Overlord: The Demon Empress

      Весь мир накрыло темным и красноватым небом, и с этого момента начался отсчет до следующей великой катастрофой. Слухи о великом роке, наконец-то пришедшем в мир, были слышны в каждом уголке земли. Тем не менее, существовало и другое мнение. Однако одно было ясно — зима приближалась. Отсутствие солнца и аномалия, которой оно было, медленно убивали экосистему — подобные результаты превышали ожидания заклинателя. Ну, на самом деле никто такого не ожидал. Сценарий постепенно превращался в реальный апокалипсис, и это было потрясающе.              Тем не менее, в то время как определенный человек испытывал лучшее время в своей жизни, наслаждаясь хаосом на мировом уровне. Люди внизу, в реальном мире, не так уж хорошо себя чувствовали. Ядовитый дым уничтожал урожай. У дождя был вкус пепла, а от запаха серы людей тошнило. В те несколько дней, когда солнце наконец показывалось, темный, странный туман покрывал землю, от самой высокой горы до самых низких сельскохозяйственных угодий. Вдобавок от него у каждого ребенка мутило живот и болела голова.              А люди лишь усугубляли ситуацию, причиняя еще больше хаоса. И те немногие, кто знал, что происходит, ничего не могли поделать, кроме как наблюдать, как постепенно мир рушится. Выжившие после недавнего рейда на гробницу, где Всевышняя пребывала во сне, выполняли миссию по воспитанию команды, способной противостоять любым ужасам, которые принесет завтрашний день. И хотя попытка проделать все это казалась довольно глупой, это не лишало развлечения определенного человека. Тем не менее, в настоящее время было одно место, которое рушилось по одной причине. Религия.              Теократия Слэйн была на грани гражданской войны, и хотя многие посторонние не поверили бы, что все так плохо, внутри Теократии, где человечество считало себя доминирующей расой мира, это начинало выглядеть иначе. Множество противоборствующих сторон сражались за контроль или просто ради убийства любого, кто был против них.              И среди них была одна организация, которая с каждым днем набирал все больше власти — Кредо Древней. В столице, Ками Мияко, они наделали много шума. Божественное Пение, новый лидер Кредо Древней, стояла посреди городской площади, глядя на единоверцов. Братья и сестры, которые поклялись в преданности истинному богу мира, все они гордо стояли в красных робах. Божественная Песнь улыбнулась, раскинув руки.              — Братья и сестры по вере, мы пришли сюда сегодня, чтобы объявить о нашей преданности нашему Богу! Единой над всеми! — закричала она, вызвав множество криков радости.              — Посмотрите на небо и отдайте свои души! — продолжала она. — Наше тела! Наши разумы! Суть самой жизни не так важна, чем наша преданность нашему Богу! Единственная, кто в самом деле имеет значение!              Каждый считал Божественное Пение красивой женщиной, и хотя она была такой, ее лицо в настоящее время отличалось от того, которое люди назвали бы нормальным. На Божественном Пение не было ничего, кроме прозрачных одежд, отчего было видно ее обнаженное тело. Все могли видеть множество татуировок, которые она теперь носила. И отметину над ее лоном. Отметину, нанесенную острым ножом, свидетельствующую о ее истинной преданности Всевышнему. Божественное Пение теперь было испорчено Той, кто лишила ее девичества перед которой она всегда будет преклоняться.              — Сегодня первый день, братья и сестра, когда небеса осветятся нашими душами! — воскликнула Божественная Песнь, потерявшись в оцепенении от множества молитв вокруг нее.              — Посмотрите, посмотрите на небо! На красный пепел, падающий на нас! В этот день мы все теперь должны возвестить о наступлении новой эры! ПОТОМУ ЧТО Я ВИДЕЛА ЕЕ! ЕДИНСТВЕННУЮ! ВЫСШЕЕ СУЩЕСТВО — ГАЛАДРИЭЛЬ МЕЛЬКОР!              Лицо Божественной Песни утратило всякое подобие красоты и выражало лишь чистый фанатизм. Ее карие глаза были искажены животным безумием. Когда она обнажила свое тело, ее кожу покрывало множество отметин и татуировок.              — ПОСМОТРИТЕ НА МЕНЯ СЕЙЧАС! Я ПОЛУЧИЛА БЛАГОСЛОВЕНИЕ ОТ НАШЕЙ ГОСПОЖИ! — безумным голосом прокричала Божественная Песнь, прижимая руку к своему лону. — ЕЕ СЕМЯ ТЕЧЕТ ВНУТРИ МЕНЯ! Я НАВСЕГДА СТАЛА ЕЕ ВЕРНОПОДДАННОЙ!              Все братья и сестры молились и воспевали сумасшедшую. Разум Божественного Пения давно отключился, у неё на уме были только похоть, страсть и преданность последних ночей в постели ее госпожи, где она была благословлена миссией, а ее тело освящено Всевышней её семенем, растущим в ее чреве. Лицо Божественной Песнопения также было отмечено, и ее глаза пристально смотрели на людей, которые теперь направлялись к ней. Все они были обнажены, мужчины и женщины.              — Мы грешны! Грешны! Наши тела запятнаны светом других! САМОЗВАНЦАМИ! Но наша госпожа предложила нам шанс заплатить за наши долги! За наши преступления! Каемся! Мы каемся, ибо она единственная, кто достойна веры!              Божественная Песнь яростно вопила, хлеща новых подданных по спине.              — Мы раскаиваемся! Мы раскаиваемся!              Новообращенные поворачивались к ней спиной, когда она жестоко и безжалостно порола их. Но Божественное Пение еще не закончила. Теперь ее миссия была сосредоточена на тех, кого тащили к ней.              — Оставьте нас в покое! Мы не сделали ничего плохого!              — Вы сумасшедшие! Разве вы не знаете, кто мы такие?!              — Я СКАЗАЛ, ОСТАВЬ НАС!              Божественное Пение уставилась на них каменным взглядом, наполненным безумной преданностью. — Вот те, кто жаждут жадности и греха! Те, кто утверждают, что наш Бог — всего лишь миф, подделка! — вопила Божественное Пение.              — МЫ ОБЫЧНЫЕ СВЯЩЕННИКИ! — сказал один из захваченных священников, фанатики избили его, прежде чем затащить туда.              — Мы просто передаем слова Шести Великих Богов!              Когда он произнес эти слова, кнут с шипами оторвал его губы. Священник сразу же упал на колени, крича от боли.              — ЕРЕСЬ!              Песнопения повторялись по всей площади. Ересь! Ересь! Божественное Пение взглянула на него с холодной яростью.              — Нет Шести Великих Богов! ЕСТЬ ТОЛЬКО ОДИН ИСТИННЫЙ БОГ! — воскликнула Божественное Пение, когда молитвы стали громче.              — СУМАСШЕДШАЯ! ТЫ СОШЛА С УМА! — закричал другой священник, увидев своего друга на земле без возможности снова говорить.              — Нет… Я не сумасшедшая! Я увидела свет! Мне больше не нужно ходить в тени других ложных божеств! МЫ НЕ СУМАСШЕДШИЕ! МЫ ОЗАРЕНЫ СВЕТОМ НАШЕГО БОГА! — Божественная Песнь злобно улыбнулась и медленно подошла к поверженному священнику.              — И ты, мой дорогой священник… ты тоже увидишь этот свет …! свет, который я видела, ты тоже почувствуешь его. Благословение, которое можно получить, только прикоснувшись к солнцу, находясь в глубочайшей тьме… СОЖГИТЕ ИХ! — кричащих священников потащили к уже подготовленному месту сожжения.              — НЕТ! НЕ ТРОГАЙТЕ НАС! ВЕРХОВНЫЙ ПОНТИФИК УСЛЫШИТ ОБ ЭТОМ!              — ПОЖАЛУЙСТА, НЕ ДЕЛАЙТЕ ЭТОГО!              Божественное Пение усмехнулась над ними, но ее внимание привлекло то, что она увидела своих братьев и сестер, держащих группу сестер из церкви Шести Великих Богов.              — Что нам с ними делать, сестра?              Божественное Пение видела страх этих юных сестер, их возраст не превышал пятнадцати или даже двенадцати лет. — Вы молоды и наивны по отношению к миру и тому, что там происходит. Истина о создателе была скрыта от вас. В этом мире не шесть, а одна и только одна истина. Вы готовы принять ее? Или продолжите следовать самозванцам?              Юные сестры церкви Шести Великих Богов могли только смотреть, как кричали священники, которые теперь сгорали за Божественным Пением. Крики о пощаде были громкими, но это нисколько не беспокоило последователей Древней, поскольку все они молились. Глаза сестер выражали один только страх, и некоторые из них уже обмочились при виде чистого ужаса, поскольку Божественное Пение в этот момент больше походила на демона, чем на человека.              — Вы примите правду, или будете сожжены как еретики?! — раздавались слова Божественного Пения, когда маленькие девочки, совершенно напуганные перспективой сгореть заживо, могли только опуститься на землю.              — М-МЫ ПРИМЕМ ИСТИННОГО БОГА! — воскликнули молодые девушки.              — ПОЖАЛУЙСТА, НЕ УБИВАЙТЕ НАС!              — ПОЖАЛУЙСТА!              Божественное Пение какое-то молча стояла. — Тогда вам всем нужно нести позор того, что вы последовательницы самозванцев, пока не придет время для всех вас стать настоящими сестрами, — затем Божественное Пение кивнула группе мужчин и женщин из Кредо, чьи лица были скрыты масками. У всех у них были кинжалы. И довольно скоро молодые девушки попытались сбежать от того, что им предстояло испытать, но безуспешно. Их удерживали, а их одежду разорвали в клочья. Их не собирались насиловать или что-то в этом роде. Это было запрещено в их вероучении. Тем не менее, они собирались получить метки на лбу и груди. И носить эти метки до тех пор, пока они не станут истинно верующими, приняв Древную как своего истинного Бога. Только тогда они, наконец, освободятся от позора. Божественное Пение удовлетворенно выдохнула при криках боли молодых девушек, которым вскоре предстояло стать сестрами, поскольку они были помечены острыми ножами.              — Насладись сладкой болью вины… и откажись от радости ради свободы, — сказала Божественное Пение, когда она застонала, используя свой собственный нож, особый нож, данный самой Всевышней. Каждый раз, когда она что-то резала, эффект боли усиливался по мере того, как она делала более глубокие порезы. Кинжал был идеальным орудием пыток. Но для Божественного Пения это был инструмент, доказывающий ее верность. Когда она поднесла нож к верхней части груди, и точно так же, как многие части ее тела, она вырезала на своей плоти слова любви и преданности своему любимому Богу.              — И вот, свет снизошел на мою ладонь… и принес жизнь в мир, созданный смертью последнего. Одно семя дерева с… множеством звезд. Страна гор… и морей. И в этом мире я создам империю, которая просуществует миллион лет. Пока следующий мир не перейдет ко мне, — молилась Божественное Пение словами из своей библии, продолжая резать свою кожу. От боли любой потерял бы сознание или умер. Но не Божественное Пение, не она. Ей уже давно стало безразлично к любым болям.              И в свете костра, где от жрецов остался только пепел, отражение показало, что татуировки на теле Божественного Пения на самом деле были шрамами, созданными ею. Вся она была покрыта отрывками молитв её веры, и сделано это было правильно. Даже тщательно. Божественное Пение громко застонала, поскольку ее лицо было всего лишь лицом сумасшедшей, потерявшейся в благословении своего Бога.              — О, моя дорогая Богиня. Пожалуйста, возьми меня еще раз! — Божественная Песнь громко застонала, так как подумала, что это было бы хорошим местом, чтобы снова порадовать свои интимные части мыслями о той ночи. Не имело значения, была ли она покрыта кровью или ее тело было готово сломаться. Нет, Божественная Песнь была никем иным, как настоящей и преданной сестрой. По-настоящему преданная последовательница Всевышней, и она сделала бы все для падения Теократии Слэйн.              Всего в нескольких кварталах отсюда одна молодая девушка с ошеломленным лицом смотрела на развернувшееся зрелище. Кубик Рубика в ее руках все еще не был собран и она просто вздохнула.              — Сжигать людей заживо, да, классика, — прошептала она.              — Зесши, что ты здесь делаешь? Мы должны были охранять собор! — прошипел Капитан Черного Писания, уставившись на козырь страны, который только усмехнулась над ним.              — Пустая трата времени.              — Что?              — Подумай, зачем Черное Писание должно защищать уродливый и старый храм? Это не имеет смысла.              