To Trust (Довериться)

      Проснувшись, Гарри почуял запах чернил. Растерянно щурясь, он пытался всмотреться, но перед глазами все расплывалось. Где очки?       Поверхность под его щекой слегка сместилась, и Гарри выпрямился, осознав, что его голова покоилась на плече Северуса, который сидел рядом с ним и что-то писал на длинном свитке пергамента, лежавшем прямо в воздухе, словно на невидимом столе. Северус отложил перо и, повернувшись, надел на Гарри очки.       — Как долго я спал? — сонным голосом пробормотал Гарри.       — Чуть меньше двух часов, — ответил Северус. — Скоро ужин.       Лицо Гарри вспыхнуло. Он заснул на плече Снейпа после того, как чуть не разнес его кабинет и даже несколько раз ударил его? На целых два часа? А тот даже не передвинул его и оставался на месте все это время вместо того, чтобы просто уйти.       — Извините, — пробормотал Гарри, съежившись.       — Понятия не имею, за что, — Северус взмахом палочки отправил перо и пергамент на стол. — Или дневной сон отныне считается смертным грехом?       Гарри фыркнул и неожиданно для себя расслабился.       — Ты хочешь поужинать здесь или в Большом зале?       Гарри прикусил губу. Ему не хотелось покидать это маленькое, тихое место и пытаться запихнуть в себя еду в окружении сотен болтающих студентов. Но он и так отнял у опекуна кучу времени...       — Поужинаешь здесь, — не допускающим возражений тоном произнес Снейп.       Гарри кивнул, не поднимая взгляда.       Вскоре они уже сидели за маленьким круглым столом, уставленным едой. Гарри не мог заставить себя много съесть; в основном он просто перекладывал содержимое тарелки вилкой, лишь изредка поднося кусочек ко рту.       — Я был бы признателен, — негромко начал Снейп, — если бы ты объяснил мне, что именно произошло между тобой и мистером Малфоем.       Гарри отложил вилку, аппетит пропал окончательно.       — Почему вы хотите это знать?       Северус бросил на Гарри проницательный взгляд.       — Думаешь, я не поверю твоей версии событий?       Гарри глотнул воды, чтобы не отвечать на вопрос.       — Гарри, — вздохнул Северус. —Я достаточно хорошо умею определять, когда мне лгут. И я совершенно точно знаю, кто такой мистер Малфой.       — Мне никто никогда не верит, — почти неслышно промолвил Гарри.       — Я поверю.       Правда ли?       Он же поверил насчет Дурслей. А до этого никто и никогда…       Не то чтобы Гарри многим людям пытался рассказывать о своей жизни. Был случай в начальной школе, когда учитель спросил его о синяках на руках, которые остались после того, как Вернон слишком сильно схватил его, и Гарри, как идиот, рассказал правду. Когда Вернон узнал об этом, синяков стало еще больше, а Петуния оттаскала его за волосы и прошипела ему в лицо, что он должен быть благодарен за крышу над головой и не смеет рассказывать небылицы…       Снейп так не поступит.       Но сейчас он боялся не удара, а того взгляда, который опекун бросал на него, когда не верил словам Гарри или думал, что тот преувеличивает.       Мне все равно, что он подумает…       Вот только на самом деле ему было далеко не все равно.       Гарри встретился взглядом со Снейпом.       — Я не знаю, почему Малфой так зациклен на мне, — выпалил он. Как только он начал говорить, возникло ощущение, что ему жизненно необходимо выложить все как есть, и даже если ему не поверят, это будет того стоить. — Когда мы встретились в Лютном переулке, он решил, что я просто бездомный мальчишка. Потом, догадавшись, кто я такой, он нашел меня в поезде, и… и оскорбил Гермиону и Невилла.       