Правосудие

Коридор... Чёртов коридор, где все двери заперты. Ну что за напасть! Спустя несколько минут такой бессмысленной ходьбы, мне удалось найти открытую дверь. К сожалению, она была открыта явно не просто так: прямо около входа лежал труп. У меня нет выбора, мне кажется это единственное место, где я могу более-менее перевести дух, поэтому решаю остаться здесь, предварительно закрыв дверь на щеколду. На вид труп был свежий: кожа не была слишком бледной, а кровь на одежде ещё не потемнела. Брезгливо обойдя его, я подхожу к одному из шкафов, в поисках припасов или оружия. Спустя пару минут поисков кроме консервированной банки ананасов мне не удалось ничего найти, хотя даже это можно смело назвать презентом. Быстро открываю их и жадно выпиваю оттуда весь сок, смачивая свою глотку.  Желудок приятно заурчал, явно радуясь такому пиру. Спустя несколько минут, я всё опустошила и бросила жестяную банку за спину. Всё то время, пока я утоляла свой голод, мне казалось, что на меня внаглую смотрели, хотя это было невозможно. Дверь закрыта, а комната сплошная коробка, не имеющая никаких щелей и отверстий. Только если... нет. Как же глупо. На меня точно кто-то смотрит! У меня же ведь не поехала крыша? Со скоростью света я оборачиваюсь, надеясь, что это всего лишь игры моего воображения. Никаких намёков на чьё-то появление я не обнаружила. Опускаю глаза ниже и сталкиваюсь взглядом с трупом... Он удивлённо приоткрывает рот и широко раскрывает красные глаза, смотря прямо на меня. Его брови вопросительно выгибаются. С кровоточащих губ с улыбкой сорвалось тихое "ты... дрянная сука" и этого было достаточно. В ту секунду меня парализовал дикий страх. Клянусь, если бы сзади меня не было шкафа, я бы сразу же грохнулась на свой зад. — Ты понесёшь наказание! — издевательски усмехаясь, прохрипел мужчина и начал пытаться встать, еле двигая конечностями. Решаю не медлить, ведь это может плохо закончиться. Радует, что щеколда не заела, а даже наоборот, открылась с невообразимой лёгкостью. Пулей вылетаю в коридор, слыша за своей спиной странную возню. Не важно... Нужно найти выход из этого проклятого здания! Хотя бы одно окно... Отвратительный кислый-металлический запах заставил невольно дёрнуться, остаётся надеяться, что только что съеденные ананасы не полезут назад. Так холодно и мерзко. Я не могла найти причину столь низкой температуры: кондиционеров я тут не наблюдала, вентиляции, а тем более окон тоже. Все стены были... Обычными? Только плакаты с названием организации и рожей Уимблтона. Чёртов Хенк...Чёртов главный герой! Ускоряю свой шаг, надеясь найти своё спасение. Никаких дверей... Один чёртов коридор, который, кажется, бесконечен! Гнев переполняет меня, сильно обжигая изнутри. Хотелось кричать — кричать на всё и вся, сломать стену, разбив кулаки в мясо, чтобы хоть как-то успокоиться. Вдалеке я слышу чьи-то шаги, и, боюсь, я даже знаю чьи они. Ругаюсь про себя, боясь обернуться. Неожиданно, слишком погрязнув в своих мыслях, я запнулась обо что-то. Посмотрев, что же за препятствие, я увидела обычный топор, но... он казался таким знакомым, что-то внутри подсказывало взять его и никогда не отпускать. Вообще никогда... Словно зачарованная, я тянусь к оружию и жадно хватаю его в свои цепкие пальцы. Частички здравого разума окончательно покидают меня, заставляя странно улыбнуться. ---- Знойное лето, городской запах пыли и тополиный пух. Что может быть лучше этого прекрасного трио? Ладно-ладно, всё не так уж и плохо, вечером к примеру не так жарко и душно, и это вполне самое хорошее время на прогулки и прочие радости жизни. Но всё же пух был особо сильной проблемой для таких аллергиков как я. Поэтому сейчас лучшим решением это было поехать в деревню, на дачу, где не было ни запаха пыли, ни этого глупого пуха. На этот раз меня отпустили одну, не только потому что я уже выросла и могу свободно ехать на автобусах и поездах, но и из-за внезапной маминой командировки. Странно это всё конечно, но мне это только на руку. Временами хочется побыть в одиночестве, думаю многие с этим сталкивались. Из моих глубоких раздумий меня вывели громкие динамики, сообщающие о прибытии на нужную станцию. Шумно выдыхаю, и, взяв в руки рюкзак иду на выход, с непривычки озираясь по сторонам. Повторюсь, что немного некомфортно, ехать куда-то настолько далеко в одиночку, но жаловаться не на что. Жива, здорова — руки, ноги на месте. Сейчас нужно идти к водонапорной башне и искать машину с добреньким дяденькой, который довезёт меня до нашей "фруктовой" улицы. Ускоряю шаг, то и дело с неподдельной радостью смотря вокруг. Воздух здесь был почище, чем в городе, или мне так казалось, ну да не важно. Спустя пару минут я прихожу на своеобразную стоянку таксистов. Куча дедков и армянинов с золотыми зубами. Уже направляюсь к машине на вид доброго дедка, как тут меня останавливает чья-то рука на плече. Так, а вот это стрёмно — Извините, вам помочь? Чегось? Оборачиваюсь на достаточно приятный и молодой голос. Передо мной стоял мужчина лет 26. Внешне не имеющий никаких признаков маньяка, а производящий лишь приятное впечатление. — А? Да нет, просто мне нужна машина. — Ой, как хорошо, что я вас встретил! Я как раз таки занимаюсь этим. Он улыбается и убирает руку с моего плеча. — А сколько берёте? — Всего лишь 200 рублей, и я довезу вас куда угодно. О, мне подходит. Недорого, а вполне приемлемо. Мужчина повёл меня к своей машине. Фиолетовая. Красивая. — Присаживайтесь. Он открывает дверь машины, жестом приглашая меня внутрь. Ого, да здесь салон почище премиума будет! Сажусь внутрь удобно расположившись. Комфортненько. Он улыбается и садится на своё водительское кресло, включив приятную мелодию. — Куда едем? Продиктовав ему адрес, я получаю лишь краткий кивок. А после неё последовала странная улыбка. Пожимаю плечами и достаю телефон, отписываясь маме. — Пристегните, пожалуйста, ремень. Он заводит машину и недолго ждёт, пока я сделаю так, как он попросил. Нет проблем, как говорится безопасность превыше всего. Ух, какие тугие ремни. За всю дорогу он не проронил ни слова, краем глаза я замечала странную улыбку, но старалась не придавать этому значения. Мало ли, у человека настроение хорошее. Заволновалась я, только когда мы поехали другой дорогой. Мы свернули и поехали через поле. —  А почему мы едем другой дорогой? — Потому что. Чего-чего? Эй, мне это не нравится. — Чего? — Заткнись! Он произнёс это достаточно громко, при этом надавив на газ. Мы поехали намного быстрее и это стало откровенно пугать. Беру телефон в руки, но его неожиданно выхватывают и с кряхтящими звуками недовольства выбрасывают в открытое окошко. Пытаюсь расстегнуть ремни, но они не поддаются. Твою мать! Вытягиваюсь вперёд и резко захватываю рукой его шею. Ремни тянут назад, а я продолжаю держать его и фактически душить. — Пусти мелкая сучка! Он переводит всё своё внимание на меня, пытаясь отцепить мою руку. Машина всё ещё едет, а этот идиот даже не думает тормозить. Он дёрнулся и ногой повернул руль, из-за чего машина съезжает и летит в одиноко стоящее дерево. Вот ведь дерь... --- — Ты дряная сука! — до боли знакомый противный голос раздался буквально в 10 метрах от меня. Он... Это точно тот мужчина. Сжимаю топор в руках ещё крепче, с невообразимой злобой оборачиваясь на голос. Теперь я чётко вижу эти животные черты лица — хищный оскал и бешенные глаза. Кровь вперемешку с потом всё так же стекала со лба, капая на пол. Неужели он тоже не так прост? — Думала я тебя не узнаю?! В его руке я замечаю охотничий нож, запятнанный кровью. Адреналин, подпитываемый ненавистью, переполнял меня, вытесняя весь страх и боль. Разум словно затуманен самой плотной пеленой. Поднимаю голову вверх, пронзая его не своим взглядом. Я совершу правосудие. Под моим пронзительным взглядом, мужчина сделал шаг назад, держа нож готовым для удара. Я делаю шаг... Потом второй, третий четвертый. И вот, я поднимаю топор, а мой оппонент уже несётся на меня с ножом. Удар произошёл молниеносно, топор в моих руках ощущался   пёрышком, но сумел пронзить руку мужчины, заставив тем самым уронить нож на пол, хотя он был в сантиметрах от моего живота. — Ах, сука... Н-не трогай меня! Из предплечья хлестала кровь, окрашивая его некогда белую рубашку в ярко-алый цвет. Моя голова дёргается, вызывая пронзительный хруст в шее. Тяжело дышу и бью урода по голове обухом топора. Он, хрипя, падает на спину, пытаясь вызвать жалость взглядом. Он умолял, умолял оставить его. Но... разве он оставил меня? Разве это будет честно? — Я... сожалею! Плюю чужаку в лицо, с недоброй усмешкой смотря на него. Это из-за него я страдаю... Это из-за него я сейчас невесть где... Нет, он не человек. Он — жалкое отродье, которое не заслуживает жизни. Оскалившись, я со всей силы бью его по голове, разбрызгивая кровь. Удар, второй, третий, четвертый... Его лицо становится бесформенным, превращаясь в фарш. Отвратительно, но эта дрянь заслуживает этого. Выравниваюсь, продолжая тяжело дышать. За спиной послышались громкие хлопки, которые выдернули меня из транса.