Очевидная шутка о рогах

      — …Гань Юй?       Голос Кэ Цин без предупреждения разрывает тишину, прерывая шум шуршания бумаг и стука свёртков об полки.       За несколько лет после кончины Рекс Ляписа отношения Кэ Цин с Секретарём Павильона Лунного Моря резко изменились. Они перешли от холодных, конфликтующих коллег к… Друзьям. Близким друзьям?       Она не собирается испытывать свою удачу. Но то, что когда-то было строгим кивком секретарше, идущей на работу каждое утро, с тех пор превратилось в теплую улыбку и мягкое приветствие, которые сопровождаются ответным действием. Они приятно беседуют, чаще работают вместе и даже иногда вместе обедают.       Даже сейчас, после доставки парочки отчётов в офис Кэ Цин, Гань Юй любезно предлагает прибраться за ней, и, учитывая, что в комнате и вправду царит тот ещё беспорядок, она не отказывается от дружеского жеста. Но даже в этом случае сидеть сложа руки, пока подруга прибирает за тобой — это позор. Она настаивает на том, чтобы они вместе прибрались, но Гань Юй вежливо отказывается, не допуская возражений, и просит ту продолжить свою бумажную работу.       Это приводит их туда, где они сейчас находятся: имя Гань Юй слетает с языка Кэ Цин в осторожном вопросе с места за столом.       Женщина на другом конце комнаты, о которой идёт речь, оборачивается, отрываясь от полок, и смотрит на неё.       — Хм?       Взгляд Кэ Цин перемещается к её волосам, где в конечном итоге останавливается на жёстких чёрных рогах, украшенных двумя тонкими красными полосками, на её макушке.       Любопытство терзало её, прогрызая её плоть до самых костей, до такого состояния, что она уже не могла просто игнорировать это. Слова застревают в горле, останавливаются, но всё же вырываются наружу.       — Какие твои рога… На ощупь?       Гань Юй останавливается. Не замирает, а скорее её движения замедляются. Кэ Цин знает, что это щекотливая тема, но если та и застигнута врасплох, то виду не подаст. Сохраняя самообладание, она кладёт последний свёрток на полку и поворачивается к Кэ Цин.       — Мои… Рога?       Какой бы румянец она не ожидала, он никогда не наступает, его место занимает простое розовое пятнышко. Её реакция незаметна; скрыта её склонностью скрывать свои эмоции, когда это удобно. Выражение её лица сосредоточенное, почти суровое любопытство, которое было бы почти таким же, как у Кэ Цин, если бы не ее нахмуренные брови.       — Я… — Кэ Цин запинается, выражая свои мысли в слова, — На днях я смотрела на них и заметила, как отражается свет. Это заставило меня задуматься какая текстура у них… Просто — личное любопытство.       Внутренне она вздрагивает от своей формулировки. Я смотрела на них.       Если Гань Юй и уловила подтекст, она не покажет этого. Женщина лишь мычит тихо, почти не слышно, и немного поворачивается.       — Они… Гладкие. Как… Резной камень.       Взгляд Кэ Цин вновь цепляется за рога, и она моргает.       — Хм… — В голове мелькает вопрос, который по её мнение кажется странной просьбой. Но также быстро как он приходит ей в голову, также быстро он срывается с её уст, — Могу я потрогать их?       Реакция Гань Юй была незначительной, что любой бы и не заметил этого. Её глаза расширились, — лишь немного, — после чего любое удивление исчезло в мгновение ока. Она не улыбается, не смотрит на нее с удивлением или смущением. Скорее наоборот, её губы остаются сжатыми в тонкую линию, выражение ее лица остаётся спокойным, пустым, пока она моргает в раздумье.       — Я-       — Да…       — А?       Небольшая пауза, после чего Гань Юй кивает.       — Да. Ты можешь.       Как дурочка, Кэ Цин не двигается. Она просто смотрит с восторгом, ошеломленная неожиданным ответом.       — Я- Правда?       — Да, — повторяет Гань Юй.       