Гарри бросил взгляд на Снейпа, который, казалось, не любил гриффиндорцев в принципе, а конкретно Невилла считал полнейшей бездарностью. Однако лицо опекуна оставалось абсолютно невозмутимым.       — Он обозлился, когда я велел ему выметаться из купе, и в Хогвартсе не упускал случая приставать ко мне, толкаться, называть меня уличной крысой, а моих подруг — грязнокровками…       Снейп отрывисто выдохнул, но ничего не произнес.       — Однажды он просто стянул с меня очки и раздавил их. Я понятия не имею, почему, — Гарри стиснул зубы. — Я не давал ему повода! Я не хотел иметь с ним ничего общего, но он никак не оставлял меня в покое.       Снейп наклонил голову.       — А что привело к недавней драке?       Гарри уставился в свою тарелку.       — Он оскорбил мою мать, — пробормотал он.       — Прошу прощения?       Подняв голову, Гарри с яростью в голосе воскликнул:       — Он оскорбил мою маму, ясно? — он сжал кулаки. — И я не сожалею, что поколотил его; меня не волнует, сколько отработок я за это получу!       Выражение Снейпа было абсолютно нечитаемым, но сердитым он не выглядел. Хотя сейчас Гарри, пожалуй, предпочел бы последнее, чтобы иметь повод выплеснуть свой гнев.       — Его мать жива, а моя умерла, — Гарри стиснул челюсти, чтобы губы не дрожали. — У него есть все, а он почему-то думает, что заслуживает еще большего. Что он имеет право использовать моих мертвых родителей как… как…       Гарри не договорил, с силой поставил стакан с водой на стол и уставился на него так, словно желал разбить его с помощью взгляда.       — Мистер Малфой больше никогда не останется безнаказанным за свои провокации.       Гарри поднял взгляд, закусив губу.       — Он скажет, что это я все начал, и… и… — он замолчал, когда Снейп поднял руку, чтобы прервать его.       — У меня нет причин не верить твоей версии событий. — Его губы сжались. — И я совершенно точно привлеку мистера Малфоя к ответственности за порчу твоих очков, а также за его грязный язык.       Гарри отвел взгляд. Он не поверит в это, пока не увидит все своими глазами.       — У меня будут неприятности?       Снейп вздохнул.       — Драка не может оставаться безнаказанной, тем более у вашей было полно свидетелей, так что да, отбывать наказание будете вы оба.       Гарри поморщился, но спорить не стал.       — Я попрошу профессора Флитвика, чтобы он назначил тебе дисциплинарное взыскание.       Глаза Гарри вспыхнули.       — А почему не вы сами?       Северус на мгновение прикрыл глаза.       — Я не в состоянии рассматривать эту ситуацию с должной степенью беспристрастности.       В груди у Гарри сжалось.       — Из-за Малфоя?       — Из-за тебя, глупое ты дитя! — раздраженно ответил Снейп, опустив ладони на стол. — Потому что ты — мой ребенок, и я боюсь, что не смогу наблюдать за вашей совместной отработкой, не выказав Драко своего… неудовольствия по поводу того, что он поднял на тебя руку. — Снейп поднял свой стакан, отпил воды, затем осторожно поставил его обратно на стол. — Поэтому ты будешь отбывать наказание с твоим деканом, а мистер Малфой — с Филчем.       Шокированный вздох вырвался из легких Гарри.       — Это… это тоже не слишком-то беспристрастно, — пробормотал он, уставившись в стол, не в силах встретиться взглядом с опекуном после его слов. Он назвал Гарри своим ребенком…       Отработка у Флитвика — просто вечеринка, если сравнивать с Филчем.       — Что ж поделать, мой моральный кодекс не слишком широк, — пожал плечами Снейп и прочистил горло. — В связи с этим считаю должным признать, что я был… слишком усерден в своей попытке наказать тебя за опасность, которой ты подверг себя на Хэллоуин. — Он встретился взглядом с Гарри, и на его лице отразился редкий намек на эмоции. — Я был напуган, и мои чувства выразились в гневе. Ты не должен был отбывать недельное наказание за ситуацию, в которую попал непреднамеренно. Это было слишком — ожидать, что ты убежишь, и наказывать тебя за то, что действовал инстинктивно.       