Ханагаки уходит, Тосва Яндэрит.

В этот раз Такемичи проснулся как будто бы толчком. И …один. Что не могло не радовать. Что примечательно, проснулся он на диване и в одежде. Нет на самом деле в ОДЕЖДЕ. Джинсы, рубашка с кучей пуговиц — что-то что нужно долго снимать, пока доберёшься до тела. И Д Е А Л Ь Н О. Он судорожно проверил наличие сюрпризов на шве посередине, но в этот раз там было всё как у людей. Единственное джинсы были стиля skinny. Ханагаки бы себе сам такие не выбрал, прям все стягивает и облегает. Но даже с этим он был готов мириться. Возможно хорошо, что Такаши ушёл, пока Ханагаки ещё спал. Такемичи просто не знал как смотреть ему в глаза, после того что случилось. От Майки он почему то внутренне ожидал таких выкрутасов, но вот Мицуя всегда казался оплотом спокойствия и рациональности. Тааак он снова один. Может в этот раз получится выбраться? Он только не знает кто там следующий на подходе. Может неизвестного будет сподручнее ударить по затылку. Ханагаки подошёл к статуэткам, стоящим на одной из полок, « какая бы подошла для удара и не сломалась?» Он так ушёл в свои мысли, что звук открывающийся двери заставил его вздрогнуть. Что ж необходимость в выборе статуэтки отпала. Так как в квартиру зашли сразу три человека шурша объёмными пакетами с продуктами. — Йоу Такимучи! — Привет партнёр, ты как? — Такемиичи. После кровавого Хэллоуина Казутору не хотел убить только ленивый. Как уже говорилось, от линчевания на месте его спас только прилипший к нему Такемичи, нуууу и его же крики не трогать этого полоумного идиота. Сам Казутора заслужил всеобщее прощение, когда чуть ли не на руках донес Ханагаки до больницы, а потом не уходил из палаты во время реабилитации Ханагаки. Его пытались выпроводить, но он либо пробирался через окно, либо прятался в самой больнице. Такемичи поначалу посчитал это даже милым — банановолосый приносил ему всякие ништячки, пытался развеселить, много распрашивал самого плаксу про всю его жизнь. Но вот стремным это стало, когда Ханагаки неожиданно проснулся посреди ночи и встретился с пристальным, немигающим взглядом в ночи. У людей вообще должны отсвечивать глаза в темноте?! Вот тогда Ханагаки устроил целый скандал и слёзно попросил Чифую и Баджи взять этого бедового на себя. И они таки взяли! Из-за того, что они всегда были с ним, он не мог сталкерить за Ханагаки. По крайней мере таков был план. Мацуно кстати так и прописался в доме Такемичи: говоря что если он с ним, то Ханемия к нему не приблизится. А жалобы, что он сам при этом плевал на границы личной жизни своего «партнёра» Чифую пропускал мимо ушей и мозга. Самым нормальным из этой троицы, как ни странно, можно было назвать вечного дебошира Баджи. Хотяяяя он после своего спасения тоже проявлял странный интерес к Такемичи. Подолгу пристально смотрел на него, и однажды даже внезапно прижал за шею к стене и молча разглядывал лицо, но так ничего и не сказал. А потом внезапно улыбнулся и начал вести себя так, как будто они были друзьями детства. Но вот его привычка панибратски обхватывать Такемичи за шею последнего раздражала. В любом случае с тех пор это трио всегда и везде появлялось вместе. Конечно они пытались создать квартет, утянув в свою компанию Ханагаки, но тот выработал навык ненавязчиво сливаться. Жаль только, что в этой квартире этот навык бесполезен. Сейчас же парни просто прошли в квартиру и начали раскладывать продукты в мини холодильник. — Чифую, неужели ты тоже участвуешь в этом фарсе? — без особой надежды спросил Такемичи. — Эээй мы всегда были с тобой партнерами. Ими и остались. — и только Ханагаки вздохнул с облегчением, как Мацуно продолжил. — Правда теперь прибавится еще мааааленькое прилагательное. — Которое подразумевает большииие последствия?! — Не переживай, в этом я среднячок. А вот Баджи и Казу…. — Не хочу это слышать. — Ты прав, лучше проверить это на опыте. — А если я скажу, что верю на слово, может обойдёмся без экспериментов? — Ханагаки пытался держать всех троих в поле зрения, но это было не так уж легко. — Да чё ты так напрягаешься?! Как будто мы тебя насиловать пришли?! — весело спросил Баджи. — А разве нет? — Ханагаки услышал только неловкую тишину. — Нет же?! — Ну ты такие слова выбираешь. — неловко взъерошил волосы на затылке Мацуно. — Я