Softest and sweetest

Два дня Леви проводит в торговых центрах, злясь на все человечество, пробираясь сквозь толпы людей и все время сбрасывая Эрена, когда тот звонил, чтобы тот не догадался, чем Леви занимается. Он отшивает его смсками, когда Эрен присылает грустные смайлики. В конце концов Леви шлет Изабель и Ханджи в эту цитадель плохого воспитания детей и истеричных дамочек, а сам отправляется искать что-нибудь где-нибудь, но точно не здесь. Он покупает себе зеленый чай со льдом, бродя по центру и пытаясь успокоиться. Ветер еще холодный, но солнце уже согревает кожу. Леви позволяет себе расслабиться и наполниться мыслями об Эрене изнутри. Он размышляет о том, как потрясающе они проведут эти несколько дней вдвоем, как здорово будет готовить завтраки вместе и спать в одной кровати, а не перекидываться нюдсами до пяти утра. Как хорошо будет проснуться с рукой Эрена, прижимающей к себе. Как хорошо будет снова оказаться с ним так близко, как мог только Леви. Он понимает, что бродит по кругу, когда третий раз цепляется взглядом за жутковатую вывеску ювелира. Что-то мистическое в этом местечке отталкивает и привлекает одновременно, поэтому Леви выбрасывает пустой стакан и заходит внутрь вместе с музыкой ветра. Колокольчики звенят еще пару секунд, когда из-за тяжелой бархатной красной шторы выбирается сгорбившийся старичок, кряхтя приветствия. — Здравствуйте, — тихо произносит Леви, разглядывая причудливые серьги, кольца и ожерелья. — У вас есть что-нибудь для… — он все еще бродит взглядом по витрине, когда луч солнца, отражаясь от окна напротив, проскальзывает в пыльное окно, освещая на витрине браслет. Леви кажется, будто это гипноз. Зеленый камень переливается на солнце, будто нежится в нем, золотой неровный край искрит, темные пятнышки будто прыгают от веселья, а светлые прожилки вьются по глубокой зеленой поверхности, заманивая на морское дно. Это цвет глаз Эрена. Леви смущенно улыбается и указывает на браслет, и мужчина понимающе кивает. Крепкая, но тонкая цепочка украшена крошечными капельками, золотом играющим на солнышке. — Это малахит, он дает владельцу защиту и предупреждает об опасности, — кряхтит старик, когда добывает украшение из витрины и протягивает его Леви на сухой морщинистой руке. Тот разглядывает ближе чисто из вежливости, а затем протягивает карточку для оплаты. Старик долго пакует браслет в матовую бумагу с небольшой подушечкой, а затем запечатывает сургучом с логотипом мастерской. Леви убирает браслет в карман и возвращается в торговый центр, где Изабель и Ханджи испробовали на себе всю люксовую косметику, и теперь выглядят так, будто у них все кожные заболевания на свете.