Трещина на фарфоре

— О боже. Только не говори что мне придётся уйти! — Возмущалась Эна на своего брата. Он серьёзно пригласил кого то в их дом и только сейчас об этом рассказывает? Да, она подозревала что у Акито появилась девушка или кто то ещё, ведь в последнее время он ведёт себя как влюблённый поуши идиот. — Извиняй. Всё уже спланировано. Иди уже к своим подружкам! — Так же громко и агрессивно отвечал младший Шинономе. — Я тебя убью когда нибудь, серьёзно. Паразит мелкий… — Быстро бормотала себе под нос недовольная Шинономе старшая пока обувалась. — Я пошла! В мою комнату никого не пускай! «Больно надо.» Нервно выдохнул Акито как только услышал хлопок двери. «Пора привести себя в порядок.» — Куда собираешься? — Спросил Харумичи у сына, который рассматривал себя в зеркале своей комнаты. Мистер Аояги никогда не видел Тою таким… Живым. Все пятнадцать лет, Тоя был почти без эмоциональным мальчиком, но что то поменялось, и Харумичи это не нравилось. — Мне нужно помочь кое кому с учёбой. — Спокойно ответил Аояги младший, не поворачиваясь к отцу. — Кому? — Уже более агрессивно говорил мистер Аояги. — Своему другу.

Три месяца назад

Конец Мая

— Акито. Мы останемся после этого друзьями? — Спросил Тоя, сжимая ручку от своей сумки со скрипкой из-за волнения. Только вчера они целовались перед его домом, а сегодня Аояги боялся с ним заговорить снова, надеясь на то что они будут друзьями и Шинономе не отвернется от него. К счастью, после уроков они встретились в парке недалеко от школы. Почти случайно. — Мы можем если ты хочешь, но… — Акито неловко пытался сплести их руки. — Я люблю тебя. Мы можем быть вместе? Ну, не как друзья… А как пара. Сердце выпрыгивало из его груди, настолько это было волнительно. — Я не знаю. Я никого не любил кроме папы, мамы и братьев. Но я готов попробовать. — Хочешь снова поцеловаться? — Шинономе всё ещё боялся прикосновений. С ним сюсюкались когда он был маленьким, никакой ласки от отца он давно не получал, а об Эне говорить нечего. Хоть Акито и мечтал об этом, возможно он слишком спешил. — Хорошо. Именно так, два мальчика без любви, наконец нашли её в друг друге.

