все то, что было до тебя

волоокой куколкой с полки я смотрю на себя спозаранку год за годом идут как пазлы но рисунок на них – лишь изнанка тихо тянутся лучи солнца сквозь дома деревья и слякоть я хожу по квартире сломавшись ипостась моя – тень отца гамлета все зависит от обстоятельств постулаты мечты и границы я знаток таких обстоятельств при которых охота убиться незнакомы такие мне обстоятельства при которых утро что патока возносит тебя как вознесся прямо в зеркало-море икар ты смеешься танцуешь радостно прорастает зерно бодхисаттв незаметно совсем небольно это дар это счастье ну какой тут обман? я не знаю но кто-то об этом слыхал ну и как после такой божьей милости захотеть на земле остаться на моей земле-матушке родненькой на которой растут сквозь невзгоды и колышутся тихо кроны берез расцветки игральных досок мир как головоломка а ты уже отнюдь не ребенок средь наделов и покошенных изб хуторов старых закопанных гильз средь полей и янтарных пашен средь городов и радиобашен средь людей что бестактны страшно ведь я знаю точно та милость что дарована небесами обратится столь мелким пеплом что ее сразу раздавят как понять свою милую сущность что в бессонные ночи шепчет: «ты – грязный обрубок слова ты и делу-то – незнакомка» я хочу упасть спиной в воду весом словно китовое сердце и запеть на таких частотах что меня даже бог не заметит одиночество – удел слабых? одиночество – удел сильных? я не вижу меж них различий я как будто бы и не знала я не знала ни обстоятельств ничего я не знала ну скажи, что же мне делать? скажи как мне жить-то, мама?