У Гарри глаза на лоб полезли. Северус извинялся?       — Уверяю тебя, — медленно продолжил опекун. — Мистер Малфой будет весьма старательно избегать подобных провокаций после того, как мы с ним побеседуем.       Мир словно перевернулся с ног на голову. Это Гарри должен был понести более суровое наказание — так было всегда. Но ему практически сошло с рук то, что он побил Малфоя и пытался ударить Снейпа. Причем последний еще и извинился. Флитвик был самым дружелюбным профессором в школе (даже по сравнению со Спраут, которая, будучи в принципе очень доброй, в своих теплицах не допускала никаких вольностей), а Филч — желчным придирчивым старикашкой...       — А Филчу… ну… ему правда разрешено пользоваться розгами? — почти шепотом спросил Гарри. Как бы ему ни хотелось, чтобы Малфой исчез с лица планеты, даже он этого не заслуживал. Вернон обычно не тратил время на то, чтобы снять ремень; в основном он шлепал, пинал и отшвыривал Гарри, как футбольный мяч, но те несколько раз, когда он все же отпорол его, врезались в память Гарри, несмотря на то что ему ни разу даже не порвали при этом кожу. В этом было что-то унизительное, то, каким беспомощным он себя чувствовал, когда его вот так прижимали и заставляли терпеть. Когда его пинали, он по крайней мере мог предпринять хоть какую-то попытку защититься.       — Нет.       Гарри вскинул голову. Лицо Снейпа было еще бледнее, чем обычно, зубы стиснуты, а руки на столе сжаты в кулаки.       — Телесные наказания были отменены профессором Дамблдором, когда он стал директором школы, около тридцати лет назад.       Плечи Гарри слегка расслабились.       — Значит, до того, как вы поступили в Хогвартс?       Снейп склонил голову.       — Гарри… — он сделал паузу. — Подобные дисциплинарные взыскания никогда не будут применены ни к тебе, ни к любому другому ученику. Если же кто-то попытается это сделать, то последним, что он увидит в жизни, будет моя волшебная палочка.       Они продолжили трапезу в тишине, и Гарри даже удалось очистить тарелку: он жевал чисто машинально, в то время как его разум метался в попытке осознать, что он и правда не попал в беду. Северус не злится на него и не наказывает. Он позволил Гарри избежать наказания за неподобающее поведение, за которое в семье Дурслей… Гарри отогнал эту мысль. Однако труднее всего было понять не то, что он избежал наказания, а то, что… ради него было отодвинуто на задний план все. И Малфой, и школьные правила, и ожидание надлежащего поведения, совершенно точно не включающего в себя нападение с кулаками на своего опекуна. Судя по всему, Северус решил не обращать на все это внимания, а просто слушал и пытался исправить ситуацию. Северус не раз заявлял, что Гарри был его основным приоритетом, но Гарри в это не до конца верил. Однако теперь, когда факты были налицо, его недоверие развеялось целиком и полностью.       После ужина Гарри провел некоторое время над эссе. У него не было с собой учебников, но Северус дал ему экземпляр «Руководства по трансфигурации для начинающих», а также перо и пергамент.       — Зайди ко мне завтра вечером после отработки у профессора Флитвика, — сказал Северус, когда Гарри свернул пергамент и направился к двери.       Гарри с тревогой оглянулся.       — Зачем?       — Чтобы я мог удостовериться, что ты цел и невредим.       По губам Гарри расползлась улыбка.

