Замужем за мафией

Ким притих. Наблюдал за Порчеем издалека и размышлял. Фиалка очаровательно улыбался. Казался очень добрым. Непозволительно добрым. Заботливым. Кормил ужинами не только Танкхуна и Кинна, но и всех телохранителей и прислугу, что оказывались в зоне досягаемости. На него оказалось приятно смотреть. Иногда Фиалка замирал, о чем-то задумавшись, и Киму казалось, что его лицо нарисовано тушью искусного художника. И всё это ему не нравилось. Порчей не мог вызывать симпатию, не мог быть таким очаровательным. И Киму никогда такие не нравились. Ему нравились уверенные в себе, сильные, красивые. Фиалка не был красавцем. Ему не досталось такого красивого лисьего лица, как у его старшего брата. Не было и такого же тела - с длинными руками и ногами, мускулистого и поджарого. И ростом он не вышел. Да и характером. Нюня и размазня. Но факт оставался фактом. Че очаровательно улыбается (о его ямочки!), очаровательно злится, а самым очаровательным в нем было то, как он обижается и злится. С этим что-то нужно было делать. Дождаться, пока Фиалка свалит домой. А пока не замечать его. Само пройдет, как только нюня пропадет с горизонта. Но не замечать не получалось. Куда бы Ким ни пошел в собственном доме, везде он натыкался или на Фиалку, или на следы его пребывания. Самое тяжелое - вечер. Танкхун со своими сериалами весь дом ставил на голову. И Че рядом с ним… Когда привезли Порша, на Фиалку было страшно смотреть. У Кима даже сжалось сердце, и как-то странно и незнакомо защипало глаза. Че бросился к каталке, отпихнув Кинна, и так на него глянул, что главный мафиози Бангкока отступил, потянув за собой охранников, тихо поясняя свои действия: - Дайте ему пять минут. Фиалку уводили силком. Даже не уводили, а выносили, перекинув через плечо. А Ким стоял и смотрел, как упорно, методично, в полном молчании и совершенно безуспешно, Че пытается высвободиться. Его сгрузили на постель в собственной спальне и перегородили выход: - Господин Че, завтра утром еще придете. Господином Поршем сейчас занимаются лучшие врачи, Вы будете только мешать. - Ваш чертов господин Кинн там никому не мешает, - пыхтел Фиалка, пока его опять вылавливали и усаживали обратно на постель. - Я с ним побуду, - Ким удивился, что произносит это. Удивился, что заходит в комнату и знаком отсылает телохранителей. Запер дверь и посмотрел на нахохлившегося мальчишку. И Ким почувствовал себя не в своей тарелке. Ему хотелось его как-то успокоить… Если честно, ему хотелось до него дотронуться, притянуть к себе, обнять и пожалеть… ну как пожалеть… поцеловать, например. Киму от тяжелых мыслей всегда помогал секс. - Что ты трагедию разыгрываешь? Тебе же сказали - жить будет. Ну подлечится, полежит пару недель. - Легко говорить. Там не твой брат избитый и без сознания, - Че подобрал под себя ноги, сложил руки на груди и отвернулся. Будто даже голову в плечи втянул. Ким устроился рядом, разглядывая сгорбленную спину. Осторожно положил ладонь ему на плечо. Че дернулся, сбрасывая с себя руку, и отодвинулся еще дальше. - Я и не такое видел. Ты когда-нибудь летел в машине с моста? А потом тебя старший брат тащил на себе к берегу? С огнестрелом? И вода вокруг была вся красная от его крови. А когда вы оказались на берегу, то он тут же потерял сознание. И в коме был еще месяц - слишком большая кровопотеря, - снова попытался дотронуться. Фиалка упрямо начал дергаться. И это разозлило. Ему тут практически душу изливают, а он… Нюня! И ведомый своим раздражением, Ким рывком за плечи уложил его на спину, навис сверху, собираясь опять