Капитан Черного Писания ничего не сказал, а только впился взглядом в сцену перед ним. Это было отвратительно.              — Неплохой вид, а? Их становится больше с каждым днем, и никто ничего не может с этим поделать. Теократия на грани гражданской войны, и мы можем только наблюдать, — лениво пробормотала Зесши, продолжая пытаться собрать кубик Рубика.              — Знаешь, теперь, когда я думаю об этом… самой сильной стороной Теократии Слэйнов стала причиной её падения.              — Что ты имеешь в виду? — спросил капитан усталым тоном.              — Человеческое превосходство, как будто люди чем-то лучше других рас. Они даже не могут управлять сами собой. Теперь посмотри, что мы имеем. Кардиналы все друг против друга. Некоторые пытаются заключить мир с Древней, когда придет время, в то время как Кардинал Света практически создает свою собственную маленькую армию, чтобы захватить власть… Следующие несколько дней Максимус будет очень занят, если он, конечно, не умрет. Потому что, если он умрет внезапно, что ж… просто посмотрим, что выйдет.              Зесши перевела взгляд на Кредо Древней. «Они станут большей проблемой, но никто этого ещё не видит», - подумала Зесши, увидев, как Божественное Пение ублажает себя посреди площади, в то время как из ее бедер и груди текла кровь.              — Кажется, ей весело, — весело отметила Зесши.              — Божественное Пение… мы потеряли ее. Теперь у нас нет той силы, что было раньше, — прошипел капитан.              — О, Астролог Тысячи Лиг все еще сидит взаперти в своей комнате?              — Да, и я хотел бы сказать, что это наша единственная проблема… но 3-е место мертв.              — Этот идиот? Правда? Эх, это интересно. Что случилось? Нет, лучше не рассказывай мне… Честно говоря, мне все равно.              — Зесши! Мы не знаем, что происходит! Он просто… умер! — сердито зашипел Капитан, а Зесши казалась только ошеломленной.              — И? У вас все еще есть очень талантливая группа, готовая сражаться, не так ли? Идите и бейтесь за этих идиотов в соборе. На самом деле мне уже на все безразлично, — сказала Зесши, возвращаясь к своему кубику.              — У тебя есть долг!              Зесши пристально посмотрела на него. — Капитан, я не хочу быть тем, кто разрушит твой пузырь, но оглянитесь вокруг, на небо и так называемый святой город. Это конец времен, все закончилось. Ты не можешь победить Древнюю. Я не могу победить ее. Никто не может. Вот так просто. Даже Лорды-Драконы, никто. Чем быстрее ты это осознаешь, тем лучше.              — И?! Значит, ты собираешься просто уйти?! Сдаться?!              — Мм, ага! — Зесши улыбнулась.              — Ты серьезно?!              Зесши громко рассмеялась, почти так же безумно, как Божественное Пение.              — Знаешь, потратив столько времени на поиски кого-то сильнее меня, а затем, когда я действительно нашла такое существо и попыталась бороться с ним, от меня просто отмахнулись сторону, как от обычного комар. И это открыло мне глаза… действительно. Я ничто, просто эхо во времени. Сейчас я счастлива. Мне больше ни о чем не нужно беспокоиться. И пока я попытаюсь снова сразиться с Древней, и да, я знаю, что проиграю, несмотря ни на что. Вот так просто. Я умру. Но ты знаешь? Я чувствую облегчение. Даже счастье. Я знаю свою судьбу, свое призвание. Теперь я могу быть спокойна, зная, как закончится моя жизнь. Тебе следует поступить так же.              Капитан Черного Писания только потрясенно стоял, услышав слова самого сильного человека в мире. Слышать голос Зесши, наполненный ничем иным, как покой по поводу ее будущей смерти, было странно.              — Я бы хотела стать матерью… Но, похоже, этого никогда не случится. Увидимся позже, капитан, я иду спать.              Капитан видел только, как девушка-полуэльф уходила с нулевыми тревогами в голове. И он искренне задавался вопросом, был ли у них хоть какой-то шанс победить.              — О, и не забудь сказать мне, кто победил в этой дурацкой войне между королевством и империей.

