Глава 15
20 августа 2022 г., 10:00
Быстро засовываю флакон в лиф платья — потом разберусь, что к чему. Хватаю с подноса мимо проходящего официанта бокал и залпом вливаю в себя пряную жидкость, стараясь успокоить нервы. Музыка смолкает, вижу Райнхольда, который идёт в мою сторону, пробираясь сквозь толпу.
— Где ты была? — первым делом, грозно спрашивает герцог.
— Стояла тут, — смиренно отвечаю я, судорожно пытаясь сообразить, как долго я пробыла наедине с незнакомцем.
— Нет. В какой-то момент ты исчезла, а затем вновь появилась. Я наблюдал.
— Возможно, отходила к официанту. Здесь очень душно, хотелось пить, — пожимаю плечами и хлопаю ресницами, стараясь изобразить невинный взгляд. — Как потанцевали?
Обращаю своё внимание на Доротею, лицо которой выражает крайнюю степень недовольства, а руки сжимают ладонь герцога.
Теперь-то что не так? Кажется, все её желания были исполнены.
— Прекрасно. Я могла бы вечность танцевать, — мечтательно закатывает глаза девушка. — Но Райнхольду срочно понадобилось найти тебя, Альвина. Он чересчур ответственный, а ты — настоящая обуза.
— Это его решение, — замечаю я. — Не пришло ли время выразить почтение королю и отправиться в особняк? Что-то меня утомило это мероприятие.
Скорей хочется оказаться в одиночестве, чтобы внимательно изучить загадочный флакон и проанализировать выбившую меня из колеи встречу. Может быть, всё же рассказать всё Райнхольду? Он точно лучше меня знает, что делать со всем происходящим. С другой стороны… Поверит ли? Вдруг Альвина затевала что-то нехорошее, а под раздачу попаду я? Нет, стоит сначала обдумать ситуацию, прежде чем принимать решение.
— Именно за этим я и искал тебя, — протягивает мне ладонь герцог. — Улыбайся и будь мила, помни, что мы — счастливые наречённые.
— Не нужно нотаций, — чуть морщусь я, хватаясь за протянутую руку. — Я прекрасно помню, зачем мы здесь.
— Доротея, будь вежлива, — переключается на сестру Райнхольд. — Не сутулься. Здесь множество высокопоставленных особ, среди которых ты можешь подыскать себе мужа.
— Я не хочу замуж, — отрезает девушка, но выпрямляет спину. — Почему ты так желаешь избавиться от меня?
— Не здесь, и не сейчас, — рявкает герцог. — Подобные вопросы следует обсуждать дома, а не на публике. Где твои манеры?
Смирно иду по левую руку герцога, ощущая, как он большим пальцем водит по костяшкам моей руки. Нервничает? Украдкой бросаю взгляд на лицо мужчины, но оно совершенно непроницаемо.
По мере приближения к королевской семье, мои ноги начинают слабеть, а по спине пробегает холодок страха. Я же совершенно не знаю местного этикета. Нужно поклониться? Присесть? Что я должна сделать? Почему младший принц так пристально смотрит на меня? У меня что-то не то с причёской?
Мысли путаются, но улыбка, словно приклеенная, не покидает моего лица. Я должна произвести хорошее впечатление, чтобы Райнхольд получил желанную должность. Он — единственный, кого я знаю здесь, не следует портить отношения. К тому же, у нас договорённости. Да кого я обманываю? Я действительно хочу помочь герцогу.
— Ваше Величество, — склоняет голову герцог, когда до постамента остаётся всего пара шагов.
Краем глаза наблюдаю за Доротеей, которая приседает и опускает голову, спешно повторяю движение.
— Герцог Линден с сестрой и наречённой. Наслышан-наслышан, — откликается король, встаёт с трона и летящей походкой подходит к нашей компании. — А я всё гадал, какая же женщина сможет очаровать одного из лучших полисменов в королевстве. Что ж, выбор неплохой.
Король смеривает меня внимательным взглядом и дружелюбно улыбается.
— Благодарю, Ваше Величество, — отвечаю я на сомнительный комплимент. — Я счастлива сегодня быть здесь, тем более, в качестве наречённой этого великолепного мужчины.
— Не сомневаюсь. Итак, герцог, как думаете, будет ли ваш союз благословлён Хольмгером?
— Я не ведаю помыслов божьих, — пожимает плечами Райнхольд. — Наша с Альвиной любовь не зависит от чьего-то благословения.
— Достойный ответ, — кивает король. — Когда же вы планируете обзавестись наследником?
Уверена, улыбка на моём лице выходит кривоватой из-за беспардонных вопросов, на которые уже устала отвечать за сегодняшний вечер. Ощущение, словно нахожусь на каком-то семейном празднике, где въедливая тётушка спрашивает про женихов и внуков. Всегда не любила такие разговоры, раздражающие своей бестактностью и нарушением личных границ, но приходилось, сжав зубы, отвечать, чтобы не обижать человека.
— Когда будем готовы к тому, чтобы стать родителями, — невозмутимо говорит герцог. — В ближайшие несколько лет мы хотим сполна насладиться обществом друг друга.
— Любопытно-любопытно, — задумчиво произносит король, постукивая себя длинным пальцем по подбородку. — А что же вы, герцогиня, согласны ли со своим наречённым?