бы назвал это любовью. — В жопу такую любовь! — не подумав над выбором слов выплюнул Такемичи. — Как скажешь. — ухмыльнулся Кейске. — Да блин вас трое, вы могли бы эту свою «любовь» между собой как-нибудь распределить? На этом троица недоуменно переглянулась. Слово решил взять Казутора. — Ну так эти двое уже…парочка. Вот сколько он за последние дни удивлялся, но эта новость его как гром поразила. — Что? Когда? Я вас … поздравляю? — неуверенно закончил Ханагаки. — Эммм спасибо? — Чифую снова неловко почесал затылок. — Вы так хорошо это скрывали. Я даже не догадывался. — Нихрена не скрывали. Это ты просто слепошарый. — сказал Баджи развалившись на диване и пшикнув бутылкой с пивом. — Ну так если вы самодостаточно друг-друга нагибаете, может меня трогать не будете? — С чего ты взял, что достаточно? Тем более Чифую это одно, а ты совершенно другое. Значит в их парочке Чифую нижний? Ну в принципе это можно было ожидать. — И как же Баджи тебя в первый раз уломал? — не смог сдержать своё любопытство Ханагаки. Все же интересно узнать, как люди приходят к такому добровольно. — Я уломал?! — подавился Баджи пивом. — Если то, что я проснулся привязанный в кровати, с этим засранцем сидящем на мне можно так назвать, то не знаю, зазывно хлопал глазками? — И сексуально виляли задом, Баджи сан. — было видно, что Чифую совершенно не жалел о случившемся. — Тем более вам понравилось. И сами бы Вы долго от меня бегали. — После того, как надо мной так надругался, мог бы уже опустить этот формальный тон. — Но я не хочу. — сказал Мацуно с порочной улыбкой. — Сем пай. — с придыханием добавил он. — Вот видишь с каким манипулятором я живу? — как бы жалуясь обратился Баджи к Ханагаки. — Между вами такие гармоничные отношения, что я там явно лишний буду. — Ты не переживай, уж позволь нам самим решать будешь ты лишним, или нет. — Может вы позволите решать мне, хочу ли я там вообще участвовать? — Да ладно тебе, партнёр. — Чифую повис на его спине перекинув одну руку через его плечо, а другую просунув под мышкой и сцепил их на груди Ханагаки. Его дыхание щекотало ухо. — Тут главное попробовать и ты втянешься. Я вот втянулся. Чем больше тебя обнимаю, тем больше хочу. Не представляешь как мне мешает эта одежда. — Чифую начал водить по груди Ханагаки и пытался просунуть руку под рубашку и разочарованно застонал, когда ничего не получилось. Рубашка была сшита точно по меркам и облегала тело как вторая кожа, а пуговицы шли плотным рядом, одна за одной. — Вот же ж Мицуя ублюдок, специально такое нашил. — тем не менее с улыбкой сказал подошедший Баджи. — Поспорить могу, что их даже не сорвёшь, придётся расстегивать по одной. И джинсы эти, так облегают… Тут он внезапно просунул руки за пояс джинс. Ткань прижимала его ладони вплотную к половинкам вмиг сжавшихся ягодиц Такемичи. — Но руку просунуть можно. Как думаешь, насколько глубоко получится? — руки медленно начали ползти дальше. Ханагаки наконец отмер и начал пытаться выбраться, но его зажали с двух сторон. Чифую в это время слепо тыкался ему в затылок жадно вдыхая воздух. — Не могу поверить, что ты наконец то полностью наш. — задыхаясь пробормотал Мацуно. — Так долго ждал, так боялся спугнуть. Но теперь, даже если сделаем что-то не так, то ты не сможешь уйти, наконец-то имеем полное право удержать. Его руки как бы повторяли его слова всё агрессивнее проводя по торсу и груди, нервно сжимая рубашку. — Даже смерть теперь тебя не заберёт. Мы не позволим. Ты хоть понимаешь, какую моральную травму всем нанёс, каждый раз подставляясь под удар?! — А вы мне какую моральную травму нанесли?! Я прям так и представляю на приеме у психолога: «доктор, я больше не могу заводить друзей, мне кажется, что в какой-то момент они меня просто трахнут!». Его голову внезапно повернули вбок сильные руки. И он встретился с теми глазами, с которыми предпочёл бы больше никогда не встречаться. Он надеялся, что этот безумный взгляд навсегда исчез после кровавого Хэллоуина. — Тебе больше не нужны друзья. — пробормотал Кадзутора с квадратными зрачками. — у тебя есть мы, у тебя есть Тосва. А у меня есть ты. Или ты хочешь меня бросить? Ты хотел всех бросить уехав на Окинаву? — Ханемия по птичьи повернул голову на бок. — Учитывая, что я сейчас на правах вашей подстилки, моё решение уехать было вполне рациональным. На самом деле Ханагаки задело это слово «бросить». В прошлых жизнях он пытался доказать, в первую очередь самому себе, что он больше не отступает перед трудностями. Неужели в этот раз он сделал недостаточно?! Сколько от него ещё потребуют кидаться грудью на амбразуру?!