Сейчас

Ища нормальную рубашку по всей комнате, Акито только понял, что никак не убрался, а курица в духовке скоро сгорит к чертям. Да, распоряжаться временем это не него конёк и свидания дома, тоже. Стрелки на часах словно бежали, вместо их обычного медленного темпа. Схватив галстук из шкафа, он побежал на кухню выключать духовку. Раздался звон домофона. Блин, Акито ничего не успевает. Уговорить отца было довольно сложно, поэтому Тоя согласился что бы его привёз и забрал к десяти водитель. Всю дорогу Аояги держал руки в замке, думая как пройдёт их первое «романтическое» свидание. За три месяца отношений, их свидания походили на обычные дружеские встречи, хотя редких, мягких и неловких поцелуи в щеку от Акито, хватало что бы считать это свиданием. Стук сердца отдавал в ушах, Тоя очень боялся что их с Шинономе разлучат, если хоть кто то узнает. — Сэр, мы прибыли. — Спокойно сказал дворецкий останавливая машину. — Спасибо. — Быстро пробормотал Аояги и выскочил на улицу. Холод щипает лицо. Начало сентября было хмурое, дождливое и холодное. Такую погоду, Тоя не любил, ведь приходится намного больше времени проводить дома, с пианино и скрипкой. Подойдя к многоэтажному дому, он нажал на номер квартиры, который написал Акито. — Поднимайся на шестой этаж и первая квартира моя. — Задыхаясь сказал Шинономе, после чего дверь отворилась. Отстой, Тое точно не понравятся. Яблочный сок в стаканах, горелая курица и мусорка вместо комнаты, с хозяином этой мусорки в подарок. Как будто им уже не шестнадцать, а четырнадцать. Мог хотя бы еду заказать на свои деньги, а не корячится с готовкой. Футболист в последние секунды нашёл одеколон отца, надеясь что это поможет скрыть запах пота. Выглядел он, просто сногсшибательно по своим меркам. Волосы уложены, рубашка, штаны, и криво завязанный галстук. «Не так уж заметно.» Подумал Акито, проводя рукой по одной из выбившихся прядей. Вместо привычного писка от домофона, раздался тихий стук. Уверенно повернув холодную ручку, Шинономе открыл дверь и после этого всё вылетело из головы. Аояги никто бы не разрешил наряжаться, но видно то что он старался выглядеть не так строго как обычно. На свободную рубашку, была накинута толстовка которую Акито «случайно» оставил в сумке Тои. Ему показалось это милым. — Добрый вечер Акито. — Поздоровался музыкант, надеясь разрушить тишину. — А-а, привет Тоя… Проходи пожалуйста. — Мило улыбнувшись, Шинономе пропустил его. Он улыбался так только для Тои, в отличии от вежливой, натянутой улыбки для остальных. Да, это их личное время, где они будут теми, кем хотят. Только зайдя в квартиру семьи Шинономе, Аояги почувствовал тепло, но не от отопления, а от атмосферы. Много цветов, разноцветных курток и обуви в прихожей, а также приятный сладкий запах. Возможно, не только дети в семье Шинономе сладкоежки. Ничего из этого, не подходило для описания дома семьи Тои. Серые, холодные, спокойные цвета, которые уже мозолили глаза и давали чувство безнадёжности. — Ты хочешь есть? — Спросил Акито, пока смотрел как Аояги снимает обувь. — Да, было бы не плохо. — Ответил он и встал с пола. — Ну, я не думаю что тебе понравится и… — Не успел договорить Шинономе, из-за того что Тоя взял его за галстук и подтянул к себе. — Ты неправильно завязал. — Не отрывая глаз от ткани в руках, Аояги объяснил свои действия. Акито покраснел, но пытался оставаться спокойным. В этом нет ничего такого, просто желание помочь, хотя аккуратные и длинные пальцы Тои всегда его завораживали. — Я закончил. Тебя научить? — Спросил музыкант и отпустил галстук своего парня. — Спасибо! Нет, не надо! — Быстро сказал Шинономе, схватив Аояги за запястье. — Быстрее, а то курица остынет остынет. Тое показалось это странным. Он сам мог идти и брать его за руку совсем не обязательно, но это значит что Акито о нём заботиться? Акито просто хотел казаться крутым и уверенным. Произвести такое впечатление на Тою он хотел больше всего на свете, не знаю что в глазах