* * *

      — Ты правда сломал Малфою нос?       Гарри закатил глаза на вопрос Энтони. Тот вертелся на стуле, так как освоил смягчающие чары, тему урока, добрых полчаса назад.       — Не верь всему, что слышишь, — вмешалась Су, прежде чем Гарри успел ответить. — Скорее всего он превратил Малфоя в жабу и отпинал его.       — Боже, — простонал Гарри, ударив кулаком по мягкой ​​поверхности того, что до заклинания было кирпичом. — Ну почему об этом известно всей школе?       Су ухмыльнулась.       — Сарафанное радио — это тебе не шутка, — она взмахнула палочкой, и ее губко-кирпич полетел прямо в лицо Энтони, который издал возмущенный вопль и каким-то образом сумел перенаправить его в сторону Гарри, даже не подняв палочку.       Гарри снова закатил глаза, а затем махнул палочкой в сторону стола Су, который тут же прогнулся под тяжестью учебников и рухнул грудой губчатого дерева и металла. Су в отместку окрасила волосы Гарри в зеленый цвет, а Энтони хохотал над ними так сильно, что с него слетели очки. Флитвик пытался игнорировать непосед, но в конце концов раздал каждому по куску металла с заданием закрепить пройденный материал.       — Мистер Поттер, пожалуйста, задержитесь на минутку, — попросил Флитвик, отпустив ребят после урока. Гарри напрягся, и, как только класс опустел, подошел к столу профессора. Флитвик сидел на стуле с очень длинными ножками, так что его лицо было на одном уровне с лицом Гарри.       — Сегодня вечером вы будете отбывать наказание под моим контролем.       — Да, сэр, — пробормотал Гарри, опустив глаза в пол, но поднял их, когда Флитвик прочистил горло. Профессор ободряюще улыбнулся, что было странно, учитывая обстоятельства.       — Увидимся здесь в семь, после того, как вы поужинаете.       — Да, сэр, — снова сказал Гарри и, сочтя беседу оконченной, направился к выходу.       — Прежде чем вы уйдете… — голос профессора остановил его у самой двери. — Возможно, вы бы предпочли привести волосы к привычному виду?       Лицо Гарри вспыхнуло; он забыл, что так и щеголяет с зеленой прической.       — Здесь будет достаточно простого Фините Инкантатем.       Гарри направил палочку на свои волосы и пробормотал заклинание.       — Превосходно!       Зеркала под рукой не было, но он поверил Флитвику на слово.       Гарри вышел и неохотно направился к кабинету истории магии. Он задумался над тем, чтобы прогулять урок — все равно ведь никто не заметит.       История магии могла бы быть интересной, если бы ее преподавал не скучный призрак. Зачем нам изучать гоблинские восстания? Разве не логичнее было бы знать о войнах волшебников, да и в принципе о развитии волшебного сообщества в Британии? Вот это было бы интересно… Да и про другие страны тоже неплохо было бы узнать.       Задумавшись, Гарри не заметил доспеха, носок которого слегка выдавался вперед, споткнулся об него и упал; его сумка распахнулась, а книги разлетелись в разные стороны.       — Да чтоб тебя, — выругался Гарри. Он перекатился на бок и осторожно пошевелил ногами. Не заметив никаких неприятных ощущений, он хотел было оттолкнуться от пола рукой, чтобы подняться, как вдруг запястье прошила резкая боль.       Просто замечательно.       Но оказалось, его «везенье» не закончилось — невдалеке послышались чьи-то торопливые шаги. Гарри вскинул голову и отшатнулся при виде Блейза Забини.       Он потянулся за палочкой, но слизеринец миролюбиво выставил перед собой обе ладони.       — Помощь нужна? — Забини протянул руку, словно желая помочь Гарри подняться на ноги. Гарри смотрел на него как на бомбу, готовую вот-вот взорваться. Мальчик закатил глаза.       — Поттер, серьезно. Если бы я хотел тебя проклясть, я бы уже это сделал.       Гарри нахмурился и ухитрился подняться без посторонней помощи. Скорее всего, запястье все же не сломано — иначе болело бы в разы сильнее, уж он-то знал.       Он настороженно посмотрел на Забини.       — Послушай, я… — тот сглотнул, внезапно смутившись. — Я хотел… э…. Я хотел извиниться. За то, что случилось с Малфоем и все такое.       Гарри растерялся.       — С чего бы тебе извиняться?       Забини отвел взгляд.       — В тот раз, когда он разбил твои очки, я пошел с ним только потому, что мне было любопытно. Насчет тебя. Он постоянно твердил, что знаком с тобой, но я понятия не имел, что будет так… как вышло. — Забини сцепил руки перед собой, на его щеках выступил румянец.       Гарри внимательно изучал его, не замечая никакой фальши в словах или поведении мальчика.       — Ну и как, удовлетворил свое любопытство? — нарочито небрежно спросил он.       Забини снова встретился с ним взглядом.       — Ты обычный человек, верно? Хочешь жить своей жизнью, как и все мы. А еще — книжный червь, раз уж ты на Рейвенкло.       Гарри опустил взгляд на свои разбросанные учебники. И три библиотечные книги, которые он только что взял. И еще одну из Запретной секции. Забини был прав.       — Давай помогу. — Не дожидаясь ответа, мальчик опустился на колени, чтобы собрать книги. Гарри тоже нагнулся, но с больной рукой он мало чем мог помочь.       Уложив книги в сумку, Забини передал ее владельцу, а затем посмотрел на правую руку Гарри, которая безвольно повисла у него на боку.       — Тебе, наверное, лучше отправиться в больничное крыло…       — Я в порядке, — пробормотал Гарри, пристраивая поудобнее сумку на плече. — Спасибо за помощь, я просто…       Забини преградил ему путь.       — Не будь идиотом, это же твоя рабочая рука!       Гарри сердито посмотрел на него, но пришлось признать, что слизеринец не ошибался.       — Ладно, схожу, — коротко кивнул он и направился было в сторону больничного крыла, но тут же остановился, так как Забини пошел вслед за ним.       — Тебе что, делать больше нечего? — раздраженно спросил Гарри, недоумевая, что задумал этот тип.       — Я иду с тобой. Тебе не следует бродить в одиночку, если только ты не умеешь колдовать левой рукой, конечно.       Вот и еще одна причина стать амбидекстром...       Гарри закатил глаза, однако больше не возражал, даже когда они достигли Больничного Крыла, и Забини задержался, вместо того чтобы уйти. Если ему так уж приспичило прогулять какой-то урок, то с чего бы Гарри его отговаривал?       Через несколько минут мадам Помфри уже лечила его, разглагольствуя об опасных коридорах. Закончив свои процедуры, она внимательно осмотрела Гарри.       — Выглядите лучше, — жизнерадостно отметила она. — Как я понимаю, вы придерживаетесь правильного питания?       — Да, мэм, — пробормотал Гарри, уставившись на колени и чувствуя на затылке взгляд Забини. К счастью, вопросов больше не последовало.       — Тогда можете быть свободны.       Гарри поспешил выйти из больничного крыла так быстро, как только мог, его лицо горело. К счастью, Забини промолчал, хотя на обратном пути не раз кидал в сторону Гарри задумчивый взгляд.       Гарри стало немного не по себе из-за того, что он нагрубил Забини. Ведь тот никогда его не задирал, да и сейчас просто хотел помочь.       — Спасибо, — сказал Гарри, подняв лицо, но не встречаясь взглядом с Забини. Это было несложно: тот был на несколько дюймов выше. Что, в общем-то, раздражало.       — Что ж, тогда до встречи, Поттер?       — Ага, до встречи.       Гарри не пошел на Историю магии; он предпочел уединиться в углу библиотеки и прочесть о ведьме, которая разработала антипризывные чары для волшебных палочек. Мадам Пинс подозрительно посмотрела на него, когда он проходил мимо, но, к счастью, единственные школьные правила, о соблюдении которых она заботилась, касались надлежащего обращения с библиотечными книгами.       Он воссоединился с однокурсниками в Большом зале за обедом; никто из них не дал ему понять, что его отсутствие на Истории Магии не осталось незамеченным.       Кроме Су.       — В следующий раз, когда будешь прогуливать уроки, возьми меня с собой, — пробурчала она.       Гарри издал удивленный смешок:       — Не знал, что у тебя такие наклонности.       Он испытывал искушение пропустить и Гербологию, совершенно не желая оказываться в непосредственной близости от Малфоя, но не мог позволить себе прогулять сдвоенный урок. Удивительно, но Малфой даже не взглянул в его сторону. Казалось, что тот намеренно избегает встречаться с ним взглядом.       Жизнь определенно налаживалась.

