Что же будет в конце?

      На следующий день Гермиона сделала всё возможное, чтобы привлечь внимание профессора. Утром она пошла к Пэнси, чтобы та одолжила ей что-нибудь из одежды. Грейнджер никогда не надевала на учебу ничего, кроме формы. В выходные же она одевалась сдержанно и скромно, так как ей нравились уютные свитеры и удобные джинсы. Девушка даже не задумывалась, подражая своим сверстницам, носить яркую одежду или нарушать устав, не соблюдая школьную форму.       Пэнси, давно ожидавшая подобной просьбы, перебрала весь свой гардероб в поисках чего-то, подходящего для Гермионы.       Их выбор остановился на чёрной кожаной юбке и белой шелковой блузке. Вроде как форма соблюдается, но выглядит куда красивее. Вместо серых плотных чулок Паркинсон нашла на дне своего чемодана запасные капроновые колготки.       - Что будем делать с волосами? – спросила слизеринка – Может, соберем в хвост?       - Сегодня всё на твоё усмотрение – с улыбкой ответила Гермиона.       Она села напротив зеркала в ванной и предоставила волосы на попечение Пэнси.       - Люблю, когда ты так говоришь – с энтузиазмом пролепетала Паркинсон, хватая расческу с полки возле зеркала – Тогда ты не откажешься от моих украшений? Я только вчера закончила работу над новым набором. Они, конечно, не идеальны, но тебе понравится! – с этими словами она открыла маленький ящик комода и достала шкатулку.       Открыв её, Гермиона увидела аккуратные серьги в форме тонких веточек с серебристыми листиками и кольцо в том же стиле. В этих украшениях не было камней, но Гермионе показалось, что это самое красивое произведение дизайнерского искусства, которое она видела. Когда она ходила в ювелирные магазины с мамой, все украшения казались одинаковыми, похожими друг на друга, вычурными.       - Это очень красиво, Пэнси. Спасибо – девушка с восхищением перевела взгляд с коробочки на подругу.       - Оставь себе, если хочешь. У меня есть копия – брюнетка подмигнула и воскликнула – До завтрака осталось пятнадцать минут. Давай скорее, а то не успеем!       Всё же девочки успели к началу завтрака и подсели к Джинни за стол гриффиндора, когда мимо них прошла профессор МакГонагалл. Она остановилась прямо напротив них, прочистила горло и сказала материнским тоном:       - Доброе утро, отлично выглядите, мисс Грейнджер – после недолгой паузы она продолжила - У меня к Вам дело.       Гермиона встала из-за стола и шепотом произнесла:       - Что-то случилось профессор?       - На самом деле да – серьёзно ответила Минерва – Вы самая ответственная студентка на своём курсе и я знаю, что Вы не хотели брать на себя обязанности старосты в этом году, но… Человека на Ваше место я так и не нашла, а мистер Уизли один не справляется. Прошу Вас, побудьте старостой, или посоветуйте человека, который мог бы им быть.       - Конечно, профессор. Я узнаю, не хочет ли кто-то занять моё место, а до тех пор… Где я могу взять расписание дежурств?       После того, как Грейнджер уточнила все детали, она вернулась к подругам и продолжила завтрак вместе с ними.       - Вот видишь, даже старая кошка оценила мои старания – усмехнувшись, отметила Пэнси.       - Коричневая помада очень тебе идёт, Гермиона – пробормотала Джинни, размешивая сахар в кофе.       - Это самое приличное, что мне удалось отыскать в косметичке Пэнс – по-доброму закатила глаза девушка – И то она слишком тёмная, на мой взгляд.       Паркинсон по-детски сморщила носик и покачала головой, в знак несогласия.       - Кстати, что хотела кошка? – спросила слизеринка, откусывая круассан.       - Попросила меня быть старостой – сказала Гермиона, но увидев возмущение, возникающее на лицах подруг, поспешила добавить – временно. Пока я не найду себе замену.       С этими словами она застегнула значок на груди. ***       Этот день для Гермионы был просто чудесным. Она получила немало комплиментов от однокурсников, погода была тёплой и ясной, а уроки проходили без приключений. Сейчас все студенты обедали в Большом Зале, а Грейнджер, перед тем как пойти на Защиту от Тёмных Искусств, решила зайти в свою спальню. Она спешила в кабинет, когда ей преградил дорогу Теодор Нотт.       