Тьма над Бездной. Летопись 2 из эпопеи "Последние герои Средиземья"

      Весь остаток ночи Фридерик так и не сомкнул глаз.       Некоторое время он лежал неподвижно, глядя в звездное небо. «У меня получилось! – думал он. - У меня таки получилось! Наверное, я уж очень хотел подслушать этот разговор, и много над этим думал!» Может быть, поэтому? Или это просто совпадение, а на самом же деле он видел обычный сон? «Нет, не совпадение», - решил молодой человек. Он, действительно, присутствовал при разговоре магов, даже заставил упрямого ночного мотылька вернуться на поляну! «Интересно, смогу ли я повторить подобный опыт?»       Рядом заворчала и заворочалась во сне собака, и это вернуло хоббита к реальности. Он приподнял голову и глянул в сторону магов. Две серые тени, казалось, всё так же неподвижно сидели у затухающего костра, только Палландо снял шляпу и положил ее рядом. Продолжают ли они неспешную беседу, сказать было сложно. По крайней мере, до слуха молодого человека не доносилось ни звука.       Фридерик вновь закрыл глаза и попытался заснуть. Почему-то он чувствовал себя страшно уставшим и вконец разбитым. «Следует хоть немного поспать, - подумал он, - а о том, что мне привиделось, лучше будет поразмышлять, как говорится, на свежую голову».       Но сон никак не приходил. Поэтому, невольно, мысли его принялись лениво кружить вокруг только что подслушанного разговора волшебников. Итак, что же прояснилось после этой беседы? Фридерик нахмурился и принялся припоминать…       «Во-первых, ясно, что маги направляются в южное княжество с единственной целью – прибрать к рукам Кольцо Асзарха, и полностью уверены (по крайней мере, Старик уверен!), что Кольцо именно там и объявится. Возможно, за Кольцо придется сражаться (непонятно, с кем?), поэтому Саари рассчитывает на помощь старого друга… Книга же – обычная отмазка! Но зачем, тогда, им нужны мы, хоббиты? Зачем нужны Чача и Мена? Арата? Ну, человек со своим грозным мечом, возможно, и пригодится… Может быть, прав таки гном, и вскоре маги, достигнув более-менее обжитых мест, бросят нас всех на произвол судьбы? А может быть, с этой окаянной Книгой всё же связаны какие-то дальние планы? Хм, мне это не совсем понятно, и подслушанный разговор никак не проясняет этого вопроса… Непонятно, кстати говоря, также, что собираются делать с Кольцом волшебники, когда (или если) оно окажется в их руках! Впрочем, нас, простых смертных, это может и не касаться вообще…»       «Во-вторых, от Палландо таки не ускользнуло, что Старик и друид знавали друг друга раньше. Честь ему и хвала! Впрочем, он как-никак маг, а, следовательно, обязан был обратить на это внимание! Но вот удовлетворили ли его пояснения самого Саари? Лично меня – нет! Как не удовлетворило и довольно туманное объяснение, зачем волшебнику понадобилось уносить с собой палантир… Ах, над этим вопросом я уже, кажется, рассуждал не так давно…»       Фридерик немного поворочался, укладываясь поудобнее, и затем продолжил свои рассуждения.       «Конечно же, самым интересным в разговоре было признание Старика, что именно он и является таинственным Маратом Тиссенским, автором скандально известной книги под названием «Новейшая История». Впрочем, похоже, что Палландо вовсе не удивился, выслушав сие признание! Хм… Сдается мне, Арата упоминал как-то, что маг мечтал пообщаться с таинственным автором книги… Ну, вот же он перед тобой, общайся! Но Палландо ведет себя крайне странно… Нет ни ожесточенного спора по поводу содержания рукописи, ни какой-нибудь захудалой дискуссии об основах мироздания! Маг даже не задал ни единого, казалось бы, столь естественного при данных обстоятельствах вопроса! Нет! Он просто отчитал Саари, как мальчишку, за непростительную шалость и сообщил, что ему с Алатаром пришлось приложить немало усилий, чтобы уничтожить эту самую Книгу… Что это может означать? Что именно?»        Фридерик лег на спину и надолго задумался. Он никак не мог найти сколь-нибудь разумного объяснения подобному поведению мага. А потому принялся припоминать, не попадал ли сам в схожие обстоятельства. И вскоре вспомнил, как совсем недавно приятели отчитывали его же за то, что он пытался скрыть от них истинную цель своего похода на север. Казалось бы, между этими двумя событиями не было никакой связи, но хоббит вдруг встрепенулся и даже привстал.       «Ну, конечно же! - чуть не воскликнул он. - Как же я сразу-то не догадался! Палландо был возмущен «самим фактом» появления в Средиземье подобной Книги, но отнюдь не ее содержанием! «Ты хоть понимаешь, во что для тебя лично может вылиться подобная оплошность?» «Думаю, валары никогда не простят мне этого»…       Фридерик даже закрыл лицо руками. И в следующую миг вдруг понял, что его догадка имеет под собой все основания оказаться правдой, но эта история слишком древняя и, наверняка, темная и зловещая… Зарок валаров! Запрет, который преступил Старик, невольно (или злонамеренно) сообщив простым смертным сведения, что должны были оставаться тайной за семью печатями на веки вечные! И не ему, хоббиту из какого-то там закоулка на окраине обитаемых земель, судить о причинах подобного запрета. И не ему, хоббиту, совать свой сопливый нос в дела, что вершат Высшие Силы! «Разумнее всего будет держаться от этого подальше…»       Но легко сказать: разумнее! Молодой человек задрал голову и, широко раскрыв глаза, принялся разглядывать глубокое, темное, ночное небо, усеянное мириадами мигающих огоньков. Звезды! Как же их много! «Ах, как хотелось бы откровенно поговорить со Стариком», - подумал он. Но тут же признался себе, что делать этого нельзя ни в коем случае. Даже делиться со своими приятелями подобной догадкой не следует! Шутка ли сказать – зарок валаров! Вдруг это смертельная тайна?       С трудом взяв себя в руки, Фридерик несколько успокоился и подумал: «Ну, и какая мне польза от этой догадки? Разве есть у меня либо у кого-нибудь из ныне живущих возможность достичь иных Миров, если они действительно существуют? И что я там потерял? Жить-то мне в этом Мире… А значит, ерунда всё это! Можно и вовсе выбросить из головы, так будет только лучше… Кстати, - промелькнула мыслишка, - вопрос о «честности» заморских Владык подымается уже не в первый раз! Помнится, маги тоже кое-что упоминали по этому поводу. Интересно, и что еще скрывают валары от нас, простых смертных?»       Фридерик вздохнул и заставил себя вернуться к предыдущим размышлениям.       «Итак, продолжим… Далее разговор перешел на Альфу. С ней-де связана какая-то «темная история», но что за история такая, я не услышал. Глупый мотылек обжег себе крылья и кинулся наутек. Когда же я заставил его вернуться, всё, что я услышал, это – что в теле собаки пребывает некая девушка… Но кто и, главное, зачем ее туда поместил, неизвестно. Вернее сказать, именно это я как раз и пропустил. Эх, невезение-то какое! Впрочем, маги, похоже, не очень-то торопятся ее «расколдовывать». Как там выразился Старик? «Я не особенно занимался этим вопросом, были дела поважнее!» Хм… Странно… Уж кто-кто, а волшебник уж мог бы разобраться в этом деле!»       Хоббит невольно покачал головой. «Вот, уж точно, темная история. Можно, конечно, попытаться осторожно поговорить со Стариком… Нет, нельзя этого делать! Ведь он тогда, наверняка, обо всем догадается… Кстати, о догадках! Почему Палландо настоятельно потребовал, чтобы Саари пришиб несчастного мотылька? Это была обычная предосторожность или маг что-то заподозрил? И, если заподозрил, не пала ли тень подозрения на меня, хоббита?» Фридерик не знал ответов на эти вопросы…       «Зайдем с другого выхода, как говаривал старина Барсукс, - подумал молодой человек. - Уж если рассуждать о догадках, как мог Старик не сообразить, что я научился разговаривать с собакой, которая на самом деле какая-то девушка? Конечно же, он должен был давно догадаться! Но поделился ли он своими догадками с Палландо или хранит молчание? Вот вопрос, который хотелось бы прояснить! Думаю, ничего страшного не произойдет, если я аккуратно, этак, повыспрашиваю его по этому поводу. Может статься, я смогу понять, почему девушку не хотят (или не могут) расколдовать! И при чем здесь Северная твердыня, к которой так стремится Альфа?»       Фридерик вновь покачал головой. Вопросов было слишком много, а путей, чтобы хоть как-то выяснить истину, раз-два и обчелся. И все они казались хоббиту скользкими и опасными… К тому же, часть разговора ускользнула от его слуха. Возможно, именно в ней и содержались ответы на все вопросы? Почему-то хоббит в это не очень-то верил…       Он еще немного порассуждал на эту тему, но вскоре его мысли потекли по иному руслу. «Если бы меня спросили, что, действительно, было самым интересным в подслушанном мною разговоре, - подумал Фридерик, - я бы, пожалуй, ответил так: мне непонятно, зачем этот разговор был нужен вообще! Конечно же, на мою бедную голову обрушилась лавина бесценной информации, но насколько она (эта информация) ценна для магов? Ведь цель нашего похода была понятна с самого начала, и, несмотря на всякие там препятствия, никак не изменилась! Просто по-другому расставлены акценты, и не более! Старик «стибрил» палантир… Ай-яй-яй! Ну, и что? Это ни о чем не говорит! На это могло быть множество причин, десяток причин! Может быть, белоглазый маг знает о древних камнях больше, чем все прочие вместе взятые…»       «Он же, как я и предполагал, знаком с друидом, но объяснения волшебника выглядят вполне прилично, хотя я и не очень-то в них верю… Опять таки: Марат Тиссенский с его «Историей», Альфа… Все эти вопросы маги могли бы выяснить мимоходом, не прячась, и не привлекая никакого внимания! Зачем нужен был столь заранее запланированный «серьезный» разговор? Зачем?»       Фридерик вздохнул. Рядом заворочалась собака, поскулила, подергала лапами – знать, сон какой-то приснился! – и успокоилась.       «Я упустил нечто важное, - решил хоббит. - Возможно, это случилось, когда дуралей-мотылек отлетел в сторону. А может быть, уже после бесславной кончины моего сиюминутного друга. Но ведь никуда не делось ощущение, что Палландо вел себя странно! Он и вопросы задавал не как всегда: перескакивал с одного на другой, даже не выслушав до конца ответы… Хм… Неужели, он пытался запутать Саари и обвинить мага во лжи? Зачем?»       И тут хоббит припомнил свои недавние рассуждения о «предателе» в отряде. «Неужели, старый маг, действительно, уверился, что таковым является именно Саари, и он решил во что бы то ни стало вывести на чистую воду негодника, пока не поздно? И в этом – весь смысл странного, ночного разговора? Хм… Ничего не понимаю», - признался себе Фридерик и, откинувшись на спину, натянув лёжник под самый подбородок (ночи в горах-то холодные!) и подложив руки под голову, принялся разглядывать мерцающие на темном небосклоне звезды.       «Я чувствую себя так, словно ступаю по оч-чень тонкому льду, - признался он себе. – Что будет, если этот «лед» проломится?»       «И всё же интересно: действительно, есть ли где-то «там» разумная жизнь, - подумал молодой человек через минуту, любуясь чистым, прозрачным, ночным небом. - И неужели, она – там! - столь же бестолковая?»              Ближе к утру Фридерик принял ряд ответственных (как он считал) решений. Во-первых, следовало аккуратно, без посторонних глаз, переговорить со Стариком в отношении Альфы (но, не более того). В конце концов, ведь именно маг втянул хоббита во всю эту кутерьму! Не свались на его бедную голову этот белоглазый волшебник, глядишь, жил бы себе преспокойно молодой человек в своем Уделе, женился бы, детишками обзавелся! Вот пусть Саари и ответит хотя бы на парочку вопросов! Глядишь, штаны с него не упадут!       Если же Старик вновь примется юлить и изворачиваться, тогда хоббит выберет подходящий момент, и переговорит с самой псиной!       Во-вторых, Фридерик собирался в ближайшую ночь повторить предыдущий опыт: попробовать «связаться» со своими «призрачными преследователями» и посмотреть, что из этого выйдет! Мысль эта пришла в «светлую голову» молодого человека под самое утро. И хотя хоббит в глубине души побаивался таинственных всадников, что продолжали следовать по его стопам (если верить Альфе), он сомневался, что призраки могут представлять для него и его друзей серьезную угрозу. Скорее – наоборот! В пользу такого предположения говорило многое. Можно даже не перечислять!       Неудивительно поэтому, что Фридерик вскочил на ноги с первыми признаками зори. Спустился вниз по склону, где меж каменьев журчал тоненький ручеек – еще вчера в тишине горных отрогов он уловил знакомый звук. Умылся чистой, холодной водичкой, немного попрыгал на месте и помахал руками – чтобы кровушка разогрелась. И хотя хоббит практически не сомкнул глаз последнюю ночь, принятое утром решение донельзя будоражило воображение молодого человека. Отчего он чувствовал себя полным сил и энергии...       