Кровавый песок

Канкуро злился, проносясь мимо штаба АНБУ прямо в архив. Он выспался, но ситуация с Кейко не дала ему покоя даже во сне. Она пришла к нему, но оставила лишь холодный поцелуй и снова ушла. И так по кругу. Его изводила мысль о ней, что он мог сделать не так? Раньше он мог и не надеяться на взаимную симпатию, а вчера видел то же самое в глазах у неё. Кейко хотела его целовать, а потом не хотела видеть. И чем больше Канкуро думал об этом, тем больше злился. Да, женщин иногда нельзя понять, однако всё утро он прогонял мысли о их поцелуе — ничего лишнего. Она даже сама поцеловала его. В чём тогда дело? Канкуро не любил игры, уж точно не с ним. Ему нужно было знать всё наверняка, а эти кошки-мышки можно оставить другим. Он дал слабину, попросив Гаару, чтобы тот оставил их в архиве одних: Кейко не захотела с ним встречаться лично — что ж, Канкуро нашёл другой путь. И сейчас он точно узнает всю правду, пусть даже она и разобьёт ему сердце, сейчас было плевать. Архив встретил его запахом пыли и старых потрёпанных отчётов. Мужчина прикрыл за собой дверь, проворачивая замок: ему сказали, что она уже здесь. Между стеллажами послышались тихие шаги, а следом показалась макушка Кейко. — Господин Казекаге, — Канкуро удивлённо вскинул бровь, встречаясь с её испуганными глазами, а сама медик быстро натянула улыбку. — Господин. Марионеточник оскалился: всё внутри так и трепетало от адреналина и злости на всю эту ситуацию. Девушка лишь поклонилась и ушла обратно. — Стоять, — рыкнул мужчина и направился к ней, недовольно сжимая кулаки в кармане брюк. — Что-то случилось, Господин? — Кейко сжалась, поворачиваясь к нему и сжимая документы в руках. Даже в глаза ему не смотрела, взгляд был устремлён куда-то вбок, но точно не на него. — Давно ли я стал Господином для тебя, Кейко? — он искренне не понимал происходящего. Канкуро недовольно щурился, пытаясь поймать её взгляд. — Всегда были, — она пожала плечами, поджимая губы. Честно признаться, она никогда не видела его таким злым. — Да что ты, — наигранно протянул кукольник, вскидывая бровь. — Даже вчера? Кейко вздрагивает, а глаза сами натыкаются на его взгляд, в котором полыхает столько чувств. Чего он хочет? Узнать, какая она трусиха, что она приняла всё за акт жалости по отношению к ней? Что бы сделал другой мужчина на его месте? Что ему нужно, выяснение отношений? Вот только зачем? Она никогда не станет ему ровней, его семье. Просто поразвлечься — Кейко это не нужно, ей всё равно этого будет с ним мало. Канкуро хотелось всего и сразу и надолго. Лучше пусть они остановятся сейчас, чем потом разгребать последствия их связи. Точнее, ей разгребать осколки своего разбитого сердца. — Мне нужно вас поблагодарить? — Кейко вздыхает, настолько громко в этой звенящей тишине. Канкуро скалится, подходя ещё ближе и нависая огромной скалой над ней. — Не знал, что за проявление чувств теперь благодарят, — процедил недовольно мужчина, рассматривая макушку девушки: она снова пряталась от него. — Не знала, что акт милосердия теперь так называют, — ответила Кейко в той же манере, чувствуя, как её бьёт дрожь. Она так и не посмела поднять на него глаза. Снова. Канкуро опешил, удивлённо её разглядывая. Может, ему отбили память к чертям? Что происходит? — Какое милосердие, Кейко? — спросил мужчина, уперев руки в бока. — Обычное, — она пожала плечами, внимательно разглядывая пол в архиве. Он, видимо, был намного интереснее, чем сам Канкуро перед ней. Мужчина громко цокнул. — Плачущая девушка, как вы могли ей отказать? Просто жалость, вы всегда по-особенному относились ко мне. — Чего? — почти прорычал марионеточник. Эта девушка сводила его с ума, ломала все стены и логические цепочки в его голове. — Ты думаешь, я такой? Кто посмеет смеяться над чувствами других? Кто так нагло пользуется девушками? Кейко лишь нервно дёрнулась от его тона, собираясь развернуться и уйти, но Канкуро тут же спохватился. Выругавшись себе под нос, он схватил её за плечи и