* * *

      Сердце Гарри болезненно колотилось в груди, когда он стоял у дверей класса Чар. Не то чтобы он боялся профессора Флитвика, но у него еще не было неприятностей ни с одним преподавателем, кроме Снейпа, так откуда ему было знать, каким бывает Флитвик в гневе?       Медленно вдохнув, Гарри толкнул дверь и заставил себя войти. Все было в порядке. Он был в порядке.       — Вы как раз вовремя, мистер Поттер.       Гарри поднял глаза и увидел Флитвика, сидящего за своим столом со стопкой пергаментов перед ним.       — Присаживайтесь, — он указал на одну из парт в первом ряду.       Гарри скользнул на сиденье и сел на самый краешек, не в силах расслабить плечи.       Флитвик одарил его улыбкой, которая казалась довольно неуместной, учитывая обстоятельства.       — Как прошла ваша неделя?       Гарри быстро моргнул.       — Э… хорошо.       Странный вопрос для отработки.       Флитвик склонил голову.       — Я рад это слышать. Я и сам прекрасно провел последние несколько дней. Поздней осенью каждый третий год в Северной Ирландии созревают плоды Пряничного дерева, и я вдоволь полакомился любимыми фруктами.       Гарри чуть не рассмеялся от непоследовательности своего декана, однако ему удалось ограничиться вежливым кивком.       — А теперь к делу.       Гарри снова напрягся.       — Я обнаружил, что вы отлично пишете эссе, поэтому, поскольку я считаю, что наиболее эффективными отработками являются те, которые требуют от студентов выполнения полезных и образовательных заданий, я был бы признателен за вашу помощь в проверке грамматики работ других студентов.       У Гарри чуть не отвисла челюсть. Флитвик хотел, чтобы он проверял чужие эссе? С какой стати он решил, что Гарри подходит для этого? Однако он знал, что лучше не спорить, и принялся за стопку пергаментов, которую Флитвик переместил на его парту вместе с пузырьком красных чернил. Имена студентов, которым принадлежали сочинения, невозможно было прочесть благодаря каким-то хитрым чарам, заблаговременно наложенным профессором, и Гарри развлекался, пытаясь угадать авторов по почерку.       Некоторые эссе явно были написаны студентами, получавшими уроки грамотности и каллиграфии, так что Гарри лишь оставалось завидовать безупречному почерку, а вот другие были не столь замечательными. В одном эссе к тому времени, когда Гарри закончил его исправлять, красных чернил оказалось больше, чем черных, и он тихо порадовался тому, что уже достаточно улучшил свой почерк, чтобы не опозориться.       Отработка закончилась раньше, чем он ожидал, и Гарри вышел из класса с чувством, что наказанием такое времяпровождение ну никак не назовешь. Он направился было по коридору в сторону своего общежития, но тут же развернулся, вспомнив, что должен зайти к Северусу.       — Итак, больничное крыло? — спросил Северус из-за своего стола, как только Гарри вошел. Ну само собой, ему уже доложили, несмотря на то что исцеление запястья не заняло и пяти минут.       Гарри бросил сумку на пол.       — Простое растяжение.       Северус поднял брови.       — И как это произошло?       Гарри вздохнул, опускаясь на сиденье по другую сторону стола.       — Я споткнулся. О носок доспеха, — заметив морщинки у глаз опекуна и прекрасно осознавая, что на этот раз он действительно не сделал ничего плохого, Гарри лукаво добавил: — Не хотите пойти и отомстить за меня?       — Наглец, — Северус раздраженно покачал головой, но Гарри заметил, что тот еле сдерживает улыбку. — Я рад слышать, что ты обратился за помощью по собственной воле.       — Ну… это же все-таки рабочая рука, — Гарри не собирался упоминать, что Забини практически силой затащил его в больничное крыло.       — Отработка прошла хорошо?       Гарри пожал плечами.       — Вроде да. Профессор Флитвик велел мне помочь ему оценивать эссе.       Северус фыркнул.       — Филиус отличный наставник, но его дисциплинарные навыки отвратительны.       — Какой ужас, — притворно посетовал Гарри, сдерживая ухмылку.       Северус отвесил ему подзатыльник, но такой легкий, что он походил на взъерошивание волос.       — Принимайся за домашнее задание.       Так Гарри и поступил.