Тени сознания

      Открыв глаза, я буквально ткнулась взглядом в дуло ружья. Сначала даже не поверила, подумала, что очередной дурной сон, но, когда меня грубо схватили за руку, насильно подняв с кровати так, что я едва не упала, поняла, что случилось что-то очень плохое. Мускулистый загорелый мужчина вел меня едва ли не за волосы, подталкивая и не давая даже оглядеться и прийти в себя. Когда мы вышли из яхты, я обнаружила практически всех своих ребят, сидящих на коленях с загнутыми за голову руками перед рядом вооруженных людей, впереди которых стоял и что-то говорил еще один мужчина, несколько выделявшийся на фоне остальных.       Короткий черный ирокез, такая же как у всех форма, состоящая из потрепанной красной майки, темно-зеленых армейских штанов и берцев, открывала вид на коричневую, как хорошо запеченная булка, кожу. Мужчина был невысоким, коренастым, с достаточно высоким и мелодичным голосом, но ясность в понимание того, что с этим человеком лучше было не связываться, понятнее некуда вносил нож на поясе и пистолет в руке. Длинный шрам шел от самого затылка, пересекая густую черную бровь. Очевидно, в свое время тому очень повезло не потерять глаз. Мимика была активная, немного нервная, хотя по лицу было заметно, что тот от души веселился. Белоснежные зубы, едва ли не светились на фоне лица.       Меня последней приставили к колонне ребят, поставив в ту же полусидячую позу. Переглянувшись с ними, я увидела такое же непонимание происходящего. Справа от меня поставили Джейсона. Остальные братья — Грант и Райли находились в другой части колонны. — Тсс, — было видно, как Джейсон пытался успокоиться, — Мы, кажется, наткнулись на пиратов. — Да. — Не болтай мно… — Эй, amigo! — главный пират обратил на нас внимание, — Мама тебя не учила, что перебивать некрасиво? — Джес вздернул голову, со злостью сверкая глазами на пирата, — Какого хуя, когда я говорю, слышно тебя? Послушай, приятель, БУДЬ ЛЮБЕЗЕН, ПРЕКРАТИ СМОТРЕТЬ НА МЕНЯ ТАК, СЛОВНО ТЫ ЕБАНЫЙ БЕССМЕРТНЫЙ РЭМБО!       Сильный удар в челюсть повалил Джейсона. Тот даже дернуться не успел, как уже через секунду был откинут почти на полметра назад, с ошалелым лицом глядя по сторонам. Мужчина же достал пистолет из кобуры, отчего я вскочила, игнорируя охранявшего нас пирата, закрыла собой оглушённого брата, мысленно проклиная его дрянной характер. — ТЫ РЕШИЛ, ЧТО МОЖЕШЬ ВЫЕБЫВАТЬСЯ НА МОЕМ, СУКА, ОСТРОВЕ, УРОД?! Свали в туман, dulce! Не мешай мне болтать с твоим хахалем! — Отвали от него!       Винсент. Всегда такой тихий, решил заступиться за моего брата. И, боже, лучше бы он молчал! Главарь пиратов, порядком утомленный нашим сопротивлением, подошел к парню, доставая по пути нож. Я взвизгнула от ужаса и ярости, когда лезвие вошло моему другу глубоко в шею. Одним движением пират вытащил язык через рану на горле. — СРЕДИ ВАС ЕСТЬ ЕЩЕ ЗАИНТЕРЕСОВАННЫЕ В КОЛУМБИЙСКОМ ГАЛСТУКЕ?       Градус напряжения повышался с каждым мгновением, а я стояла на месте, стараясь не шевелиться. Мужчина, несколько раз вдохнув и выдохнув, тихонько засмеялся. — Все хорошо, я спокоен, я спокоен. Вам, ребятки, надо научиться вести себя в гостях. А теперь ты, будь хорошей девочкой, вернись в колонну, пока я и тебя не зашиб.       Перед тем, как вернуться на свое место, я одним быстрым взглядом осмотрела старшего-младшего Броди, подметив струйку крови, вытекавшую из носа. Голова, до этого активно мотавшаяся из бока в бок, теперь лежала на земле. Закрытые веки чуть подрагивали.       