Из кожи вон

В город, что не отмечен на карте, не ведут дороги. Сюда не ходят поезда, не летают самолёты и не плывут корабли. Место, где нельзя погостить. Город у подножия высокого холма, обжитого лишь густым, прохладным лесом, расписан буйными красками. Здесь вечнозелёная трава, диковинные растения, жаркие дни и реки чистой, прозрачной воды. Тут не бывает времён года, дождей или снега, почти всегда светит солнце, а ночь настаёт по желанию и тогда на небе загораются яркие лампочки. Не бывает и бедствий, болезней, плохих мыслей и ненужной информации. Нет суеты. Маленькие разноцветные дома разных архитектурных форм, тесно прильнув друг к другу, ютятся на узких брусчатых улицах. Их крыши слепяще блестят на солнце, скрипя старенькими флюгерами. Дни одного единственного жителя светлы и беззаботны. Юноша, чьи волосы цвета каштана, а белое, пухлощёкое лицо пылает молодостью, собирает ягоды и цветы, варит варенье и плетёт венки. Он купается в реке и нежится на песчаном берегу под лучами солнца. Ночью разжигает костры, греет ладошки и считает звёзды. Его жёлтый домик с замшелой черепицей украшают большие стеклянные витражи причудливых мотивов. Вокруг сказочной обители – палисадник, расшитый великолепием пышных гортензий, огненных лилий и кустами ароматных роз. На газоне замерли миниатюрные деревья. Юноша заботлив. Вот он ухаживает за своим цветником, старательно поливая каждый кустик, гладя бутоны и вежливо беседуя с новыми побегами. По дороге, что ведёт вдоль домишек, потерянно шагает человек. Он озирается, битый час ища признаки жизни в этой солнечной сказке. Приоткрыв в замешательстве рот, единственный до этой поры житель города встречает приближающегося прохожего взглядом. «Ты кто?» — забытая в руке лейка плещет воду на колючий куст. «А ты?» — вопрошает незнакомец. Хозяин дома хранит молчание, изучая парня от головы до босых пят. На нём висит бежевый костюм атласной пижамы в крупный чёрный горошек. Озадаченность чужих глаз пугает прохожего. «А что…что это за место?» — крутится. «Город» — выдаёт местный, не отводя взгляда. «Это я вижу. – Вертит головой собеседник. – А что за город?» «Я…я не знаю. Просто город» — копируя действия парня, глядит по сторонам. «Как это?» «У него нет имени». «Почему?» — прохожий чуть хмурит брови. «Я не думал об этом». «О чём?» «О названии». «Что ты имеешь в виду?» — парень мотает головой, пытаясь понять происходящее. «Я не придумал ему название» — мямлит, едва пожимая плечами. Выражение абсолютного непонимания застыло на лице чужака. Каждый последующий ответ собеседника уводил в дебри всё глубже. Он бегал глазами по брусчатке, благоухающему саду, соседним домам в поисках хоть кого-нибудь. «Окееей… — решив, что парень страдает каким-то расстройством, прохожий направил разговор в другую сторону. — А почему здесь никого нет?» «Есть я» — коротко бросил чудной. «А кроме?» «Кроме?» Загадочность юноши начала раздражать: «Где люди?» «Люди?» — парень сдвинул брови и растерянно пробормотал, будто разыскивая значение слова в голове. «Почему здесь нет людей?» — ещё один вопрос и он сойдёт с ума. «Я не думал об этом». Этот раунд чужак проиграл. Сжав переносицу пальцами, парень зажмурил глаза и поверженно выдохнул. Он приложил кулак к губам и пытался поймать суетливые мысли. Возможно, в одной из них кроется ответ на вопрос «Что происходит?» Прохожий скользнул взглядом вверх по улице и принял решение изучить её до конца на предмет живых существ. Развернувшись, юноша, провожаемый пристальным взглядом, неторопливо зашагал. Минуя красочные дома с маленькими чугунными, широкими каменными, резными деревянными балконами, густо увешанными цветочными горшками, чужак стучал в каждую дверь. Не дожидаясь гостеприимства ни от одного обитателя, он продолжал свой путь. Улица закончилась. Её предел — мощёная булыжником пустынная площадь с фонтаном во главе. Мраморная пирамида пускала серебряные струи в небо, но те, не достигая и двухметровой высоты, разочарованно возвращались в своё обиталище, рассыпаясь на мириады брызг. Присев на выступ мраморного сооружения, парень принял позу мыслителя. Его светлых волос касался лёгкий ветер. Ни пения птиц, ни стрекотания или жужжания насекомых слышно не было. Хоть бы одна кошка мяукнула или залаяла собака в одном из дворов. Вокруг — лишь шелест листвы на деревьях, монотонная мелодия фонтана и жара. Поразмыслив с десяток минут и потеряв всякую надежду на встречу с разумным человеком, юноша вернулся к дому единственного обитателя города. «Как тебя зовут?» — обратился к жителю, занимающемуся прежним делом. «Я не знаю» — немного помедлил тот перед ответом. «Слушай, ты…страдаешь чем-то? Ну, может, там…амнезия или шизофрения? — парень аккуратно подбирал слова. — «У тебя есть паспорт больного?» «Нет» — хозяин дома косился на собеседника. «Почему ты тогда ничего не знаешь?» «Я не думал об этом». «Точно больной» — заключил про себя чужак. «Тогда будешь Чудиком. — Заявил парень, протягивая руку для знакомства. — Я — Хёнджин». Недоверчиво оглядев ладонь юноши, горожанин всё же вяло её пожал. «А что ты тут делаешь, Хёнджин?» «Понятия не имею. Я просто оказался у того дома с красной крышей. — Он указал рукой на бревенчатую постройку в сотне метров от нынешнего пункта. — Ничего не понял. Стал бродить, осматриваться, искал». «А что ты искал?» — Чудик проследил за взглядом Хёнджина. «Кого-нибудь». «Зачем?» «Чтобы спросить, что это за место. Возможно, узнать, как я здесь оказался» — парень дёрнул вниз уголки губ. Горожанин принимал крайне озадаченный вид после каждого предложения, сказанного Хёнджином. Создавалось ощущение, что он сваливался в бездну отрешённости, тщательно осмысливая, разгадывая слова чужака. Было видно, как трудно ему даётся постижение смысла сказанного. Прокладывая лесенку из умозаключений он всё же возвращался на поверхность и давал короткие ответы. «Если спрошу, как давно ты здесь живёшь, услышу ли я что-нибудь кроме "я не знаю"?» — разжёвывая слова, проговорил Хёнджин, на что Чудик лишь отрицательно помотал головой. «Понятно... — тяжело выдохнул юноша. — Хотя бы телефон у тебя есть? Может, получится дозвониться до кого-то из моих друзей». «Телефон?» — Чудик потёр лоб. Поняв всё по одному лишь задумчивому взгляду, Хёнджин оставил попытки выиграть эту игру. Принимая поражение, парень поджал губы. «Красивые. — После недолгой паузы Хёнджин кивнул на палисадник. — Как называются?» Чёрт, чёрт, чёрт! Чудик оглядел изящные гортензии: «Я не знаю».