Two People - Four Lives.

      

TAEMIN — Under My Skin

      «Мне трудно в это поверить. Нет, мне НЕВОЗМОЖНО в это поверить.»       С утреннего инцидента прошёл уже не один час. С этого момента Кибом всё ещё не выходит из комнаты, боясь после подобного попасться на глаза причине его переживаний.       Минхо — Хэчан? Хэчан — Минхо?       Может, это просто шутка какая-то? Минхо случайно услышал про Хэчана и решил притвориться им… Зачем?       А как же это сообщение?       Нет, это точно не шутка. Несмешное совпадение в жизни.       Всё ещё витая в мыслях о Минхо, Кибом лежит на кровати неподвижно, боясь лишний раз вздохнуть. Внутренний голос толкает мужчину поговорить с Минхо об этой ситуации, но ангелочек Кибу на плече умоляет не делать лишних телодвижений. Хотя, казалось бы, куда ещё хуже…       Всё же собравшись с мыслями, Ки делает рывок и поднимается с кровати, борется с тёмными кругами перед глазами от резкого подъёма и решительно идёт к двери. Однако, только коснувшись ручки, он задумывается.       А что сказать-то? «Извини, Минхо, я с утра погорячился, но теперь можешь меня поцеловать»? Бред какой-то!       «А что я вообще чувствую по отношению к Минхо?» — задумывается блондин, опуская руку. Простояв примерно минуту в застывшем положении, он снова поднимает руку и открывает дверь.       Ноги становятся ватными и всё более неустойчивыми по мере приближении к комнате Чхве. Еле дойдя до косяка двери с выцарапанным на нём «Без стука не входить», Ки выдыхает и неуверенно стучится в дверь.       Слышит шаги за дверью. Уверенность куда-то улетучилась.       Дверь открывает Минхо. Спасибо, что в этот раз одетый.       — Кибом? — с неподдельным удивлением спрашивает он, смотря на своего гостя.       — Впустишь? — не в силах выдавить что-то ещё, спрашивает Кибом.       Минхо молча отходит от двери, позволяя Кибому переступить порог комнаты. На удивление второго, окна были зашторены, постель незаправлена, а на столе был полный бардак из канцелярии и каких-то бумажек, беспощадно смятых в маленькие комочки. Окидывая взглядом помещение, Кибом в мыслях подбирает слова, пока его молчание не прерывается бархатным голосом Минхо:       — Ты хотел что-то сказать?       — Да… — неловко начинает старший, понимая, что времени на подстраховку у него нет, — Я хотел извиниться за то, что так грубо оттолкнул тебя. Я был в шоке от происходящего и не знал, что делать.       — Всё в порядке, хён, — слабо улыбается Чхве, закрывая дверь и поворачивая замок.       Услышав характерный щелчок, Кибом оборачивается и в непонимании смотрит на мужчину.       — И я хотел сказать кое-что ещё… — слегка дрожащим голосом продолжает он, с неловкостью отводя взгляд, — Я хотел сегодня признаться… Хэчану в чувствах, потому что он мне нравится.       — Но я оказался Хэчаном, а ты — Юхёном, — продолжает Минхо.       — Именно. Но если он — это ты, а он мне нравится, то это значит, что…       — Ты мне нравишься.       — Что?       — Ты мне нравишься, — повторяет громче, — И это не просто продолжение твоей мысли.       Повисло неловкое молчание, в процессе которого Кибом чувствует и стыд, и смущение одновременно. Замечая это, Минхо лишь тихо усмехается.       — Кибом-а.       — А?       — Подойди ко мне.       Повернувшись, Ки покорно, но ужасно медленно шагает к младшему, словно боясь, что он сейчас ударит его или вытолкнет из комнаты к чертям. Второе было бы гораздо обиднее.       Подходя навстречу к Киму, Минхо заключает его в объятия и прижимает к себе, тяжело выдыхая.       — Извини меня за этот поцелуй, — тихо проговаривает Чхве, поднимая руку вверх по плечу мужчины, — Но при новом повороте событий, — осторожно кладёт руку на подбородок и заставляет поднять голову к себе, — Могу ли я сделать это теперь?       Вместо ответа Кибом прикрывает глаза и сам тянется к Минхо, сжимая пальцы на его футболке. Минхо подаётся на встречу.       Их губы встретились. Нежный, неуверенный поцелуй дарит тепло обоим телам, заставляя их гореть от первого смущения. Поначалу неуверенно сминая губы партнёра, каждый постепенно пробует другого на вкус, после чего смущение уступает накатывающей страсти, отключающей рычаг контроля у обоих.       Не разрывая чувственный поцелуй, Минхо подхватывает Кибома за бёдра и медленно двигается в сторону дивана, садится и усаживает старшего на себя сверху. Кибом, почувствовавший характерный бугорок в спортивках партнёра, отрывается от пухлых губ напротив и вдыхает, стараясь набрать как можно больше воздуха:       — Мино-я, я не готов пока что заходить дальше…       — У тебя есть столько времени, сколько тебе нужно, Бомми, — прерывает его Чхве, слабо улыбаясь и поглаживая бедро мужчины, — Это просто поцелуи, пока ты не захочешь большего.       Довольно улыбнувшись, Кибом снова припадает к таким манящим губам напротив, нагло закидывая руки на шею партнёра и прижимая к себе как можно сильнее. Младший отвечает ему, не сдерживая довольное урчание, вырвавшееся из груди, и прижимает к себе за талию, не опуская вторую руку с бедра и сминая его.       Поцелуй был жарким до горящих лёгких, до тепла, разливавшегося по всему телу, до возбуждения, будоражившего обоих.       Чувства словно не зародились совершенно недавно. Всё было так, словно и должно было произойти с самого начала.       Они сгорят вдвоём, наслаждаясь друг другом.