Очередная пауза. Которая, кажется, длится вечность, пока Гань Юй моргает, а Нефритовое равновесие не осознаёт, что она не двигается. Медленно отодвинув стул от стола, она поднимается, чувствуя странную неловкость.       Она осторожно обходит стол и через несколько шагов оказывается лицом к лицу с Гань Юй.       Это… Странное чувство. Стоять перед коллегой, что разрешила прикоснуться к ней из чистого любопытства.       Она думает дотянуться до рогов слегка дрожащими руками, но Гань Юй опережает её. Кэ Цин требуется время, чтобы сообразить, что происходит; тело другой женщины опускается до тех пор, пока одно колено не касается пола, а затем и другое. Как только Гань Юй усаживается перед ней, словно преклонив колени перед царской особой, она опускает голову, облегчая доступ к своим загнутым назад рогам.       Что-то в Кэ Цин резко скручивается, и она чувствует, как ее лицо горит. Странная ситуация. Прекрасная женщина перед ней на коленях, в уединенной обстановки её офиса, готовая к её прикосновениям. Теперь, как она думает, это кажется интимным.       И объект интереса, — её рога, не больше, — особенность, что постоянно привлекает её внимание. Почему же тогда Кэ Цин должна быть прощена таким строгим надзирателем?       Она осознаёт, как много времени прошло, когда Гань Юй чуть наклоняется, закрывая лицо волосами, и тихонько делает глубокий вздох. Только тогда Нефритовое равновесие наконец, прочищая горло, собирается с силами чтобы двинуться.       Аккуратно, так будто она могла сломать, Кэ Цин протягивает руку, чтобы коснуться Гань Юй. Её пальцы сначала касаются волос, и обе девушки на мгновение замирают. Пряди волос на ощупь кажутся шёлком под её пальцами, и она определённо чувствует, как всё внутри сжимается от этого прикосновения.        Осторожно её рука двигается дальше до тех пор, пока подушечки ее пальцев не касаются одного из рогов. Адепт дёргается, но в остальном не двигается. Кэ Цин наблюдает за дальнейшими реакциями, но не находя ни одну, проводит рукой дальше по рогу.       Она начинает с того, что тыльной стороной пальцев проводит по рогу, хорошо ощущая его текстуру. Он твердый — определенно более плотный, чем обычная кость. И все же поверхность гладкая и легкая, с приятным ощущением полировки. Он приятен для ее кожи, и она проводит костяшками пальцев по его кончику, наслаждаясь его поверхностью. Конец достаточно закруглен, но, если бы он был направлен вверх, он все равно легко мог бы с достаточной силой нанести ущерб. К счастью, изгиб рогов удерживает их близко к голове в безопасной форме.       Гань Юй до сих пор не сделала заметных движений, поэтому она продолжает. Она переключается на то, чтобы положить руку на рог, и вскоре ее вторая рука присоединяется к другой так, что в итоге она сжимает по одному рогу в каждой руке. На мгновение она останавливается и пытается разглядеть выражение лица женщины, но ее светлые волосы закрывают ее лицо, скрывая все, кроме глубокого, но, казалось бы, спокойного дыхания, которое она делает.       — Эм, Гань Юй, — говорит Кэ Цин, — Ты в порядке?       — Да, — Быстрый, тихий и окончательный ответ.       — Хорошо… Я почти закончила, — бормочет она. Пока она говорит, ее большие пальцы касаются красных полос, идущих вдоль ее рогов, — Мне просто любопытно узнать об этих отметинах-       — Мм!       Оба замерли. Гань Юй под ней совершенно неподвижна, а её глубокое дыхание полностью остановилось.       Это был стон. Она только что простонала.       Кажется, что звук проходит через всё ее тело, пока не превращается в румянец, который она чувствует до самой глубины души. Она не двигается ни на дюйм, мышцы напряглись от явного удивления.       Проходят мгновения, и ни один из них не издает ни звука, пока Кэ Цин не ломается под давлением.       — Г-гань Юй-       Щелчок.       Дверь открывается.       — Кэ Цин, у тебя- Оу?       Вторжение настолько внезапное и неожиданное, что Кэ Цин вздрагивает, а глаза расширяются как у оленя в свете свечи. Нин Гуан стоит в дверях с трубкой в руке, глаза останавливаются на них двоих, смотрящих на неё в ответ. Выражение лица её беспокойное, за которым безошибочно скрываются веселье и лёгкое смущение. И вот, когда её подчинённая стоит перед ней на коленях, с рогами в её руках, Кэ Цин говорит последнее, что может прийти в голову в такой ситуации.       — Стучись сначала! — Она едва не взвизгивает, ослабляя хватку. Адепт, продолжающий сидеть на полу, выглядит подавленным. Её глаза широко раскрыты, а лицо красное до кончиков ушей.       Нин Гуан тихо вздыхает себе под нос.       — …Да. Прощу прощения за вторжение, Гань Юй, но я искала тебя. Мне нужно—       — Подожди! — прерывает Нефритовое Равновесие, — Почему ты извиняешься перед ней?! Извинись передо мной.       Женщина усмехается.       — Перед тобой я не чувствую ни капли раскаяния. Использовать в своих интересах бедного секретаря в своём кабинете вряд ли подобает Нефритовому Равновесию. Я правда разочарована.       Воля Небес явно специально раздражает, пытаясь вывести её из себя, и Кэ Цин знает это, но всё равно злится.        — Я не— Я просто-! Просто трогала её рога!       — Именно. Такой неприличный поступок, а дверь даже не закрыта. Не удивляйся, что вас поймали, — говорит Нин Гуан. За ее словами скрывается явная насмешка.       — Непри-? Это не неприлично! Это просто её рога! — настаивает Кэ Цин. При этом комментарии Гань Юй, кажется, уходит в себя, смотрит вниз и отказывается встречаться взглядом с кем-либо из них.       Нин Гуан вновь усмехается, заставляя кровь Нефритового Равновесия закипать.       — В любом случае, Гань Юй, я вижу, что ты занята, но мне нужна твоя помощь как можно скорее. Я буду в своем кабинете.       Женщина поворачивается на каблуках прежде, чем Гань Юй успевает выдавить из себя слабое:        — Да, мэм…       В тот момент, когда Нин Гуан исчезает, Гань Юй склоняет голову с тихим «извините» и через несколько секунд ускользает за дверь. Рот Кэ Цин безмолвно открывается и закрывается.       Она выдыхает, сама не осознавая, что задержала дыхание, и снова медленно обходит свой стол, опускаясь на стул.       — Это просто рога, — бормочет она, — Это не похоже на… Она.       Подождите. Она простонала. Почему она могла бы-?       Брови Кэ Цин хмурятся.    

___________________________________________________________________________

        Янь Фэй — ее собственный незабываемый зверь, в буквальном смысле. Она наполовину адепт, занимает должность главного юрисконсульта в Ли Юэ и ведет себя отчужденно, с чем мало кто может сравниться. Помимо Бэй Доу, она единственная кого видела Кэ Цин, возражающей Нин Гуан, сопоставляя отношение женщины с ее собственным сарказмом. По правде, Кэ Цин хотела бы иметь её как своего ассистента.       На самом деле, нет, она была свидетелем того, как Гань Юй возразила Воли Небес ровно один раз за все те годы, что они работали вместе. И если не принимать во внимание последующие извинения, это было довольно горячо.       С этой мыслью Кэ Цин возмущенно поджала губы, поднимаясь в чайный домик Хэюй для того, чтобы встретиться с Янь Фэй. Когда она достигает верха, её встречает Дедуля Фаньэр.       — Мисс Нефритовое Равновесие! — восклицает он, улыбаясь до самых морщинок у глаз, — Для меня честь видеть вас. Что я могу вам предложить?       Честно говоря, она пришла сюда не для чаепития. Но сесть поболтать, ничего не заказав, было бы невероятно грубо, поэтому она улыбается и говорит ему:        — Я возьму что-нибудь, что вы мне порекомендуете.       — Безусловно, — кивает мужчина. Кэ Цин коротко кивает в ответ, прежде чем обернуться. Тут она сразу же сталкивается взглядом с Янь Фэй, которая сидит за дальним столом у угла. Лицо девушки безразличное, но она чувствует скрытое самодовольство, которое, кажется, никогда не исчезнет.       Кэ Цин подходит к столу и садится рядом с ней.       — Спасибо, что пришла, Янь Фэй. Я представляю, как нелегко было найти время в твоём расписании, — начала она. Чайный домик, к счастью, был практически пустой — даже Лю Су не стоял на сцене, рассказывая свои истории.       — Конечно! В конце концов, я думаю Нефритовое Равновесие из всех людей лучше всего воспользуется моими услугами? — говорит она, закидывая на стол ужасно толстую книгу, — Так, не хотите ли вы узнать мои цены или вы уже знаете их? Или нужно ли вообще их слышать женщине твоего богатства?       — Нет, я- А, — молодой человек с коротким поклоном ставит чашку чая на стол, и Кэ Цин кивком благодарит его, — Ох- я здесь не для юридической аудиенции. По правде, я надеялась попросить… Совета.       — Ах, совет! Определенно один из моих любимых проспектов. Сейчас вы можете рассчитывать за это на гонорар в размере около 180,000-       — Это не юридическая консультация, — прерывает она.       — Хм?       — Это скорее… Личный совет. Даже не совет по сути. Просто парочка вопросов, которые я хочу задать.       — О чём? — спрашивает Янь Фэй, теряя явный интерес к диалогу.       — По правде это касается… Гань Юй. Выслушаешь меня?       Полуадепт похоже приободрился, потому что Кэ Цин клянётся, что видела, как дёрнулись рога у той.       Девушка задумчиво мычит.       — Хмм… Обычно, я беру около 180,000 моры за совет, особенно когда выкроила время из своего занятого расписания…       — Ты серь-       — Но. Так как это насчёт Гань Юй, которую я воспринимаю как старшую сестру… Я дам тебе скидку в 179,900 моры, — говорит она с ухмылкой на лице.       Момент, и Кэ Цин со вздохом лезет в карман и с хлопком кладёт на стол монету.       — Ладно. Теперь ты ответишь на мои вопросы?       — В меру своих возможностей! — восклицает она, словно салют в Ли Юэ, отчего веет неким сарказмом.       — Хорошо, — бормочет Нефритовое Равновесие, — Ну, для начала…       — Да?       — Я хотела спросить… Можешь рассказать о своих рогах?       Янь Фэй моргает, выражая искреннее удивление.        — Мои рога? — недоверчиво спрашивает она, на что Кэ Цин кивает в знак подтверждения. Янь Фэй думает, — Хм. Ну… Они органы чувств, так что я могу обнаруживать-       — Органы чувств?! — Кэ Цин чувствует, как у неё на лбу выступил пот, — Значит ты можешь чувствовать ими?       Девушка смотрит на нее с любопытным мычанием.       — Да, могу.       — Так… Гань Юй тоже?       — Особенно Гань Юй.       Кэ Цин бледнеет, задумчиво прижимая костяшки пальцев к губам. Одна только эта небольшая часть информации заполняет большую часть головоломки, но все же кое-что отсутствует.       — Как ты ими чувствуешь? Я думала они просто кости.       — Как я уже говорила, это органы чувств, используемые для обнаружения вибраций в воздухе. Думай о них как о боковых линиях у рыб. Разница в том, что у них они более восприимчивы, потому что вибрации в воде легче обнаруживаются, чем в воздухе. Вот что такое красные полосы на ее рогах.       — Я поняла, — начинает она, еле выговаривая последующие слова, — То есть, гипотетически, если бы кто-то прикоснулся к ним… Они были бы очень чувствительны к этому?       — Ты… Трогала рога Гань Юй?       — Я заплатила тебе за то, чтобы ты отвечала на вопросы, а не задавала их, — напоминает ей Кэ Цин. Её лицо заметно краснеет, и она с негодованием делает глоток чая.       Янь Фэй кладёт руку на 100 моры и возвращает её назад Кэ Цин.       — Так ты говоришь мне, что трогала рога Гань Юй?       — Я не говорила, ты предположила это.       — Я хороша в догадках.       