музыканта он уже лучший. «Я хочу что бы Тое понравилось, главное что бы ему было приятно.» Думал Акито, пока доставал сок из холодильника. — Ты не против яблочного сока? Я думал взять апельсиновый или газировку, но в итоге взял этот. — Нет, мне кажется что яблочный сок лучше. — Спокойно ответил Аояги, садясь за стол. — Твои родители не придут до вторника, да? — Ага, но Эна… Разговоры не о чём заполняли комнату, пока за окном тучи сгущались. Завтра обещали солнечный, тёплый день и парни планировали сходить в кафе про которое рассказывала одноклассница Шинономе, конечно если отец Тои разрешит «задержаться в школе.» Маленькая ложь во благо, что сказать. Осталось чуть меньше часа перед тем как Аояги заберут, поэтому Акито решил поторопиться. — Тоя, может пойдём на балкон? — Спросил Шинономе пока убирал тарелки со стола. — Конечно. — Улыбнулся музыкант и подошёл к своему парню. — Этот вечер нельзя испортить. Тоя поцеловал Акито в щеку, держа другую в руке для удобства. Он улыбается пока смотрит на него. Тоя правда счастлив, он не хочет что бы это заканчивалось. — Хах, это награда за обед? — Хихикнул Шинономе кладя свою ладонь поверх той которая была на его лице. — Ты догадливый. На улице темно и холодно, а по небу плыли серые облака. Они сидят на балконе в куртках, ничего не говоря, ведь не хватит слов что бы объяснить их чувства. Ледяной кафель под парнями так же не имеет значения. Тоя кладёт голову на плечо Акито, пока тот закрыл глаза, не заметив что Аояги заплакал. Не от грусти, а от желания остаться тут вечно, никуда не уезжать с отцом, никогда не трогать стручок от скрипки и не нажимать на клавиши от пианино. Ничего. Просто быть здесь. С Шинономе Акито. Тишину закончил щелчок двери и женский голос. Это означало конец их свидания. — Чёрт… — Прошипел себе под нос Акито как только услышал свою сестру. — Значит пора прощаться. Он начал вставать, но чужая рука дёрнула его обратно вниз. Тоя впервые за три месяца отношений начал поцелуй в губы. Он был глупым и неумелым, хоть и очень приятным. Они совсем забыли про Эну которая тоже теперь была в квартире, а не найдя своего брата на кухне она пошла в свою комнату, около которой и был балкон. — Здравствуйте… — С удивлением сказала Шинономе старшая как только заметила двух парней. Они вдвоём повернулись и смотрели на Эну не зная что делать, пока телефон Тои не начал вибрировать. — Извините. — Быстро сказал Аояги, проскакивая рядом с девушкой к прихожей, а за ним Акито. Дрожащими от страха руками Тоя обувался, после чего встал, что бы попрощаться. — Не бойся, я всё ей обьясню. — Пытался казаться спокойным, Шинономе. — Хорошо, до завтра. — Ответил Аояги, схватив ручку двери. — До завтра. Открыв дверь машины, музыкант увидел того кого ожидал меньше Эны. Своего отца. — Аояги Тоя. Присядь. — Без эмоционально говорил Харумичи, указывая на сидение. — Твой брат всё видел. — Что? — Тоя начал нервничать. Сердце начало стучать, так сильно что стало больно. — Он видел, как ты целовал парня. Нене ждала конца урока, записывая последние уравнения из учебника. Вместо солнца на небе, по нему плавали тучи, но до этого ей не было дела. Сейчас она пойдёт домой, возьмёт игру с полки и- — Кусанаги. — Из мыслей её вырвал одноклассник, Аояги. — Передай это Шинономе Акито. Из один ц. Он протянул свёрнутую бумажку. — А почему сам не можешь? — Пробубнила Нене и нехотя взяла бумагу. — Извини, я спешу. Спасибо большое. — Он выбежал из класса. «Блин, хочу домой…» Кусанаги шла по коридору, пока не заметила табличку нужной двери. В кабинете всё ещё были люди. Нене хотела уйти, забив на это, зачем вообще эта бумажка? Не успев даже развернуться, её замечают. — Эй ты! — Испугавшись грубого голоса, Кусанаги начинает уходить, но её хватают за плечо. — Ты из один б? Ты знаешь где Тоя? Рыжий парень смотрел на неё широко раскрытыми глазами, надеясь на ответ. — Вот… — Она протянула свёрнутую записку от Аояги. Схватив её, Акито разворачивает и читает.

