тогда убей меня

честно, ëнджун не помнит, как ввязался во все это дерьмо. просто когда-то пошёл к каю домой делать доклад по биологии. и где он сейчас? сидит в парке со своими друзьями, сверля взглядом девушку, которая так и норовит провести очередную сеульскую ночь с кем-нибудь из парней, — ничего особенного. ëнджун привык к бытию любимчика среди женского пола, поэтому через раз слушает рассказ другой девушки, сидящей на его коленях, даже иногда тихо посмеивается. иногда даже искренне. ничего особенного, но субин, сидящий недалеко от парней в своей компании, выглядит заинтересованным — ëнджун слышал про какие-то его интрижки с этими девушками. чхве подавляет мысли вырезать их где-нибудь во дворах, недалеко находящихся трущоб, и продолжает потягивать пиво, еле улавливая разговоры своих друзей. ночь на удивление теплая, хотя только недавно сеул начал повышать градус после зимы. под ботинками все еще хлюпают огромные лужи, и тихо хрустит талый снег, что заставляет гонщиков умирать от скуки, сидя вот так вот, и пить пиво. все они ждут, пока все высохнет, ведь знают первое правило, которое говорят каждому: по мокрой трассе гонять запрещено. ëнджун бы попробовал, но попробовать — опозориться самому и опозорить свою компанию, поэтому его малышка все еще спокойно отдыхает в гараже. в воздухе присутствует запах дождя и даже бензина: кто-то из приближённых снова разлил наверняка спизженное вещество, неумехи. а ведь когда ëнджун, будучи еще маленьким, видел радужную лужицу на асфальте, то воображал себе разные иллюстрации. маленький ëнджун ещё ничего не знал. — салют. все парни разом прерываются и вопросительно поднимают голову, глядя на объект их побеспокоивший. ëнджун моментально узнает этот голос, поэтому не стремится посмотреть на него, зная, что и пары секунд не выдержит — опустит взгляд мгновенно, поэтому даже пытаться не будет, сделав вид, будто он отвечает кому-то на сообщение, на самом деле печатая рандомный набор символов в заметки. ему все равно. — сигаретки не найдётся, родные? — не дожидаясь взаимного приветствия, спрашивает субин. чхве субин — один из самых старших участников их тусовки. его в прямом смысле многие называют папой, ведь именно он научил подростков катать на мотоциклах, научил удобно одеваться. помогал младшим с домашкой, после чего, притворяясь старшим братом, отпрашивал их всех с уроков, а затем вез на фестиваль гонщиков. он научил воровать, он научил пить, курить марихуану, он вытащил многих людей из дегтя и затащил под свое крыло, он научил терпеть боль и стал ее породителем. их закрытая компания не такая большая, но субин переживает за каждого. его любят и уважают, кроме чхве ëнджуна. точнее ëнджун просто ненавидит любить его. — конечно, босс, — бомгю как всегда отшучивается, сразу начиная обыскивать карманы, затем торжественно отдает пачку субину. — можно тоже? у меня закончились, — тихо говорит ëнджун, на что мгновенно получает прошенное. — что за сигареты? — спрашивает и, не дождавшись ответа, на автомате делает тяжку, начиная громко кашлять, сразу понимая какие. он ненавидит эту марку. — аккуратнее. на, купи себе любимые, — к джуну тянется рука с аккуратно свернутой купюрой от субина, и чхве хочет вырезать глотку старшему. ëнджун не может принять от субина ничего после того, как брюнет не принял его. эта обида порождает месть, а месть делает своё дело: отпихивает чужую руку с деньгами от себя. в воздухе повисает неловкость, а вокруг чхве скапливается агрессия. — о, хен, ты сделал новое тату? — обстановку разряжает опять таки бомгю – он кажется самым социальным. — а, да! мне в который раз сказали, что бьем на сложном месте, поэтому даже через пленку, но татуировке не желательно касаться какой-либо ткани, особенно коженой, поэтому я сегодня в майке, — чхве отодвигает легкую ткань в районе ключиц и все ахают, даже ëнджун, которому действительно интересны татуировки хëна. их взору открывается