Softest and sweetest

Это потрясающий день. Леви принимает душ снова, и Эрен присоединяется к нему, обнимая сзади и целуя в шею. Леви чувствует, как его тело плавится в чужих руках, как он поддается этой огромной волне спокойствия и блаженства, и тонет в ней, не захлебываясь. Они кутаются в полотенца и целуются в коридоре. Леви приходится встать на цыпочки и притянуть Эрена к себе за затылок, чтобы углубить поцелуй, сквозь который они чувствуют улыбки друг друга. Они готовят завтрак вместе, и Эрен целует его палец, когда Леви обжигается о сковороду. Яичница выходит идеальной, с влажным желтком и идеально прожаренным белком, а тосты хрустящие и пропитанные маслом. Леви отвлекается от завтрака каждую секунду на поцелуи и касания. А может быть, на самом деле яичница подгорела по краям, а в центре белок сырой, и тосты не дожарились, но какая разница, когда Эрен целует его так жарко, сажая на столешницу и забираясь руками под полотенце. Нога Леви закинута на ноги Эрена, когда они наконец-то завтракают холодной полусырой яичницей и сухими тостами. Солнце выбирается из-за туч, и Леви успевает поймать искру золота в зеленых глазах Эрена перед тем, как тот начинает щурится и опускает штору. — Твою мать, — говорит Леви себе под нос, вставая и пытаясь найти свой рюкзак. — Все в порядке? — уточняет Эрен, но Леви не отвечает, опускаясь на колени и роясь в рюкзаке. Рука наконец-то нащупывает матовый сверток, и Леви возвращается к столу, положив перед Эреном подарок. — С днем рождения, — произносит он, садясь и снова кладя свою ногу на ее законное место на бедре Эрена. Он не хочет показывать, что нервничает, но внимательно следит взглядом за Эреном из-под чашки, из которой крайне медленно пьет чай. — Что это? — мурлычет Эрен себе под нос, осторожно распаковывая подарок, раскрывая бумагу, и затем замолкая. Его глаза загораются чистой зеленью, отражая цвет малахита, и Леви улыбается, наслаждаясь реакцией. — Ты серьезно? — Эрен гладит его щиколотку, все еще не веря тому, что видит. Он осторожно достает браслет и просит Леви застегнуть. Золото играет на его загорелой коже бликами, и браслет выглядит так, будто всю жизнь покоился на этом запястье. — Спасибо, — его лицо светится нежностью, благодарностью и любовью, и Леви понимает, что видел это выражение сотни раз до этого дня. Сотни раз до того, как заняться сексом и до того, как вообще коснуться друг друга. Он видел эту любовь, сидя друг напротив друга в башне, видел, когда Эрен вручил ему пирог и видел на поле, когда Эрен после игры принес ему крошечный букетик из трав. Он видел ее каждый день, как видел Эрена. Леви тянется к нему, наконец-то отвечая тем же, и Эрен улыбается в поцелуе.