повернул к себе, чтобы удержать на месте. — Смотри на меня, — Кейко снова дёрнулась в попытке сбежать от этой пытки и его голоса. Канкуро снова её встряхнул и громко цокнул, хватая рукой девушку за шею, чтобы зафиксировать в одном положении. — Я бы не стал тебя целовать, если бы не хотел этого. Я не понимаю, почему ты не хочешь меня видеть. Вчера, после того, как мы принесли трупы, я хотел найти тебя, отвести в чёртов ресторан — или туда, куда бы ты захотела, — но, видимо, нужно было остаться и целовать тебя. — Канкуро навис над ней, смотря прямо в глаза, и уже перешёл на шёпот. — Чтобы у тебя не осталось ни единого сомнения. Я не собираюсь играть в догонялки, я откровенен с тобой и был всегда. Кейко замерла, чувствуя, как слёзы давят горло, а рука Канкуро нежно оглаживает её челюсть. Что ей делать? — И как долго это бы продлилось? — сипло спросила она, в открытую рассматривая его. — Что было бы потом? Оставил бы меня? Разбитую? Вдруг это твоё увлечение, вдруг это лишь короткое развлечение… — Нет, — резко прервал её марионеточник, набирая побольше воздуха. — Помнишь, как пришла ко мне? Ты с тех пор засела у меня везде, буквально. Не было ни дня, когда я не хотел тебя увидеть или как-то уколоть. Просто хотелось на тебя смотреть, видеть, как ты растёшь, помогать. Да, может, я слишком долго принимал свои чувства, а потом ждал удачного момента, чтобы признаться. Но, — он выдохнул и улыбнулся. — Мы шиноби, у нас не будет идеального момента, не будет идеального признания в любви. Мы просто поломанные куклы здесь и сейчас. — Меня не примут, — тихо проговорила Кейко, качая головой. Первые слёзы скатились по щекам, и она даже не подняла руки, чтобы вытереть их. — Ты сын Четвёртого, самый сильный марионеточник за всю историю, а я… — Что? Что ты? — Канкуро склонил голову набок, рассматривая её и вытирая дорожки слёз. — Девушка с идеальным контролем чакры, которая обучается медицине. Ты идеальна, и если даже кто-то скажет слово против, не им решать, на ком мне жениться. — Жениться? — удивлённо спросила Кейко, краснея. — А ты что думала, — Канкуро довольно улыбнулся. — Рано или поздно. Ты думала, я об это не размышлял? Не представлял тебя рядом с собой в качестве жены? Кейко, прошу, — он стал серьёзным, наклоняясь ещё ближе к её лицу. — Я никогда не причиню тебе вреда, даже в мыслях не было, почему ты так считаешь? Не сомневайся во мне, слышишь? Она кивнула, всхлипывая. — Вдруг я тебе надоем, — просипела она снова. — Мы знакомы пять лет, ты представляешь? И всё это время я думал о тебе, влюбился в тебя, строил планы на будущее. Пожалуйста, — умоляющее произнёс Канкуро. Кейко поджала губы, рассматривая его, такого открытого и чувственного. Только перед ней. Сердце сжималось от его слов. — Я люблю тебя, — прошептала Кейко, поднимая руку, когда он хотел ответить. — Мужчину определяют его поступки, мне тяжело. Мне тяжело верить в то, что кто-то может ко мне так хорошо относиться. Я слишком многое пережила, и это всё для меня как просто шутка. Кто-то свыше хочет посмеяться надо мной и разбить сердце, снова. Я хочу быть открытой, правда, но я так боюсь. Она заплакала, так громко, прижимая ладони к лицу и захлёбываясь слезами. — Тише, — Канкуро прикрыл глаза, прижимая Кейко к себе и поглаживая её по спине и волосам. — Я люблю тебя, — он сжал её ещё сильнее, а слова прозвучали так правильно. — Ты заслужила это, не думай так, прошу. Я буду защищать тебя и оберегать, не позволю даже одному волоску упасть. Мы пройдём это вместе. Я, — мужчина поджал губы, решаясь. — Я тоже натерпелся, но всегда знал, что рано или поздно влюблюсь, что буду готов отдать всё любимому человеку. Вчера я так радовался, что наконец смог хоть чуть-чуть прикоснуться к тебе, ждал, что мы начнём отношения. Прошу, Кейко, только не отталкивай меня. Медик замерла, продолжая сопеть ему в грудь, руки сжимали водолазку мужчины. Она чувствовала окутывающее тепло и спокойствие, исходящее от Канкуро. Кейко аккуратно подняла