Не смею требовать любви

Арсений не понимал, что с ним происходит. В раздевальной школьного спортивного зала, Попов сидел с приоткрытым ртом наблюдая за переодевавшимися учениками. У некоторых красовался пресс от занятия спортом, а у некоторых пивной живот, животиком это не назвать. На таких особ парень смотрел с презрением. Обычно он сидел в самом углу, на который падало меньше всего света. Он прятался за рукавами мастерок и широких жилеток. Сидел он там до выхода последнего парня, обычно это был тот, что с пивным животом, потому-что ему явно было лень двигаться, да и в общем существовать. После этого парень наконец выдохнул. До этого он почти задыхался, кровь стучала в ушах так, что он едва услышал предназначенные ему слова. Физрук пытался достучаться до него уже несколько секунд, всё спрашивая о том, где он опять забыл форму. Арсений не слышал его слов, заметил он мужчину только потому, что тот стал идти на него, собравшись взять за плечи и встряхнуть как следует. — Переодеваться собираешься, Попов? — промолвил усач сжимая кулаки. — Д-да… — запнулся раз Арсений. Его будто в ледяную воду окунули. — Да, собираюсь, — он медленно взял в руку край футболки поднимая её к верху. Что-то его остановило. Смущение, страх? Что это было? Он смотрел на несколько пар глаз за дверью. Девчачьи взгляды его не смущали. Там были ещё одни глаза… Парней. Его догадки о своей ориентации подтвердились ещё несколько дней назад, когда при сексе с девчонкой он даже не возбудился. У парня тогда была такая физиономия, как из пластилина говно слепили. При каждом толчке он, не то, что стонал, он проговаривал своё жалкое: «Ох, ах, да». Его голос отлично бы подошёл на озвучку слов в «Google Переводчик», в котором бот, как избитый, выговаривал вписанные людьми слова на строке. Он не кидался на каждого парня в объятья и поцелуи, как Арсений всегда думал, он толком ничего ни к кому не чувствовал. Видимо, он ещё не нашёл того самого человека, которому бы отдал своё время, свою заботу, свои эмоции и свою душу. Юноша уже не помнит как очутился в зале, но точно знает, что не стал заниматься. Он приземлился на скамью около Матвиенко, и начал перебирать шнурки на спортивных серых штанах. Редко поднимал взгляд на занимающихся учеников, на физрука заядло посвистывающего в свой свисток, на девочек сидевших рядом и точно о ком-то сплетничая.