К тому моменту, когда Фридерик возвратился к месту ночлега, на полянке уже вовсю кипела жизнь. Чача разжег жаркое кострище, и в походном горщике закипала вода. Маги, хоть и выглядели уставшими (оно и понятно!), усердно подгоняли не выспавшихся приятелей, чтобы те поскорее собирали свои пожитки.       - Ну, вот, - ворчал Мерик. – Выспаться не дают… Скорее да скорей! Что мы, лошади скаковые?       - Действительно! – возмутился гном. – Позавтракать-то хоть мы можем без этой горячки?       - И к чему, вообще-то, спешка? – промолвил Томми, позевывая и потягиваясь. – Фридо! А тебя где носило?       - Ходил к ручейку, - сообщил друзьям хоббит. – Если хотите взбодриться, сбегайте вниз!       - Ура! Бежим! - воскликнули приятели и вприпрыжку понеслись вниз по горке.       - Только не орите во всё горло! – прикрикнул Палландо.       - Ну их, - откликнулся Чача. – Пусть себе бегают и вопят! Нам больше на завтрак достанется…       - Ты мне гляди, - погрозил пальцем Саари. – Нечего малышей объедать!       - Их объешь разве? – проворчал гном.       Фридерик присел на камень рядом с костерком и достал трубку. «Как славно день-то начинается, - подумал он. - Словно и не было бессонной, напряженной ночи… Уж очень мне напоминает теперешнее утро похмельное пробуждение веселой компании где-то на берегу Муторного озера в самый разгар лета!»       - Когда же, действительно, мы все выспимся-то по-человечески? – спросил Чача, ни к кому конкретно не обращаясь.       - Выспитесь еще… - промолвил Палландо. – Сегодня десятое июня, если мне не изменяет память. Пути до каменного кургана у самых истоков Андуина, где намечена встреча с нашими друзьями от силы дня три. Если мы поторопимся, естественно… Там и отоспитесь! Мм… Может быть, пора снимать котелок с огня? Поедим горяченького, и в путь!       - Хм… Как же есть воду-то одну, хоть она и вскипела, - пожал плечами гном. – Впрочем, я вам, конечно же, отолью, если хотите…       - Что значит – отолью? – возмутился маг. – Я т-те отолью! Кто обещал супец горячий с самого утра?       - Так то Мерик обещал! Он у нас главный куховар! Я здесь вообще ни при чем!       - И где ж этот оболтус?       - Плещется в ручье, надо понимать…       - А ну, Фридо! Быстро сыщи мне этого негодника! Я ему задам!       - Я мигом, - пообещал Фридерик и пустился на поиски приятеля, весело перепрыгивая с камня на камень. «Славное, очень славное утречко выдалось», - думал он по дороге…              Солнце лишь показалось над дальними лесами, а путники, подкрепившись нехитрой стряпней приятеля, уже стояли над самым краем скального обрыва, которым заканчивалась небольшая площадка. Походные мешки были закинуты за плечи.       - Ну-с, господа, куда далее двинемся? – спросил гном, покосившись на волшебников. Саари лишь пожал плечами, глянув в сторону Палландо.       - Будем спускаться вниз! – решительно заявил маг.       - Хм… Внизу-то как раз находятся истоки речки Лесной, - промолвил Чача и, слегка повернув голову в сторону приятелей, подмигнул хоббитам. – Нам, пожалуй, следует держаться западного пути, если мы хотим достичь верховий Андуина Великого. Или я не прав?       - Прав, уважаемый, - кивнул Палландо. – Но следовать прямиком на запад означает постоянно блуждать среди скалистых отрогов Серых гор. Кроме того, не всяк из нас легко преодолеет этот путь. – И он покосился на Альфу. – Значит, мы только понапрасну потеряем драгоценное время… Нет, этот путь не годится! Будет куда разумнее, если мы спустимся в долины Трандуила и обогнем горные отроги с южной стороны. Хотя путь этот и сопряжен с определенными опасностями…       - Хм… - только и промолвил Чача, вновь покосившись на приятелей. Мерик тут же ему подмигнул.       - О каких опасностях-то идет речь? – спросил Томми. Хоббиты дружно поддержали приятеля. – Гоблины?       - Гоблины? – маг удивленно приподнял брови. - Нет… Вы, как всегда, не очень-то внимательно меня слушали, молодые люди! Вероятность встретить в этих местах орков невелика! А вот повстречаться с беорнингами… Как известно, это древнее племя не очень-то жалует всяких там странников, забредших в их исконные владения!       - Но ведь они же нормальные люди, не паскудники какие-то! – воскликнул Мерик. – Договоримся!       - Будем надеяться, - проворчал Палландо. – Впрочем, хватит пустословить! Вперед!       И маг первым двинулся вниз по каменистому, осыпающемуся под ногами склону. Вслед за ним припустили приятели с Альфой. Следующим двинулся гном. И только Фридерик задержался на скальном карнизе, стараясь на глазок определить, где было бы поудобнее спускаться вниз.       - Не задерживайся надолго, - промолвил Саари, дружески похлопав хоббита по плечу.       - Я думаю, неправильно так вот – гурьбой! - спускаться, - произнес Фридерик, поглядывая вниз. – Если из-под моих ног вдруг покатятся камни, глядишь, всем, кто впереди, достанется…       - Мм… Пожалуй, ты прав, - согласился Старик. – Подождем немного!       «Эх, не самый подходящий момент для разговора, - подумал хоббит. - Надо бы как-то заставить мага не уходить далеко. Глядишь, мы и сможем хоть ненадолго остаться одни…»       Впрочем, мечтам молодого человека не скоро удалось сбыться. Спуск оказался куда круче и опаснее, чем давешний подъем к перевалу. Лишь ближе ко второй половине дня склоны гор стали заметно положе, и путники, наконец-то, смогли перевести дух.              Давно уж миновал полдень, когда маг, наконец-то, смилостивился и объявил долгожданный привал. Усталые странники повалились, где стояли. Первым делом, конечно же, хоббиты достали трубки.       Фридерик лениво наблюдал за своими спутниками, устроившись в тени разлапистой ели. Маги вновь уединились, о чем-то неторопливо беседуя. Отдельные слова из их разговора долетали до слуха хоббита, и он решил, что волшебники, по всей вероятности, обсуждают предстоящую дорогу.       Мерик устроился рядом с гномом. Альфа возлежала невдалеке, с ворчанием выкусывая у себя меж когтей. Томми же, неторопливо затягиваясь трубочкой, присел рядом с приятелем.       - Не нравишься ты мне последнее время, - промолвил он, поглядывая на друга.       - Чего это я тебе должен нравиться? Я что, девка трактирная? – проворчал Фридерик.       - Не хами! – прикрикнул приятель. – По ушам схлопочешь!       - Ладно, - махнул рукой Фридерик и вновь покосился на магов. – Извини…       - Так-то лучше… Ишь, удумал!       - Да ладно тебе! Извинился же! Говори уж, чем таким я тебе не нравлюсь последнее время?       - Не нравится мне, - продолжал Томми, - что последние дни ты плетешься в самом хвосте отряда, как в воду опущенный, тупо уставившись себе под ноги! Можно подумать, ты ног своих в жизни не видывал!       - Я не на ноги смотрю, а под ноги, - слабо возразил Фридерик.       - Только всё равно на каждой кочке спотыкаешься! Лучше бы голову поднял! Погляди, какая красота-то вокруг! Ели огромнейшие до самого неба достают… Горные отроги…       - Да вижу я, вижу, - промолвил хоббит. – Странно всё как-то…       - Странно?       - Ну, да! – молодой человек встрепенулся. – Когда мы странствовали по северным отрогам Серых гор, там всё чаще попадались лиственные леса! А тут – на южных склонах – всё более ели да ели… Конечно, в местных лесах я не очень-то смыслю, но мне всегда казалось, что должно быть в точности наоборот.       - Не на то ты смотришь, приятель! – воскликнул Томми. - Травы-то, травы! В нашей долине таких и в самый разгар лета не увидишь! Мох, что нежней постели… Цветы… Глянь, что у тебя под ногами!       Фридерик покорно склонил голову.       - И что у меня под ногами? – спросил он.       - Ягоды у тебя под ногами, недотепа! Зеленые, незрелые еще… А ведь через недельку-другую нальются соком, будут мягкими, сочными и сладкими. Век на Севере такой красоты не сыщешь! А небо какое синее? А солнце? Эх, да в нашем Уделе только к концу июля так припекает, да и то, не всегда… Посмотри вокруг!       - Да смотрю я, - промолвил хоббит безо всякого энтузиазма.       - И не ешь почти ничего последнее время!       - Аппетита что-то нет…       - Знаешь, друг мой, каким ты выглядишь со стороны? – спросил Томми. – Хочешь, скажу?       - Скажи…       - Выглядишь ты, словно тебя на плаху ведут! Вот, как ты выглядишь!       Я себя так и чувствую, подумал хоббит. Вслух же промолвил:       - Переживаю я…       - Переживаешь? За кого же ты так переживаешь?       - Как, за кого? Да хоть за друзей наших – Странника и Мену… И за друида, кстати сказать…       - За друида, говоришь? – Томми только покосился на приятеля. – Это хорошо, что ты переживаешь… Но ответь мне на один вопрос: сможешь ли ты чем-то помочь, если с ними что-либо приключится?       - Нет, - промолвил хоббит, подозрительно глянув на приятеля.       - Вот именно! Так какая же польза от твоих переживаний? – И, выждав немного и наблюдая за своим насупившимся другом, Томми продолжил: - Нет от твоих переживаний никакой пользы ни тебе, ни близким твоим!       - Что же мне делать? – спросил Фридерик.       - Что делать? Следовать пяти непреложным истинам!       - Каким истинам? – удивился хоббит.       - Ну-у, заповедям, если так можно выразиться… Итак, заповедь первая: никогда не переживай по поводу того, что уже случилось! Ведь всё равно этого уже не изменишь! Но! Заповедь вторая: делай из этого выводы, дабы избежать подобных неприятностей в будущем!       - Это как? – спросил Фридерик.       - Не перебивай! Слушай далее… Заповедь третья: никогда не переживай по поводу того, что может произойти в ближайшем будущем, ибо об этом известно одному лишь Создателю! А ты – не Он! Но! Заповедь четвертая: постарайся так повернуть события, чтобы избежать возможных осложнений! А для этого – смотри заповедь вторую…       - Но ведь…       - Не перебивай, я сказал! Наконец, заповедь пятая, и последняя: радуйся каждому дню, что подарен тебе Единым!       - И кто ж такие заповеди выдумал? – поинтересовался хоббит.       - Какая тебе разница? Да хоть мы с Мериком! Запомни и следуй им во всем! Вот увидишь, твое настроение заметно улучшится в самое ближайшее время! И аппетит появится!       - Отдохнули? – осведомился Палландо. – Вот и славненько! Тогда – в путь!       - Ну вот, опять… - вновь заныл Мерик. – Так хорошо было! Мне сон премиленький приснился… Только на солнышке пригрелся…       - Тебе еще много премиленьких снов приснится по дороге, - пообещал маг. - А ну, руки в ноги… Тьфу! Ноги в руки, и вперед!              Остаток дня прошел без каких-либо знаменательных происшествий. К тому времени, когда начало темнеть, и путники остановились посреди очередной поляны, Фридерик только и думал о «призрачных всадниках». Почему-то ему казалось, что если он будет постоянно о них размышлять, то обязательно увидит во сне. По крайней мере, «фокус» с подслушанным разговором удался же!       Но настало утро, и хоббит в очередной раз оказался разочарованным. Спал он крепко, и ничего-то ему за прошедшую ночь так и не приснилось. А если и снилось, он этого как-то не запомнил.       Молодой человек только недоуменно качал головой и вздыхал, следуя за своими спутниками вдоль скалистых отрогов, когда на его плечо легла тяжелая рука. Фридерик, невольно, вздрогнул и поднял голову.       - Ах, это ты Старик… - промолвил он.       - Ты постоянно плетешься где-то в хвосте отряда, - заметил Саари, продолжая идти рядом. – Это нехорошо. Места эти опасные, мало ли чего может приключиться!       - Так ведь Альфа рядом, - возразил хоббит, скосив глаза на собаку. – Она меня в обиду не даст, предупредит, если что! К тому же…       - Что – к тому же?       - Когда мои приятели рядом, - пояснил Фридерик, искоса глянув на волшебника, - мне трудно сосредоточиться… Отвлекают они меня постоянно, думать не получается!       - Я давно заметил, Фридо, что ты серьезный молодой человек, - с усмешкой промолвил Саари. – Не в пример своим друзьям-оболтусам.       - Они не оболтусы, - возразил хоббит.       - Ну, и хорошо… О чем же ты думаешь?       - Да так… Обо всем понемножку…       - Обо всем понемножку, - повторил волшебник. – Ну, знаешь ли, думать обо всем понемножку всё равно, что ни о чем не думать!       - Да нет же, это не так! – воскликнул хоббит и остановился, беглым взглядом окинув окрестности. Его друзья ушли далеко вперед, фигура же Палландо и вовсе скрылась за деревьями… «Самый раз поговорить со Стариком, - подумал Фридерик. - Может быть, другого случая и не представится в ближайшие дни. К тому же, похоже, что и маг не прочь перекинуться парой слов…» Даже Альфа, скосив глаза на «хозяина», словно поняла его мысли и тоже припустила за прочими путниками. Хоббит опасливо покосился на собеседника.       - Так о чем же ты думал, Фридо, если не секрет? – улыбнувшись, спросил Саари. Улыбка волшебника была теплой и доброжелательной, а взгляд белых глаз казался внимательным и всепонимающим. Пред очами Фридерика вновь был его знакомый Старик, которого ему так не хватало последние годы. «Если я хочу услышать хоть какие-то внятные ответы на свои вопросы, - подумал молодой человек, - мне также следует быть откровенным! Не до конца, конечно, но всё же…»        - Последнее время я часто думаю о собаке… - осторожно промолвил хоббит.       - Надо же! – воскликнул волшебник. – До чего же, Фридо, мы с тобой похожи! Признаться, я тоже последнее время часто думал об Альфе.       - Правда? И что же ты думал?       - Нет-нет, так дело не пойдет! – вновь усмехнувшись, продолжил Саари. – Ты еще не ответил на мой вопрос, а уже норовишь сам повыспросить! Так чем же тебя заинтересовала наша псина?       - Мне показалось, - краем глаза наблюдая за волшебником, произнес хоббит, - что вы были знакомы с этой собакой задолго до того, как она прибилась к моему подворью!       «Фух, - внутренне выдохнул Фридерик, - кажется, самое главное я сказал! Теперь, если маг не собирается играть со мной в кошки-мышки, следует ожидать хоть какого-то вразумительного ответа».       Саари ненадолго остановился и, слегка прищурив глаза, осмотрелся по сторонам, прежде чем ответить.       - Я всегда считал тебя оч-чень умным мальчиком, Фридо…       - Я давно не мальчик, - возразил хоббит и надулся. Впрочем, маг, никак не отреагировав на это замечание, продолжил:       - Я действительно знавал эту собаку. Когда-то она – многие годы! - жила в моем доме… Но однажды она сбежала!       - Сбежала? – удивился Фридерик.       - Именно. Не знаю, возможно, ей просто надоела жизнь среди каменных стен древней твердыни…       - А где был ваш дом?       - Далеко на юге, - рассеянно ответил Старик и неопределенно махнул рукой. – Это не имеет особого значения... Некоторое время я ее разыскивал, но вскоре прекратил поиски. И уж вовсе стал про нее забывать… Каково же было мое удивление, когда я повстречал знакомую псину на далеком Севере посреди твоего двора! Не понимаю, признаться, как она сумела преодолеть столь дальнюю дорогу. И не понимаю, зачем. Ведь у меня ей жилось достаточно привольно!       «Хм, - подумал хоббит, - похоже, что мой старый знакомый тоже не собирается быть со мной откровенен до конца. Я это чувствую!»       - Она сама с тобой заговорила? – меж тем, негромко спросил маг.       - А? Что? – встрепенулся Фридерик, которого вопрос мага таки застал врасплох . – Да… То есть, нет… Не совсем…       - Не понял, - Старик лишь слегка приподнял брови. – Да, нет или не совсем? Выбери уж что-нибудь одно! Ведь ты же не надеялся, что я пропущу мимо ушей твою оговорку, что меня-де звали Саари. Имя это немногим было известно!       Ах, я так и знал, подумал молодой человек.       - Это была случайность, - признался он, потупив взор. – Я совсем другое хотел сказать, а она меня неправильно поняла… А имя… Это было первое, что она произнесла! Я потом думал: может быть, она считала, что мне это имя должно быть знакомо.       - Хм… Не думаю… - произнес маг и, присев на ближайший камень, извлек из-под плаща кисет с табаком. Фридерик невольно остановился.       - Мы не отстанем от отряда? – поинтересовался он, поглядывая туда, где меж величественных елей скрылись его друзья.       - Нет. - И волшебник замолчал, неторопливо раскуривая вишневую трубку. Хоббит тоже потянулся за своей.       - Ты часто с ней беседовал?       - Да нет… - в раздумье промолвил Фридерик.       - Что за ответ такой? – возмутился Саари. – Что это за «да-нет»? Так - да, или нет?       - Хм… Раза два, три от силы, - кашлянув, промолвил хоббит и покраснел. Впрочем, Старик поглядывал в сторону, и молодой человек с облегчением вздохнул.       - Что она про себя рассказывала? – через минуту спросил маг.       - Ничего… Обещала, что расскажет при случае, но… - Фридерик развел руками. «Нехорошо беседа складывается, - подумал он. - Очень уж похоже на давешний ночной разговор, когда Палландо буквально засыпал Старика вопросами, не давая и духу перевести. Так, глядишь, волшебник выяснит всё, что ему интересно, а я останусь с кукишем в кармане…»       - Кто такая моя псина на самом деле? – нахмурившись, спросил хоббит.       - Обычная собака… - произнес Саари, пожав плечами.       - Вот те на! – Фридерик только горестно всплеснул в ладоши. – Я, значит, откровенно, как на духу, а вы, милсударь, со мной, как с дитём малым разговаривать изволите! Будто я ничего-то и не смыслю? Палландо был со мной много откровеннее… - последние слова невольно сорвались с уст молодого человека, и он тут же прикусил язык. «Проклятье, - подумал он, - когда же я научусь держать язык за зубами?»       - Твоя псина – обыкновенная, хотя и редкой породы собака, - повторил Старик, сурово глянув на молодого человека. – Другое дело, что в ее теле сокрыта молодая женщина. Не могу – и не хочу тебе этого объяснять – всё равно не поймешь! С тобой разговаривал вполне нормальный человек, но пребывает он нынче в собачьем теле. Так вот обстоят дела.       - Но как такое возможно? – воскликнул ошарашенный откровенностью мага хоббит.       - Помнится мне, не так давно некий молодой человек уж больно переживал по поводу того, что в теперешнем Средиземье совсем не сохранилось волшебства и древней магии. Вот оно, волшебство – пожалуйста! В чистейшем виде! Или ты как-то по-другому это себе представлял?       Признаться, Фридерик, конечно же, представлял себе волшебство и магию совсем по-иному.       - Но ведь девушку можно освободить, не так ли? – упрямо спросил он.       - Можно, - кивнул маг и нахмурил брови. – Но пока я не знаю, как это сделать. Пока – не знаю!       - А что станется с Альфой, если девушку освободить?       - С Альфой? – удивился Старик. – Оказывается, тебя больше беспокоит судьба собаки? Вот дела!       - Ну, не совсем… - пробормотал пристыженный Фридерик.       - Ничего с ней не будет, - махнул рукой волшебник. – Она вновь станет обычной собакой, и жизнь ее вновь потечет по собачьим законам. Век же собак, как сам понимаешь, недолог... И тебя она врядли признает, кстати сказать! Еще покусает, чего доброго!       - Только этого мне и не хватало, - пробормотал хоббит и тут же воскликнул:       - А девушка?       - Девушка тоже заживет обычной человеческой жизнью…       Фридерик нахмурился и некоторое время молчал, поглядывая в сторону, где скрылась «его псина».       - Альфа говорила о какой-то Северной твердыне! – вспомнил он. - Уж очень она хочет до нее добраться! Скажи, тебе, случайно, ничего не известно про эту твердыню?       - Северная твердыня, - повторил маг. – Хм…       - Признаться, я уже задавал этот вопрос Палландо и Страннику, - промолвил Фридерик. – Но они ничего не знают, похоже…       - Северными твердынями в краях отступников звали любую крепость, любое укрепление в Красных горах. Любой форт на берегах покрытого льдами залива Норрен.       - Маг так и сказал, - вздохнув, кивнул хоббит.       - Впрочем, есть одна древняя легенда… - Старик затянулся трубочкой и выпустил тонкое колечко сизого дыма. – Говорят, далеко на севере сокрыты в горах тайные чертоги Извечного Врага валаров, Мелькора. Когда-то, очень давно, Враг был на время покорен, но его подземная твердыня не была уничтожена и сохранила в себе силу темной магии Предначальных дней. Считается, что тот, кто войдет в тайные врата Северной твердыни с последними лучами заходящего солнца и сможет выйти через противоположные ворота с первыми лучами дневного светила, очистится от заклятий и заговоров. Но это – лишь легенда, не более… Может быть, именно эту твердыню разыскивает девушка, сокрытая в теле псины?       - Не знаю, - сокрушенно развел руками Фридерик. – А где находятся эти древние чертоги?       - Мне это неведомо, - произнес Старик и вновь затянулся трубкой.       - Но ведь ее можно найти?       - Хм… Девушка глядит на мир глазами собаки, - задумчиво произнес волшебник. – Животные же, как известно, видят мир по-иному. Возможно, она сможет разглядеть невидимую простому глазу твердыню, если она, и вправду, существует… А возможно нет…       - А ты? Разве всемогущим магам это не под силу? – спросил озадаченный хоббит.       - Мы, маги, тоже глядим на мир глазами людей, - усмехнувшись, промолвил Саари. – Впрочем…       - Что?       - Есть лишь одна возможность проверить древнюю легенду!       - Какая? – раскрыв рот, шепотом произнес Фридерик.       - Кольцо Всевластья!       - Кольцо Асзарха… - невольно повторил хоббит.       - Называй его, как хочешь, - кивнул Старик. – Тот, кто станет обладателем Кольца, сможет погрузиться в призрачный мир теней и, возможно, увидит такое, что простым смертным и не снилось!       - Значит, нам надо, во что бы то ни стало, захватить это Кольцо! – воскликнул молодой человек. – За этим мы и направляемся в Минас-Тирит!       - Не только ради этого, - произнес волшебник и, улыбнувшись, покровительственно похлопал Фридерика по плечу.       - Скажи, Старик, - спросил хоббит через минуту, - почему ты всё это мне рассказал именно сейчас?       - Что значит – сейчас?       - Ну-у, почему ты не поведал этого ранее?       - Раньше в этом не было нужды, - промолвил маг. – Поверь мне, Фридо, на сегодняшний день жизнь собаки неразрывно связана с жизнью девушки, и наоборот! В каком-то смысле они поддерживают существование друг друга, и так они могут прожить достаточно долго. В понимании простых смертных – практически вечно. Но псина всё же смертна… Ее может убить меч или случайно выпущенная стрела! Сейчас же мы вплотную приблизились к очень опасному рубежу! Если с собакой что-то случится, девушка также умрет. А этого допустить никак нельзя! Поэтому я рассказал тебе всё это в надежде, что ты сможешь присмотреть за своей любимицей, если меня не будет поблизости. Ей следует избегать случайных опасностей!       Хоббит кивнул.       «Ну вот, - подумал он. - Хоть что-то конкретное мне удалось выяснить. А то – одни домыслы да домыслы… Конечно же, Старик не был со мной до конца откровенен, но его ответы выглядят вполне правдоподобно. Это даже большее, чем то, на что я рассчитывал вначале… Пора бы закругляться с беседой и нагонять приятелей! А то, глядишь, нарвусь лишь на очередные неприятности!» Но вместо того, чтобы подняться и пуститься в путь, Фридерик спросил:       - Скажи, Старик, если ты узнаешь, как освободить девушку, то сразу же это сделаешь, не так ли?       - Конечно, - заверил маг. – Можешь даже не сомневаться!       - Ах, - сказал хоббит. – Спасибо тебе преогромное! – И он, вскочив на ноги, порывисто обнял сидящего радом волшебника. Руки Старика сомкнулись за спиной хоббита: он нежно прижал молодого человека к себе.       - Знаешь, - промолвил Фридерик шепотом, - иногда мне почему-то бывает так страшно…       - Время для страхов пока не наступило, - произнес Старик и погладил хоббита по спине. – Возможно, оно и не наступит вовсе…       Фридерик еще плотнее прижался к волшебнику, даже положил подбородок на его плечо. При этом рука хоббита как-бы невзначай коснулась металлического обруча на голове Саари…       Затевая этот нехитрый маневр, молодой человек действовал интуитивно, даже не особенно отдавая себе отчета в подобных действиях. Возможно, некоторая недосказанность в речах Саари, которую ощутил Фридерик, побудила его к этому. Маг уж слишком заметно подбирал слова, словно старался не сболтнуть лишнего! Но возможно, было и нечто иное… Теперь уж не понять!       Металлический обруч, что стягивал волосы мага, обжег пальцы хоббита ледяной стужей! Молодому человеку стоило немалых усилий, чтобы не вздрогнуть и не отдернуть руку. Он осторожно высвободился из объятий волшебника…       - Скажи, Фридо, - промолвил, меж тем, маг. – Альфа ничего не рассказывала тебе про разговор Палландо с драконом?       - Нет, - не моргнув глазом, соврал хоббит. – А почему ты спрашиваешь?       - Видишь ли, мне очень хотелось бы знать, о чем они там беседовали. Драконы – столь древние существа, что к их мнению не грех и прислушаться! Но Палландо почему-то темнит… Альфа же умудрилась подслушать почти весь разговор!       - Вот как… - нахмурившись, промолвил хоббит.       - Поговори с псиной! Узнай, что она слышала.       - Хорошо, - заверил Фридерик. – Я поговорю. Но почему ты сам не хочешь с ней пообщаться?       - Со мной она говорить не станет! Кто я ей такой нынче?       - Хорошо, - вновь промолвил хоббит, думая о своем. – Но ведь Палландо не узнает о нашем разговоре?       Старик положил руки на плечи молодого человека и повернул его к себе. Взгляд его глаз был глубоким и пытливым. Казалось, маг пытается заглянуть в самые глубины сознания хоббита. Фридерик даже, непроизвольно, отстранился.       - Палландо не следует знать содержания нашего разговора, – произнес Старик, глядя в очи хоббиту. На миг тому почудилось, что в глубине белых глаз мелькнули всполохи яростного пламени.       - Конечно… - пролепетал Фридерик.       - Вот и ладненько!       С этими словами волшебник поднялся, но так и застыл на месте, глядя куда-то вдаль.       - Проклятье! – произнес он сквозь зубы.       