голову, заглядывая в уже такие родные и тёплые глаза. — Я, наверное, похожа на истеричку, прости, — промямлила она, смущаясь ещё больше. Канкуро пережил много — намного хуже, чем она. — Нет, — он улыбнулся, перебирая её волосы и скользя рукой на затылок, чтобы успокоить. — Тебе не нужно быть сильной, меня хватит и на нас двоих. — Канкуро подмигнул ей. — Мы справимся, пройдём через это. Кейко задержала дыхание, краснея ещё больше от его слов. — Ты очаровательна, когда так смущенна, — продолжал Канкуро, видимо, желая, чтобы она сгорела совсем. — Перестань, — пробурчала девушка, пряча лицо на его груди и чувствуя щекой вибрацию от его смеха. — Представь, тебе всю жизнь придётся слушать меня, — прошептал Канкуро, оставляя поцелуй на макушке. — Я... — Кейко прикусила губу, решаясь. — Я знаю, как буду тебя затыкать. — Да ну, — наигранно удивлённо сказал марионеточник, вскидывая брови. Медик улыбнулась, всё ещё пунцово-красная, и потянулась к нему, обхватывая его бока. Канкуро ответил улыбкой, прижимаясь к её губам. Сегодня это было удивительно томительно и сладко, будто они и не выясняли отношения, будто и не было ничего этого. Канкуро притянул её к себе за талию, заставляя встать на носочки, чтобы хоть чуть-чуть сократить их разницу в росте. — Я никогда не замолчу, — прохрипел марионеточник, утыкаясь лбом в её в попытке отдышаться после длительного поцелуя. Кейко смутилась ещё сильнее, заглядывая ему в глаза. Хорошо, пусть он всегда будет говорить, а она всегда будет рядом, чтобы перебить Канкуро поцелуем. Это будет началом их истории с обязательно хорошим концом.

[бонус]

Кейко недовольно сопит, поджимая пальцы на ногах. Канкуро был чертовски горяч, стоя перед зеркалом и нанося грим с оголённым торсом. Она могла видеть, как перекатываются мышцы на его спине и руках. Отвернувшись, медик прикусила губу, разглядывая свиток, который ей дала на изучение Сакура. Было ещё кое-что. Краска для грима... Всякий раз хотелось стереть с лица Канкуро это, размазать по телу, чтобы остались следы, чтобы они вдвоём перепачкались... Кейко шикнула, сворачивая свиток: всё перед глазами плыло, и только образ возбуждённого Канкуро с фиолетовой краской на груди стоял перед глазами. Уже без стеснения, девушка повернулась к нему, разглядывая марионеточника. Канкуро, задрав подбородок, очерчивал кистью линию челюсти, когда заметил в зеркале взгляд девушки. — Нравится? — усмехнулся мужчина. Кейко не сдержала улыбки, прикусывая большой палец, но промолчала, чувствуя, как тягучее желание оседает внизу живота. Она прижала колени к груди, от чего майка Канкуро, в которой она сидела, задралась. Она же не должна тут одна изводиться от желания. — А как долго сохнет краска? — невинно поинтересовалась девушка, наклоняя голову. — Не засекал, — пожал плечами марионеточник, набирая кистью ещё порцию. — А что такое? — Ничего, — Кейко прикусила губу, пожимая плечами и сладко потягиваясь с довольным мурчанием. Положив ладони на колени, она медленно провела ими вниз, обхватывая щиколотки и наблюдая в зеркале, как у Канкуро поднимаются брови. — Ничего? — прищурился он, уже повернувшись, чтобы убедиться, что ему это не мерещится. Кейко помотала головой, облизывая губы и чуть приоткрывая рот под внимательным взглядом мужчины. — Кейко, — прозвучало чуть хрипло. О, она знала, что это означало. Закусывая губы, чтобы не дать улыбке растянуться, девушка игриво оглядела его. — У тебя краска кое-где смазалась. — Да ну, — хмыкнул Канкуро. Что ж, он готов поиграть. Кейко с серьёзным видом кивнула, поднимаясь с кресла, — и нарочно не поправила майку, которая задралась. — Вот тут, — прошептала она, подойдя поближе и положив руку ему на щёку. Канкуро вопросительно глянул на неё в ожидании дальнейших действий. Девушка рассматривала его лицо и незавершённый грим. Она с трепетом провела по челюсти, собирая ещё не засохшую краску, и скользнула на подбородок, растирая всё это. Поджав от волнения губы, Кейко сосредоточенно повела рукой вниз на