Кэ Цин стонет, проводя рукой по лицу. Она не так хорошо знает Янь Фэй, но явно не хочет, чтобы та ввязывалась в это. Но тем не менее…       — Я просто спросила её могу ли я их потрогать, из любопытства, и она согласилась. Это всё, — говорит она.       — Вау, — выдавливает Янь Фэй, после чего раздаётся смех, — Ой, ты собираешься сказать мне, что она также вставала на колени перед тобой?       — Ух-, — бормочет Кэ Цин, — Ну, она сделала это, но-       — А?       —… Что?       — …Правда? Я просто пошутила… — почти шепчет девушка, — Это…       — Что? Это важно?       Янь Фэй скрестила руки, откидываясь назад.        — Это часть старой церемонии, которая не практиковалась со времен Войны Архонтов. Об этом мало кто знает, но Гань Юй тогда была жива, так что…       — Что ты имеешь в виду?       — Ну, для адептов, что имеют рога, это самая священная часть их тела. Они очень чувствительные, и это представляет их гордость и все такое. У моего друга Владыки Лун есть пара красивых рогов, — весьма восхитительных, — но если кто-нибудь дотронется до них, он скорее всего жить уже не будет.       Увидев недовольное выражение лица Кэ Цин, она продолжает.       —… Во всяком случае, в течение Войны Архонтов адепты преклоняли колени и позволяли своему тогдашнему хозяину коснуться их рогов, чтобы продемонстрировать свою непоколебимую преданность. Обычно это был правящий архонт их земли. Это была, знаешь ли, демонстрация покорности и все такое. Способ сказать своим архонтам, что они будут сражаться за них насмерть или что-то в этом роде. Хотя я полагаю, что они делали это и для возлюбленных.       У Кэ Цин перехватывает дыхание, и она краснеет.       — Это- — бормочет она, — Если они такие чувствительные, почему она позволила мне потрогать их?       — Ммм, — Янь Фэй протяжно мычит, глядя на Нефритовое Равновесие. Пару секунд спустя она продолжает говорить, — Находишь ли ты Гань Юй привлекательной?       — Что? Это не имеет к этому никакого отношения! Ты уходишь от темы!       — Да ладно, ты же хочешь решить эту головоломку, да? Я искренне пытаюсь помочь тут! Я ни душе не скажу, слово даю.       В этих словах она не чувствует ни малейшей доброй воли, но трудно сказать, о чем думает Янь Фэй. И всё же она сдаётся.       — Если бы я сказала «да», что бы ты мне сказала?       Губы девушки изгибаются в ухмылке.       — Ну, если тебя действительно привлекает Гань Юй… То она знает об этом.       Кэ Цин клянется, что ее сердце останавливается на секунду, прежде чем к ней возвращаются рациональные мысли, и она качает головой. Не может быть.       — С чего ты это взяла? — У нее суровое выражение лица, и она складывает руки так же, как это делает девушка напротив нее.       — Вы знаете, что такое обонятельные рецепторы? Это нервные окончания в носу, которые улавливают запах. У людей около шести миллионов, а у собак не более трехсот миллионов. У цилинь примерно столько же.       Кэ Цин поднимает брови.       — К чему ты это?       Самодовольная ухмылка Янь Фэй осталась прежней, а ее голова немного наклонилась.       — Вы когда-нибудь слышали поговорку о том, что собака чует ваш страх?       — Да, но я не понимаю, какое это имеет отношение к…       Слова Кэ Цин застревают у нее в горле. Когда последняя часть головоломки встает на место в ее голове, она бледнеет.       Оу.       — Теперь ты понимаешь! — воркует Янь Фэй, — К примеру, сейчас, я чувствую от тебя запах кортизола и адреналина, что говорит мне о том, что ты напряжена и смущена. Бинго?       — О боже мой, — бормочет она себе под нос, закрывая лицо рукой.       — И, конечно же, эти правила применимы к любой эмоции! Так что, если ты когда-нибудь была особенно взволнована, глядя на Гань Юй, уровень оксида азота и норадреналина в твоём организме резко возрастет, и она может это обнаружить.       