Softest and sweetest

На улице шел мелкий дождь, но студенты все равно сидели за столиками на улице, потому что кафетерий уже был забит. Несколько людей даже разместились на подоконниках и полу. Сегодня Леви не успел позавтракать и к большому перерыву его желудок уже стал урчать так громко, что люди на него оборачивались. Запах картошки фри и наггетсов смешивался с запахом вишневого пирога и заполнял все помещение вместе с влажным и густым паром от брокколи. Было жарко и душно. Леви отстоял огромную очередь, уже думая, как сесть за стол к кому-нибудь более или менее знакомому, хотя сама мысль об этом вызывала омерзение. Он прошелся пару кругов по большому пространству кафетерия, но не нашел даже свободного стула. Ему пришлось терпеть все эти унижения только потому, что Изабель взяла обед с собой, снова сев на диету и не предупредив, а Ханджи и Эрвин уехали на конференцию в другой университет. Леви был готов отчаяться и выйти под дождь, потому что сейчас, когда дождь усилился, он увидел пару свободных мест. Он почти дернул ручку двери выхода, когда на его талию легла рука, а затем из-за плеча появился Эрен. Леви проходится взглядом от скулы Эрена до его ключицы, обнажившейся из-под растянутого воротника. Тепло его объятья проходится по спине Леви. Его парфюм перекрывает отвратительный запах кафетерия. — Я знаю, где мы можем поесть, — просто говорит он, когда их взгляды встречаются, и Леви, уже почти выдавивший содержимое стаканчика кофе себе в лицо от отчаяния и злости, смотрит на него, как на Бога. — Да, пожалуйста, — он выдыхает, позволяя руке Эрена аккуратно, но уверенно подтолкнуть его в правильном направлении, затем на лестницу, по коридору, а потом в ту часть корпуса, где Леви вообще никогда не был. В длинном заброшенном коридоре нет света и висит желтая лента, предупреждающая о реставрации части корпуса. Эрен приподнимает ее выше, пропуская Леви вперед, как настоящий джентльмен. Они тихо идут по темному коридору все дальше от шума, пока Эрен не останавливается, забираясь рукой под свитер на шее и доставая витиеватый ключик. Он сует его в замочную скважину жуткой двери, и Леви правда ощущает мороз по коже, когда дверь со скрипом открывается, и Эрен пропускает его в помещение, напоследок оглядываясь. Это круглая небольшая комната с длинным столом по одной из стен и стеллажами с огромным количеством пыльных книг, записей и всяких художественных принадлежностей. Эрен закрывает за ними дверь и оставляет ключ в замочной скважине. В комнате душно и пыльно, и Эрен встает на стол, чтобы открыть старое скрипучее окно, впуская прохладный воздух. Он остается сидеть на столе, и Леви, бросив взгляд на слой пыли на стульях, забирается и садится рядом. Деревянное окно поразительно чистое для этого помещения, и через него легко разглядеть то, что происходит внизу. Здесь пахнет старыми книгами и пылью. Старые книги и чертежи пожелтели. Мебель выглядит дорогой, судя по качеству темного дерева, но жутко старой. В целом, здесь довольно мило, если не касаться пыльных поверхностей, и Леви немного расслабляется. — Где мы? — уточняет он вслух, открывая упаковку сендвича, пока Эрен перемешивает свой салат с оливковым маслом. Это напоминает Леви их поход в пиццерию, и он хочет небрежно напомнить об этом Эрену, но не придумывает ничего правда забавного и оставляет эту затею. Через дырку на колене Эрена виднеется кусок татуировки, похожий на сколопендру. Леви следит за ней взглядом, забираясь на середину бедра Эрена, а потом выше, чувствуя, как жар смущения приливает к щекам. Он не обращал внимания на то, какие у Эрена крепкие бедра. Он видит, как мышцы напрягаются, скользят под тканью джинсов, и очень легко представить, как на них будет приятно сидеть. От внезапной ассоциации Леви чувствует, что жар расползается до висков, и опускает взгляд на свой сэндвич, сжимая его крепче. — Северная башня корпуса, — отвечает Эрен, возвращая Леви в реальность, и тот вздрагивает, пытается вспомнить вопрос и почти произносит «ты о чем?», как последний идиот. Он делает глубокий вдох и запах апельсинов заставляет расслабиться. Хотя бы немного. — И откуда у тебя ключ к башне, которая еще и находится в закрытой на реставрацию части здания? — Леви вздергивает бровь, опираясь на противоположную стену. — Я умею быть упорным, знаешь? — Эрен усмехается и опускает взгляд. Леви закатывает глаза и улыбается против воли. Здесь так тихо и спокойно, что он позволяет себе расслабиться. Ласточки за окном летают низко, все припадая к земле, чтобы поживиться чем-то со столиков кафетерия. Дождь усиливается, и птицы прячутся под крыши корпуса, и Леви слышит, как они возятся на чердаке башни. Потолок здесь высокий, деревянный и темный. Где-то далеко слышится гром и кажется, будто тут становится еще спокойнее с каждым порывом ветра. Они едят в тишине, и Эрен заканчивает со своим обедом быстрее, и Леви только начинает переживать, не нужно ли ему поторопиться, когда Эрен откидывается на книжный шкаф, издав тихий стон расслабления и достает сигареты из кармана джинсов, чуть приподняв бедра. У Леви в голове бутылка шампанского, которую взболтали и открыли, расплескав искрящиеся вспышки эйфории по всем частям мозга. Эрен открывает пачку и вытягивает сигарету зубами, сосредоточенным взглядом скользя от пачки к зажигалке. Леви разглядывал, как щеки Эрена втягиваются с блаженным и тихим вдохом, как на зеленые глаза опускаются густые ресницы, а брови хмурятся, будто Эрен так близко к оргазму, а затем дым на секунду задерживается в его легких и с шипением покидает пухлые губы и вылетает в окно. Его рука лежит на согнутом колене, будто специально протянутая к Леви, чуть сжимается в кулак, и у Леви перед глазами образы один жарче другого. Эрен ловит его взгляд, ловит Леви с поличным, и тот хватает воздух ртом, чтобы начать оправдываться, краснеет, и именно в этот момент Эрен подмигивает ему, так блядски горячо улыбнувшись, что у Леви все плывет перед глазами, и он отпивает кофе, чтобы хотя бы попытаться прийти в норму.