надавать оплеух или щипков. Он вовсе не собирался делать что-то другое. И в мыслях не было… ну как… было, но он не планировал и правда хотел встряхнуть. Че уставился на него круглыми испуганными глазами. Ким не понял, как он так… Получилось само собой. Обхватил голову ладонями, притянул к себе и приник губами к его губам. Че забился под ним, промычал в рот: - Дебил что ли? Но Ким был сильнее. И решил, что ему виднее, как лучше справляться со стрессом. Он проник языком ему в рот, все так же удерживая. Че отчаянно сопротивлялся. Бил, куда попадал, но под таким наглым напором растерянно замер. Он целовался второй раз в жизни. И этот второй раз был явно приятнее и интереснее, чем первый. От Кима приятно пахло, губы были мягкими, его язык ласково скользил во рту, пальцы зарылись в волосы и массировали кожу. Восхитительно. Точнее, это было бы восхитительно, если бы это был не Ким. С любым другим, но не с этим противным, заносчивым, злым придурком! А Ким пропал. Че оказался не просто очаровательным. Он оказался мягким, нежным, притягательным. Созданным именно для того, чтобы Ким его целовал. Оторвался, чтобы сделать вдох, вновь потянулся за следующим поцелуем. Но вместо сладких податливых губ его встретила звонкая, отрезвляющая оплеуха. Он удивленно распахнул глаза как раз в тот момент, когда прилетела вторая. И третья. Фиалка взвился вверх, бил судорожно, испуганно и очень зло. Теперь Ким растерялся. Он удивленно принимал пощечины, бестолково хватая раскрытым ртом воздух. - Пошел вон отсюда, - проорал Че, спихивая его с кровати и скатываясь следом. - Совсем что ли охерел? - Ким все никак не мог прийти в себя, пытаясь подняться с пола. Его Фиалка так умеет? Через мгновение выяснилось, что Фиалка умеет не только так: несколько поджопников прилетели точно в цель. Этого Ким стерпеть уже не мог. Хлесткий профессиональный удар в грудь заставил Че захлебнуться воздухом и согнуться пополам. - Пришел в себя? - Ким несколько тревожно склонился к нему. Все-таки вдруг не рассчитал силу? Обычно Че был почти безответным. Физическое воздействие ставило его в тупик, как и всякого человека, не привыкшего к дракам. Но сейчас… мало того, что его поцеловали без спроса, так еще и ударили! Че, не разгибаясь, боднул Кима в живот со всей силы, заваливая на спину. Ким опрокинулся, в полете опять удивляясь. Не ожидал он такой силы и такой настырности. Сверху на него уселся Фиалка, с размаху влепил еще одну пощечину, проорав в лицо: - Не смей меня целовать без спроса! Не смей меня бить! - А если я хочу, - глупо улыбаясь, проговорил Ким, сам уже устраивая ладони на заднице Фиалки. Че замер. Прикосновение наглых ладоней привело его в ступор. Щеки моментально вспыхнули, а в груди будто газировка расплескалась: шипучая, холодная и приятная. Этой заминкой и воспользовался Ким, он крепко вцепился в бедра Фиалки, переворачивая и подминая под себя. Еще раз поцеловал, в этот раз одними губами. Че уперся в его грудь руками, пытаясь оттолкнуть из чистого упрямства и обиды. Если бы засранец Ким вел себя по-другому… Целоваться с ним было так хорошо… и от его прикосновений газировка в груди шипела и пенилась все сильнее, так, что становилось трудно дышать. - Ты мне очень нравишься, - улыбаясь, проговорил Ким, вглядываясь в испуганные круглые глаза. - А ты мне - нет! - Че попытался замахнуться, но Ким поймал его руку и еще раз поцеловал. Попытался проникнуть языком, удерживая голову и не давая крутить ее и бодаться. Че прошипел сквозь сцепленные зубы: - Язык откушу. Ким только хмыкнул. У Фиалки кишка тонка. Губы