….ну или в его случае задом на стояк. — Так тебя беспокоит, что ты всегда снизу? — по своему понял его слова Казутора. — Так бы сразу и сказал. После этих слов, он плавно опустился на колени. Грудь и руки положил на пол. — Если ты хотел извиниться в догёзе, то поза совершенно неправильная. По крайней мере голова должна быть обращена к человеку. — нервно проговорил Ханагаки. — Партнёр, не прикидывайся дурачком, ты прекрасно понял его намёк. — Отказываюсь! — Ну ну Такемичи, как ты можешь так жестко и сразу отвергать моего друга. — начал угрожающе-нежно говорить Баджи, пока расслабленно положив ладонь на горло блондина. — Вам было мало моей анальной девственности?! — Так ты у нас телок значит? — с хитрой улыбкой проговорил Баджи. — Тогда тем более соглашайся, мы тебя всему научим. — Я отвратителен в учёбе, не хочу вас напрягать. — в очередной раз попытался Такемичи вырваться из оплетающих его рук. — Оооо об этом не беспокойся, Чифую прекрасный репетитор. — Отнесёте его на кровать? Я пока угощения выберу. Казу поднимайся, Такемичи сначала подготовить надо. Хотя бы распаковать его из этого всего. — начал давать указания Чифую. Надо отдать должное их командной работе: Ханемия мгновенно занял место Мацуно и обнял блондина обхватив его одной рукой под грудью и второй поверх рук, а Баджи поднял его ноги. Мгновение и его запоздало сопротивляющееся тело уже заносят в спальню. На какой-то момент Баджи отпустил его ноги, чтобы стянуть через голову свою футболку, оставшись только в чёрных джинсах. Ханемия же спиной продвинувшись вглубь кровати, и не обращая внимания на потуги «рыбы пойманной в сеть» начал теребить пуговицы, пытаясь их расстегнуть. В какой-то момент он попытался их просто оторвать, но ничего не вышло. И сам материал рубашки и нитки были достаточно крепкими. — Блин, а как это вообще снимается?! Мицуя что, решил тебе такой пояс верности сделать?! — недоуменно спросил Баджи, смотря на джинсы, на которых даже застежки спереди не было. Они очень сильно сужались к талии, поэтому просто стянуть вниз их тоже бы не получилось. — Может просто срежем? — предложил Ханемия. — Нож есть? — Всегда с собой. — Ханемия по мановению руки достал откуда то бабочку, звучно её открыв, заставив Ханагаки вздрогнуть. Что не укрылось от Кадзуторы. — Тебе не нужно беспокоиться. Я больше никогда тебе не наврежу. Скорее целый мир разрушу, чем позволю тебя обидеть. — Вот это меня и беспокоит. — пробормотал Ханагаки. Баджи уже хотел приступить к срезу брюк, как на его мобильный пришло сообщение. Посмотрев на него, он мгновенно отложил холодное оружие. — Что там? — спросил его Кадзутора. — Тц Мицуя написал, что если мы повредим его тряпки, то он нас вниз головой подвесит. — Он там случайно не сказал, как снять эти брюки? — А да, там потайная молния на боковых швах. Так спрятал, хер найдёшь. Значит Ханагаки не там искал и сюрприз все же был. В дверном проёме показалась голова Мацуно. — Партнёр, ты больше бананы, персики, клубнику или вишню любишь? Окружённый двумя потенциально опасными парнями, которые методично освобождали его от одежды и сами уже наполовину были раздеты Такемичи просто не мог не вытаращится на «друга» от абсурдности вопроса. — Ты действительно меня об этом спрашиваешь в такой ситуации? — Да ладно тебе, я только знаю, что ты лакрицу не переносишь. Главное аллергии же у тебя на это нет? В ответ Мацуно получил только нечленораздельные звуки не то возмущения, ни то просьб о помощи. Голова Мацуно опять скрылась за дверью. — Ты бы чуть больше энтузиазма проявил, Чифую так ждал этого дня. — попытался надавить на совесть Баджи. — Серьезно?! Ты серьезно просишь проявить больше энтузиазма в своём же растлении?! — Соблазнении. Тебе уже есть семнадцать, да и мы не сильно старше. А Чифую так вообще твой ровесник. — А вот и я! — весело сказал появившийся в дверях Мацуно с подносом в руках. Водрузив поднос на прикроватную тумбочку он победно снял крышку и там…не было фруктов.