Я научу тебя...

Этери сидела в своём кабинете и разбирала разные документы, предвкушая хорошие выходные. Сергей Дудаков вёл последнюю тренировку на неделе и работал с младшей группой на удочках. Тутберидзе посмотрела на часы. Было 19:00, значит занятие подошло к концу. Вечером к тренеру всегда забегала Медведева, чтобы попрощаться. Так случилось и сегодня. Спустя 15 минут в дверь постучали. Этот стук блондинка могла легко узнать, это пришла её Женечка, которую женщина полюбила, как своего ребёнка. — Войдите. — Этери Георгиевна! — девочка забежала в кабинет и бросилась на шею тренеру. — Привет, моя хорошая. Как тренировка? Сергей Викторович не обижал? — Не обижал. Всё отлично. А вы что делаете? — Документы разгребаю, — пауза, —за тобой мама уже приехала? — Нет. Она и не приедет, у неё ночная смена. Я сама на автобусе поеду, я же взрослая, мне целых восемь лет, — от этих слов тренер очень занервничала. — Ты, конечно, взрослая, — блондинка закашлялась, — но там же темно и холодно, декабрь ведь. Не боишься? — Не боюсь, — уверенно сказала брюнетка. — А я боюсь. Давай ко мне в гости? А то я у тебя была, а ты у меня нет. Это невежливо. — В гости? — задумалась Женя, — но я сама хотела доехать. — Ещё успеешь наездиться, жизнь длинная. А я тебя накормлю и поиграем. Да твоей маме и мне спокойнее. — Ну ладно, — всё-таки согласилась Медведева. — Сейчас твоей маме позвоню и предупрежу, посиди пока что, мне надо с бумагами закончить. Тутберидзе позвонила Жанне: — Здравствуйте. — Здравствуйте, Этери Георгиевна. Что-то случилось? — забеспокоилась женщина, ведь звонки от тренера были не часто. — Нет, всё хорошо. Женя говорит, что вы на работе всю ночь. Может я её к себе заберу? Мне страшно её одну по темноте отпускать. — Мне тоже страшно, но другого выхода не было. Буду вам очень благодарна. — Ну что вы, Жанна. Мне в радость вам помочь. Когда завтра сможете забрать Женю? — спросила Этери. — У меня работа до 18:00. Как-то неудобно, что она целый день будет с вами, может сама уехать, я ей разрешаю, или попрошу кого-нибудь забрать. — Не нужно никого тревожить. Женя не помешает, я наоборот счастлива провести время с очень милой девочкой. Наверное, я вас уже отвлекаю, до свидания. — Огромное спасибо. До свидания. Жанна сбросила трубку. В последнее время женщина очень часто работала целыми днями, на ребёнка оставалось мало времени. Она была рада, что у дочери такой понимающий и любящий тренер, который всегда поддерживает. Бабушка тоже очень помогала присматривать за Женей, но не всегда получалось, ведь часто уезжала. Тутберидзе ещё полчаса сидела за бумагами, а Медведева ждала её на диване. — Ну всё, вроде закончила. Не устала? — Нет, — брюнетка начала надевать свою красную куртку, лежащую рядом. Тутберидзе тоже надевала своё новое серое пальто. Они вышли на улицу. Шёл снег. В декабре всё напоминало чудо. Около Хрустального висели красивые гирлянды, стояла украшенная искусственная ёлочка и снеговик, которого лепили дети, в том числе и Женя. Девочка сразу побежала вперёд и плюхнулась в огромный сугроб, начала делать снежного ангела. Ей было очень весело, через 2 недели будет её любимый праздник, начнутся каникулы, вернётся бабушка из санатория, приедет папа, подарят много подарков. — Женя, вставай. Нельзя долго на снегу лежать, — беспокоилась Этери спустя несколько минут, но Женя не реагировала, — Медведева! — крикнула Тутберидзе, но реакции снова не последовало, девочка продолжала валяться. Тогда тренер взяла снег и слепила снежок, бросила в брюнетку. — Ай, — не ожидала Медведева. — Я уже думала, что ты меня не услышишь. Вставай, нельзя долго на снегу лежать. — Так я не долго, — отряхивалась Женя. — Вся в снегу теперь, — возмутилась женщина, — мокрая будешь. — Ничего страшного. А почему на льду можно валяться, а на снегу нет, Этери Георгиевна? — хитро посмотрела девочка. — Всмысле? — не поняла тренер, — на льду тоже нельзя. — А почему вы меня таскали за ноги по льду? — тогда до Этери дошло о чем говорит Медведева, вспомнила "Женю в кляре" несколько недель назад. 