В таких парней как Тео обычно влюбляются все девочки в школе, и его достоинств нельзя не увидеть. Красивый, высокий, умный, этот молодой человек является действующим капитаном команды слизерина по квиддичу, а также старостой и отличником. С первого курса они соперничали с Гермионой в учебе. Но, как не старалась Грейнджер, они всегда были на одном уровне.       - Малышка Грейнджер снова староста? – спросил Тео, хитро улыбнувшись Гермионе.       - Не по своей воле. И кстати, я старше тебя почти на полгода – она скрестила руки на груди, пытаясь показать, что не хочет с ним разговаривать, но Нотт сделал два шага к ней навстречу и поставил руки по обе стороны от плеч девушки, тем самым прижимая к стене.       - Жаль, я уж думал ты соскучилась по собраниям старост, на которых флиртовала со мной, строя из себя святую невинность – он состроил страдающее лицо и прижал ладонь к груди, изображаю мученика.       - Не понимаю, о каком флирте идёт речь, я тороплюсь на урок, Тео. Дай мне пройти – она попыталась его оттолкнуть, но парень словно состоял из железа, не сдвинулся ни на дюйм.       - Смотри-ка, ты надела туфли на каблуках, а я всё равно выше тебя на голову – как бы невзначай бросил он – Я тут подумал, может ты хочешь прийти сегодня на тренировку моей команды? А потом мы могли бы погулять?       - Прости Тео, но, я думаю, ничего не выйдет. Я обещала Гарри и Рону помочь с докладами для профессора Флитвика…       - Твои друзья могут и подождать… - протянул он, зарываясь носом ей в шею.       Он стоял так близко, что Гермиона почувствовала запах его духов, почувствовала тепло, исходившее от него. Большая ладонь Теодора скользнула по бедру девушки, слегка поднимая юбку. Ощутив прикосновение, Гермиона стала вертеться в руках Тео, но его хватка оказалась слишком сильной.       - Отпусти меня, Тео! Немедленно! – громко сказала Грейнджер, надеясь, что кто-то услышит.       - Что здесь происходит? – спокойным голосом проговорил профессор Малфой, бесшумно появившийся из-за угла.       Теодор молниеносно отступил от гриффиндорки, которая стала одёргивать одежду. Профессор поправил очки и продолжил:       - Девушка попросила отпустить её, мистер Нотт. Вы что, стали глухонемым?       Тео удивлённо покачал головой. Малфой сделал к нему шаг и притянул к себе за воротник рубашки.       - Тогда я не особенно понимаю, какого чёрта Вы делаете. Ещё раз увижу, вызову отца в школу.       Нотт вырвался из хватки профессора, поправил рубашку и хмыкнул:       - Не знал, что Вы так ревностно защищаете честь своих студенток, профессор Малфой. Хорошего дня – он махнул рукой и двинулся дальше по коридору.       - Идёмте на урок, мисс Грейнджер – сказал Малфой и, с тоской взглянув на неё, пошёл в сторону своего кабинета.       Гермиона тихо шла рядом с ним, не решаясь завязать разговор, но тишина давила на неё, и она не выдержала:       - Зря Вы это сделали. Его отец – один из членов комитета школы. Если Тео пожалуется на Вас, то увольнение – это самое малое, чего он сможет добиться.       - Я знаю его отца, он ужасный человек, и мне не хотелось бы иметь с ним дело, но ведь не мог же я оставить Вас в беде, верно?       - Да… - протянула Гермиона, преисполненная благодарности.       Они зашли в кабинет, где факультеты гриффиндор и слизерин ждали профессора уже четверть часа. Осмотрев присутствующих, Гермиона не увидела Тео. Все тут же стали оборачиваться и провожать Малфоя и Грейнджер удивлёнными взглядами. Гриффиндорка решила сделать вид, что так и нужно и невозмутимо пошла к своему месту, где сидела Пэнси.       - Я потом всё объясню – быстро прошептала Грейнджер и перевела взгляд на доску.       - Ещё как – прошептала в ответ Паркинсон.       