раскрылись, пропуская его внутрь. Ким с наслаждением проник… и заорал, резко отпрянув, прикрывая рот рукой. Фиалка и правда укусил. - Фольной, фа? - поднимаясь и борясь с желанием хорошенько отпинать идиота. - На хуй иди! Ким стрелой вылетел из спальни, сбив дверью телохранителей, которые все это время подслушивали под дверью и все никак не могли решить, вмешиваться или нет, а если вмешиваться, то самим или звать кого-то из старших. И кого? Танкхуна? Кинна? - А с их старшими братьями примерно так же было, - задумчиво проговорил один из них. - Н-да… родственнички… *** Вегас всю дорогу до дома улыбался. Пит не выходил из головы. Приятно было вспоминать всё произошедшее. Приятно было перебирать в мыслях, что бы можно было сделать с Питом в следующую встречу… Мобильник заголосил, высвечивая на экране незнакомый номер. - Да? - Господин Вегас, Вас беспокоит господин Наронг… Вегас моментально подобрался, как хищник перед прыжком. - … мной интересовались. Как и я Вами. У меня есть кое-кто, кто Вам очень интересен. Если хотите увидеть своего Пита живым и целым, очень советую перестать копать под меня и вообще отойти в тень. Это дело для больших мальчиков. Мы с господином Кинном сами всё порешаем. У Вегаса потемнело в глазах. Ярость оглушила и ослепила. Он с такой силой сжимал телефон, что его корпус треснул. Спокойным голосом, даже с ленцой ответил: - Пит? Кто это? - Как же, - хмыкнули в телефоне, - с этим молодым человеком Вы провели последние два вечера, Ваша машина доставляет его на работу. Ваши люди плохо его охраняют, кстати. - Это мальчик на раз, делайте с ним, что хотите, - Вегас произнес это беззаботно побелевшими от злости губами. Перед глазами поплыли красные круги. Знаками он показал водителю остановиться и разворачиваться. - Так значит, Вам можно прислать его голову, как Вы прислали мне голову Тавана? - Можете оставить ее себе, раз Вам так нравятся такие подарки, - Вегас отключился. У него подрагивали пальцы. Он прошипел, оскалившись: - Быстро! В главный дом. Там мозговой центр, там боевики. Полчаса - и он соберет целую армию. У Наронга не хватит духу сразу расправиться с Питом. Скорее всего, он понял, что Вегас блефует, и позвонит еще раз. Доехали быстро. За это время Вегас поднял всех на уши, и в главном доме его уже встречали у ворот. Всеобщее оживление остудило, но сердце всё равно раненой птицей билось в груди. Вегас запрыгнул в микроавтобус, напичканный электроникой и экранами. Один из айтишников, не отрываясь от изображения на экране, проговорил скороговоркой: - Есть две возможные точки. У Наронга в одной что-то типа склада, вторая - дом, где он обычно встречается с любовницей. Жаль, что у господина Пита нет с собой телефона. Мы тогда бы точно знали, где он. - Он что, дебил, чтобы тащить Пита в дом любовницы? - Там зафиксировано скопление людей. Вооруженных. - А склад? - Там тихо, только несколько охранников. - Туда, - решился Вегас. - одну группу в дом, вторую на склад. Я поеду во второй. Его опять начало потряхивать. Отчего-то вспомнился Кинн. Каким он обезумевшим ураганом ворвался в палату, плевался угрозами и даже не стеснялся собственного испуга сразу после похищения Порша. Извиниться что ли? И почему Пит так важен? Он же и правда мальчик на пару ночей. Вегас на нем задержался только из непонятного интереса и странного, но такого захватывающего влечения… А ведь важен. Трясет из-за него так, будто это младший брат сейчас в беде. Это вот так получается происходит? Ты живешь в свое удовольствие, а потом тебе встречается человек, и всё… всё… становится очень важным… самым