27 ноября. Была обычная вечерняя тренировка. Младшие учили дупель под руководством главного тренера — Этери Георгиевны Тутберидзе. Медведева очень много падала, поэтому получала соответствующие слова блондинки: — Женя, иди сюда, — крикнула женщина. Женя подъехала к тренеру. — Ты поваляться сюда пришла? Или учить дупель? — нервно говорила Этери. — Учить дупель,— тихо и смотря в пол, сказала девочка. — Так старайся, — проговорила и уехала Тутберидзе. После разговора Медведева упала ещё несколько раз и заметила приближающегося тренера. — Хочешь валяться, так валяйся, — сказала женщина и потащила девочку за ноги по катку. — Не надо, Этери Георгиевна. Отпустите! — кричала Медведева. Но Тутберидзе продолжала издеваться, пока сама не устала. Когда Женя высвободилась, то сразу встала, оказалась вся в снегу, отряхнулась и поехала подальше от блондинки, не сказав ни слова. Девочка очень разозлилась и всё-таки смогла прыгнуть этот злосчастный дупель. — Вот теперь молодец, — брюнетка не заметила, как рядом оказалась тренер, и уже хотела отъехать, — не бойся, Женя, — притягивая к себе за плечи, говорила Этери, — я больше не буду, прости. Но зато ты прыгнула дупель. — Мне не понравилось, — сухо ответила Медведева. — Я заметила. Прости, пожалуйста. Это первый и последний раз, — ещё раз извинилась Тутберидзе. Только с Женей она позволяла себе так дурачиться. — Ладно. Настоящее время. — Ну вообще то это было задумано, чтобы ты прыгнула дупель и больше не валялась, но я обещаю больше так не будет, — тренер поняла подколку девочки, — иди сюда, — обняла Медведеву, — ох, Женя. Снег в капюшоне, — начала убирать снег. — Спасибо, а то мне холодно. — Пошли в машину, там тепло. Не хватало ещё заболеть перед Новым годом. Они сели в машину. Этери завела машину и тронулась с места. Фигуристка согрелась на заднем сиденье и начала разговор с тренером, ведь было скучно: — Вы далеко живëте? — Нет. Минут через десять уже приедем, — улыбнулась женщина. Всю дорогу она думала, как ей хорошо просто находиться рядом с этой девочкой, очень привязалась за это время. Только Медведевой было позволено заходить в кабинет Этери Георгиевны без серьёзной причины, а просто поговорить, попить чай. А на тренировках женщина старалась вести себя сдержанно и строго, почти всегда получалось, Женя привыкла и ей так было даже удобнее и привычнее. Тутберидзе заехала во двор и припарковалась. — Женя, мы приехали. — Ура! — крикнула девочка и расстегнула ремень безопасности, — а вы на каком этаже живёте? — На девятом, — женщина помогла Медведевой достать сумки с вещами, — во втором подъезде. Вон там, — показала рукой в сторону синей двери. На улице по-прежнему шёл лёгкий и пушистый снег, поэтому Этери казалось, что всё происходящее вокруг — сказка. Год назад она и подумать не могла, что будет снова улыбаться. Маленькая Женя растопила её ледяное сердце. — Пойдём, — Тутберидзе взяла спортсменку за руку. Они зашли в подъезд и ждали лифт, Медведева мило смотрела по сторонам и хлопала своими большими глазами. Поднялись на этаж, Этери достала ключи и повернула пару раз в замочной скважине. — Добро пожаловать, Женька! Чувствуй себя, как дома, — тренер включила свет. Перед фигуристкой был просторный коридор, на стенах были наклеены блестящие светло-жёлтые обои, стоял большой шкаф. — Хорошо, — ответила девочка. Тренер и ученица сняли верхнюю одежду. Куртки дочки Этери Дианы здесь не было, потому что она уехала к бабушке на пару дней. — Иди помой руки, Женька. — Хорошо. А где? — А точно. Сейчас всё покажу, — это кухня, это гостиная, — Тутберидзе жестикулировала руками, — это моя спальня, а вот ванная, — включила свет и открыла дверь перед Медведевой, — проходи. Пока девочка мыла руки, женщина пошла на кухню приготовить покушать, ведь Женя и она сама с обеда ничего не ели. Девочка вернулась: — Этери Георгиевна, я хочу кушать. — Сейчас, я макароны сварю. Садись на диван в зале, можешь телевизор посмотреть, — Тутберидзе заметила, что спортсменка замялась, — Женя, не стесняйся, — приобняла фигуристку. — Я не стесняюсь, — тихо сказала Медведева. — Да я вижу, — отвела Женю в гостиную и включила телевизор, — всё не бойся. Сейчас приготовлю, и будем кушать. — Угу. Они поели вкусные макароны с сыром и котлетой. — Ну что, что будем делать? — поинтересовалась