Онни

– Отстань от меня! – выкрикивает брюнетка, выдёргивая руку. - Да подожди! Пожалуйста. – последнее слово блондинка произносит с мольбой. – Нам нужно поговорить. – Да о чём мы можем разговаривать. Само твоё существование делает меня несчастной. Наши взгляды встретились. Я была той самой брюнеткой, которая влюбилась.

***

– Давай поучаствуем в этом конкурсе. – она как всегда была полна энтузиазма. Сегодня в нашей школе объявили конкурс на лучшую парочку школы. В нём могли участвовать все без исключений. Ученики могли быть как и парочкой, которая любит друг друга, ну или парочкой лучших друзей. Мы же с ней не относились ни к одной из этих групп. Мы были сестренками. Хоть и не родными, но я всегда считала нас не разлей вода. – Пойдем как сёстры. – я весело ей подмигиваю. – Стоп. А разве ты не хотела поучаствовать со своим парнем? – Мы расстались. Он сказал мне... Да это уже не важно. – блондинка сказала это с таким презрением, что сомнений не осталось. Они расстались не на дружеской ноте. – Тогда будем участвовать исключительно женским составом. – и мы пошли записываться на конкурс. Насколько мне известно, его проводят каждый год. Принимают всех желающих, а их немало. Потом они проходят так называемое "прослушивание" , после чего большую часть людей "выкидывают" из состава. А дальнейшие этапы пока не известны, ведь каждый год по разному. О всех событиях и новшествах обычно сообщают на канале школы. ( Почему у меня такое чувство, будто я рекламу для конкурса придумала?) – Давай по очереди. – говорит мне блондинка, отдавая ручку. Заявка на конкурс висела на стене возле столовой. Видимо, сегодня на завтрак были маринованные огурцы и ещё что-то. Но сам факт того что сегодня были маринованные огурцы заставил меня сглотнуть слюнки. – Ты чего застыла? – блондинка вопросительно посмотрела на меня. И вдруг, она начала нюхать воздух вокруг меня. – Аа... Ну всё понятно, пахнет желанием... желанием поесть огурчиков. Давай запишемся и позавтракаем, я плачу́. – Хорошо. – мне с трудом удалось прогладить снова набежавшие слюнки. (После школы) – Ты там впорядке? – обеспокоенно спрашивает блондинка, стоя за дверью. – Жива. И это всё, на что хватает моих сил. Прямо сейчас я нахожусь в туалете. Конечно же я отравилась и судя по всему, теми самыми огурчиками. – Я принесу тебе активированный уголь. Откроешь потом дверь. Всё это было настолько смущающие, что я хочу провалиться в унитаз. Но к моему большому сожалению, это невозможно, уж слишком я большая, да и мы не во вселенной Гарри Поттера. – Давай, выпей это. – лаского говорит она и подаёт мне таблетки и воду. – Спасибо. – мне не остаётся ничего кроме, как принять её помощь. Она садится возле меня и начинает гладить мой живот. Её рука нежно водит животу и мне становится лучше. – Спасибо большое. – мне всё ещё стыдно перед ней за такое поведение моего организма. – Обращайся. – легко говорит она, и я расслабляюсь. Она готовит кашу, а я наблюдаю за ней, прикрываясь книгой. Больше мы не вспоминали о моём отравлении.

***

– Эй, вставай быстрее. Нам нужно на задание. – и это говорит мне моя сестра, которая уже собралась. – А, хорошо. Кто на этот раз? – послушно открываю я глаза, попутно пытаясь не уснуть снова. Снова она вырывает меня из мира прекрасных снов. Но это сны лишь отчасти. Когда это было радужной реальность. Слишком радужной, вот она и перестала быть таковой. – Аарон Винчен. Семнадцатилетний итальянец еврейского происхождения, живёт с родителями в сельской местности в Италии. Заказчик неизвестен. Нужна его рука и сердце. Как ты понимаешь, в живых его оставить не получиться. – начинает она описывать нашу следующую жертву. – Особое предпочтение заказчика: убить под музыку. – Мне снова придётся убить кого-то? – с сожалением спрашиваю я. – Потерпи, пожалуйста. Это просто временная подработка. – в какой уже раз за этот год, повторяет сестра. – Ничего нового. – себе под нос говорю я и иду одеваться. – Средняя дневная температура в начале итальянского лета достигает 25-27 градусов тепла. Так что постарайся одеться по погоде. – советует, как всегда, Лили. – И какую маску на этот раз ты хочешь надеть? – Давай ту, что с черными дырами вместо глаз. Та, что нам подарили примерно 2 месяца назад, после дела с бывшим мужем той богатой женщины. А ты? – не сказать, что это меня особо интересовало, но и молчание между нами давило на мозги. – Аа... Я поняла. А я надену того черта. – особо не заморачиваясь, сразу говорит Лили. На этом наш разговор заканчивается. Одевшись, мы спустились в "оружейную". Раньше это был весьма невинный подвал, но с приходом это "маленькой" подработки, сестра переделала его в склад для оружий. На стеллажах лежали пистолеты, автоматы, винтовки, ружья. А на противоположной стене висело холодное оружие. Многое из этого мы ещё ни разу не использовали. – Добираться будем поездом. Сейчас разгар сезона, так что на нас и внимание не обратят. Ну если только с сексуальным подтекстом взглянут. – и Лили бросает хитрый взгляд на меня. – Но не волнуйся, я найду лучший экземпляр для тебя и удовлетворения твоих естественных нужд. – Спасибо. – обречённо соглашаюсь (благодарю) я. Из всех тех дней, что мы провели вместе, одно я поняла точно. "Никогда не вступать в спор с этой занозой!" – гласит правило, выгравированное у меня на почке. И даже если она не права, она морально раздавит тебя под тяжестью своих мозговых извилин. Лучше даже не пробовать. Ехать в вагоне было скучно. А всё из-за чрезмерной подозрительности Лилит. Может и хорошо, что она так переживает. Но факт того,что она каждые 5 минут перепроверяла нашу "безопасность". – Мы точно хорошо всё подготовили? Дверь точно закрыта? А может ли её открыть контролёр? Где твой билет? Думаю, мне лучше самой показать их контролеру, чтобы он не увидел твоего лица. Мы не забыли маски? Точно? – и ещё миллион подобных вопросов прозвучали из её незакрываеющегося рта. И тут в мой мозг пришла одна неприятная мысль. Лишь догадка, но... – Лииилии... Ты не выпила таблетку сегодня? – как можно аккуратнее спросила я. – Таблетку..? Аа, да. Они закончились.– расслабленно отвечает она. Даже слишком расслабленно. А я потихоньку начинаю паниковать. «... – Пожалуйста, позаботьтесь о ней. Таблетки важно принимать каждый день. – с серьёзным видом даёт предписания врач. – Лучше даже не думать о пропуске приёма. Но всё же если это произойдёт, то сразу приезжайте в больницу за рецептом. – А если мы будем далеко? – на всякий случай спрашиваю я. – Есть только один способ. Прозвучит по сумасшедшему, но в таком случае вам придется сделать ей массаж сердца, а потом помыть ей рот с мылом. Но это очень опасно. Поэтому рассчитывайте приём лекарств по месяцам. – Хорошо. И спасибо, доктор Рю...» – Мунли Лилит, а у нас есть с собой мыло? Желательно детское. – Конечно. – говорит сестра, одновременно доставая то самое мыло из рюкзака. – Пошли-ка сходим в туалет. – и я беру её за руку. Лили на удивление спокойна. Такое ощущение, что она привыкла к вечным закидонам своей сестры, хотя "закидоны" скорее были у неё.