***

      Долгий путь никогда так не сулил смерти, хотя у солдат Королевства Ре-Эстизы не возникало проблем с отправкой на войну. Просто все это место провоняло смертью. И хотя технически была середина дня, темное небо и тучи создавали впечатление, что была ночь. Холод и снег, падающий с неба благодаря сере и пеплу, затмевали им взор. Это было театрально для чьих угодно глаз. Как и крестьяне сейчас, солдаты задавались вопросом, что происходит по всему миру. Они посмотрели вверх и увидели, как облака медленно плывут по небу. Им было страшно.              Тем не менее, они продолжили маршировать, ходить и молиться, чтобы это было просто еще одно обычное противостояние между империей и королевством.              Теперь перед ними были равнины. И в другой день это могло показаться довольно невероятным и плодородным местом для фермерства и жизни. Но теперь это было отмечено как граница между двумя воюющими нациями. Солдаты Королевства самостоятельно заняли позиции. Самые здоровые солдаты, те, у кого в теле было больше, чем просто кости, были на передовой. Таким образом, они выглядели бы устрашающе для более профессиональных имперских солдат.              Как будто это было необходимо.              Тем не менее, офицеры хотели убедиться, что они готовы ко всему или хотя бы пытались сделать вид, что готовы. Убедившись, что все идет по плану, Газеф Стронофф. Воин-капитан королевства Ре-Эстизы и личный телохранитель короля Рампосы III посмотрел через поле и увидел готовящихся солдат Империи Бахарут.              — Все теперь отличается, — прошептал Газеф, возвращаясь к королю. Капитан-воин вошел в палатку и увидел, что старый король выглядел, так будто чем-то болен, в то время как многие генералы и дворяне уставились на карту. Принц тоже был там со своей надменной ухмылкой на лице. Но лишь только он один.              — Отец, я собрал около 260.000 солдат! — воскликнул Барбро, когда дворяне позади него гордо улыбнулись.              «Половина этих солдат даже не носили кожаных доспехов», - мрачно подумал Газеф. «Они слишком молоды».              — А как насчет солдат Бахарута? — спросил король.              — Около 60 000 человек.              — Бах! Видишь?! Они недооценивают нас! Мы превосходим их числом! — бодро произнес Барбро.              — Тем не менее, они хорошо экипированы и являются профессиональными солдатами. У половины наших войск есть только старые мечи без острия и хрупкие копья, готовые сломаться, — высказался Газеф, заслужив пристальные взгляды Барбро и его верных подданных.              — Э-э, что ты знаешь о войне?! — спросил дворянин.              «Больше, чем ты, идиот».              — Хватит! — воскликнул король явно усталым голосом. — Прямо сейчас нам нужно знать, на что способна империя Бахарут на поле боя, если таковая вообще будет. Кроме того, я хотел бы знать, что мы узнали о… внезапном изменении в небе?              Затем все замолчали, мысль об этой апокалиптической атмосфере вокруг поля заставила нервничать всех. Тем не менее, они были дворянами не просто так. Они действительно умели игнорировать вещи. А Барбро только посмеялся над темным и яростным небом.              — Не беспокойся об этом! Я поговорил с некоторыми из самых знающих… людей в королевстве, и они сказали мне, что это естественное явление при извержении вулкана! Так что, возможно, где-то был большой вулкан и он извергся! Бояться нечего! — сказал он, заслужив взгляды облегчения от идиотов рядом с ним. Все дворяне были одеты в самые блестящие доспехи и дорогое оружие, и все они хлопали, как дураки.              — Ах, конечно! Почему мы не подумали об этом?              — Как и ожидалось от нашего принца!              — Все эти волнения напрасны!              Газефу было отвратно от того, как все они восхваляли принца, но, как всегда, ничего не сказал. Небо взревело, и все в палатке только вздрогнули от внезапного падения температуры. Тем не менее, Барбро только громко кашлянул.              — Давайте победим империю Бахарут и уйдем, пока не похолодало.              И все же Газеф не был уверен, что это будет так просто сделать. «На мне сокровища королевства. Я знаю, что смогу постоять за себя на поле боя. И все же, что меня так беспокоит?» — думал он, выходя из палатки, надеясь, что немного свежего воздуха прояснит его разум. И все же, единственное, что он видел, была темнота, надвигающаяся впереди. Ему не хотелось ничего больше, кроме как увидеть чистое небо. Довольно глупое желание, но он скучал по небу. Голубому небу.              — Газеф, что случилось?              Газеф огляделся и увидел Брейна Унглауса, идущего к нему с обеспокоенным лицом. — Эй, Газеф, думаешь это хорошая идея? Я имею в виду, посмотри на небо, такое чувство, что оно скоро раздавит нас.              — Да, мне тоже так кажется.              Газеф увидел, что раскаты грома и сверкания молний становятся все больше. — Это действительно похоже на конец времен.              — И какой поэтичный конец, ты не находишь? Грандиозная битва двух больших армий, во время кровоточащего неба, затянутого тьмой. Очень театрально. Если бы кто-то сказал мне, что эта подготовка к какой-то сцене, я бы поверил.              — Да, я тоже так думаю. И все же я надеюсь, что все закончится так же, как в прошлые годы. Ничего, кроме демонстрации силы.              — Мм, мы проделали весь этот путь пешком, только чтобы помериться причиндалами друг с другом? — насмешливо сказал Брэйн.              — Ха-ха! Что ж, это будет не в первый раз. В худшем случае произойдет лишь небольшая битва, не более.              — Если ты так говоришь, хотя я и надеюсь на какую-нибудь драку. Мне просто немного не по себе, как все выглядит. Это угнетает.              «Я благодарен, что Клайма здесь нет. Он слишком молод для битвы такого масштаба. Кроме того, в настоящее время он делает больше, находясь рядом с принцессой», - подумал Газеф, задаваясь вопросом, что это за ощущение у него в костях. — Я должен выполнить свой долг. Защищить королевство.              Его шепот утонул в черном небе, и он надеялся, что его слова достигли голубого неба за черным занавесом. Не достигли.

