Твой запах

— Чан хён написал, — Чанбин задумчиво смотрит в экран телефона, на его лице читается раздражение. Чанбина почти никогда нельзя застать в плохом настроении, но Феликс научился разгадывать его чувства даже по лёгкой мимике. — Просит прийти в студию. — Что-то случилось? — Он уже несколько дней работает над треком. Иногда просит меня прийти, чтобы просто отвлечься. Ему правда нужно отдохнуть. Чанбин встаёт с кровати и находит в шкафу чёрное худи, что-то неброское, чтобы не привлекать внимание на улице. Домашнюю футболку стягивает через спину и оставляет на спинке стула. — Я быстро, узнаю, что у него случилось. Хорошо? — он смотрит Феликсу прямо в глаза, сверкая перед ним голым торсом, механическими движениями выворачивая и натягивая на себя худи. Что-то кольнуло в груди. — Хорошо, — Феликс выдерживает взгляд и пытается не делать странных движений. Чанбин улыбается ему и уходит. Как только дверь закрывается, Феликс падает на кровать, распластавшись, и не двигается пару минут. Словно обнажённые плечи Чанбина высосали из него все силы и душу. Очень шумно в голове, мыслей будто бы очень много, но ни за одну нельзя ухватиться. Спустя время он переворачивается со спины на живот, утыкаясь носом в подушку, на которой спит Чанбин. Феликс крепко сжимает её и сильно-сильно зажмуривает глаза, пытаясь создать в воображении знакомый образ. Глубокий ровный вдох. Прерывистый выдох. Ёнбок, ты забыл, как дышать? Через какое-то время он открывает глаза и медленно двигается взглядом по комнате. В голове в основном пусто. Взгляд задерживается на футболке, оставленной на стуле. Феликс смотрит на неё долго и думает. О чём? Ни о чём конкретном. Скорее — чувствует. Чувствует потребность стать ещё ближе, но вместе с ней — страх и стыд. Его лицо покраснело от напряжения и дышать снова становится тяжело. Собрав внутри себя всю свою волю, Феликс поднимается с кровати. Двигается быстро, пока чувствует решимость, и хватает футболку, мгновенно вжимаясь в неё красными лицом, будто бы это пакет со льдом. Теперь жар растекается от лица по всему его телу. Это неправильно, это неправильно, это неправильно. Неправильно ощущать напряжение в паху, но с этим чувством тяжело бороться. Феликс неуверенно гладит себя поверх шорт, как будто это должно сделать лучше. Ноги становятся ватными, и он возвращается на кровать. Некоторое время он просто лежит, перемещаясь носом от ворота футболки к складкам на спине, всюду. Трогать себя неправильно и стыдно, но возбуждение не думало никуда уходить. Он почти не заметил, как начал тереться бёдрами о кровать — словно некоторые части тела функционировали отдельно от его воли. Низкий стон. Блять. Феликс снова зажмуривается так сильно, будто это делает его невидимым, и опускает руку за резинку боксёров. Движения сразу размашистые и активные, долго подавляемые желания оказываются сильнее здравого смысла. Феликс старается быть тихим, но почти задыхается в собственных стонах. Его тело дрожит, а на висках выступает пот. Чувствуя, что скоро кончит, он останавливается. Восстанавливает дыхание. Напряжённо думает несколько секунд, а потом обматывает тканью футболки ладонь и снова опускает её на возбуждённый член. Его руки дрожат, он не может найти в себе силы, чтобы продолжить и просто сжимает футболкой член, не открывая глаза. В сознании ничего другого, только тело Чанбина. Чанбин, который жмёт вес в спортзале, Чанбин, до десятого пота выкладывающийся на тренировке, Чанбин, который улыбается, стоя с раскрытым торсом в полуметре. Феликс готов заплакать от того, как сильно он хотел бы коснуться его сейчас, сделать массаж, незаметно чмокнуть в лопатку, пока тот отвлёкся. Хотелось запустить руки в его волосы. Или чтобы он запустил свои руки — в его, вжимаясь пахом в лицо. Думая обо всём этом, Феликс подмахивает бёдрами, вбиваясь в свою ладонь, в ткань футболки. Образы захватывают его так сильно, что много времени не нужно, он выгибается в спине и кончает. Полностью обессиленный, он тяжело дышит. Перед глазами маячат звёзды, ещё чуть-чуть и он бы потерял сознание. Ты точно не забыл покушать перед такими кардио нагрузками, Ёнбок? — Чёрт, — Феликс приподнимается на локтях, обнаруживая перед собой футболку Чанбина, перепачканную спермой. Ему становится очень стыдно и страшно одновременно, спину прошибает холодный пот. Недолго думая, он вскакивает и бежит к раковине.