важным. Молниеносно и незаметно… "Убью за него… растопчу…". Руки уже не дрожали. И голос не нужно было делать уверенным. Когда решение принято и всё досконально ясно, сомнению и страху больше нет места. Он отдал короткий приказ своим боевикам окружить дом Наронга. Вытащить оттуда всех и привезти в дом второй семьи. Охранять, как зеницу ока. Если не справятся, Вегас пустит их в расход. Как раз подкатились к складу. Тихо. Слишком тихо. Обычно сторожа на обычном складе сидят где-нибудь под навесом, пялятся в старый телек, курят и потягивают дешевое пиво. А здесь никого. И территория чистая. Легко и бесшумно спрыгнул на землю из машины, пошел во главе группы. Вздернул пистолет на уровне лица. От напряжения вспотел, почувствовал запах своего дезодоранта и запах Пита. Его тело все еще пахло после близости Питом. Решил, что отсюда он увезет его к себе. И без глупых разговоров о личных границах и прочей чепухи для слабаков. *** Пит тяжело приходил в себя. Он перевернулся и тут же застонал от боли в затекших руках, связанных за спиной. Голоса над головой ввинчивались в мозг: - Маленькую дозу ты ему вколол, уже очухивается. - Больше побоялся. В прошлый раз клиент коньки отбросил. Пита пнули под ребра, схватили за волосы, заставляя сесть, подтянув к стене. Холодно и сыро… Значит, он где-то под землей… или где?.. - Сиди тихо, а то еще получишь, - в глазах двоился ублюдок, который его пнул. - Будешь вести себя хорошо и тогда целым вернешься к своему ебарю, - заржал второй. Пит встряхнул головой, занавесившись длинной челкой. Хрипло ответил: - Вы, ребятки, что-то напутали. Нет у меня никого. - Ага. А тот, что вышел от тебя пару часов назад? Или у тебя таких несколько? Проститутка? Не похож вроде. - Это случайная встреча. Ошиблись вы, - Пит почувствовал себя лучше. Уцепился за боль в руках и под ребрами. Боль была его союзницей, она отрезвляла, приводила в чувство. Помогала отринуть страх и остудить разум. Нужно выбираться. - Сиди! Пит из-под полуприкрытых век наблюдал за тем, как двое отошли в другой конец помещения. Один устроился на стуле, второй начал бесцельно бродить туда-сюда, поигрывая пистолетом в руках. Придурок. Так с оружием нельзя. Где набирают таких идиотов. Пошевелил затекшими пальцами. Больно. Тысячи иголок вонзились в плоть. Хорошо. Значит можно размять, вернуть гибкость и чувствительность. Старался разминать ладони незаметно. Да это было и несложно. Сидящий погрузился в свой телефон, второй, который все еще ходил туда-сюда, был занят самолюбованием. Явно красовался сам перед собой, какой он крутой боевик. Идиоты… Пальцы будто разморозились. Пит глубоко вдохнул, скрывая боль от того, что сложил ладонь пополам. Старый привычный вывих большого пальца. По юности, еще в центре подготовки телохранителей, специально вывихнул себе сустав и разработал его. Как знал, что пригодится. Хотя тогда он и открыл для себя, что боль для него имеет что-то особенное. Другие не задыхались от сладости и удовольствия, не начинали видеть четче и ярче, не испытывали прилива жара, когда с мукой подстраивали свое тело для будущей опасной работы. А вот Пит… Не время было для таких мыслей. Это всё Вегас. Палец выскользнул из веревки. Больно. Вывернутый под неестественным углом он ныл и дергал. Пит откинул голову на стену, прикрыл глаза. Вегас.. Пит думал, что от него будут проблемы. Что он что-то сделает не так, а оказалось, что через Вегаса он попал в неприятную историю. Ладонь полностью выскользнула, и веревка съехала на пальцы второй руки. Отлично. Еще минута. Пока определиться, кто