его шею, которую не могла обхватить одной рукой, и следом на плечо, оставляя неровные следы и отпечатки ладони. — Вот оно что, — Канкуро откровенно наслаждался такой лаской, не смея отвлекать свою девушку. Но видя, как поменялась в лице Кейко, когда начала растирать краску по его телу, он наконец понял, в чём дело. — Тебе хочется устроить беспорядок? Медик шумно вздохнула, заливаясь румянцем под пытливыми карими глазами мужчины, и вскинула вторую руку, чтобы схватиться за его плечо, потому что ноги уже её не держали. — Просто помогаю нанести грим, — ответила она, продолжая оставлять следы на теле мужчины, однако голос выдал возбуждение. Канкуро расплылся в хищной улыбке, вытягиваясь во весь рост над ней. Если бы он знал, что нанесение грима так будет будоражить её, то показал бы ещё давным-давно. — Так нечестно, — мужчина притянул её к себе, обхватывая талию и помогая ей удержать равновесие. — Я вот оголён по пояс, — Канкуро скользнул свободной рукой по бедру и следом на неприкрытые ягодицы девушки. Раздался звонкий шлепок. Кейко довольно прикрыла глаза, задержав дыхание и чувствуя, как мужская рука ласково сжала ягодицу, успокаивая. — Это за беспорядок, — усмехнулся Канкуро, оглаживая её кожу, такую податливую в его руках, и задирая другой рукой майку. — Будь умницей. Медик кивнула, вытягивая руки над головой, чтобы позволить стянуть с себя уже не нужную вещь. Не успев опомниться, Канкуро подхватил девушку и развернулся так, чтобы усадить её на стол. — Вот, — он навис над ней, устроившись между разведанных ног, и пододвинул к её бедру баночку с краской. — Делай, что хочешь. Кейко восхищённо вздохнула и сдалась, обхватывая его лицо руками и прижимаясь к губам в поцелуе. Канкуро удовлетворённо замычал, подхватывая колени девушки и прижимая к бокам. Слишком горячо и мокро. Медик скользнула руками на затылок мужчины, пачкая его волосы и кожу. — Тебя это так сильно заводит, — хмыкнул Канкуро, потираясь подбородком о её плечо и размазывая ещё не засохшую краску по коже Кейко. Девушка довольно промычала, откидываясь и открывая больше места для ласк. Зачерпнув ещё немного краски, Кейко размазала её на своих ладонях и оттолкнула мужчину от себя, чтобы с удовольствием огладить его напряжённый пресс и оставить следы от пальцев. — Тебе нравится? — спросила она, поднимая взгляд и поджимая губы от рвущегося наружу восхищённого вздоха. Канкуро сейчас был чертовски горяч, с возбуждёнными глазами, растрёпанный и весь в её следах. — О, да, — мужчина облизнул губы, выжидая, когда девушка закончит свои манипуляции. Его руки сжали бёдра и поддели края нижнего белья. — Сделай это быстро, — прохрипела девушка, поджимая пальцы на ногах и притягивая его к себе для очередного поцелуя. Канкуро ухмыльнулся, отрываясь от губ и рассматривая её лицо, где остались разводы фиолетовой краски. Он выпрямился, возвышаясь над ней, и протянул руки к её талии, чтобы спустить на пол и развернуть спиной к себе. — Как скажешь, — прошептал марионеточник, оставляя мокрый поцелуй на её шее, и скользнул руками вниз по животу, чтобы подхватить края белья и стянуть. Только сейчас Кейко осознала, насколько сильно она его хотела. Прямо сейчас, быстро. Она поочерёдно подняла ноги, чтобы мужчина стянул с неё нижнее бельё, и почувствовала горячее дыхание на бёдрах, а следом на ягодицах. Канкуро не лез в самое нежное местечко только лишь потому, что был измазан в краске, но удержаться, когда она стояла перед ним, дрожа от возбуждения, было невозможно. Он опустился на колени, чтобы оставить пару влажных поцелуев на бёдрах, сжимая ягодицы. Услышав довольные стоны, Канкуро ухмыльнулся, подхватывая её ногу под коленом и упирая в столик, чтобы им было удобнее. — Нравится? — спросил мужчина, скидывая с себя остатки одежды и ловя её взгляд в зеркале напротив. Кейко удивлённо вздохнула, ощущая, как всё внизу стягивает сильнее: она уже и забыла про это зеркало, и теперь наблюдала, как Канкуро возвышался над ней и с восхищением