воды. — У нас нет информации, касаемо где он, возможно, он сбежал, поджав хвост, обратно в ту дыру, которую он зовет домом, — ответил Кардинал Света с неприятной ухмылкой. — Тогда есть Святое Королевство Робл, там тоже тишина, — сказала Кардинал Огня. — Они не единственные. Половина континента молчит… И мне это не нравится, — отметил Рэймонд. Глубоко внутри залов храма назревала неопределенность. Никто из кардиналов не мог предугадать, какие ужасы ожидают их в ближайшее время.

***

В Великой гробнице Назарик Императрица Демонов наслаждалась вкусом восхитительного чизкейка орео, принесенного ей служанками. Кофе со льдом был одной из последних радостей Галадриэль. И пока она наслаждалась моментом, Актер Пандоры перед ней был слишком счастлив, чтобы прерывать блаженство своей создательницы. Они находились в одном из садов Хэрохэро, чему Галадриэль была рада. — Итак, что ты думаешь о моем плане? — спросила Галадриэль. — Моя госпожа, это великолепный план! В этом нет никаких сомнений! — ответил актер Пандоры. — Ну, ну, Пандора, не говори так из-за того, кто я, — поддразнила Галадриэль. — Вовсе нет, я правда считаю, что это хороший план. Он охватывает все аспекты задуманного и принесет нам лучшие результаты, — заверил Актер Пандоры, делая глоток чая. — Все аспекты, мм. Ну, есть парочка вещей, в которых я все еще не уверена. Реакция Империи очень важна, и я не хочу испытывать свою удачу дальше, — указала Галадриэль. Актер Пандоры уставился на свою леди с бесстрастным лицом. Он был уверен, что у его леди все еще были проблемы с верой в себя. Может быть, не так, как это было раньше, но страх все еще был. Только поменьше. — Моя леди, пожалуйста, не сомневайтесь в себе. Это хороший план, и к тому же это ваш план. У вас нет причин бояться или беспокоиться об этом, — успокоил Актер Пандоры. На расстоянии несколько служанок-гомункулов пытались услышать, что страж говорил их госпоже. Без сомнения, горничные очень жаждали больше узнать о своей госпоже. Но они должны были уважать приказ своей госпожи держаться подальше, пока она их не позовет. Галадриэль поступила так, потому что отношения между Актером Пандоры и ней отличались от остальных людей из Назарика. Актер Пандоры иногда знал ее лучше, чем она сама. И Галадриэль всегда была рада поговорить с кем-то так же свободно, как с ним. Галадриэль могла вылить на него свои тревоги или сомнения. Иногда даже поделиться идеями и многим другим. Не то, что кто-то вроде Демиурга или Альбедо могли бы понять. Для них Галадриэль была идеальной и всегда права. И это было далеко не так, и Галадриэль это знала. Вот почему она хотела провести эти встречи с ним наедине. Галадриэль улыбнулась ему, радуясь его словам. — Я знаю, я провожу большую часть своего времени, чувствуя себя бесполезной и недостойной. Трудно избавиться от этих чувств так быстро. Я сделаю все возможное, чтобы стать настоящей правительницей, — прошептала Галадриэль. — Вы уже настоящая правительница, моя госпожа, — ответил Актер Пандоры. — Спасибо, но давай поменяем тему. Ты хотел спросить меня еще о чем-то? — произнесла Галадриэль. — Есть кое-что. Моя леди, если я могу быть откровенным. Вы думали о том, чтобы стать матерью? — спросил довольно прямо Актер Пандоры, на что Галадриэль ошарашенно уставилась на него. — Это из-за Альбедо? — спросила Галадриэль с веселым лицом. — Отчасти, да, — сказал он. Галадриэль вздохнула, честно говоря, эти разговоры вызывали странные ощущения. Часть ее хотела бы иметь ребенка, но другая часть совершенно не обращала внимания на эту идею. Во-первых, сама перспектива материнства была для нее чуждой концепцией. Галадриэль любила свою мать, но она понятия не имела, как быть одной из них. Галадриэль всегда хотела семью. Но она не была уверена, что справится с этим. Избыточность ее желаний и потребностей ослепляла ее. — Пандора, я уже говорил тебе, что обо всей этой перспективе… материнства в настоящее время не может быть и речи. Я не чувствую, что готова к этому. Кроме того, как это вообще можно осуществить? Ты же помнишь, что не все расы могут иметь детей, единственным вариантом будет, если… Я сделаю это с Демиургом, так как он ещё один демон в Назарике, — сказала Галадриэль довольно смущенно. — О, миледи, но вам не нужно иметь дело с лордом Демиургом. Альбедо была бы более чем рада быть той, кто выносит ребенка, — радостно отметил Актер Пандоры. Галадриэль закатила на него глаза. — Это из-за того… Инструмента и Мирового Предмета? Альбедо была в восторге, когда рассказала мне о всех его возможностях, — выговорила Галадриэль. — О, неужели? И что вы думаете, миледи? Начет семьи? — повторно спросил Актер Пандоры. Императрица Демонов подумала о своей покойной матери и о счастье, которое она ей показала. В ее глазах не было ничего, кроме любви. Галадриэль была уверена в этом. Но думать о себе также было по-другому. Станет ли она образцовой матерью? Была ли она способна оказать ту же любовь, которую ее мать проявляла к ней? А что насчет остального мира, все будет в порядке? — все эти вопросы разом нахлынули ей в голову. И Галадриэль не была уверена, что сможет ответить на них. Мать, да? Удивительно, но это не та идея, которую я бы точно отмела в сторону. Я думаю, что часть меня всегда хотела иметь собственного ребенка, но видимо мне никогда не встречался… Подходящий партнер или время для его поисков. Особенно в моем другом мире. У меня никогда бы не было собственной семьи там, не в этом аду, — подумала Галадриэль. — Ребенок, ум… Честно говоря, я не против этой идеи. Но на данный момент я не считаю, что мы готовы к этому, минимум я точно. Независимо от того…как это может случится, я не принесу ребенка в этот мир, если есть какие-либо признаки опасности, — сказала Галадриэль. Актер Пандоры кивнул, поняв её слова, и Галадриэль была счастлива сообщить ему, что она думает о теме создания семьи. — Тем не менее, это будущее, но сейчас давайте сосредоточимся на настоящем, — произнесла Галадриэль. — Как пожелаете, моя госпожа! — воскликнул Актер Пандоры. — Ох, точно, я забыла об одной вещи. Есть ещё кое-что, о чем бя хотелпа попросить тебя, — Актер Пандоры наклонил голову, задаваясь вопросом, что планирует его леди. — Чего вы желаете, миледи? — Галадриэль ухмыльнулась. — Ну, мне нужно научиться танцевать.