***

Благополучно добравшись до уборной, Эмбер закрала дверь на замок. – А теперь помоем твой грязный ротик. – говорит Эмбер с каким-то предвкушением. – А нет, для начала нужен массаж сердца. – Зачем? – кажется только сейчас Лилит начала понимать всю странность ситуации. – Так врач сказал, я потом тебе видео покажу. А пока – массаж. Расстегнув пуговицы у блузки, Эмбер сняла её. Дальше она избавилась от лифчика своей сестры. – Так будет удобнее. – говорит она по ходу всего. – Так в интернете делали. Я почти стала профессионалом, смотря эти видео. Эмбер Мунли уже давно подготовилась к этому моменту. Сразу после приема у врача. Когда Лилит только поставили диагноз. Это была какая-то новая и не изученная болезнь, в которой совмещалось несколько болезней сразу. И каким-то магическим образом, учёные нашли лечение, придумали лекарства. Но вот чтобы сразу и навсегда от этой болезни избавится не получится. Нужно несколько лет, по словам докторов... Ведь у тех людей, у которых она была обнаружена, было по разному. У кого-то лечение занимало больше времени, у кого-то меньше. "... Всё зависит от желания излечится от неё..." – говорил тогда доктор. Но самое смешное, что люди, у которых была эта болезнь, всячески её отрицали. И вот тогда приходило время родственников. Они заботились о них. Давали лекарства. Водили на приём к врачу. Ухаживали и всячески поддерживали. Не давали почувствовать больным одиночество. «... – Её нельзя назвать больной, скорее она зависима. Только зависима тем, что мы представить это не можем. Поэтому ей необходима чья-то поддержка. По крайней мере, до полного выздоровления...» – и Эмбер снова вспоминает врача. Он помогал на начальном этапе болезни. Ну и потом тоже. Конечно же, за это требовалось платить. И Лилит, её онни, нашла специфическую подработку. Они стали киллерами. Делали всё на заказ и тихо. И смотря на сложность убийства (ну или не убийства), им платили денежку. За это время они успели создать свой "подвальчик" с оружием, отучиться в школе и взять "академ". Это скорее было домашнее обучение. И кажется, что они справлялись со всем. Даже с непонятной болезнью Мунли старшей. – Непрямой массаж сердца выполняется двумя пальцами, точка давления – на палец ниже сосковой линии. Грудная клетка должна прогибаться на 2 см, темп – 100 нажатий в 1 минуту. – начала цитировать просмотренный видеоурок Эмбер, паралельно выполняя сказанное. – Мм... – старшая из сестёр издала полустон и захотела прикрыть рот рукой, но Эмберли её остановила. – Это нормально. И они продолжили. Ну продолжила делать массаж Эмберли, а Лилит просто продолжила лежать. – Теперь это стало очень приятным. – сказала старшая и улыбнулась. – Я рада. Теперь такое ожидает тебя каждый день. А сейчас пора помыть ротик. С мылом. – М-мм...м, жжётся. – говорит и делает глубокий вдох Лили. – А это обязательно? – Ты должна, я должна. Давай просто сделаем это. – и младшая снова подносит мыло ко рту сестры. Растирая мыло по внутренним частям щеки, она старалась не обращать на своё учащенное дыхание. Её пальцы нежно проводили по зубам, плавно двигаясь то в верх-низ, в право-лево. - Ну всё, мы закончили. А теперь пошли спать, онни! – и сестры пошли обратно в свой вагон. Теперь ведь им ничего не угрожает? Надо сказать, что Эмбер любила называть свою сестру "онни". Это пошло ещё со времён, когда младшая начала увлекаться корейскими дорамами. Именно тогда ей показалась эта идея идеальной. В их стране вряд-ли кто-то зовёт своих сестер так. А она будет.