красивый аккуратный гроб, крышка которого открыта. изображение плохо видно из-за пленки, но ходить с ней осталось совсем недолго. — я отойду, — ëнджун покидает место, но никто особо не обращает на него внимание, занявшись вопросами "больно было?", "сколько стоило?", "что значит?" и другими. чхве заходит в ближайший круглосуточный магазин, попутно наскребая из всех карманов мелочь на самые дешевые сигареты. — он все-таки перекрыл татуировку, — сам себе констатирует факт ëнджун. а ведь когда то на месте открытого гроба было написано короткое слово "вечность". эта татуировка на теле субина была набита для ëнджуна, а теперь похоронена. ëнджун ненавидит любить. ëнджун ненавидит любить субина. конечно, он благодарен старшему, тот вытащил наивного и слабого ëнджуна из мира полного страха и безумия, на время дав надеть розовые очки, которые после разбил стеклами внутрь, растаптывая парня вместе с ними. ëнджун был слишком молод, а субин хотел ощущений, он хотел себе идеала, поэтому подстраивал ëна под себя, меняя его натуру. они разные: субин хочет полюбить хоть кого-то, а ëнджун просто хочет избавиться от этого назойливого чувства, каждую ночь царапая себе лицо и душу, проглатывая перемолотое сердце, пытаясь заткнуть его раз и навсегда. тогда ëнджун был действительно одержим старшим. он буквально таскался за ним. всюду, ведь без его присутствия чхве возвращался в свой безобразный, уродливый мир, где, теряясь, не мог найти себя. эти эмоциональные качели — перемещения внутри себя и невозможность даже временного существования сильно сказывались на нем. парень тревожился по любому поводу: купил не те продукты, сделал что-то не так, субин долго отсутствовал. он не мог спать, если не убедится, что с бином все хорошо, но во снах его все равно бросали, раздрабливая его сердце на куски. сейчас же ëнджун совсем другой — холодный с посторонними, рискованный, более дерзкий. он ненавидит людей — себя в том числе. с каждым днем его все больше и больше заполняет недоверие и ненависть ко всему. ëнджун действительно любит втихаря отравлять жизнь другим, смотреть на их боль и страдания, любит смотреть, как безвозвратно рушится мир людей, как их нормы и морали становятся бессильными. если он такой проблематик, если он ненавидит всех, так почему он не покончит с собой? он слишком боится смерти и неизвестности, которая идет после неё. он такой же маленький двенадцатилетний ребенок, который каждый день просыпается со страхом умереть от голода, который боится быть слишком шумным, боится быть за это избитым старшими классами — он боится всего, его дергает от каждого шороха, казалось, что его везде подстерегает опасность. он до сих пор боится существовать, доверять. со стороны кажется, что он совсем бесстрашный, но внутри него маленький ребенок, который обижен, который боится всего, но этого другим знать необязательно. но в принципе быть таким угнетающим и не совсем плохо — ëнджун привык и начинает видеть только плюсы. ты тихо ненавидишь всех — тебя не трогают. парень уже и не расчитывал на спокойствие. по крайней мере такой, какой он сейчас, устраивает самого чхве куда больше, чем несколько лет назад. джун стоит около ларька и курит в тишине. глубокая ночь — машин не слышно, люди особо не ходят, только слышно какие-то громкие компании, и пару раз проезжающие мотоциклы, но по ровному счету везде тихо. по крайней мере тише, чем днем. — ты почему ушëл? — чхве одергивают за плечо, резко разворачивая. с субином он может быть откровенным, ненавидя его больше всех. — не хотел смотреть, как ты рассказываешь о похоронах. — ëн, но крышка гроба открыта... это совсем не похороны... — а что? — крышка гроба открыта – воскрешение. воскрешение "нас". — уже нет никаких "нас", — джун делает очередную больную тягу, не понимая, что чхве хочет до него донести. — "мы" существуем, пока кто-нибудь из нас не умрет. ëнджун, мы слишком сильно связаны. пойми, я тогда бросил тебя для