***

— Это опять новый учитель по русскому? — шёпотом бормотал Попов над ухом Сержа. Они сидели за последним столом, столом начальной школы. Серёжа хмурил брови и медленно поворачивал голову на место заинтересовавшее его друга. В столовой было шумно, в принципе, как всегда. Детей обслуживали очень добрые поварихи, кажется, одну звали Екатериной Ивановной, но это было не точно. Так говорил значок на груди у женщины. Хрен знает, может у них не хватало средств, и они напяливали старые бейджики с чужими именами людей уже не работающих здесь. Поварихи со всеми общались очень мило. Они к каждому ученику обращались на «золотце», «заянька», «любимонька», и все остальные синонимы к слову «прелесть». — Да. Старый пердун не выдержал, и, уволился по собственному, — пережёвывая пончик, чавкая, объяснял Серёжа не поворачивая головы. — Ясно, — коротко ответил Попов хлюпая клубничным «Чудо», и продолжал глядеть на что-то заказывающего учителя русского. По голове ударил звонок на урок. Двое парней слегка вздрогнули, но через пару секунд вскочили изо стола. До выхода из столовой, Арсений пару раз пересекался взглядом с «руссиком», так Серёжа называл учителей мужчин по русскому языку, и, Арс взял у него эту привычку (?). Пока они поднимались по кафельной лестнице, опаздывая на урок и о чём-то разговаривая, те чуть не отхватили люлей от завуча, которого встретили по пути. Оказавшись в кабинете, они прошли к своим местам, когда на доске уже закончили чёркать зелёным мелком «Шастун Антон Андреевич». — Здравствуйте, ученики. Как уже понятно, я ваш новый учитель по русскому и литературе, — начал учитель. Он поправил ворот своей тёмно-бежевой водолазки и продолжил, — моё имя записано на доске. Я его оставлю до конца урока. Давайте сделаем урок-знакомство. Учитель осмотрел класс, помолчал буквально пару секунд и ответил на молчание учеников, — Отлично. Начнём. Вставайте по очереди и называйте своё И.ФЭ., а я буду записывать в журнал. Урок прошёл довольно… Хорошо. Половину урока ученики знакомились с учителем, а остальную половину Антон попросил их тихонечко посидеть за своими делами. Арсений знакомиться не стал спрятавшись за столб у стены. Оставшийся день прошёл абсолютно так же, как и остальные. У гордероба Арсений попрощался с приятелем очень быстро, потому-что Серёжа точно куда-то спешил, по непонятным причинам и ничего не рассказав другу. На улице стояло начало осени, так-что холод только подступал. На плечи Арсений накинул лёгкую мастерку и прошёл через турникет. Уже за воротами школы, юноша под гудки машин заворачивал за угол школьного двора. Жил он прямо за школой, и с окна видел это заведение. Прямо как страшный сон. Протиснувшись в дырку в заборе, подросток заметил мужчину, в той же тёмно-бежевой водолазке, она была заправлена в коричневые штаны в тёмно-серую полоску. Карамельный берет и шарфик, всех оттенков коричневого цвета, лежавший на плечах. Кажется, он был повёрнут к ученику спиной, и от него отходил еле заметный дымок. — Вот вы такой опрятный на вид мужчина, а курите прямо во дворике за школой, — Арсений начал диалог первым. Кажется, статуя дрогнула от голоса позади. Антон кинул бычок притоптав его, откашлялся от мелкой неожиданности и повернулся на голос, —эх, Андрей Антоныч, — продолжал подросток. Он обошёл учителя и в тишине потоптал к своему подъезду, иногда поворачивая голову. — Антон Андреевич, — поправил Антон уже остановившегося подростка, — а ты почему не представился мне, и классу, Арсений? По спине прошли мурашки, юноша раскрыл глаза и подтянул рюкзак на плече при повороте к мужчине. Ноги подкосились, Арсений стоял на месте шокировано глядя на безэмоциональную физиономию, — «А вдруг, он читает мысли?» — первое, что пришло в голову к мальчишке, — «да ну, бред…» — — Думал, я тебя за этим столбиком не замечу? — вдох. Арсений опустил брови к переносице и прикусил место под губой внутри рта. Он вроде бы уже приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но его перебили, — Ладно, иди. Завтра не опаздывай, — на белом листе черканули красками. Улыбка учителя дала немного спокойствия, но хмурость с лица не ушла. Ускорив шаг, он больше не оборачивался и скрылся в подъезде. При входе за дверь, юноша чувствовал, как его спину сверлил взгляд. По носу сразу ударил резкий и неприятный запах сигаретного дыма. Мысленно проклиная дядю Ваню, живущего прямо тут, на первом этаже, парень вызывает лифт, заходит в него и нажимает светящуюся кнопку с цифрой восемь. Дома, Арса ждёт бабушка – человек, заменивший ему всех друзей. Та, с кем он делится своими мыслями, мечтами, идеями. Та, кто всегда поддержит, и скажет, где он ошибся или наоборот, правильно сделал, похвалит. Улыбнувшись своим мыслям, он вышел из лифта и позвонил в дверь своей квартиры. За дверью слышатся шорканье тапочек по полу, а ещё бабушкино, — Иду-иду! — открыв внуку, Валентина Владимировна, так звали бабушку Арсения, поздоровалась, и ушла на кухню. Подросток, зайдя за порог квартиры, почувствовал приятнейший запах исходящий из той же кухни. Попов думает, что сегодня его ждёт вкусный ужин. Он почти закрыл дверь, когда из квартиры напротив выскочила девчонка. Мельком встретившись взлгядом с Арсом, соседка помчалась вниз по лестнице, игнорируя лифт. Судя по стеклянным глазам, из которых вот-вот потекут слёзы, она снова поругалась с родителями. На всё это мальчишка никак не реагировал, он привык. Света, так звали девчонку, далеко не первый раз уходит из дома, и всегда её уход не длится долго, — Ты чего застыл? — резко, где-то слева раздался голос бабушки, — разувайся, мой руки, и пошли кушать, — улыбнулась чуть вздрогнувшему Арсу. Послушно выполнив всё, что сказала старшая, парень уже сидел на кухне. Насчёт вкусного ужина, он не ошибся. Яблочный пирог - он же источник этого самого приятного запаха, стоял на столе, перед ним. Разлив чай себе и внуку, Валентина села за стол, — Как прошёл твой день? — как-будто дожидаясь того момента, когда Арс возьмёт в руки кружку и сделает пару глотков шиповника, спросила та, — Нормально, ничего необычного. Единственное, что, у нас новый учитель по русскому. Опять, — ответил парниша, подняв глаза на бабушку. — Я встретил его сейчас вот, в нашем дворике. Курил стоял. — Уф, и как таких с детьми работать берут! — проворчала бабушка, — чему такие научить могут.. — продолжила. Арс, уже жуя пирог, решил промолчать. на самом деле, он не был плохого мнения о новом руссике. По крайней мере, пока что.