В целом, урок прошёл как обычно. Все с нетерпением ждали звонка, когда профессор Малфой решил сделать объявление:       - Заканчивается первый месяц обучения, а, следовательно, первый раздел изучаемого нами материала. На прошлом уроке вы писали проверочную работу, которая является упрощённой версией контрольной работы. Я хотел бы объявить оценки…       Сначала профессор называл самые лучшие работы, в числе которых была и проверочная Гермионы, потом работы, получившие оценку «Выше ожидаемого» и «Удовлетворительно». Грейнджер очень удивилась, когда профессор не назвал оценки за работы Джинни и Пэнси, лица которых выражали крайнее недоумение.       - Спокойно – прошептала Гермиона подругам – Я разберусь, а вы идите.       Прозвенел звонок, и все студенты вышли из кабинета. Грейнджер снова осталась наедине с профессором и что-то подсказывало ей, что на этот раз всё получится.       - Профессор Малфой, почему вы не поставили оценки двум студенткам – Пэнси Паркинсон и Джиневре Уизли?       - О, мисс Грейнджер, Вы такая внимательная староста, похвально – с сарказмом произнёс он – Так вышло, что эти студентки написали работу на самую низкую оценку «Тролль» и я могу за это только снять очки с их факультета, а чтобы им не было так стыдно, я решил не озвучивать это при всех.       - Как мило с Вашей стороны, профессор, могу я взглянуть? – уверенно продолжала Гермиона.       Она знала, что девочки не могли плохо написать работу, поскольку сама помогала им в подготовке. Да и сами они были уверены в своих силах, потому как предмет, с приходом нового профессора, стали понимать лучше.       - Пожалуйста – Малфой протянул ей два листа пергамента.       Гермиона взглянула на них, но увидела только правильные ответы, а также выведенное красными чернилами «Превосходно» на каждом бланке.       - Но… у них ведь хорошие оценки. Я сама начислю им по десять баллов за правильное выполненное задание, если Вы не хотите этого сделать! – воскликнула не на шутку разозлённая Гермиона – Я пожалуюсь на Вас профессору Дамблдору, если Вы и дальше будете делать подобные вещи. Я была о Вас лучшего мнения.       - Я сделал это специально, чтобы Вы задержались. Простите меня, мисс Грейнджер – сказал Малфой и подошёл совсем близко к гриффиндорке.       Он отложил бумаги и прикоснулся к её похолодевшим рукам.       - Сегодня я увидел, как к Вам приставал мистер Нотт и… Я понял, что хотел бы Вас защищать, иметь на это право. Я ошибался, мне очень жаль, что так вышло…       Гермиона не дала ему договорить, накрыв его губы своими. Она была настолько счастлива это услышать, что не хотела дожидаться, пока он закончит. Девушка обхватила руками его шею и улыбнулась сквозь поцелуй. Драко, в свою очередь, был удивлён столь смелым порывом девушки. Он заключил её в крепкие объятия и скользнул языком между её губ, углубляя поцелуй. Нежный и трепетный, с каждой секундой он становился всё более горячим и страстным. Дыхание Гермионы сбилось, поэтому она отстранилась на несколько секунд, чтобы набрать в лёгкие побольше воздуха.       В этот момент Драко посмотрел на неё таким взглядом, который девушка не могла назвать иначе как хищный. Он смотрел на неё так, как лев смотрит на беззащитную антилопу. Будто вот-вот набросится на неё. Его серые глаза были полны желания. Гермионе было одновременно приятно и страшно это осознавать.       Отогнав прочь все сомнения, она вновь бросилась на шею профессора. Он подхватил её под бёдра и усадил на ближайшую парту, не переставая покрывать лицо и шею горячими поцелуями. Щёки Грейнджер раскраснелись, и она почувствовала, как внизу живота волнами накатывает приятное чувство возбуждения.       Профессор провёл руками от колен до основания бёдер, приподнимая юбку. Он прошёлся губами от линии челюсти до мочки уха, и обдав его жарким дыханием, прошептал:       - Гермиона, прости, если ты ожидала чего-то другого, но я не готов сейчас это сделать.       Гриффиндорка обвела его вопросительным взглядом.       - Я воспитан по-другому, и перед тем, как спать с тобой, хочу пригласить тебя на свидание. На этих выходных. Встретимся в Хогсмиде, у старого книжного магазина, в шесть вечера. Ты согласна?       - С удовольствием, Д-драко – смутившись, ответила она.