Не в силах ответить на ее бесстыдный маленький урок биологии, Кэ Цин позволяет ей болтать дальше.       — Итак, Гань Юй почти всегда знает, что ты чувствуешь. А это значит, что она знает, что она тебе нравится, и именно поэтому позволила тебе потрогать свои рога. Дело закрыто.       Наступает короткая пауза, пока Кэ Цин обрабатывает услышанное.         — Это… Имеет смысл, — бормочет она, все еще частично закрывая лицо ладонью, — Всякий раз, когда я особенно напряжена, она обычно просит взять на себя часть моей работы. И когда я расстроена, тоже. Даже если я не показываю этого, она, кажется, знает и составляет мне компанию. Значит, это действительно из-за ее обоняния?..       — Верно.       — И она может обнаружить… Всё, что я чувствую?       — Всё.       — Включая…?       — Да.        Теперь, полностью закрыв лицо руками, Кэ Цин хочется закричать, столкнувшись с новоприобретенным осознанием того, что Гань Юй знала каждый раз, когда она была хоть немного смущена, нервничала или даже… Возбуждалась, упаси Архонт. Унижение просачивается через нее. Как она не подумала об этом? Она знала об обостренном обонянии адептов, но такая мысль никогда не приходила ей в голову.       Она никогда не оправится от этого.       — Так теперь. Это всё что тебе нужно было? — спрашивает Янь Фэй, забирая назад 100 моры, которые она ранее отдала Кэ Цин. — Я верю, что заслужила это.       — Тц… — Кэ Цин потирает виски. — Конечно, это твоё.       С удовлетворенным мычанием, Янь Фэй поднимается, убирая монетку в карман.       — Хэй, взгляни на этой с хорошей стороны, — уверяет она, хотя ее голос совсем не успокаивает, — Иметь разрешение прикасаться к ее рогам — это хороший знак, не так ли?       — Ты можешь идти, Янь Фэй, — резко говорит Кэ Цин. — Спасибо за твою помощь.       Девушка ухмыляется, хотя это мимолетное зрелище, поскольку она быстро проходит мимо нее по пути к лестнице.       — Дайте мне знать, если вам снова понадобятся мои услуги, мисс Нефритовое Равновесие, — кричит Янь Фэй, уходя, — И не ждите такой крутой скидки в следующий раз.       Как только адепт исчезает, она вздыхает.       — Конечно…       Ее перерыв уже закончился. Но почему-то мысль о возвращении в павильон ее не особо прельщает. Проходит минута, а она не встает со своего места.       …Возможно, она потом наведёт справки о животных.  

___________________________________________________________________________

        Хоть Гань Юй и не входит в состав Южного Креста, ей тут всегда рады. К счастью, сегодня вечером Алькор в порту. Во время вечерней прогулки она садится на него, чтобы встретиться со своей хорошей подругой.       …И вскоре пожалеет об этом.       Смех Бэй Доу наполняет воздух, достигая каждого уголка корабля, когда она слышит ее рассказ о событии ранее.       — Это наша девочка! — кричит она, хлопая Гань Юй по спине и чуть не сбивая её с ног, — Но хэй, я думаю оказывать на Нефритовое Равновесие хорошее влияние должно быть хорошим повышением эго, а?       Как бы взволнована она ни была, Гань Юй натягивает улыбку.        — На самом деле… Да. Когда я захожу в комнату, она становится очень счастливой, как щенок, увидев своего хозяина… Но все время сохраняет совершенно невозмутимое выражение лица. Мне неловко из-за того, что я непреднамеренно подглядываю, но… Признаю, это довольно забавно.       Ее мягкий тон резко контрастирует с надменным смехом капитана корабля       — Нефритовое Равновесие-то? Правда? — Взмахом руки Бэй Доу манит к себе товарища по команде, — Эй, Фу Жун, послушай-ка!       Когда собирается небольшая толпа, Гань Юй нервно смеется.       Если подумать, возможно, ей не стоило ничего говорить. Но, по крайней мере, как говорит она сама себе, сплетни флота Южного Креста не должны в ближайшее время дойти до ушей Нефритового Равновесия.       .…Возможно.