Акито прости пожалуйста, но возможно это последний раз когда я пишу тебе. Мой отец всё узнал. Оказывается один из моих братьев нас видел ещё в мае, и решил ему рассказать. Он переводит меня в музыкальное училище, контролирует всё что я делаю, поэтому бесполезно мне писать. Я рад что мы встретились. Прощай. С любовью. Аояги Тоя.

Дойдя до последних строк, Шинономе подбежал к окну класса. Перед школой стояла чёрная машина, которую он видел вчера, но из своего окна. Тоя уже подходил к машине отца. И это не только последний день в этой школе, это последний день на свободе. Жаль он не смог нормально поговорить с Акито. Он взял дверцу за ручку, но услышал знакомый голос, который звал его. — Тоя! Подожди! — Шинономе бежал к нему в лёгкой школьной форме, не смотря на то что сегодня холодно. — Акито? — Прошептал Аояги, хотя он хотел так же кричать, так же громко позвать Акито и упасть в его объятья, но была огромная проблема. Его отец. — Садись в машину. — Водитель специально опустил окно, что бы мистера Харумичи было слышно. — Аояги Тоя, сядь в машину. — Мистер Аояги! Послушайте! — Шинономе схватился за приоткрытое окно, пытаясь докричаться до Аояги. — Вы понимаете что вы убиваете своего сына?! Тоя начал ненавидеть музыку из-за вас! Тоя убегает из дома из-за вас! Вы монстр! И я- Громкий крик вырвался из Акито, когда его пальцы зажали между окном и крышей машины. — Я не желаю слушать сопляка. Тоя, садись немедленно. Тоя ужасно испугался. Искривлённое от боли, лицо Акито и злой голос отца. Это кошмар, который родился из-за его ошибки. Он не мог связать двух слов, хотя бы попрощаться или извиница. Аояги послушно сел в машину, а окно которое держало Акито, опустилось. Водитель надавил на педаль и они начали уезжать. Тоя заплакал. Ноги Шинономе обмякли, из-за чего тот упал на асфальт. Ужасная боль была во всём теле, в голове туман. Что произошло? Такое чувство, будто он что то потерял. Потерял единственное, ради чего готов был жить. Акито никак не думал что этот тучный день, изменит всё. Его пальцы чудом не сломаны, но сжимать их в кулаке не приятно. На тренировках, он был невнимателен, из-за чего все приняли решение выставить его из команды. В школе только хуже. А утешающих поцелуев от Тои, не будет. В самые худшие дни, Шинономе брал старые фотографии Аояги и целовал их. Но это не то. Это просто отвратительно. Он прожил в таком состоянии два месяца и многие пытались ему помочь. Например сегодня, Ширайши пригласила Акито в кафе своего отца. Сладкое не помешает, но его пригласили что бы подготовить к проверочным. Он сел за стол в кофейне, пока ждал конец смены Ан. Знакомое чувство засело в душе. Уют, тепло и приятная музыка, это то какой была его комната, до того как стала холодной, не убранной и тёмной. Задумавшись, Шинономе не заметил как перед ним поставили тарелку. — Эй, пацан, ты тут? — Мужчина начал счёлкать пальцами перед его глазами. — А? Да, спасибо. — Пробормотал Акито и взял вилку, что бы наколоть кусок свежего панкейка. — Ты же одноклассник Ан? Приятно познакомиться, называй меня Кен. — Он улыбнулся, протягивая руку в знак дружелюбия. — Да, мне тоже. — Шинономе неуверенно пожал её. Кен оказался приятным мужчиной, а Ан хоть как-то помогла с контрольными. Может всё и в правду, налаживается? Кафе Ширайши начало становится его вторым домом. Лучше чем сидеть в комнате и ничего не делать. Вскоре случилось то, о чём Акито никогда не думал в серьёз.

Он начал петь.

Уже как девять лет прошло с создания Vivid Duo, и позже Vivid Trio. Кохане и Ан его верные друзья, которые всегда ему помогут, но с чем то они просто не смогут. С ненавистью к классике, и роду Аояги. Ни Ширайши, ни Азусава, не знали от чего это, единственный кусок информации который они получили, это то что Акито и Аояги Тоя любили общались друг с другом. Сегодня обещал быть обычным днем, но единственное что пока было необычным — опоздание Шинономе на запись. — Ан, может позвонить ему? — Спросила Кохане, стоя перед зеркалом и завязывая свои волосы в пучок. — Я уже несколько раз попыталась… — Ответила Ан, снова слыша гудки из своего телефона. — Вроде у него все было хорошо вчера и- Вдруг, дверь с хлопком открылась, ведь Акито открыл её с ноги, пока на лице сверкала, немного безумная, улыбка. — Акито! Где ты пропадал?! — Сразу начала немного испуганая Ширайши, смотря на него. — Знаете что произошло? — Шинономе начал хихикать, а потом закрыл дверь и достал свой телефон из кармана. Повернув его к девушкам, высвителась одна из статей в новостях. — Харумичи Аояги умер в шестьдесят семь лет… От рака лёгких… — Медленно читала Оукава, подойдя к своему другу. — Всё его сыновья очень подавлены… — А младший сын, - Перебил Акито свою подругу - Аояги Тоя, сказал: "Я благодарен своему отцу за все, он был отличным музыкан— Ахаха! Бред, не так ли!? — ...К чему ты клонишь? Умер и умер, радуйся! Живи спокойно! – Говорила Ан, разводя руками, ведь не понимала реакции парня. — Есть незаконченное дело. Я надеюсь вы мне поможете.