To Trust (Довериться)

      Все бешено завертелось, и Гарри, отлетев назад, отпружинил от стены и растянулся на полу.       Он зажмурился, чтобы унять головокружение, а открыв глаза, увидел в нескольких футах от себя Невилла с поднятой палочкой и разинутым ртом. Гарри поднялся на ноги, мысленно возблагодарив судьбу за чары смягчения, наложенные Люпином на стены и пол, и усмехнулся.       — Это… я сделал? — неверяще пролепетал Невилл, глядя на свою палочку так, словно она действовала сама по себе.       — А кто ж еще, — подняв бровь, хмыкнул Гарри.       — Ничего себе…       — Отлично, Невилл! — тепло улыбаясь, похвалил его подошедший Люпин. — Как я уже говорил, все дело в уверенности, поэтому прежде всего важно верить в себя, — похлопав Невилла по плечу, он направился к парам других студентов.       Он действительно классный учитель, подумал Гарри, глядя вслед уходящему Люпину. Невиллу никак не давалось отбрасывающее заклинание, которое они проходили еще с Квирреллом, и даже наставления Гермионы не сдвинули дело с мертвой точки. А после пары уроков с Люпином Невиллу удалось выполнить его лучше почти всех остальных. Пропустив большую часть уроков предыдущей недели из-за болезни, профессор, к счастью, снова вернулся к преподаванию. Его отсутствие расстроило ребят, но по крайней мере оно длилось не слишком долго.       Кстати, что было с Люпином? Он и сейчас выглядел неважно, да еще и стал прихрамывать.       — Хочешь теперь ты попробуй, — предложил Невилл, вытягивая Гарри из его мыслей.       Они попрактиковались еще немного, после чего Люпин отпустил их, и класс наполнился болтовней, пока все собирали свои вещи. Мысленно Гарри уже распланировал сегодняшний день: ему нужно было сбегать в библиотеку, закончить эссе, пообедать, а затем взять у Северуса метлу и встретиться у квиддичного поля с Су и Стивеном, которым он обещал дать покататься. Дома у обоих имелись приличные метлы, у Су даже была куда более продвинутая модель, но они смогут привезти их с собой не ранее второго курса.       Хоть какие-то плюсы того, что твой опекун — профессор, размышлял Гарри. Особенно с учетом того, как пристально Северус следит за каждым моим движением в последние дни.       Это раздражало, но уже не так сильно. Северус его ни в чем не ограничивал, а проводить каждый вечер в тишине его покоев было даже приятно. Он привык спускаться под мантией-невидимкой, так как Северус хотел, чтобы он приходил пораньше, сразу как заканчивались его рабочие часы, но его обязанности как декана иногда вынуждали его задерживаться в классе дольше обычного. Однажды Гарри чуть было не заявился прямо посреди беседы Северуса со старшекурсником, паниковавшим из-за предстоящих СОВ, а в другой раз ему пришлось подождать, пока тот закончит разбирательство со стайкой второкурсников, передравшихся между собой.       — Придется поступить именно так, — признал Северус, когда Гарри предложил появляться невидимым. — Ты всегда будешь моим приоритетом, и ждать за дверью я тебе не позволю. Если увидишь, что я занят, то просто тихонько проходи, и никто не обратит на тебя внимания.       Таким образом проблема была решена с помощью мантии-невидимки и заглушающих чар, чтобы Гарри не подслушивал приватные разговоры.       Сначала Гарри считал, что Северус будет настаивать на том, чтобы он ночевал в его покоях, но тот буркнул, что Гарри уж точно не нуждается в «социальной изоляции», и пообещал наложить на спальню первокурсников локальные следящие чары, которые предупредят его, если что-нибудь… случится. Гарри даже не пытался спорить. По крайней мере, эти заклинания не распространяются на всю территорию Хогвартса.       Итак, Северус не лукавил, когда говорил, что готов предоставить ему некоторую независимость, и подтверждением тому служил тот факт, что он оставил метлу на прежнем месте и не требовал от Гарри каждый раз сообщать о своем желании воспользоваться ею. Было приятно знать, что он доверяет Гарри и не думает, будто тому может в любой момент прийти в голову мысль броситься наземь с высоты.       