***

      Ближе к ночи, когда искусанные губы больно пульсировали, а тело изнывало после разрядки в душе, Кибом валяется на кровати Минхо, ожидая, когда он, в свою очередь, справится со своей небольшой проблемой в душе. Или не небольшой?..       «Боже, о чём я только думаю», — ловит себя на мысли Ким, накрывая лицо подушкой и вдыхая аромат ментола, которым она пропитана из-за шевелюры владельца. Шампунь младшего определённо подходил ему.       Дверь открывается, и в комнату входит её владелец с оголённым торсом. «Спасибо, что обмотался полотенцем», — как всегда где-то не там витает Кибом. Поднимая голову, он критично выгибает бровь:       — Ты хоть трусы надел? Или под полотенцем ничего нет?       — Ну, — с издёвкой протягивает Минхо, сияя фирменной улыбкой, — для тебя могу их снять.       — Боже, Минхо, нет… — от бессилия Ки падает обратно на кровать, закрывая лицо руками.       Довольно рассмеявшись своему удачному стёбу, Чхве вешает полотенце на стул и ложится рядом со старшим, притягивая к себе.       — Лучше бы сам разделся, — ворчит брюнет, зарываясь носом в выжженный окрашиваниями затылок, — Или ты в своей толстовке от GUCCI спать собрался?       — Захочу — сниму, не захочу — не сниму, — бубнит Кибом, — Что за новый вид извращенства вообще?!       — Не спорь, что тебе не нравится это извращенство, иначе бы не лежал в одной кровати со мной сейчас.       — Ты придурок, Мино-я.       Тяжело выдыхая, Ки складывает руки на груди, пока не чувствует перебирающиеся пальцы на своей спине.       — Кибом-а.       — Ну чего тебе?       — Сходи переодеться, а, — протягивает Минхо так, что тон уже походит на жалобный.       — Хорошо, но если Джинки или Тэмин ещё не спят и увидят, что я иду к тебе в комнату — грациозно поднимается Кибом, шагая к двери, — я скажу им, что завожу ещё одну собаку и выгоняю тебя из комнаты.       — Ну, так-то действительно заводи- — Минхо не успевает договорить, ловя на себе испепеляющий взгляд, — Молчу-молчу.       Недовольно цокая, Кибом что-то бубнит себе под нос и хлопает дверью.       Заходя в свою комнату, Ким сразу же подходит к лежанкам пуделей, наглаживая их в качестве извинений за отсутствие почти весь день. «Ваш папочка сейчас в ахуе», — думает он, понимая, что такое невозможно объяснить даже самому себе, не то что собакам. Поднимаясь с корточек, он стягивает с себя одежду и заменяет её на простую футболку с незамысловатым принтом. Ещё раз потискав собак за уши, Кибом возвращается к Минхо.