рассматривал её сзади. — Пожалуйста, — почти хныкала девушка, прижимая руки к столешнице, чтобы хоть на что-то опереться и не свалиться прямо здесь от его вида и возбуждения. — Какая же ты восхитительная, — прорычал мужчина, обхватывая её за горло и прижимаясь к уху. — Только для меня, всегда, — продолжил он, растирая смазку по члену, и скользя пальцами между её ног, чтобы подготовить. — Ах-х! — Кейко выгнулась, принимая Канкуро и чувствуя наконец себя заполненной. — Умница, — сказал Канкуро, наблюдая, как девушка жмурит глаза и тяжело дышит. Чуть сжав горло, он поднял её лицо, призывая смотреть в зеркало, прямо на него. Мужчина толкнулся ещё раз, удовлетворённо мыча от того, как Кейко его сжимает внутри. — Канкуро, — простонала девушка, подаваясь бёдрами назад, чтобы он начал двигаться быстрее. — Что такое? — ухмыльнулся мужчина, откровенно дразня, хотя сам с трудом сдерживался. — Скажи, если ты чего-то хочешь, — начал мужчина, оставляя лёгкий шлепок на ягодице, вызвав тем самым бурную реакцию Кейко, и скользнул ладонью к животу, надавливая и входя в неё ещё глубже. — Ты же знаешь, я всё сделаю, только попроси. Девушка простонала, жмуря глаза, и распахнула их, когда рука мужчины нырнула вниз, к месту, где соединялись их тела. — Быстрее. — Что? — спросил Канкуро, прильнув щекой к её волосам и пальцами нащупывая клитор. — Быстрее, — уже просипела Кейко, выгибаясь. Она готова была взорваться прямо сейчас от напряжения во всём теле. Марионеточник промолчал, оставляя влажный поцелуй на плече девушки, и задвигался быстрее, от чего комната наполнилась громкими шлепками, стонами и хлюпаньем. — Канкуро, Канкуро, — Кейко схватилась за запястье мужчины у своей шеи и повторяла его имя, потому что единственной опорой был сейчас только он. От быстрых и грубых толчков столик опасно шатался и, кажется, был готов вот-вот рухнуть под таким натиском. Для Канкуро существовала только она, только её чувства, только её удовольствие. Мужчина готов был вечность выполнять её прихоти, вестись на её уловки, положить всё к ногам Кейко и дать всё, что она хочет, сполна. Мужчина зашипел, убирая мокрую руку на бедро девушки; ему тоже нужно было сохранить устойчивость, но Кейко, так жарко произносящая его имя и сладко стонущая, не помогала. — Я больше не могу, — промямлила девушка, чувствуя, как мышцы начинает сводить приятными спазмами. Она старалась прогнуться ещё сильнее, чтобы продлить удовольствие. — Отпусти себя, — хрипит Канкуро ей в макушку, чувствуя приближение собственного оргазма от того, как лихорадочно мышцы сжимаются вокруг его члена, подстёгивая ещё больше. Кейко громко всхлипнула и задрожала в руках мужчины, извиваясь и наконец расслабляясь. Прикрыв глаза, она так и повисла, сжимая руку Канкуро, и ощутила, как мужчина с громким рыком следом кончил, войдя в неё до упора. — Надеюсь, ты хорошо расслабилась, — хмыкнул Канкуро, всё ещё находясь внутри и ласково целуя её в щёку. Он пытался восстановить дыхание, горячо опаляя её кожу. — М-м, — блаженно протянула Кейко, чувствуя тепло и полное удовлетворение. — Тебе понравилось такое? Канкуро рассмеялся, оглаживая тело девушки, чтобы растянуть наслаждение после разрядки. — Да, куплю ещё краски для грима. Теперь смеялась Кейко. Дождавшись, когда Канкуро выйдет из неё, она опустилась на пол и сладко потянулась. Марионеточник прижал её к себе, обнимая. Он всегда был слишком тактильным, и этим смущал. Даже помимо секса, Канкуро просто не мог удержаться от того, чтобы лишний раз прикоснуться к своей девушке. — Нам нужно в душ и на работу, мы уже опаздываем, — робко произнесла Кейко, поднимая голову, чтобы посмотреть на мужчину. — Ладно, — Канкуро подмигнул и подхватил её на руки, не разрывая их тактильный контакт. — Эй, — воскликнула девушка от неожиданности, обхватывая мужчину за шею. — А с начальником я сам поговорю, — кивнул марионеточник, заходя с ней на руках в ванну. — Мы вроде как родственники, — и Канкуро утянул Кейко в новый сладкий поцелуй.