Гарри забежал в Большой зал всего за десять минут до того, как еда должна была исчезнуть со столов, и торопливо наполнил тарелку тем, что первым попалось под руку. Наскоро пообедав, он поспешил на поле, чтобы встретиться со Стивеном и Су. Прибыв на место, он с удивлением обнаружил в их компании Рона Уизли, чей взгляд тут же метнулся к метле Гарри.       — Как тебе удалось протащить ее в школу? — удивленно и чуточку ревниво поинтересовался он.       — Я не протаскивал, — поняв, что попросить Рон постесняется, Гарри сам протянул ему метлу. — Мой… ну, в общем, она хранится у Снейпа.       Никто не возражал против того, чтобы Рон полетал первым, особенно с учетом его мрачного настроения с тех пор, как пропала его крыса. На данный момент все прекрасно понимали: Скабберс либо умер от старости, либо его кто-то съел.       Рон, насколько Гарри мог судить, летал неплохо. Первые несколько мгновений он приспосабливался к скорости метлы, но как только он освоился, стало очевидно, что он летает уже много лет. Когда он приземлился, его лицо на мгновение стало счастливым, но уже в следующий миг вновь приняло удрученный вид. Должно быть, он действительно любил эту крысу.       — Не то, чтобы он был особенно забавным, — пробормотал Рон, передавая метлу Су. — Он даже не сразу стал моим. Сначала он был у Перси.       Разве крысы живут так долго? Может, это какой-то магический вид?       — Сколько ему было лет? — спросил Гарри.       Рон пожал плечами.       — Не знаю. Довольно много. У него не хватало пальца на лапке, но я думаю, он был таким сразу — должно быть, Перси купил его со скидкой.       — А он не выглядел больным, прежде чем исчезнуть? — тема была рискованной, но это было все же лучше, чем промолчать, тем более Стивен к разговору не прислушивался, следовательно рассчитывать можно было только на себя.       — Нет. Он был таким же, как всегда.       Через некоторое время Су приземлилась, и в воздух взвился Стивен.       — Неужели все дело только в крысе? — спросила Су, отводя от лица взлохматившиеся волосы.       — О чем ты? — Рон был сбит с толку не меньше Гарри. Что Су имела в виду?       — Как ты и сказал, он был довольно стар и не интересен.       Гарри внутренне содрогнулся, ожидая гневной отповеди Рона, но тот промолчал.       — Я думаю, — через некоторое время негромко промолвил он, — дело в том, что, когда у меня появился Скабберс, я впервые почувствовал, что у меня… у меня есть что-то лично мое. — Рон уставился в землю, царапая грязь ботинком. — Да, он сперва был у Перси, но все же, понимаете…       Ответ Рона заставил всех троих погрузиться в молчание. Было интересно, что Су удалось моментально проникнуть в суть дела. В некотором смысле, Гарри мог понять Рона. В детстве ему никогда не позволяли иметь ничего своего, а те немногие вещи, которые ему удавалось раздобыть, надежно прятались, несмотря на то что это были всего лишь грошовые безделушки. Но для него они имели особенное значение, потому что принадлежали исключительно ему.

* * *

      Когда вечером Гарри вошел в покои Северуса, то не сразу понял, что происходит. Было что-то… не так в помещении, хотя он не мог точно определить, что именно. Может быть, размеры стали другими? Как такое вообще возможно?       А, ну да — магия.       Гарри взглянул на Северуса, привычно сидевшего за своим столом.       — Почему комната так странно выглядит?       — О, ты об этом, — Северус встал, подошел к нему, направил палочку на дверь рядом с ванной (дверь, которой вчера точно не было), и она распахнулась. Он легонько подтолкнул Гарри в плечо.       — Я оборудовал для тебя спальню.       Гарри растерянно посмотрел на Северуса.       — Вы оборудовали… зачем?       — Когда я обнаружил тебя спящим на моем диване, мне пришло в голову, что я не приложил должного усердия к тому, чтобы ты чувствовал себя здесь как дома.       — Но… это же ваши покои, — пробормотал Гарри.       Северус поднял бровь.       — Я в курсе.       