***

      «Всё же Тэмин был прав… Нужно будет поблагодарить его», — размышляет Минхо, оставшись наедине.       Его план сработал. Противный, скользкий, но эффективный. Совесть загрызёт, если он рано или позно не расскажет об этом Ки.       Минут пять пролежав на кровати, Чхве всё же поднимается и идёт к шкафу. Несмотря на свою привычку спать голым, Минхо не хочет лишний раз нервировать Кибу, который явно смущается (а может, завидует), смотря на подкачанное тело друга.       А может, и не друга уже? Всё решится позже.       Именно в момент, когда Чхве натягивал на себя футболку, за его спиной хлопает дверь и раздаётся удивлённый голос:       — Ты знаешь, что такое футболки в общежитии? — сарказм никогда не покидал Кибома, вне зависимости от обстоятельств, — Я уже думал приобрести тебе одежду самостоятельно, если ты не можешь сам.       Минхо шумно выдыхает и закрывает дверцу шкафа:       — Какой же ты раздражительный местами.       — Но я тебе нравлюсь и таким, так ведь? — в тоне мужчины слышится нотка самодовольства.       — Да, нравишься.       — Так ты мне расскажешь, как так получилось, что мы оба оказались в одном… вирте?       — О чём ты? — недоумённо переспрашивает Минхо, подходя к старшему.       — Минхо, я же не дурак, и сам такие штуки не раз проворачивал. Колись, романтик.       Осматривая Ки, Минхо медленно подходит к нему и заключает в объятия, отрывая от пола и под выразительное кибомовское «твою ж мать» сажая Кима на кровать.       — Я в вирте нахожусь подольше Тэмина, и сам подсадил его на сие приколы, — начал своё повествование Чхве, садясь на пол перед старшим, — Я знал, что рано или поздно он попытается затащить туда тебя.       Кибом внимательно слушает мужчину, вплетая руку в его волосы на макушке, так маняще растрёпанные, чтобы поправить их. Тихо усмехнувшись, Минхо продолжает свой рассказ.       — Ты нравился мне очень долго. Ещё до того, как вы с Джонхёном начали встречаться. И я подумал, что сейчас, благодаря Тэмину, у меня появились шансы. Отвлечь тебя, развеселить и заполучить.       — Стой, — прерывает его Ки, не желая принимать поражение в этой уловке, — Я сам же тебе написал.       — У тебя есть мой второй номер, а у меня твой. Рекомендация общих контактов — удивительная штука, не так ли? Ты меня нашёл сам, но это не значит, что ты знал, что это именно я.       — Ты удивительная козлина, — с восхищением шепчет Кибом, — Ты бы не стал целовать меня, если бы был удивлён.       — А ты бы сопротивлялся сразу, если бы я тебе не нравился.       В ответ на это Кибом лишь вытаскивает руку из спутанных волос Чхве и залезает на кровать с ногами, отодвигаясь:       — Закрыли тему, я спать хочу.       — Так это «да»? Ты хочешь быть моим парнем?       — Минхо!       — Понял.       Залезая на кровать к старшему, брюнет накрывает их обоих одеялом и придвигается ближе к Кибому, заключая в объятия.       — Кибом-а?       — Мино-я?       — Ты злишься на меня?       — На такого гения невозможно злиться, — выдыхает тот, прикусывая губу, — но мне нужно время.       Минхо осторожно прижимает мужчину к себе, утыкается носом в изящную шею и оставляет несколько поцелуев на молочной коже.       — Я буду рядом, пока ты не скажешь мне «да».