женщина, хотя ожидала ответ девочки. — Не знаю, — улыбнулась Медведева, — а у вас много книжек! Вы любите читать? — любопытно спросила Женя и подошла к стеллажу. — Да, я люблю читать, но сейчас нет времени. — Тогда я знаю, что мы будем делать! Какая ваша любимая книга? — Моя любимая книга "Маленький принц " Антуана де Сент-Экзюпери, вот она, — тренер достала с полки большую и красочную . — Но она же детская, — удивилась девочка, увидя красочную обложку с иллюстрациями. — Я бы не сказала, что это произведение детское. Да, по виду обычная детская сказка, я так и подумала при первом прочтении, мне было лет десять, но с возрастом, когда я её перечитывала, то находила для себя новые моменты и смысл, который раньше не замечала. Так что, эта книга для всех возрастов. — Давайте её почитаем, — попросила брюнетка. — Давай. А ты вообще любишь читать? — Сама не очень, я люблю, когда мне кто-нибудь читает. — Понятно, но я думаю, что ты изменишь свою точку зрения, — проговорила Этери, — смотри на картинки, это сам автор рисовал, — продолжила и начала читать. Обе очень прониклись сюжетом. Изначально Тутберидзе не собиралась осилить всю книгу за вечер, но планы изменились. Женщину всегда трогала концовка, поэтому приближаясь к концу, у неё в глазах начали скапливаться слезы. Медведева сидела тихо и внимательно слушала каждое слово тренера. "По-настоящему узнаешь только те вещи, которые приручаешь." "Именно время, которое ты потратил на твою розу, делает её для тебя такой значительной." Эти фразы особенно запали в душу маленькой девочке, хоть она и не до конца понимала их смысл. Этери читала предпоследнюю главу, а из глаз обеих ручьями бежали солёные слезы, и младшая даже всхлипывала. Наконец были произнесены последние слова книги: — "И если к вам подойдёт малыш и засмеётся, если волосы у него будут золотистые, и он не будет отвечать на ваши вопросы, вы узнаете, кто это. Тогда будьте так добры — не заставляйте меня больше грустить и скорее напишите, что он вернулся... " — женщина закрыла книгу и начала стирать слезы с лица. Первые минуты между тренером и ученицей стояла тишина, обе отходили от прочитанного. — Женя, ну что, тебе понравилось? — уже успокоившись, спросила Этери. — Очень! Это лучшее, что я читала. Только конец очень грустный, он не очень понравился. — Конец трогательный, но у тебя всегда есть возможность подумать, что будет дальше. Может Маленький принц вернётся. — Пойдёмте смотреть на звëзды, может мы его увидим! — Пошли на балкон, — Тутберидзе не препятствовала интересу ребёнка, ведь сама была такой, — только одеяло накинь, там холодно. — Хорошо, — быстро вскочила девочка. Балкон был незастеклён. Тут витала очень спокойная атмосфера, Женя увлеченно наблюдала за звёздным небом, а Этери за ней. " — За что мне такое счастье? Женя для меня, как роза для Маленького принца. Я буду за ней также трепетно ухаживать, — думала Тутберидзе. " — Этери Георгиевна, смотрите, вот он! — девочка показала пальцем на падающую звезду, — Маленький принц вернулся! — Да, Женечка, вернулся, — погладила девочку по голове и улыбнулась. Они постояли ещё пару минут, не говоря ни слова, но тишину нарушила Медведева: — Я хочу спать, — зевнула брюнетка. — Хорошо, — женщина пропустила фигуристку в комнату. — А можно с вами поспать? Мне одной страшно. — Можно, — обняла девочку, — а дома ты как спишь? — Со мной мама сидит, пока я не засну. И ещё ночник есть. — Я научу тебя не бояться, — невесомо чмокнула Женю в висок. Блондинка быстро расправила кровать, так как у самой уже не было сил стоять на ногах. На часах было 23:57. — Ложись. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи. Тренер и ученица легли вместе на двуспальную кровать. Тутберидзе обняла Медведеву со спины и начала засыпать, так комфортно ей никогда не было. — Этери Георгиевна, знаете, что я попрошу на Новый год у Деда Мороза? — Не знаю. А что? — Чтобы в моей жизни появился Маленький принц. — Может он и так есть в твоей жизни? — Может, — Этери не ожидала такой философии от Жени , но почему-то стало очень тепло на душе, этот вечер, определенно,запомнится ей навсегда. Они уснули, наверное, сегодня им снились самые хорошие сны.