Потери

      Сяо больно. Он бы не сказал, что не чувствовал боль всегда, ведь карма часто напоминала о себе. Осколки душ умерших Архонтов впивались, принося большие страдания, они напоминали о ненависти и скрытой злобе павших Богов, терзали и резали, медленно убивая. Но сейчас было поломано само тело. Падать с огромной высоты довольно неприятно и Сяо прочувствовал это на себе. Во рту привкус крови и грязи, а в глазах то светлеет, то темнеет. Ох, если бы он знал, что пробуждение будет таким болезненным, то не просыпался и вовсе. Благо адепт успел их спасти — силы были на исходе, но он не будет Яксой, если не исполнит свой долг. Даже если это будет последним, что он сделает. — Братец Сяо! Держись, все будет хорошо. Ты только потерпи немного.       Видимо у него начались слуховые галлюцинации из-за дикой боли в боку и во всем теле в принципе. По ощущениям будто ребро сейчас проткнет лёгкие и он задохнется. Ну ничего, ему не в первой. Неважно сколько костей сломано, он встанет и продолжит биться. Голос все продолжал слышаться и это приносило ещё больше боли, чем результат падения. Этот голос — забытое чувство безопасности и дома, который он потерял очень давно. Нежный, девичий и звонкий, он резал душу на мелкие кусочки воспоминаниями о его названной семье, о беззаботных, простых деньках. Но при всей боли, что он приносил, голос так же и успокаивал Сяо, убаюкивая и облегчая физическую боль. Он слишком устал, чтобы все это выносить, поэтому адепт решил прилечь немного отдохнуть. «Совсем чуть-чуть…», — в мыслях, — «а потом снова сражаться».

