Кровь и Слёзы

Эти воспоминания… Они до жути неприятные, будто острые осколки стекла, впивающиеся в сознание. Но что это за воспоминания, о которых ты успел забыть? «В пустом кафе, где тишина обычно царила как хозяйка, вдруг раздался резкий женский крик: — Да как ты можешь такое говорить?! Я не обязана перед кем‑либо оправдываться! Я ничего не сделала! — её голос звенел от возмущения, эхом отражаясь от голых стен. — Нет, он мне не нужен! Слышишь?! Я не чья‑то нянька! У меня своих забот выше головы, работа, счета, собственная жизнь! Мне не нужна обуза, понимаешь?! Не нужна! — она задыхалась от гнева, слова вырывались сами, словно давно копившиеся внутри. — Я не собираюсь тащить на себе ещё и это! Хватит с меня! – Нервно сбросив звонок, она с силой швырнула телефон в стену. Аппарат с глухим стуком ударился о кирпичную кладку и упал на пол, экран треснул, словно отражая её внутреннее состояние. Несколько мгновений она стояла неподвижно, пытаясь унять бешеное биение сердца. Глубокий вдох, ещё один… Постепенно дыхание стало ровнее. Она обернулась, чтобы посмотреть на часы, и вдруг замерла. — Ох, Господи! — от неожиданности молодая особа подпрыгнула. На пороге стоял мальчик. Его маленькая фигура казалась почти призрачной в тусклом свете, пробивающемся сквозь витрину. Только ярко‑голубые глаза сверкали, словно два холодных огонька, безошибочно нацелившись на неё. В их взгляде не было ни детской наивности, ни любопытства, лишь холодная, почти взрослая злость. — Ах… Привет? — девушка постаралась произнести это как можно мягче, чтобы не напугать мальчишку. Она отчётливо понимала: он слышал каждый её крик, каждое резкое слово. — Почему ты тут, а не в приюте? — голос звучал ровно, но внутри всё сжималось. От ребёнка исходила такая явная негативная энергия, что по спине пробежал неприятный холодок. — Это ты её убила? — спросил мальчик без тени эмоций. Ни один мускул на его лице не дрогнул. Он продолжал смотреть прямо в глаза, будто пытаясь разглядеть там ответ. Девушка замерла. Вопрос десятилетнего ребёнка оглушил её, словно удар грома посреди ясного неба. Шок быстро сменился нервной дрожью, когда их взгляды снова пересеклись. — Что ты такое говоришь?! — её голос дрогнул, но она тут же взяла себя в руки. — Я бы никогда не поступила так ужасно с человеком, тем более со своим лучшим другом! — она старалась говорить уверенно, но выражение лица выдавало волнение. Мальчик молчал. Он чувствовал ложь, или ему казалось, что чувствует. Это лишь усиливало закипающую внутри ярость. Немного постояв и пристально глядя на женщину, ребёнок медленно развернулся, собираясь уйти. Но прежде чем переступить порог, он снова обернулся. — Когда я вырасту… — его голос звучал тихо, но в нём слышалась железная решимость. Он посмотрел в сторону ненавистной ему особы, и в его глазах вспыхнул недетский огонь. — Я вырву твой лживый язык! Эти слова повисли в воздухе, словно ледяной туман. Женщина замерла, поражённая не столько угрозой, сколько выражением лица мальчика. Такого взгляда не должно быть у ребёнка, в нём читалась зрелая, почти звериная ненависть. — Что за ужасные вещи ты говоришь?! — воскликнула она, пытаясь скрыть страх за возмущением. Но по его взгляду было ясно: он вполне серьёзен и не отступится от своих слов. — Никогда не забывай, чей я сын! — бросил он напоследок и вышел, оставив за собой лишь тишину, тяжёлую и давящую, как свинцовое небо перед бурей.»              