Один из наемников подошел к главарю, протянув ему наши паспорта. Тот стал подходить к каждому из ребят, сверяясь с фотографией и задавая вопросы. Присев на корточки перед перепуганной Лизой, до этого громче всех лившей слезы, пират приторно нежно провел по ее волосам перебинтованными пальцами, большим и указательным приподнял ее лицо за подбородок. На его груди сверкнул ярко-изумрудный камень в форме двойного клыка. — Мы с тобой немножко поиграем, ладно, Софи? — М-меня зовут Лиза… — Знаешь колесо фортуны, а, Софи? Моя игра как колесо фортуны, только без колеса, о’кей? — мужчина поднял девушку, — Видишь этих двоих? Как ты думаешь, кто из них достоин смерти больше? — Нет-нет-нет-нет! — Лиза скулила, пока пират вкладывал ей в руки пистолет. — Лиза, не надо, у меня дети! — Что?! Нет у тебя никаких детей! — А ты называл ее шлюхой!       Выстрел и Майкл рухнул, сверкая дырой в голове. Руки пирата и Лизы, державшие один пистолет, переместились правее. Вновь выстрел, и Стэнфорд упал на песок рядом с Майклом. — ВАУ! ВОТ ЭТО ДА, СОФИ! Я предложил одного! А ты убила двух! — Нет-нет-нет, это ты их убил! — Ну нет, жадина тут ты, — с лицом, не принимающим ни оговорок, ни споров, мужчина окинул взглядом девушку, заставив ту замолчать, улыбнулся, снова провел по волосам рукой.       С лица резко пропала улыбка, словно до этого главарь пиратов и не веселился. Очередь дошла до нас. — Этот — Джейсон Броди, верно, hermana? — я кивнула, — С ним потом поболтаю чуть поближе, а то он, видимо, пока еще не в состоянии слушать. А ты… Дакота Броди? — мужчина кровожадно облизнулся, с насмешкой окинул меня взглядом, — Три брата и сестра, значит. Интересно, очень интересно, — он чуть присвистнул от восторга, встал прямо, уже обращаясь ко всем нам, — Вы, детишки, с виду очень ценные, а я люблю ценные вещи. Ваас Монтенегро, будем знакомы. Пакуйте их, парни.       Всех нас подхватили и такими же грубыми толчками стали подпинывать к стоящей неподалеку машине, представлявшей из себя нечто подобное тюрьме на колесах. Даже Джейсон, пусть и шатаясь, но смог подняться и пойти. Видимо, кулак Монтенегро имел свойство делать разумнее непокорных. В машине было тесно, невозможно даже нормально сесть. Когда тронулись стало хуже — внедорожник подпрыгивал на корнях и кочках, болтался из стороны в сторону, да так, что всю нашу кучу едва не носило от одной стенки к другой. Судя по вскрикам, кто-то отделался ушибами и синяками. Мне отдавили все ноги. Грант каким-то образом сумел протиснуться к нам и, справившись о здоровье, облегченно выдохнул. — Все будет хорошо. Выберемся. Как-нибудь…       По приезде мы с ребятами были рассажены по большой бамбуковой клетке. Лиза обреченно сгорбилась, пряча глаза и стараясь ни на кого не смотреть. Главарь пиратов пока что не появлялся, но это и не спасало ситуации: мы узнали, что с нами собирались делать. Во-первых, выкуп с родителей, но, очевидно, что никто возвращать нас домой не собирался. У нас с братьями из родственников была только мать и то человек, совершенно не интересовавшийся нами ни в детстве, ни в юношестве. От нее денег ждать было бесполезно и, может, даже слава богу. Во-вторых, нас собирались продать в рабство, вероятнее всего, в сексуальное (по крайней мере, если говорить про девочек, но и парни тоже не выходили из зоны риска). Тех, кто оказывался убит или в настолько тяжелом состоянии, что не было смысла тратить на них «столько» медикаментов, скупщики забирали на органы. Таким образом Майкл, Винсент и Стэнфорд уже были разделаны. К счастью, мы узнали это только из разговоров… В-третьих, Ваас — не главный, пусть и очень большая шишка, на деле же, обоими островами заправляет некий Хойт Волкер, а Ваасу, скорее, просто отдали этот в пользование. Отзывались о Волкере нелестно даже сами пираты. Несколько раз было произнесено странное слово «ракьят», но даже в контексте я так и не смогла понять, что это такое.       