***

— «Кто? Какой ублюдок вообще придумал, чтоб люди вставали так рано?» — Именно об этом думал только-что разбуженный Асрений, лёжа в тёплой кровати под мелодию будильника. Валентина Владимировна, уже примерно минуту слыша будильник из комнаты внука, стучится в дверь, чтобы убедиться, что тот вообще проснулся. — Я не сплю-ю!.. — вытягивая последнюю букву, хриплым голосом произносит парень в ответ на стук, — Нет, Сенечка, ты спишь, вставай! — достаточно громко проговорила бабушка, стоя около уже открытой двери в комнату. — Встаю, сейчас.. — наконец отключая будильник и кладя телефон куда-то под подушку. Ещё чуть-чуть, и Валентина бы своими руками начала стягивать внука с кровати, но он, словно почувствовав это, принял сидячую позу, потирая глаза. Позависав ещё несколько секунд, он поднялся с кровати, и направился в ванную. Включил свет, затем воду, и уставился на своё отражение в зеркале; не выспавшийся, с синяками под глазами... Красавец, короче говоря. Поднеся руки под струю холодной воды, набирая её в ладоши, Арс умывает лицо, чтобы хоть как-то приободрить себя. Пожалуй, завтраки, приготовленные бабушкой - это единственная прелесть каждое утро. Сегодня она решила порадовать внука вкуснейшими блинами с какао, — Ты точно хорошо себя чувствуешь? Может, сегодня дома останешься ? — волнуется Валентина, пока тот завтракает. И, конечно, он не против остаться дома, вот только лишний раз лучше не пропускать, — Я просто немного не выспался, всё в порядке, — успокаивает её парень, на что та лишь недоверчиво покачала головой. Закончив с завтраком и поблагодарив бабушку, Попов покидает кухню, и, нацепив чёрные кеды, накидывает на себя серо-бежевого цвета ветровку. — Удачи Сенечка, — провожает его бабушка. — Пока, ба — отвечает Арс. Улыбается, и выходит за пределы квартиры. Вызывает лифт, спускается, выходит из подъезда. На улице холодно, чувствуется осень. Хочется развернуться, пойти домой и поесть ещё бабушкиных блинов, но так, к сожалению, не получится. Идёт, бегает взглядом по улице, словно ищет что-то новенькое. И, вообще-то, находит. Небольшая пекарня, что открылась недавно. Попов почему-то уверен, что там очень вкусная выпечка, но зайти в неё как-то времени нет совсем. Да и желания не особо. Представляя, как пекарня выглядит изнутри, парень доходит до учебного заведения. В школьном дворике мало людей, а в самой школе ещё меньше. Кажется, из его класса не пришёл ещё даже Матвиенко, только пара одноклассников, с которыми он и не общается. И эти одноклассники как-то странно пялят на него… Наверное, ему просто так кажется. Арс решил, что не будет оставлять ветровку в гардеробе, ведь она дополняет его «образ». Он поднялся на третий этаж, и направился к кабинету, в котором у них должен был проходить первый урок. Класс совершенно пуст, оно наверное, и к лучшему. Усевшись за свою любимую последнюю парту, Попов достаёт телефон, чтобы скоротать время до начала уроков. Постепенно школа наполнялась людьми. Почти везде горел свет, а в коридорах толпами ходили дети. В кабинете, где ещё примерно десять минут назад сидел один Арс, уже собрался почти весь одиннадцатый класс, но из всех парня интересовал лишь Матвиенко, который, кстати, ещё не пришёл… Похоже, снова опаздывает. Блять. Так не вовремя опаздывает! Попова напрягают взлгяды, которые бросают на него одноклассники. День ещё не успел начаться, а он уже что-то натворил, и он даже не знает - что. Стоило Арсению только подумать о том, что звонок прозвенел две минуты назад, а учителя в классе все ещё нет, как в класс заходят Дмитрий Темурович, а за ним и Матвиенко. Пока все здоровались с учителем, Серёжа, пробежавшись взглядом по классу, находит Арса, и быстренько подсаживается к нему. Просто сел рядом и погрузился в свои мысли, сказав лишь сухое «Привет». Голубоглазый уже хотел вывести друга из раздумий, расспросить, не знает-ли он что-то о том, что происходит, как вдруг в него прилетает маленькая скомканая бумажка. Взяв её в руки и оглянувшись на учителя, чтоб убедиться, что тот на него не смотрит, парень разворачивает записку. «А ничё такой у тебя))». Чего? Подросток не понимает, о чём речь. Рядом, он написал своё «Что?», и кинул обрывок тетрадочного листка обратно Женьке, но это заметил географ. — Женя, выкинь это, и если я ещё хоть кого-то увижу с записками - поставлю два, — с ноткой злобы проговорил учитель, пройдясь взглядом по всему классу. Похоже, сегодня он не в настроении, но его угрозы ведь никого не остановят...

