Ханагаки уходит, Тосва Яндэрит.

— Мииииииичи ну давай вылазь. В ответ тишина. — Ты не сможешь вечно так лежать. Иии снова тишина. — Ты решил поиграть в подарочек, и хочешь чтобы я сорвал обертку? Даже эта провокация не сработала. Такемичи, стоило ему проснуться, замотался в одеяло подобно куколке. Он сам понимал, что это защита так себе, но по крайней мере в его заднице неожиданно не окажется очередной член. Хотя эти засранцы могут вырезать дырку в одеяле и …. только бы они до этого не додумались. Ханагаки аж передёрнуло от этой мысли. Хотя а что ему уже терять то? — Ну Такемууучи, что мне сделать, чтобы перестал дуться? — Верни мне мою девственность! — всё же добился Майки хоть какой-то реакции. — Неа, я её забрал, теперь она на веки моя. — самодовольно сказал этот мелкий утырок. — Другое желание? — Верни мой билет на Окинаву и забудь что мы знакомы! — Давай я лучше тебе дракона достану? — Ты снова вытащишь голову Дракена. Эта шутка не была смешной в первый раз и во все двадцать семь раз после! — Какой ты сегодня злооой Такемучи. И ты что, считал? Так как Майки был удовлетворён, то прощал своему сокровищу все капризы. Тем более сегодня был его первый раз, плакса заслуживал некоего снисхождения. — Ты ноешь, как будто случилось что-то ужасное. — решил вмешаться Рюгудзи. После этих слов всклокоченная блондинистая голова наконец-то высунулась из кокона. — Вот скажи, тебе показалось ножей и пуль в моем теле недостаточно что ты решил туда ещё и член засунуть?! — Эй эй это было безопасно. — Тогда иди и сядь на пожарный гидрант. Потом поделишься впечатлениями! — Ну это ты преувеличиваешь. — Нет, ну реально что за хуйня?! Какого черта вы вытворяли? — Мы, мы вытворяли. — поправил его Майки. — Я бы в этом с радостью не участвовал, но моего мнения как-то не спросили. — Не ври себе, тебе понравилось. — Приобнял его через одеяло Рюгудзи. — Сам в шоке, что мое тело такое распутное. Хоть член отрезай и дырку зашивай. — в шутку сказал Ханагаки, но он забыл, что кое-кто их не всегда понимает. — Даже не думай вредить себе. Волосы Такемичи были мгновенно схвачены, и лицо в плотную прижато к лицу Майки. — Если увижу хоть намек на это, то попрошу Мицую связывать тебя. — Это что, его кинк? — психика Ханагаки уже адаптировалась к перепадам настроения Манджиро, поэтому на угрозы он реагировал не так остро как раньше. Манджиро ещё немного посмотрел в глаза своей мечты и не увидел там теней, которые искал. Страх, что его сладенький мальчик склонен к суициду, всё больше креп, с каждым актом самопожертвования юноши. Но похоже он действительно делал это, только когда пытался кого-то спасти. — Ты стал догадливым. Может он и покажет тебе свои умения. — видя в глазах Такемичи нарастающую панику, Майки решил сменить тему. — Ты кстати не голоден? Калорий мы сожгли не мало, я б сейчас слона съел. — Я уже заказал обед. Должны с минуту на минуту привезти. — сказал Рюгуджи, смотря на телефон и как по волшебству он позвонил, извещая что служащий привёз обед. Майки обнял своего Такемучи, чтобы он не подорвался с места, пытаясь сбежать. Но тот спокойно сидел, даже не пытаясь позвать на помощь. Дракен спокойно забрал заказ и вернулся в тёплую постельку. — Ты так легко принял ситуацию? Не похоже на тебя. — раскрывая бургер спросил Манджиро. — Такое дерьмо просто невозможно принять. — спокойно сказал Ханагаки, беря картошку фри. — Тогда что на помощь не звал? — спросил Рюгуджи отпивая так не вязавшийся с его образом розоватый клубничный коктейль. — И что бы это дало?! Вы бы его либо кокнули, либо прикинулись, что это у нас такие брачные игры. — Так они и есть. — беззаботно сказал Манджиро, воруя самые длинные ломтики картошки. — Это не значит, что я не попытаюсь сбежать. Просто не хочу вмешивать других людей. Если из-за меня кто-либо пострадает, не прощу ни вас, ни себя. — Мммм так это твоё условие, чтобы ты не пытался самовыпилиться? — быстро понял намёк Рюгудзи. — Можете считать и так. — Я бы предпочёл, чтобы ты пообещал не сбегать, но пока и так сойдёт. Но знаешь что Мууучи? — Говори уже, Майки. — Тебе лучше не разжигать во мне охотничий инстинкт. Могу не сдержаться. — и снова глаза Майки стали похожи на два бездонных колодца. Но испугало ли это Такемичи? — Ооо ну и что ты сделаешь? Выебешь меня раком? Ох стой, подожди, ты же уже это сделал! Всё же Ханагаки стал единственным, кто умел выводить Майки из его состояния «непредсказуемый психопат». Он просто бесстрашно шутковал и иногда это срабатывало. Вот как сейчас. И это была ещё одна из тысячи причин влюбиться в этого цыплёночка. На лицо Майки самовольно наползла улыбка. — Поза совершенно другая была, но ты подожди, мы перепробуем их все. А вот от этого Ханагаки уже передернуло. — Нет, ну действительно, выебали вы меня, дальше то что? Как вы себе будущее вообще представляете?! — Хрен его знает, — заложил Майки руки за голову. — главное чтобы ты рядом был. А сам чего хочешь? — Дом с белым штакетником и чтобы детишки бежали ко мне и кричали такие «папочка!», но я же теперь пидорас. — Можем украсть парочку. — предложил Майки, за что получил подзатыльник от в конец оборзевшего Ханагаки. Но сегодня ему можно. — Вредный ты, я думал после еды поспокойнее станешь. — Ну уж прости. Когда оказывается, что твои друзья охочи до твоего зада, как-то настроение само падает. — Но кое-что другое встаёт. — весело сказал Дракен, прикурив после сытного обеда. Последнее время он приобрёл эту пагубную привычку. Эмма с ней боролась всеми силами, хотя именно из-за переживаний за неё и Таки он её и приобрёл. — Тем более нас в тебе интересует не только зад. У тебя и ещё и ротик сладкий. — добавил Майки. — Вот так ты и становишься в семнадцать шлюхой. — Тяжело оперся на изголовье кровати Такемичи. — Не говори про себя так. Мы тебя любим, самым высоким чувством. Наевшись Манджиро решил ещё чуть-чуть поваляться. Поэтому не стал себя сдерживать и лег на бок, голову положив на мягкий живот своего мальчика и обняв того за торс. — Может тогда переведём наши отношения на платонические? — Неа. Люблю только полные наборы. Майки протяжно зевнул, чуть не вывернув себе челюсть. — Никогда и никуда тебя не отпущу. — уже проваливаясь в сон и крепко обнимая своё сокровище прошептал он.