Я видела, что большинство из нас, несмотря на подавленное состояние, лелеет надежду спастись, но проблема была в том, что их свобода, по сути, заканчивалась за пределами наркопритона, куда нас привезли и что называли аванпостом, а не возвращением на материк. Меня лично вопрос о том, как бы уплыть, заботил и тяготил значительно больше, чем даже сам процесс побега, потому что оснащенность пиратов была видна невооруженным взглядом: пушки самых различных видов, подготовленные к выживанию здесь люди, причем, все мужчины, умеющие обращаться с оружием и привыкшие играть человеческими жизнями, как им самим вздумается, постоянный надзор, неадекватное состояние пиратов, о чем свидетельствовали валяющиеся повсюду пустые бутылки и пакетики из-под разного рода наркотиков, неуравновешенный, но при этом далеко не глупый командир, похоже, принимавший вдвое больше психотропных веществ, чем все его люди вместе взятые, собаки, внедорожники, дикие джунгли. Здесь могло произойти бесконечно много всего того, что не дало бы нам просто даже выйти из лагеря, не то, чтобы уплыть обратно домой.       Размышления прервал Джес, задевший мою ногу своей. Я мотнула головой, собрала брови и дернула плечами, давая понять, что думаю и мне не стоит мешать. Когда я рассказала тому о словах, которые произнес главный пират про визит вежливости, брат не расстроился, а заверил, что все будет нормально. Поверила ли я? Разумеется, нет. Он сумел выбесить командира одним только своим взглядом. Даже знать не хочу, что с ним станет, если еще раз произойдет нечто подобное — у Вааса силы хоть отбавляй: я видела, что брат все еще еле ворочал языком и ртом от удара, а это, судя по замаху, был даже не самый сильный из возможных.       Замок клетки звякнул, она резко распахнулась. Молодой пират с обгорелым лицом, подошел ко мне и стал отвязывать от решетки. Грант попытался пнуть его, но тот увернулся и заехал старшему Броди тяжелым ботинком в солнечное сплетение. Схватив за руку, приставил дуло ко мне, повел в какой-то угол лагеря, к одной из открытых веранд. Там я встретила Вааса со скрещенными на груди руками, спиной облокотившегося на перила и бесстрастно взиравшего на другого мужчину, белого, но с очень смуглой для белого человека кожей, тощего, одетого в тускло-рыжую рубаху с незамысловатым узором. От него, хотя и казавшегося спокойным, исходил такой опасный и злой душок, что я невольно поежилась и постаралась не встречаться взглядами, хотя лбом чувствовала, как тот сверлит меня глазами. Третий из присутствующих рассматривал меня с неподдельным интересом, но разглядеть его не позволяла темнота. Вдруг, тот, что был в рыжей рубахе, подал голос. — Барри, я не отдам тебе ее прямо сейчас. Ваас еще должен будет снять видео, мы едва привезли пленников. Но после этого без проблем. А ты, Ваас, — очевидно, это было обращение уже к самому главарю пиратов, — Не затягивай и сделай все в течение дня. — Да не проблема, босс. — Итак… — «клиент» обошел меня кругом, — Как тебя зовут? — Дак… — Хотя постой, не нужно. У моих шлюх нет их прошлых имен. Как бы вы ее назвали? Софи? Не, Ваас, это заезжено. Я бы назвал Вивьен. — Мое имя Дакота. — Ничего страшного, привыкнешь. — Даже не собираюсь. — Многие так говорят, пока не встречаются с карцером. — Судя по твоей роже, ты только-только оттуда вышел.       Все застыли. Губы Вааса и Хойта дрогнули в улыбках, а лицо клиента побагровело. — Так, послушай меня… — Избавь меня от этой «радости», — я не думала, что могу быть такой в столь опасной ситуации, но плохое настроение, страх и усталость делали свое дело.       Через меньше, чем секунду после этих слов, по затылку прилетело прикладом. Ноги подогнулись, и я осела на колени, чувствуя струйку крови, стекающую сбоку по шее. — Барри, какой же ты гандон, как, впрочем, и всегда. Кто тебя, долбоеба, вообще с женщинами учил разговаривать? Батя твой, однажды изнасиловавший фанеру? — заржал Ваас, — Спокойно, Крис, все в норме. Больше так не делай, она нам нужна без травм, а то ценник ниже будет. — О, теперь я понял, почему на нее такая скидка! — истеричный голос покупателя повеселил всех присутствующих, включая меня. — Сколько пафоса было, а толку все равно ноль, — я хихикнула, заметив, как Барри еще сильнее забегал глазами. — Все, хватит веселиться. Девку обратно в клетку.