***

Этот урок Арсений может оценить, как: пиздецнахуйчтоблятьпроисходит, потому что одноклассники, как и ожидалось, проигнорировали угрозы учителя, и закидали подростка записками. Он, кстати, до сих пор не понимает, что они имели ввиду, когда писали: «Точно твой?», «А мне скинешь?)» и другие. Серёжу он решил не трогать, так как тот почти не обращал на него внимание. Кажется, даже после звонка он самый первый вышел из кабинета, и ушёл куда-то. Арс спускается на второй этаж, и идёт к кабинету, где сейчас у них будет следующий урок. Всю дорогу его сопровождают взгляды и насмешки, что очень сильно раздражает. Даже ученики других классов кажется, уже знают, что произошло, а сам Арс нет. У входа в класс его догоняет Матвиенко. — Неужели ты вспомнил обо мне? — совсем немного обижаясь на друга, спросил Попов, проходя в класс, — Да как про тебя забыть, если вся школа о тебе только и пиздит, — отвечает Серж, заходя в кабинет следом за другом. — Блять, я и без тебя знаю! Лучше скажи, что именно меня так прославило?! — психует усаживаясь за парту. Серёжа удивлён, что Арс всё ещё не в курсе, — еблан, твой пенис слили! — Что? — переспросил голубоглазый. — Смотри! — Матвиенко показывает сообщения группы класса. Сообщения и фотка. Одна единственная фотка, ставшая темой для разговора у всей школы. Арсений встал со стула, взглядом стал искать девушку, с которой общался этой ночью. Она уже минуту пялила на него, ожидая именно этой реакции, и, как только они встретились взглядом, Арсений, вложив в свои слова всю злость, достаточно громко задал свой вопрос, — Так это ты сделала?! —