Яркий свет ослепляет и раздражает глаза, особенно рано утром. Лучи солнца, пробивающиеся сквозь распахнутые шторы, заставили голубоглазыго юношу прищуриться. Он с трудом сфокусировал взгляд и наконец понял, откуда исходит этот нестерпимый свет. — Тебе обязательно надо было так рано вставать?! — возмущённо воскликнул блондин, приподнимаясь на локтях. В ответ на его ворчание в лицо тут же брызнула прохладная вода из пульверизатора. — Эй! — Ясу инстинктивно отпрянул и принялся вытирать лицо краем одеяла. — С добрым утром! Тебе надо выпить лекарство — с весёлой ухмылкой произнёс Ханма, встряхивая сосуд с водой. Его глаза искрились от едва сдерживаемого смеха. — В девять утра?! — Ясу недовольно скривился. — Не слишком ли рано? — Нет, всё по расписанию, дорогой брат. Я буду следить за твоим лечением! — с гордым видом заявил парень, протягивая стакан воды с таблетками. — Не хочу, чтобы ты помер. — Я тебя переживу, умник… — пробурчал блондин, беря таблетки и запивая их водой. — Ты, кстати, всю ночь ворочался. Что, плохое что-то снилось? — в голосе Ханмы прозвучала искренняя тревога. Он внимательно посмотрел на друга, слегка наклонив голову. — Всякая фигня. Я вообще не планировал ложиться — потянувшись, светловолосый неохотно поднялся с кровати. Его движения были замедленными, а лицо всё ещё хранило следы усталости. — Ты болеешь. Не удивительно, что уснул посредине фильма— пожал плечами златоглазый, направляясь к двери. Спустя пару минут заботливый брат уже тащил Ясу на кухню. В воздухе постепенно разливался аромат свежесваренного кофе и поджаренного хлеба. Пока Сюджи возился у плиты, готовя завтрак, блондин рассеянно смотрел в окно, погружённый в свои мысли. В голове снова и снова прокручивались обрывки ночного сна. «Это не могут быть воспоминания. Я даже не помню подобного разговора, а уж тем более ту женщину — мысленно повторял он, хмурясь. — Это чувство боли… Почему-то не покидает меня после этого отвратительного сна…» — О чём задумался? — перед носом Имауши внезапно возник аппетитный омлет, от которого поднимался лёгкий пар. — А… Да ни о чём — парень слегка потупил взгляд, но тут же взял вилку и приступил к трапезе. Спустя пару часов Ханма уехал в школу, оставив друга отдыхать. Однако Ясу и не собирался следовать рекомендациям. Решив, что ему нужна прогулка, блондин оглядел комнату в поисках ключей. Но, вспомнив, что они остались у брата, без раздумий направился к окну. «Конечно, не слишком безопасно оставлять дом открытым — мелькнуло у него в голове. — Но сидеть взаперти ещё хуже». Тридцать минут прогулки прошли спокойно. Свежий воздух приятно бодрил, а мягкий солнечный свет согревал кожу. Но на тридцать первую минуту Ясу повстречал того, кого меньше всего хотел видеть. — Ого, а я думал, ты болеешь — незнакомец подошёл почти вплотную, внимательно разглядывая его лицо. Его голос звучал насмешливо, но в глазах читалось неподдельное любопытство. — Отстань! — выставив руки вперёд, блондин резко отвернулся. — Нет уж, ты пойдёшь со мной! — парень крепко схватил Ясу под руку и потащил в неизвестном направлении. Его хватка была железной, а движения резкими и решительными. — Эй, куда ты меня тащишь, придурок?! — голубоглазый изо всех сил пытался вырваться, но слабость от болезни брала верх. В итоге он смог лишь покорно следовать за своим настойчивым спутником. Спустя пятнадцать минут они подошли к небольшому дому с выцветшей крышей и обшарпанными ставнями. Ясу никогда не был в этом месте и уже начинал жалеть, что вышел на улицы Сибуи без сопровождения Ханмы. — Куда ты меня притащил?! — выдергивая руку, гневно выкрикнул Имауши. Его голос дрожал от раздражения и тревоги. — Ко мне домой. Мне нужно с тобой кое-что обговорить… — парень наконец остановился и повернулся к Ясу. Его чёрные, как ночь, глаза излучали странный, почти пугающий блеск. — Со мной? Тебе? — изогнув одну бровь, блондин медленно осмотрел собеседника с ног до головы. В его взгляде смешались недоумение и настороженность. — Да, с тобой, мне. Пошли! — черноглазый снова схватил его за руку и потащил внутрь, не обращая внимания на яростные проклятия, которые Ясу бросал ему в спину. Как только они переступили порог дома, из-за угла тут же выглянула чёрная макушка с крайне недовольным выражением лица. — Манджиро, ты почему не в шко… — начал было парень, но тут же замолчал, заметив еле стоящего на ногах Ясу. Тот опёрся о стену, тяжело дыша и злобно глядя на рядом стоящего Майки. — Сегодня я выходной! — быстро скинув шлёпки, младший из братьев Сано подхватил под руку уставшего блондина и