твоего же блага. — тогда убей меня, — ëнджун смотрит стеклянно. кажется уверенным. он боится сам себя закопать, но не боится быть закопанным. боится смерти, но не боится ее от любимого человека. ëнджун не комментирует высказывание о благе, ведь он понимает, что это действительно так, но его обиженный ребёнок не хочет признавать это. — нет. — посмотри на себя и на меня. ты любимчик компании, тебя уважают, слушают, любят, а я просто чел из этой компании, который нашел в ней дом. — я тебя люблю, — выплёвывает отвратительное бин, и у ëнджуна перекрывает все от этих слов. перекрывает дыхание, кровообращение, мозг, движения. субин врет или серьёзно? если серьёзно, то что он хочет? чем чхве так насолил старшему, что тот говорит такие грязные слова, которые буквально разбивают все внутри, а осколки впиваются в органы. — врешь. — ты меня любишь? — да. но я готов вырвать себе сердце из-за этих эмоций. сколько раз я тебе говорил, что я тебя ненавижу? думаю, что гораздо больше, чем слова любви. боже, субин, я гнию внутри из-за тебя. мои шрамы на груди гниют и расходятся из-за тебя. ты рассчитываешь вновь получить себе тот светлый образ, но я уже совсем другой. черт возьми, пойми, я не ребенок, я изменился и явно в худшую сторону. — хороший мальчик стал плохим? — гадкая ухмылка. — вот именно. мне так больше комфортно. похорони все наши связи и закрой эту чертову крышку гроба. субину отказали. он не верит, что ëнджун решился на такое. субин знает, что чхве слишком любит его. для бина эти отношения были легкими — привязал к себе мальчишку, заставил полюбить, а потом полоскал его, смешивая с грязью. ëнджун был ослеплён: ему казалось, что это нормально, но, увы и ах, ему открыли глаза. поначалу у них была простая симпатия, потом пользовательское отношение к джуну, а потом все-таки глупая влюблённость субина и пожирающая изнутри любовь ëнджуна. ëнджун нужен субину. субин начинает задыхаться. а ëнджун ненавидит субина. — пока кто-то из нас моячит у другого перед глазами, даже я один не в состоянии забыть и оборвать все. — тогда убей меня? *** звонок телефона. субин просыпается и тянется к телефону немного приподнимаясь на локтях. — да? — субин? — ëнджун? — да. — почему ты звонишь так поздно? что-то случилось? — поговорим немного? — субин слышит тихий смешок на другом конце и ему ничего не остается, кроме как согласиться. они разговаривают добрые 40 минут, как просто хорошие друзья, ни разу не подколов, не повысив голос на друг друга, как это бывает обычно. субин на протяжении созвона слышит какой-то шум на фоне, и ëнджун говорит, что просто сидит в центральном парке, так что это шум от дороги. они перескакивают с темы на тему, как несколько лет назад, вот он — долгожданный комфорт. субин рассказывает, какие созвездия видит сейчас, а ëнджун говорит, как на улице свежо. давно оба не чувствовали себя так свободно. на улице так тепло. сладкая ночь укутывает смертельным спокойствием одного и бешенной тревогой другого. — знаешь, а ведь правду говорят — разговоры лечат. — вообще-то, лечит только сон, — ëнджун опять начинает говорить поперек. вот, что никогда не изменится в нем: он всегда будет спорить со всеми, чтобы все признали его правым. — что там за шум воды? ты дома? — да, только что вернулся. я пока что отключу микрофон, а ты продолжай говорить, я внимательно слушаю, — субин не успевает ничего сказать, как резкая тишина с той стороны врезается в ушные перепонки. немного странно говорить в тишину, но ëнджун же слушает его, верно ведь? субин около получаса разглагольствует о физике и потустороннем, строя свои собственные теории, затем тема медленно переходит в кулинарию, и тот высказывает свое мнение относительно всех кухонь, которые он пробовал, советуя что-то, но понимая, что джун никогда не сможет это попробовать. чхве субин действительно человек, которого хочется слушать и слушать. звонок обрывается еще спустя час и бин, догадывается, что