***

      В этот раз он просыпается легче. В теле всё также боль, но уже терпимая, а голова не так сильно раскалывается. И даже ребро зажило. А вот это заставляет Сяо напрячься. В голове множество вопросов: кто его исцелил? почему он слышал тот голос? где он? в порядке ли ребята, что были с ним? и почему он вообще жив? — Ребят, братец Сяо проснулся! — Радостно. Опять до ужаса знакомый, тот который он не забудет никогда, даже если карма разъест и уничтожит все. Но это невозможно. Они ушли навсегда и безвозвратно. Нет способа вернуть мертвых. Только если… Гнев вспыхивает огнем по всему телу. — Ты… — Тихо, но твёрдо произносят Сяо, пытаясь встать. Видит перед собой её — Индариас. Девушка ярко улыбается ему, сияя глазами. Такая светлая, отличающаяся от той, что он запомнил в последнюю их встречу, яростной и бессердечной, полностью покрытой своей кровью и кровью тех, кого она убила в приступах агонии, упиваясь силой. Он на неё смотрит неверяще, ненавистно. Сзади нее на Сяо смотрят остальные Якса. Живые Якса. И Властелин Камня. Такой настоящий, что сердце замирает, а потом начинает биться с новой силой. Но Сяо знает — ненастоящий, в этом месте все ненастоящее. По ощущениям и он тоже не существует, когда смотрит на них. Все кажется ему слишком ненормальным, пугающим, но против воли в нем поднимается волна надежды, которую он давно уже потерял. Но он душит ее, а злость вспыхивает только сильнее.       Бонанас встаёт и обходит Индариас. Хочет подойти к Сяо, но он подрывается, превозмогая боль, призывает копье и валит Бонанас на землю. — Прекрати это уже! — Шипит он ей в лицо, приставляя и надавливая копье прямо к шее с такой силой, что на коже появляется порез. — Ты и так забрало у меня его! Чего ты ещё хочешь? — Сяо! Прекрати! Что ты творишь?! — Индариас вскрикивает. Меногиас и Босациус подскакиваю со своих мест и приближаются, сразу меняясь в лице. Рекс Ляпис оставляет чашу в сторону, хмуро смотря на Сяо, и медленно встаёт. — Не подходите! — Шипит Сяо диким зверем, скалиться на остальных. Глаза горят упрямостью. — Сяо. — Спокойно зовёт Властелин Камня своего адепта. — Что случилось? — Ты… Не смей меня дурачить этим. Думаешь я поверю в эту иллюзию? — Ему больно. Так больно смотреть в эти глаза. Сяо не может не верить тому, кому обязан всем. Он просто хочет сдаться в руки этой сладкой иллюзии. Но пока он помнит всех Якс и адептов, Сяо готов сражаться до последнего за них. — Да как ты смеешь использовать его образ?! Я разнесу в щепки это место и ты поплатишься.       Якса с ужасом и страхом смотрят на сцену, что предстала перед ними. Они не понимают, что произошло с их братом за такое короткое время. Совсем недавно он отлучился, а после долгого отсутствия его нашли в ужасном состоянии и теперь он волком кидается на них. На свою семью. Меногиас и Босациус уже держат оружие наготове, но руки предательски трясутся. Для защиты людей и своих близких они сделают, что угодно, даже если им придется сражаться с этими самыми близкими. Индариас с тревогой смотрит на Бонанас, которая была сильно прижата к земле и почти не дышала. — Алатус. — С нажимом сказал Гео Архонт. Звать его Чжун Ли было ошибкой — он ещё не стал тем мудрым простым жителем Ли Юэ, что наслаждается долгой прогулкой по Гавани, смотря как метаются туда-сюда люди. Сейчас он властвовал и контролировал всё. Сейчас он непоколебимый камень, гора.       Метка на лбу Сяо запульсировала, давая понять ему, что все это — реальность, а не иллюзия. Связь между адептом и Архонтов нельзя подделать. Контракт, что высекает свои условия на судьбе подписавшего, от которого не сбежать при всем желании. От неожиданности Сяо выронил копье из ослабевших пальцев. Тело налилось свинцом, а реальность придавила к земле. Вот он — в прошлом, где вся его семья жива, которую он сейчас мог убить, приняв за пустышек живого подземелья. — Братец Сяо! — С тревогой позвала Бонанас, когда Сяо аккуратно слез с неё и закашлялся до крови. — Потерпи немножко, все будет хорошо.       Девушка привстала с земли и использовала Гидро стихию для лечения. Сяо пристально рассматривал родные черты лица, все больше осознавая происходящее. — Брат, — позвал Меногиас, подходя ближе вместе с Босациумом. — Почему? — Меногиас… — устало проговорил Сяо. — Я… Это… — Если ты пришёл в себя, то лучше отдохни, — Босациус, подошел к Бонанас и Алатусу, погладив его по голове. Сяо дернулся словно от удара, но быстро спохватился. — Ты действительно в ужасном состоянии. Откуда эти раны?       Бонанас лечила его уже второй раз, но приземление вышло действительно неудачным. Однако ему становилось легче, боль проходила и он решил все-таки объяснить свое… Ужасное поведение по отношению к ним. — Я упал с большой высоты. Наверное несколько километров. — Проговаривая это, Сяо смотрел как Рекс Ляпис медленно и уверено подходит обратно к столу. — Вероятнее всего я попал в прошлое. — Как это произошло? — Спокойно спрашивает Архонт, поднося в губам чашу. — Как я выяснил то место, где я находился, было переплетением хаоса и времени. Оно использовало подсознание находившегося внутри против него, поэтому я решил, что вы все лишь одна из иллюзий того места. Наверное во время падения я упал в разрез пространства в этом времени. — Как ты вообще туда попал? — Хмуро спросил Босациус. Все выглядели удивленными, но сразу поверили — когда Сяо не хочет говорить, он молчит, а не врет. — Я… — А что собственно ему говорить? Что все они погибли и он решил хотя бы найти тело его брата, о судьбе которого было почти неизвестно? Даже если он был мертв, найти тело и достойно похоронить — последнее, что Сяо мог сделать для него. — Ладно, можешь не говорить, если это такой секрет. А ты из какого времени к нам попал? Сколько тебе лет? Ты выглядишь повзрослевшим. Ну… настолько насколько в принципе ты можешь повзрослеть. — Я перестал следить за своим возрастом, когда мне исполнилось 1700 лет. — Ого. А ты действительно изменился. Так любил праздновать дни рождения! А сейчас даже не знаешь точную цифру. — Добродушно посмеялся Босациус, пытаясь разрядить обстановку и разбавить тишину. — Много времени утекло и многое изменилось. — Хмуро проговорил Сяо. — У меня больше нет возможности и желания этого делать. — Говоришь как старикашка. — С хмыком прокомментировал Меногиас. Но несмотря на некую смешинку в его словах, голос выдавал внутреннее беспокойство. — Братец… — С грустью позвала Индариас. — Что же с тобой случилось? — Вам не нужно этого знать. — С лёгкой полуулыбкой ответил ей Сяо, покачав головой. — Это не ваше бремя. Я не знаю, что может случится если я об этом расскажу.       Воспоминания о них, сражавшихся против друг друга, используя все свои силы и не щадя никого, приносили намного больше мук, чем все травмы, что Сяо получал. Он помнил то, как они бросались, били и разрывали чужую плоть, полностью обезумевшие и потерявшие себя в тьме, что поглотила их. — Сяо. — Властелин поставил на стол руку, покрытую светящимися линиями, и облокотился на неё. — Отдыхай. Чтобы вернуть тебя обратно в твоё время понадобится много сил. Но сейчас все хорошо.       Точно. Охотник на демонов совсем забыл. Он здесь временно. Неважно как тут ему хорошо. Сяо не отсюда и ему тут не место, он чужой. Небольшая погрешность мира, не больше. Вскоре он вернётся обратно в бездну своего отчаяния. Но сегодня он может искренне улыбнуться своим товарищам и не думать о том, что будет завтра. Ведь тут его семья, а значит все будет хорошо. — Да… Я понял.