потащил в сторону своей комнаты. Его движения были резкими, но в то же время осторожными, словно он боялся навредить больному. Ясу едва успел скинуть кеды, прежде чем его, словно половую тряпку, потащили вглубь незнакомого дома. — Манджиро, что за дела?! — выкрикнул взволнованный видом Ясу Шиничиро, но дверь уже захлопнулась, а следом раздался щелчок замка. Оказавшись в комнате, Ясу без сил рухнул лицом в кровать. Медленно перевернувшись, он уставился на стоящего рядом Манджиро. — Ты, козел, мелкий… О чём ты хотел поговорить? — его голос звучал хрипло, а каждое слово давалось с трудом. — Я… Хотел… — Майки присел рядом с блондином и отвернулся к стене. Его плечи слегка подрагивали, а пальцы нервно сжимали край футболки. — Как ты относишься к нетрадиционной ориентации? От неожиданности вопроса Ясу мгновенно взбодрился и приподнялся на локтях. — Эм… Нормально — блондин сел рядом с Сано и пристально посмотрел на его лицо, которое постепенно заливалось румянцем, то ли от стыда, то ли от смущения. — Почему ты об этом спрашиваешь именно меня, а не, к примеру, Шиничиро или Дракена? – На вопрос блондина черноглазый обернулся и, нахмурившись, посмотрел прямо в глаза. — А сам как думаешь? — Майки медленно приблизился к лицу голубоглазого. — У вас с ним одинаковый цвет глаз, у него даже волосы светлые, как у тебя. Но… — парень отстранился и опустил голову. — У него есть девушка… – Ясу удивлённо похлопал ресницами, пытаясь осмыслить услышанное. — Так тебе нравится парень, у которого есть девушка? И ты не можешь признаться в этом Шиничиро и остальным? — с лёгкой усмешкой спросил он, косясь на главу Томан. На слова Имауши, Сано лишь кивнул. – А ты не боишься что я расскажу твой секрет? — Не расскажешь! — уверенно заявил Манджиро и, резко повернувшись, повалил парня на спину, нависая сверху. Его взгляд был твёрдым, но в глубине глаз читалась тревога. — А если расскажешь, я тебя придушу! Ясу лежал, совершенно ничего не понимая. Как его обычная прогулка могла превратиться в это?.. — Майки, не дави, пожалуйста… — голубоглазый вдруг почувствовал, как температура начинает подниматься. Его голос стал ещё более хриплым. — Давай продолжим разговор без прикосновений! – Парень попытался оттолкнуть от себя черноглазого, но тот лишь приблизился ещё ближе, пристально глядя в открытый глаз Ясу. — Зачем ты носишь эту повязку? — Майки осторожно стянул с лица блондина ткань, которая скрывала второй глаз. — Тебе так больше идёт! Имауши замер в шоке. Он смотрел на парня, не отрываясь, не понимая, что тот может выкинуть дальше. «Как же быстро он поменял тему разговора… Что с ним не так?!» — пронеслось в мыслях голубоглазого. — Слезь с меня… — неожиданно для себя прохрипел блондин. Простуда добралась и до горла, делая каждое слово мучительно трудным. — Не хочу! — упёртый Сано продолжал разглядывать уставшего больного, который был настолько обессилен, что даже не мог оттолкнуть от себя назойливого собеседника. Пока Майки был занят «издевательствами» над гостем, ручка двери в его комнату начала дёргаться. Затем последовал громкий стук и раздражённый крик: — Открой дверь, коротышка! — голос говорящего был хорошо знаком обоим. — Отстань, Изана, я занят разговором с моим гостем! — прокричал Майки, неохотно слезая с Ясу. Блондин начал постепенно проваливаться в бессознательное состояние. Последнее, что он увидел, это как Майки наконец открыл дверь, и в комнату заглянул обеспокоенный Шиничиро. Изана тут же схватил брата за шиворот и начал яростно трясти, выкрикивая: «Где моя приставка?!» Следом за пепельноволосым в комнату заглянул Какучие. Заметив лежащего на кровати Ясу, он мгновенно бросился к нему. Его лицо выражало искреннюю тревогу. — Ясу?! — Какучие осторожно прикоснулся к плечу блондина, пытаясь разглядеть его лицо. — Ты как? Что ты ту делаешь? Но Имауши уже не слышал вопросов. Сознание окончательно покинуло его, окутав мягкой, обволакивающей тьмой. Последнее, что он ощутил, прохладную ладонь на своём пылающем от жара лбу.