у позвонившего ему закончились деньги на счету, поэтому он, не раздумывая, пополняет чужой счет со скоростью света. для ëнджуна не жалко, и решает перезвонить самостоятельно. трубку никто не берет. "уснул", — думается субину, после чего сам проваливается в сон. на часах 3:45 утра. *** гниющее в крови тело ëнджуна было найдено лишь через несколько дней, когда сам субин заезжает к чхве, так как тот долго не выходил на связь после той ночи. самый главный страх субина осуществился: он увидел уже мертвое тело самого любимого человека. на запястьях тонкой корочкой засохла кровь. порезы затянутся отвратительными шрамами. вода, окрашенная в тёмно-красный сверкает бриллиантами. он припадает своими губами к чужим холодным, чувствуя на них металлический вкус, отдаленно надеясь, что те зашевелятся. тело, которое воняет болью и кровью субин забирает домой, где его моет, обрабатывает раны, переодевает. после их расставания субину впервые открывается взор на маленькое тело младшего — все в шрамах, гематомах. самые последние порезы легко найти — на запястьях свежие рандомные полосы, свидетельствующие о том, что тот, в безумной агонии рубил себе руку, не задумываясь обо всем, слыша лишь голос своего любимого и стук своего бешенного сердца, ожидая, когда то замрет в один миг. выше, на предплечья, находится уже что-то более понятное — время, даты и бесчисленное количество имени субина — самые глубокие порезы. чхве помнит, как младший хотел набить его имя, но в итоге убил себя им же. еще выше, на ключице, видно уже осторожно выцарапанный гроб. точь-в-точь как у субина. старший даже не знал, что у младшего есть татуировка на левых ребрах с изображением его мотоцикла. теперь он не отпустит ëнджуна, да и тот больше никуда не уйдет. запах гнили и смерти окутывает квартиру субина, а субин и не против, понимая, что это единственный запах, который должен стать родным. субин не выходит из дома пару недель, любуясь самым главным творением его рук. не выходит даже тогда, когда еда полностью заканчивается. хочет ли бин умереть? он не знает. хочет ли бин жить? однозначно нет. субин спит в обнимку с трупом, леча его раны и свою душу, каждое мгновение говорит, что теперь у них все будет хорошо. их вырывают из своего мира, когда хозяйка квартиры, не получившая свою плату, заходит в квартиру. *** чхве умирает в психиатрической больнице спустя 9 месяцев. его преследовали частые галлюцинации. субину казалось, что ночью кто-то ходит, а утром звенят чашки. он продолжал винить себя в его смерти, не прощая себя не на секунду. ëнджун вскрылся, пока "разговаривал" с субином. последние месяца он уже шел на выздоровление, перестал бормотать несвязанные предложения, нормально ел и послушно старался принимал таблетки от галлюцинаций. он уже понимал, что все, что он делал, совершенно ненормально — это радовало врачей. самый главный страх субина — еще раз увидеть уже мертвое тело самого любимого человека. но по несчастной судьбе все же это происходит. сон, где он переживает все события заново, не имея возможности ни пошевелиться, ни промямлить пару звуков — он скован, но своей здоровой половиной он осознает, что это дико, просит себя остановиться, но все еще психически нездоровая сторона безумно скучает по ëнджуну, твердит, что это был самый верный вариант. субин умирает быстро и тихо — сердце болезненно стучит последние разы и застывает. врачи списали это на быстрый инсульт, но сам субин бы им ни за что не поверил. обходя все законы анатомии и физики он был бы уверен, что ëнджун убил его. друзья решают похоронить чхве рядом с джуном: кроме друг друга у них никого не было, либо они просто не рассказывали. фото на надгробии значительно отличаются от тел, которые хоронили. они могли быть счастливы в любви, но та настолько крепко их связала, что умерли от ядовитых шипов чувств друг друга. ими не было соблюдено главное правило — "нельзя любить кого-то больше, чем себя".