Гарри оглядел комнату — небольшую, с застеленной темно-синими простынями кроватью и таким же ковриком на полу. У стены возле кровати стоял большой книжный шкаф, а напротив нее — письменный стол и стул. Была даже прикроватная тумбочка с лампой.       — Как вам удалось… — Гарри прервался, уставившись на Северуса со слегка приоткрытым ртом.       Северус чуть улыбнулся.       — Мне понадобилась помощь домовиков Хогвартса, которые умеют расширять пространство в соответствии со своими потребностями.       Гарри все еще не мог уложить это в голове.       — Вы… вы хотите, чтобы я спал здесь, потому что… потому что я… — Гарри покраснел. Если это из-за его… проблем…       Северус покачал головой.       — Ты волен спать там, где пожелаешь. Я просто хочу, чтобы у тебя была возможность выбора. Ты заслуживаешь большего, чем диван.       — О, — тихо выдохнул Гарри. Он подошел к кровати и прикоснулся к мягким простыням. — Вы не должны были этого делать.       Северус усмехнулся, подошел и провел рукой по волосам Гарри.       — Нелепый ребенок.       Гарри слегка откинул голову назад, улыбнулся, и смущение как-то улетучилось. Будет здорово иметь возможность улизнуть сюда в любой момент, когда захочется. В конце концов, у него впереди целые годы учебы.       — Спасибо.       Северус лишь покачал головой, опуская руку.       — Не стоит благодарности, но все равно пожалуйста. — Он сделал паузу. — Ты голоден?       Гарри пожал плечами.       — Это утвердительный ответ?       — Я не знаю.       Северус какое-то время изучал его, нахмурив брови.       — Пойдем в гостиную.       Гарри вышел из спальни вслед за Северусом и оказался за столом, уставленным чаем, печеньем и бутербродами.       — Меня беспокоит, — начал Северус, проводя пальцем по ручке своей чашки, — что ты не совсем в ладах с потребностью своего тела в пище.       Гарри поднял бровь.       — Что вы имеете в виду? Я ем трижды в день.       — Ты ешь, когда еда появляется на столе, но я подозреваю, что тебе и в голову не придет поискать какой-нибудь перекус, если почувствуешь голод между приемами пищи.       Гарри сделал глоток чая, не зная, что сказать. Прав ли был Северус? Он не замечал, чтобы такое случалось.       — Основываясь на том, что ты мне рассказывал, я понимаю, что в детстве ты часто голодал…       Гарри поставил чашку слишком резко, и чай выплеснулся через край.       — Какое это имеет значение? — напряженно спросил он. — Это в прошлом, сейчас я не голодаю.       — Правильное питание сейчас не устраняет последствий прежнего истощения.       Гарри хмуро уставился в свою тарелку, прикусив нижнюю губу.       Чего он от меня хочет?       — Это не критика.       Глаза Гарри метнулись вверх.       — Что же тогда?       Северус на мгновение задумался.       — Я полагаю, наблюдение, основанное на беспокойстве.       Гарри откусил нарочито большой кусок печенья.       — Я не собираюсь морить себя голодом, — проглотив, сказал он. — И не то, чтобы вы сами… — он оборвал себя, прежде чем сказать что-то, о чем пожалеет, но судя по выражению лица Северуса, тот прекрасно обо всем догадался.       Ну, это правда. Он тоже далеко не олицетворение здорового образа жизни.       Северус был очень худым, а о солнце он как будто и не слышал.       Гарри засунул остаток печенья в рот, чтобы был повод помолчать подольше.       — Полагаю, за этим стоит следить, — сказал Северус.       — Имеете в виду, еще и за этим, — пробормотал Гарри с набитым ртом.       — Именно.       Гарри вскинул голову от неожиданно серьезного тона Северуса.       — Я не буду извиняться за то, что забочусь о твоих интересах. — Северус выпрямился, его рот сжался в тонкую линию. — Пусть даже иногда результатом нашего взаимодействия окажутся выдранные друг у друга пряди волос.       Невольный смешок вырвался изо рта Гарри при этой мысленной картинке, и его плечи сами собой расслабились.       — Вы знаете, я не то, чтобы голодал, — Гарри почувствовал, что должен прояснить ситуацию. — Просто... они в основном не позволяли мне есть столько, сколько я хотел, или... или если я творил какое-то волшебство, они оставляли меня без еды.       Северус долго и пристально смотрел на Гарри.       — Ты понимаешь, — медленно проговорил он, — что отказ в пище — это крайне неуместная форма дисциплины, даже если ты и впрямь сделал что-то, заслуживающее наказания?       Гарри опустил глаза и пожал плечами.       — Это было лучше, чем… — его голос затих, и он уставился на свою чашку, но тут же вздрогнул от того, что она задребезжала. Неужели он снова потерял контроль над своей магией? Он вскинул голову и с еще большим изумлением увидел, что Северус стиснул зубы, а его пальцы так крепко вцепились в края стола, что побелели костяшки. Так это бушует магия Северуса?       Тот сделал несколько глубоких вдохов и закрыл глаза, дребезжание стихло.       — Мои… извинения, — сдавленным голосом произнес Северус.       Извинялся ли он за то, что потерял контроль над своей магией, хоть и ненадолго? Или за что-то другое? Из-за того, что Гарри недостаточно кормили? Но в том не было его вины.       Гарри решил не отвечать, вместо этого он выбрал сэндвич с огурцом и откусил от него кусочек. Он отложил бутерброд, когда Снейп перевел дыхание.       — Ничто, — начал тот сдержанным тоном, — не злит меня сильнее того, как с тобой обращались в этом доме.       Гарри вздохнул, и его затянувшееся напряжение улетучилось. Часто было трудно понять намерения Северуса, пытавшегося исправить поведение Гарри, даже если речь шла о такой мелочи, как количество съеденного. В семье Дурслей поведение и привычки Гарри никогда особенно не обсуждались. Никогда (за исключением случаев проявления стихийной магии) невозможно было узнать, бросили ли его в чулан, потому что он действительно сделал что-то не так, или просто хотели убрать его с дороги. Их никогда не интересовали его предпочтения в еде; они просто периодически совали ему тарелку и заставляли чувствовать себя недостойным даже этой малости.       А Северус только что чуть не разнес комнату всплеском магии, потому что был зол на людей, которые причинили Гарри боль, и хотел все исправить.       Гарри поднял глаза на Северуса, но не знал, что сказать. К счастью, от него ничего и не ждали.       После нескольких минут молчания, Северус снова заговорил.       — Ты уже думал о том, как хотел бы провести Рождество?       Гарри, сбитый с толку, поднял взгляд от своей тарелки, но перемена темы его порадовала.       — Что вы имеете в виду?       Северус саркастически поднял бровь.       — Повторить вопрос по-французски?       — Я бы предпочел валлийский, — ехидно произнес Гарри.       Уголки губ Северуса чуть приподнялись.       — Я полагаю, твое недоумение вызвано тем, что тебе никогда раньше не задавали такого вопроса?       Гарри пожал плечами.       — Думаю, да. Я не задумывался над этим.       — Тогда я предложу свой вариант, а ты выскажешь свое мнение, — сказал Северус.       Гарри медленно кивнул. Зачем Северусу его мнение? Гарри предполагал, что они останутся в Хогвартсе на двухнедельные каникулы, да он и в принципе не считал Северуса человеком, который будет что-либо праздновать.       — Я полагаю, что рождественский пир в Хогвартсе может предложить больше с точки зрения… развлечений, — Северус прочистил горло. — А после Рождества мы проведем остаток каникул дома, так как я считаю, что смена обстановки пойдет нам обоим на пользу. — Он сцепил руки. — Ты согласен?       — Э… конечно. Было бы неплохо выбраться отсюда ненадолго.       Северусу явно было важно, чтобы Гарри высказался, но ему и правда нечего было добавить.       — Должен сказать, — с некоторой неуверенностью продолжил Северус, — мой опыт в организации мероприятий, которых, похоже, жаждут большинство детей в это время года, крайне скуден.       Вот оно что. Он просто знает об этом не больше, чем я.       Гарри улыбнулся.       — Меня все устраивает. Нет ничего особенного, чего бы я ожидал.       — Очень хорошо.       Они снова замолчали, и Гарри принялся рассеянно играть с крошками печенья на своей тарелке.       — Много ли людей остается в Хогвартсе на Рождество? — спросил он.       Снейп покачал головой.       — Небольшая горстка студентов. И слава Мерлину.       Гарри фыркнул.