Обеспокоенный хоббит постарался проследить за взглядом мага. Прямо напротив того места, где остановились путники, пролегала длинная поляна или просека - не понять. Взор мага, казалось, был прикован именно к ней, но ничего тревожного молодой человек не разглядел. Разве что… Небольшое, сизое облачко на фоне лазурного неба повисло где-то вдали!       - Дымок какой-то, – промолвил Фридерик. – Пожар, что ли?       - Нет, - ответил Саари. – Если бы горел лес, дым был бы куда темнее и, клубясь, подымался вертикально… Нет! Это дым от костров! Где-то, невдалеке, расположен чей-то лагерь или селение. Нам надо как можно скорее догнать наших друзей!       И маг, даже не глянув в сторону оторопевшего молодого человека, стремительно кинулся в лесную чащобу.       Фридерик старался не отставать, хотя это давалось молодому человеку с большим трудом. Поглядывая на мелькающий где-то впереди, средь деревьев, серый плащ волшебника, хоббит думал: «Я не мог ошибиться! Прикоснувшись в обручу на голове мага, я ощутил то же, что и от прикосновения к браслету на шее собаки! Это должно что-то означать! Неужели Старик не «просто так знал Альфу»? Неужели маг и псина чем-то связаны друг с другом? Может быть, именно это и было тем, что Саари так тщательно старался утаить?»              - Где вас носило? – Такими словами встретил Палландо хоббита и белоглазого волшебника, когда те настигли небольшой отряд. Фридерику показалось, что маг выглядит озабоченным.       - Ты видел дым над лесом? – вместо ответа спросил Саари.       - Да, - коротко кивнул маг. – Нам следует поторопиться!       Впрочем, не успели путники пройти и сотни ярдов, как собака вдруг зарычала. Шерсть на ее загривке стала дыбом.       - Тише, Альфа, - взмолился Фридерик. Но псина лишь оскалилась и залаяла. И тут же из-за деревьев выступили молчаливые, высокие воины. И не менее десятка стрел нацелились в голову каждого из странников. Мерик приглушенно ойкнул и негромко спросил:       - Кто это?       - Беорнинги, кто ж еще… - проворчал Чача. – Ненавижу стрелы!       - Стоять! Не двигаться! – раздался поблизости властный голос.       Альфа залаяла еще громче. Фридерик, памятуя недавние слова Саари, обеими руками схватил собаку за холку и постарался успокоить.       - Дайте, я с ними побеседую! – воскликнул гном. – Мы, гномы, всегда были в дружбе с этим народом. Вот увидите, я с ними быстро договорюсь!       - Ну-у, побеседуй… - промолвил Палландо, пожав плечами и поглядывая куда-то в сторону.       Меж тем Фридерик, прижавшись всем телом к псине, с удивлением разглядывал незнакомых мужчин. Все они были, как один, высоки ростом, черноволосы, с волнистыми, окладистыми бородами. Короткие, серые плащи, накинутые на плечи, не скрывали крепкого телосложения, а голенища кожаных сапог подымались выше колен. В их сильных руках поскрипывали натянутые до предела луки, а на поясе покоились ножны с короткими мечами.       - Сыны Беорна Великого! – громогласно воскликнул гном. – Неужто, подымите вы свое оружие против мирных странников?       С этими словами Чача смело шагнул навстречу молчаливым воинам, разведя в стороны пустые руки. Тут же несколько остроконечных копий уперлись в грудь гнома, и он, невольно, остановился.       - Кто такие? Что делаете в наших землях? – промолвил всё тот же голос.       - Хрр… - Чача уперся руками в бока и широко расставил ноги, не двигаясь с места. – Чего это ты прячешься за чужими спинами? Выходи на свет, тогда и поговорим! А то я что-то не понял, с кем это я беседую?       - Сейчас поймешь! – прозвучало в ответ. Ряды воинов на миг разомкнулись, и на прогалину ступил невысокий, седовласый мужчина. Он мало чем отличался от прочих беорнингов, только выглядел куда старше других. Буквально старик среди детей.       - Кто ты? – спросил Чача.       - А кто – ты? – промолвил суровый незнакомец. – И что делаешь в наших исконных землях? Предупреждаю, еще раз повторять этот вопрос я не намерен!       - С каких это пор вековечный Трандуил стал вотчиной беорнингов? – осведомился гном.       - Пристрелить их, и дело с концом… - проворчал один из воинов.       - Пристрелить? – откликнулся Чача. – Вот, значит, как нынче встречают гномов в лесах заповедной пущи! Хороши дела! Может быть, я что-то пропустил? Неужели беорнинги не друзья более гномам?       - С народом Эребора мы по-прежнему в дружбе, - промолвил седовласый воин. – Но это не касается прочих гномов!       - Так знайте, меня зовут Чаиндиржах Чахарамурда из рода Мануимов! – подбоченясь, гордо произнес гном. - Имя мое известное! Ни раз, и ни два гостил я у своих родственников - властителей Подгорного королевства! Если не верите, спросите! Любой гном за сотню миль от Одинокой горы знает мое имя!       - Чаих… Как? – прищурившись, поинтересовался другой воин.       - Хм… Вообще-то, - покосившись на спутников, промолвил гном, - друзья произносят мое имя сокращенно: Ча-ча!       Серые воины, как по команде, расхохотались.       - Не вижу тут ничего смешного! – надувшись, заметил гном.       - И кто ж твои попутчики, Ча-ча? – спросил седовласый. Фридерик отметил, про себя, что в поведении «старика» не было той враждебности, которая исходила от прочих воинов.       - Попутчики? Хрр… Вот эта пара почтенных старцев – известнейшие в Средиземье маги, и горе тем, кто подымет руку на их друзей!       - Маги, говоришь? – удивленно воскликнул «старик» и даже отступил на шаг. – Много сказаний ходит про величайших волшебников древности! И хороших, и не очень… Не думал, что мне доведется повстречаться с ними. А имена у волшебников есть?       - Меня зовут Палландо, - промолвил хмурый маг. – А моего друга – Саари.       - Никогда о таких даже не слыхивал! А что это за малыши с вами?       - Это мои внуки! – соврал Чача, даже глазом не моргнув. Хоббиты только удивленно воззрились на гнома. Мерик даже рот раскрыл, готовясь возразить, но приятели дружно поддали ему под бок, и он так и остался стоять с раскрытым ртом. – Зовут их Мерик, Томми и Фридо…       - Внуки? Гномы, что ли? – переспросил «старик». – Не очень-то они похожи на гномов!       - Как это, не похожи? – возмутился Чача. - Самые обнакновенные гномы! А что?       - Где ж их бороды? – с усмешкой спросил седовласый воин.       - Бороды? Хм… Бороды у нас, гномов, только к пятому десятку лет отрастают, уважаемый! – заявил Чача. – А внучатам моим еще и тридцати годков нет!       - А почему они босиком?       - Босиком? Хм… Рано им ишо сапоги носить! У них ишо подошвы ног не загрубели…       - А где же ваши знаменитые на весь свет колпаки?       - Мы т-те что, шуты гороховые? - проворчал Чача. – Колпаки только те гномы носят, что под землей живут. Чтоб, значит, пыль каменная в волосы не въедалась, чтоб не чесалось…       - Что ты с ними цацкаешься? – промолвил тот же молодой воин, что предлагал «пристрелить» путников. – Только время теряем…       - Помолчи, Тобольд, сестрин сын! – промолвил «старик», слегка повернув голову. – Ты у нас за дозорных отвечаешь! Вот и ответишь, почему эта компания незамеченными пробралась в наши леса!       - Кто же мог знать, что они напрямик через горы попрутся? – хмуро возразил тот, кого звали Тобольдом.       - Теперь будешь знать!       - Может быть, опустите луки? – спросил Чача. – Я же сказал, мы мирные путники и лиха не затеваем.       - Мирные, ишь, - проворчал «сестрин сын». – У тебя, гном, за плечами боевая секира – думаешь, не заметил? И спутники твои вооружены!       - Так кто ж в наше смутное время да по дремучим лесам без оружия бродит? - искренне удивился гном.       - Не будем отвлекаться, - произнес Палландо. – Наши имена и кто мы такие, ты знаешь. А как же тебя величать, уважаемый?       - Вот-вот… - проворчал Тобольд. – Ты с ними еще поговори…       - Я сказал – помолчи! – рявкнул «старик». – А еще лучше, собери-ка своих воинов и возвращайся назад! Нечего тут тебе более делать! Дозорных лучше выставь у перевалов! Здесь я и сам разберусь!       Молодой воин только негромко выругался, сплюнул и, махнув рукой, последовал в чащу леса. За ним, недоверчиво поглядывая на незнакомцев, направилась и часть дружины. Прочие воины опустили луки, но стрелы с тетивы так и не сняли.       - Меня зовут Шандор, - промолвил «старик», повернувшись к магам. – Шандор, сын Бретта. Я - глава клана «большого медведя».       - Клана? – переспросил Мерик.       - У беорнингов нет центральной власти, - пояснил Палландо. – Нет ни короля, ни князя, как у прочих людей. Потомки Беорна живут кланами. Это общность нескольких, связанных кровными узами семей. У каждой такой семьи есть свой вождь, но глава клана – только один. Всего в кланах две-три сотни воинов, не считая женщин, детей и стариков. Иногда, если есть такая необходимость, главы кланов собирают Совет, но во всем прочем они проводят самостоятельную политику и обитают в пределах определенной, собственной территории. Сколько же всего кланов живет нынче в лесах Великой пущи, думаю, не знают и сами беорнинги…       - Ты прекрасно осведомлен об устройстве нашей общины, волшебник, - прищурив глаза, сказал Шандор. – Похоже, тебе уже приходилось пользоваться гостеприимством моего народа!       - Да уж, - проворчал маг. – Гостеприимство клана «горностаев» я не скоро забуду!       - А-а, - старик махнул рукой. – Их вожди собирают вокруг себя одни горячие головы… Мы не водим дружбы с «горностаями», но и вражды меж нами нет!       - Хоть одно приятное известие за последние дни, - буркнул волшебник.       - Впрочем, вы так и не объяснили, каким ветром вас занесло в наши земли, - напомнил Шандор. При этом он обращался именно к магам, хотя гном, всё еще гордо подбоченясь продолжал стоять меж «главой клана» и волшебниками.       - Мы направлялись от степей, что вблизи Гиблых пустошей, к верховьям Андуина, - промолвил Палландо. – Там, у каменного кургана мы должны повстречаться с нашими друзьями.       - Кто они?       - Мм… Северянин по прозвищу Странник и девушка, которую зовут Меной, - неохотно сообщил маг.       - Северянин, говоришь… Хм… Отступник, другими словами… - И Шандор, отодвинув в сторону гнома, вплотную приблизился к магу. Фридерик заметил, как напряглись воины-беорнинги.       - Я что – мебель? – возмущенно воскликнул Чача.       – Я дам тебе один совет, волшебник, - негромко произнес беорнинг, не обратив даже малейшего внимания на гнома.       - Я слушаю…       - Пореже упоминай в этих землях про отступников! Их набеги на Эсгарот и мирные селения Дола еще свежи в памяти местных жителей. А люди Приозерного королевства – наши союзники, как никак…       - Я запомню, - хмуро пообещал маг.       - Странник, Странник… Хм… - продолжал, меж тем, беорнинг, покачав головой. – Это, что ли, такой высокий, темноволосый воин с искалеченным лицом? – Палландо кивнул. – Я его знаю! Он бывал в наших краях. Уж ничего плохого не могу сказать про него. Однако это, по-прежнему, никак не объясняет, почему вы оказались в наших землях! Почему не воспользовались западным перевалом?       - Западный перевал для нас закрыт, - ответил Палландо. – В ту сторону направляется изрядная ватага орков вместе с волками…       - Орки с волками направляются на запад? – воскликнул изумленный беорнинг. Даже его воины зароптали. - Я правильно тебя понял?       - Мы видели их многочисленные следы на равнине севернее Серых гор, - промолвил маг. – Собственно говоря, наши друзья и отправились в погоню за этими тварями, чтобы выяснить, что они затевают. С ними на разведку отправился друид по имени Имраим.       - Друид? Хм… - Шандор нахмурился. – Мы не водим дружбы с друидами и не привечаем их. От друидов – никакой пользы. Только и слышишь бесконечные наставления: этого нельзя, того не делай… А ведь мы живем в лесу! Нам надо из чего-то строить дома, готовить пищу, отогревать детей в лютые морозы. Нет, друидов мы даже на порог не пускаем! Но, кажется, мы отвлеклись! Куда же вы со своими друзьями собирались направиться, когда встретите разведчиков?       - Нам надо как можно скорее достичь Минас-Тирита, - сказал Палландо, бросив короткий взгляд на Саари.       - Пустая затея, - махнув рукой, промолвил беорнинг. – Все пути на юг перекрыты воинством Гондора! Лучше, возвращайтесь туда, откуда пришли… Орки с волками! Надо же!       - Мне кажется, - произнес Саари, - нам следует где-то присесть и спокойно поговорить. У нас есть сведения, которые тебе, главе клана, могут пригодиться! А нам, признаться, не терпится узнать, что происходит в Средиземье сегодня, поскольку последним известиям, достигшим нашего слуха, скоро уж исполнится месяц.       - За последний месяц многое переменилось, - кивнул беорнинг. – Хорошо! Следуйте за мной! А вот псину…       - Нет! – воскликнул Фридерик, крепко обняв свою любимицу.       - …держите покрепче, - закончил Шандор. – Не хватало еще, чтобы она напугала моих детишек. Собаки в наших краях встречаются редко. Не то, что волки…       - Она у нас очень милая и смирненькая собачка! – заверил Мерик.       - Вот пусть такой и остается… А вы, действительно, маги?       - А вы, действительно, беорнинги? – откликнулся вместо волшебников приятель.