***

      В Назарике Галадриэль смотрела на сцену перед ней. Количество людей в одном месте очень позабавило Галадриэль. Конечно, чем больше людей, тем больше и угроза, вроде как. Вдобавок она все еще ждала каких-либо признаков появления Лорда-Дракона или, возможно, игрока. Хотя, по правде говоря, теперь Галадриэль была уверена, что поблизости нет ни одного игрока. Если бы они были, они бы уже каким-либо образом проявили себя, или она бы уже услышала о них к настоящему времени. Их агенты и шпионы были повсюду. Не было никакого способа, которым игрок не был бы обнаружен к нынешнему моменту.              И хотя Галадриэль все еще была настороже, она знала, что в настоящее время она единственный игрок в мире. Теперь ее внимание было сосредоточено на Лордах-Драконах.              Сильный Лорд-Дракон мог стать проблемой для игрока, особенно для того, кто был недостаточно подготовлен.              — С ними все должно быть в порядке. Коцит, Маре, Аура и Шалтир вместе могут справиться с любым лордом-драконом. Или, по крайней мере, задержать и отступить, если они обнаружат что-то более могущественное. Как мировой враг, - прошептала Галадриэль, поскольку теперь она боялась возможного появления Мирового Врага в мире. Если бы это произошло, она приказала бы всем немедленно отступить. «Мировой враг уничтожил бы нас. Я не думаю, что мы смогли бы победить одного, имея только тех, кто в Назарике. Вот черт! Потребовалась Великая Гробница Назарика в расцвете сил и все активные участники, чтобы победить одного, и даже при этом мы проиграли несколько раз. Если такое существо здесь существует. Ну… дерьмо».              Галадриэль пребывала в тревогах. — Ну, мы победили Пожирателя Девяти Миров благодаря глупой удаче и обману. Но, если здесь есть Мировой Враг, который спит или ждет, когда его обнаружат… Мм, все хватит, я не должна вести себя как параноик. Враги такого типа не нападут, если их не спровоцировать. Так что, если где-то спит такой враг, лучше, если он таким и останется.              — Моя леди, мы готовы.              Галадриэль увидела Альбедо, приближающуюся к ней с Демиургом и Актером Пандоры. — Хорошо… кажется, люди тоже. Демиург, где остальные? — спросила она, на что демон лучезарно улыбнулся ей. «Он, кажется, в очень хорошем настроении в последнее время. Интересно, почему?».              — Коцит, Шалтир, Маре и Аура готовы вступить в бой с любым врагом. И у нас также есть вторая команда, также готовая к атаке. Рубедо, Себас, Альбедо и я готовы сражаться или захватить, если сможем, любого врага.              Галадриэль кивнула. — У каждого есть Мировые Предметы, верно? Пока что дикая магия остается для нас загадкой. Но, похоже, наши Мировые Предметы могут противостоять этому типу магии. И, конечно, если бы у этого идиота был с собой Мировой Предмет, есть вероятность, что где-то есть такие же предметы.              — Да, моя госпожа, — сказала Альбедо. — Кроме того, Актер Пандоры был великодушен и дал каждому из стражей лист со всеми Мировыми Предметами, которыми мы не владеем. Итак, мы можем иметь представление о том, что делают эти предметы. Это дает нам преимущество.              — Хорошая работа, — отметила Галадриэль, вызвав смешок Актера Пандоры.              — Теперь, отложим это в сторону. Мы готовы? — спросила Галадриэль.              — Готовы, моя леди, — ответили они.              Галадриэль увидела, что Альбедо все еще надувает щеки из-за того, что произошло несколько дней назад. «Она действительно так раздражена из-за этой девушки? , — подумала Галадриэль, забавляясь. «Что ж, ей тоже было весело! Нам обоим было весело! И, кроме того, это был эксперимент! Теперь пришло время подождать и посмотреть».              — Понятно. Теперь я хотела бы посмотреть, как люди отреагируют на мое появление. Думаю, ты поразишь их, не так ли, Актер Пандоры? — произнесла Галадриэль, ухмыляясь.              — Конечно, миледи! Я должным образом репетировал! Это ваше первое выступление в мире! Первое из многих, и оно должно быть великолепным! Лорд Демиург и леди Альбедо даже предложили мне несколько дополнений.              Галадриэль не выглядела слишком взволнованной, глядя на улыбающиеся лица суккуба и демона.       — Дополнения? — переспросила Галадриэль.              — Конечно! Мы не можем пренебрегать таким важным событием, как это! Это не похоже на поддельную гробницу. Многие никчемные люди будут там, чтобы засвидетельствовать ваше величие и… весь мир! Нам нужно сделать это эпичным!              Галадриэль посмотрела на лица всех троих и вздохнула. — Я думаю, немного шоу было бы не так уж плохо. В конце концов, это тот момент, которого мы ждали. Все наши текущие планы на будущее зависят от этого момента. Последствия должны ощущаться по всему миру. Демиург, уверены ли мы в союзе города-государства Карнассус?              — Собранная нами информация указывает нам на то, что один из ваших мечей находится там. Простите, миледи. Но я все еще не уверен, в каком городе. И еще, я пока не смог разузнать, есть ли там какая-нибудь опасность. Они довольно далеко от нас, — доложил Демиург со стыдом в голосе.              — Не беспокойся об этом, Демиург. Они все еще неизвестны, но теперь мы знаем, что мое имя имеет там большое влияние. Я хочу сосредоточиться на последствиях, которые вызовет мое присутствие.              — Я выложусь на все 120%, моя леди!              — Хорошо. Теперь, Альбедо, любовь моя, не забудь о другой вещи.              Альбедо наклонила голову, а затем широко улыбнулась.              — Моя леди, мы обе готовы к этому, — мягко сказала Альбедо.              — Я знаю, но, как я уже говорила, до этого. Давай убедимся, что все делаем правильно, — мягко ответила Галадриэль. — Теперь, Пандора, пожалуйста, сделай все возможное. И помни, есть парочка людей, которые все еще нужны нам живыми в настоящее время. Демиург, Альбедо, приготовьтесь и скажите остальным, чтобы были наготове. Пусть Плеяды тоже будут начеку.              — Как вы думаете, Лорды-Драконы появятся? — спросил Актер Пандоры.              — Мм, не думаю, но я не хочу полагаться на удачу. И кроме того, после этого… мы собираемся убить одного.              Три самых умных существа Назарика заметили внезапный враждебный тон в голосе своей леди. Теперь они были уверены; Лорд-Дракон обитает недалеко от гор Драконьего Королевства. Там был убит один из агентов. Существо низкого уровня, но сильное по стандартам нового мира. Итак, после этой новости Демиург и Альбедо разрабатали план проникновения внутрь, дабы добыть больше информации. Это заняло некоторое время, но они смогли увидеть то, что окружало гору. Прозрачный купол защищал что-то большое. Гигантское. И это была дикая магия. Актер Пандоры рассказал историю между Драконьим Королевством и драконом, основателем этого места. Они узнали, что нынешняя королева была потомком лорда-дракона, так что, возможно, он присматривал за ней. Тем не менее, для них было ясно, что только могущественное существо, подобное лорду-дракону, смог бы создать гигантский щит вокруг горы с помощью дикой магии.              И они собирались окружить его со всех сторон. Ну, это было на потом.              — Мы готовы, моя леди, ко всему.              Галадриэль улыбнулась им. — Я знаю… теперь пусть мир узнает о моем прибытии. Трубите во все трубы, расколите небо, и пусть придет мое царство.