Встречаюсь глазами с пытливым тёмно-серым взглядом короля и уверенно отвечаю:
— Конечно, согласна. У нас с Райнхольдом полное взаимопонимание во всём, что касается нашей дальнейшей совместной жизни.
— Что ж, я рад за вас, герцог. А то, до меня докатились слухи… — сжимаю ладонь Райнхольда, прекрасно понимая, что за сплетни дошли до короля. — Впрочем, не важно. Вижу, что они не имеют ничего общего с действительностью.
— Так и есть, Ваше Величество, — подтверждает герцог. — Я благодарю за приглашение и замечательный вечер, но мы вынуждены откланяться — Альвина приболела, неважно себя чувствует. Но, конечно, мы не могли покинуть бал, не выразив своё почтение и признательность за приглашение.
— В таком случае, стоит поберечь свою возлюбленную. Был рад знакомству с вами, герцогиня, — кивает мне король, а я приседаю, склоняя голову. — Герцог, задержитесь на пару минут.
— Подожди меня около выхода, — шепчет Райнхольд, оставляя поцелуй на моей щеке.
Киваю и разворачиваюсь, направляясь к выходу из зала.
Какая-то странная аудиенция. Доротея так вообще не удостоилась внимания, вон как пыхтит от злости, шагая рядом со мной.
— Ты разве не задержишься? — спрашиваю блондинку, которая вместе со мной замирает около двустворчатых дверей.
— Мне нечего здесь делать, — отрезает она. — Я приехала на этот бал лишь затем, чтобы поддержать Райнхольда. Но вижу, что он нашёл себе поддержку в лице другой.
— Доротея, в чём проблема? — мирно спрашиваю я. — Ты — его сестра, всегда будешь для него близким человеком. Ничего не изменилось от того, что в жизни Райнхольда появилась я.
— Многое изменилось, Альвина. Ты не поймёшь, а я не собираюсь делиться с тобой тем, что у меня на душе. Отстань со своими проповедями, — грубо отвечает блондинка и отворачивается, всем своим видом демонстрируя, что вести со мной беседу она больше не намерена.
Глубоко вдыхаю и качаю головой. Я сделала, что могла. Пыталась быть приветливой с девушкой, понять её. Но если Доротея сама не хочет идти на контакт, то я могу лишь принять правила игры и постараться подстроиться.
— Всё в порядке? — кладёт мне руку на плечо неожиданно появившийся Райнхольд.
— Да. А у тебя? Зачем король просил задержаться? Мы можем ехать? — заглядываю в спокойное лицо.
— Да, карета уже ожидает нас, — коротко отвечает герцог. — Доротея, ты задержишься?
— Да почему вы считаете, что я должна задержаться? — повышает голос девушка, взмахивая руками. — Так хотите избавиться от третьей лишней?
Молча разворачиваюсь и выхожу из зала. Пусть сам разбирается со своей истеричной сестрой, мне достаточно на сегодня впечатлений. Ещё предстоит прояснить, что за непонятный флакон, стекло которого словно обжигает кожу, оказался в моих руках.
Герцог догоняет меня, когда я иду сквозь длинный арочный коридор, ведущий к выходу из дворца. Молча берёт в руку мою ладонь, переплетая наши пальцы.
Неожиданное проявление нежности, совсем не свойственное этому мужчине. Но от того, не менее приятное. Я почти привыкла к тому, что не могу предугадать действия мужчины-хамелеона.
— Доротея решила остаться? — тихо спрашиваю я.
— Я решил, что ей стоит остаться, — отвечает герцог, нахмурив брови. — Ей полезно проводить время в обществе. А я хочу поговорить с тобой. Наедине.
— Что-то произошло? — спрашиваю я, а внутри поселяется неприятное предчувствие.
— Можно и так сказать, — кивает Райнхольд и помогает мне забраться в карету. — Но обсудим это дома.
Захлопнув дверь, герцог проводит по панели, скрытой за лёгким тюлем, одновременно зажигая тусклый свет и приводя карету в движение. До сих пор не понимаю, как это всё работает. Может быть спросить? Хотя, наверное, лучше не сейчас.
За всё время, пока мы едем в карете по слабо освещённым улицам, Райнхольд не произносит ни слова. Его лицо выглядит глубоко задумчивым, словно он составляет грандиозный план по захвату мира. Впрочем, не удивлюсь, если оно так и есть.
Тоже молчу, не рискуя отвлекать герцога от его дум. Смотрю в окно на незнакомый городок, наблюдая за тем, как мы проезжаем мимо невысоких уютных домов с покатыми крышами, торговых лавок с деревянными и металлическими вывесками, пустынных улиц, припорошенных свежим снегом.
Всё выглядит каким-то кукольным, чем-то напоминает древний городок Ульм, что на юго-западе Германии. Уверена, что если бы сейчас было лето, то домики были бы украшены кашпо с живыми яркими цветами, виноградными лозами и плющом. Интересно, здесь вообще бывает лето?
Открываю рот, чтобы спросить, но не решаюсь, заметив, что Райнхольд откинул голову на подголовник и закрыл глаза. Интересно: спит или размышляет? А если думает, то о чём?
Под мерный цокот копыт об расчищенную брусчатую дорогу, мягкое покачивание кареты и тихий скрип незаметно проваливаюсь в сон.