первый. Да тут и думать нечего. Сначала тот, кто играется с оружием. Выбить пистолет из рук, в дальний угол, и свернуть шею. Потом тот, кто копается в телефоне. Удар раскрытой ладонью в нос. Снизу. И сильно. Моментальная смерть. Стрелять нельзя. Сколько тут еще таких может быть? Подтянул ноги к себе для упора. Медленно, делая вид, что его все еще мутит от укола. Опустил голову на грудь. Вдох-выдох, собираясь и выгадывая лучший момент. Бросок! С первым получилось идеально. Пистолет в угол, глухой хруст шейных позвонков. Другой выпустил телефон из рук и начал вставать. Сначала удар в шею, который отбросил его обратно на стул. А затем вцепиться ему в глотку. Бить в нос - не та позиция. Не любил Пит так. Медленно убивать. Мучительно. Тело под ним билось в панике, глаза на красном испуганном лице вылезли из орбит. Мерзко. И жалко. Но тут или он, или Пит… Пистолет успокаивающе лег в ладонь. Неслышной тенью Пит выскользнул из помещения. Ярко освещенный коридор. Холодные флуоресцентные лампы больно били по глазам. Прижимаясь к стене, медленно продвигался, прислушиваясь к каждому шороху. Где-то далеко раздался еле слышимый скрип двери и шорох шагов. Много людей. Слишком много, одному не отбиться. Дверей не было. Длинная кишка коридора - невыгодное место для обороны. Поспешил вперёд, с затаенным страхом и надеждой приоткрыл единственную дверь - выход из коридора. Огромное полутемное помещение, заставленное стеллажами. Отлично! С другого конца слышались шаги и шорох одежды. Пит затаился за одним из стеллажей. Вовремя. Мимо него прошел человек в темной одежде с оружием в руках. Пит сцапал его за шею, придушил и почти сразу приложил ручкой пистолета по затылку. Аккуратно, стараясь не шуметь, уложил себе под ноги. Двинулся дальше, внимательно вслушиваясь и вглядываясь во мрак. На следующего нарвался сам. Боевик замер, удивленно его оглядывая. Пит вскинул пистолет. Стрелять не хотелось. Шум привлечет сюда остальных. Но боевик не спешил нападать. Он медленно поднял руки к груди, осторожно повернул голову в сторону и позвал в пустоту склада: - Шеф! Он здесь! Пит снял пистолет с предохранителя, мягко опустил палец на курок, и в этот момент из-за стеллажа выступил Вегас. Одетый точно так же, как и покидал квартиру Пита. Пит опустил пистолет и почему-то почувствовал себя полностью опустошенным. Вегас за ним пришел. И это лишило сил. Вегас сделал несколько больших шагов к нему и прижал к себе. Больно сжал в объятиях. Пит замычал. Вегас будто очнулся. Выпустил из рук, снял с себя куртку и накинул Питу на плечи. Хотел подхватить на руки, но Пит не дался, буркнув: - Сам могу. Но позволил подхватить под руку, с непонятным блаженством положив голову на плечо Вегасу. Вегас вел его к машине и тонул в смеси из радости и злости. Пит у него. Осталось разнести Наронга. В машине к ним сунулся один из телохранителей, торопливо зашептал на ухо, бросая на Пита хитрые взгляды. Вегас внимательно его выслушал и, как-то странно глядя на Пита, спросил: - А кто ты по профессии? - Сертифицированный телохранитель в отставке, - Пит хмыкнул. - Ты сам положил тех двоих и одного моего? - Твоего я не убивал. Только оглушил, - Пит слегка напрягся. - Система охраны у тебя - говно. Я же видел твоих топтунов у своего дома. Как они допустили мое похищение? И эти твои… Если я смог одного незаметно успокоить, то значит и кто-то другой сможет. - А иди ко мне начальником охраны, - Вегас хитро на него смотрел. Пит фыркнул: - Спать со своим начальником? Вегас дернул его к себе и прошептал в самые губы: - У тебя нет других вариантов.