* * *

      Следующие недели прошли без происшествий, и вот до начала каникул остались считанные дни. Территорию школы укрыл глубокий снег, а озеро покрылось крепким слоем льда. Хоть большинству студентов и приходилось теперь носить плащи и перчатки в продуваемых сквозняками коридорах, однако холод, похоже, не мешал многим из них резвиться в снегу и кататься на коньках по озеру. Падма загорелась идеей поставить всех своих друзей на лед, и Гарри был рад, что ему сразу удалось устоять на ногах, а не упасть вниз лицом, как случилось с Майклом. Лиза вообще отказалась ступить на лед, заявив, что он не выдержит их веса, они провалятся и станут пищей Гигантскому кальмару.       — Мне так жаль, — громко заявил Малфой однажды за завтраком, — всех тех, кто должен остаться в Хогвартсе на Рождество, потому что дома они никому не нужны.       Гарри бы и не обратил на слова Малфоя никакого внимания, если бы его взгляд не упал в тот момент на Северуса, лицо которого выражало крайнее негодование.       Неужели Малфой адресовал это замечание Гарри? Что ж, в таком случае он промахнулся — ведь дом у Гарри теперь был, и он уж точно не был там нежданным гостем. Тем не менее, было довольно жестоко сказать такое во всеуслышание, ведь в Хогвартсе явно учились и те, кому и впрямь некуда отправиться на каникулы.       — Мы уже отметили Хануку в начале месяца, — сообщил Энтони. — Так что у нас с сестрой дома будет что-то вроде второй Хануки.       — Кто-нибудь остается здесь? — спросила Падма.       Потолок Большого зала внезапно потемнел, так как небо резко затянуло тучами. Гарри поежился, хотя в помещении осталось так же тепло, как и прежде. Странно.       — Я, но только на первые несколько дней, — сказал Гарри, пытаясь не обращать внимания на неуютное чувство.       — О, правда? Хорошо, что сказал: наша сова должна знать, куда принести твой подарок.       Гарри замер. Подарок? Падма собиралась отправить ему подарок? А может, не только она? Гарри и в голову не приходило, что ему могут что-то прислать, и он, конечно, ничего не приготовил.       Может быть, есть способ как-то заказать товары из Хогсмида? Не может же быть, что в мире магии это невозможно?       Северус знает наверняка. Гарри мог только надеяться, что ему удастся что-нибудь сообразить к Рождеству, иначе он будет выглядеть крайне неблагодарным. Почему для остальных такие вещи кажутся столь очевидными, что о них упоминают лишь вскользь?       Гарри не сводил глаз с Северуса до конца трапезы, и как только тот встал и направился к выходу, Гарри поспешил за ним.       — Кажется, я единственный, кто не купил всем подарки на Рождество, и я буду выглядеть так, будто я…       Северус обернулся у дверей Большого зала.       — Гарри, дыши.       Гарри захлопнул рот и вдохнул через нос.       — Есть, сэр. Довольны?       Северус закатил глаза.       — Пребываю в полнейшем восторге. Идем со мной, мне нужно подготовиться к уроку.       Гарри подстроился под быстрый шаг Северуса.       — Есть ли способ заказать подарки к Рождеству? Откуда мне было знать…       — Я уверен, твои друзья не станут думать о тебе хуже, если не получат от тебя подарков. Но да, их вполне можно заказать совиной почтой.       В попытке не отстать от Северуса, Гарри один раз чуть было не запнулся.       — И что я должен им дарить? — запыхавшись, поинтересовался он.       Северус не дал ответа до тех пор, пока они не оказались в его кабинете, и он не начал разбирать стопку пергаментов.       — Я предлагаю тебе учесть интересы твоих друзей и купить подарки, наиболее подходящие для каждого из них, — сказал он, мельком посмотрев на него.       Гарри опустился на диван, закусив нижнюю губу.       Су любит квиддич, как и Рон, так что, может быть, стоит подарить им что-то для квиддича? Однако купить Рону метлу он точно не мог, а у Су и так было все необходимое.       С Гермионой куда проще. Он просто должен убедиться, что той книги, которую он выберет, у нее еще нет.       Энтони? Тут посложнее. У него было много интересов, но они менялись день ото дня. В последнее время они с Падмой увлеклись плюй-камнями, может подарить им по набору?       Что делать с Невиллом? Он любит растения, но дарить комнатный цветок как-то странно.       И, самое главное, Северус. Он больше всего хотел сделать подарок именно ему. Но что придумать? Насколько он знал, Северуса интересовали в основном зелья, книги и исследования, однако не дарить же ему ингредиенты для зелий!       После долгих раздумий Гарри набросал примерный список подарков и, закончив его, испустил длинный, усталый вздох. И тут ему пришло в голову, что испытывать беспокойство из-за такой вещи как вручение подарков не так уж плохо. Приближалось Рождество, и впервые в его жизни это действительно имело значение.