Оранжевая тень

– Здесь так тихо. – Аккуратно, Лиз, порог. Впервые за день Лиза улыбнулась. Екатерина Дмитриевна знала, что не предупреди она её, падения было бы не избежать. Девушку часто сносило на землю. Не сила притяжения, а невнимательность и слабые суставы. Так было с детства. Поэтому, когда Максим учил Лизу ходить по ступеням по приходу домой, у неё были ссадины и синяки на коленках. И хоть Лиза не упала в этот раз, каждый шаг давался ей тяжело. Казалось, в любой момент тело откажется идти. Либо она встанет, как этот забор во дворе – неподвижно, словно никто не ждёт её в доме. Но её там ждали, а с другой стороны забора была бесшумная толпа людей, которой не терпелось, чтобы она вернулась. Люди были ей незнакомы. – Ты только поздоровайся, - вполголоса сказала Екатерина Дмитриевна, идя по каменистой дорожке. – Конечно. Такие формальности всегда кажутся значительными перед важной встречей, но Лиза тогда подумала, что независимо от того, что именно узнает, она должна поблагодарить. Обязательно искренне. У неё не было времени спланировать, что она скажет. Это было спонтанное решение прийти сюда. Не её решение. Девушка-то не верила ни в магию, ни в призраков, ни в прочие существ. Но она верила в то, что любила. В того, кого любила. Она верила в Максима и хотела знать, как он там. Если это всё действительно есть. Екатерина Дмитриевна открыла дверь и торопливо произнесла: – Здравствуйте, Вера Ивановна. Спасибо, что согласились с нами встретиться. Вот Лиза – моя племянница. Лиза окинула комнату взглядом. Два стула, стол с потрепанными книгами и свечами. Бледно - желтые, словно выгоревшие на солнце обои. И запах. Лиза узнала – это был воск. Почему-то ей не хотелось смотреть на женщину, сидящую в комнате. Вся тревога, которую она пыталась скрыть весь день от тёти, прошлась по её телу жгучей волной. Девушка почувствовала, как у неё трясутся пальцы и, сжав ладонь в кулаки, спрятала руки в карманах куртки. Осень. Холодно, но она любил это время за студёное солнце, часто скрытое в пасмурном небе, и россыпь желто-красных листьев на дороге. – Присаживайся, Лиза. И тут ей пришлось посмотреть на говорившую женщину. Синие волосы, серые глаза, черное пальто и дымчатый кот на столе. – Не бойся. Он трогает, только если чувствует присутствие демонического. Можешь погладить. Ну, давай, спрашивай что интересно. Кота она так и не погладила. Время будто замерло. В комнате похолодало, и Лиза поёжилась на стуле. – Я бы хотела узнать о своём брате. Как он…- девушка запнулась и вздохнула. – А, милая, брось ты. Давай называть вещи своими именами. У него всё хорошо. Он ушел безболезненно, остановка сердца – самая щадящая смерть. И, поверь, сейчас он дома. Все мы однажды будем дома, - сказав это Вера Ивановна, достала из пачки сигарету. Никотин и воск. Лизе сейчас не залезла бы в горло даже она. Лиза думала о том, насколько опустел их дом с уходом Максима. Ей вспомнился сон на сороковой день, где она плачет и говорит, что он бросил её. Тот пытается её обнять. Толчок. Всхлип. Его сожалеющий взгляд. А потом очередное утро со слезами. – Но, - хрипло сказала Вера Ивановна, - если ты сменишь религию, то окажешься не в своем стаде, и вы никогда не встретитесь. Потому что там нас никто не ждёт. Там мы чужие, девочка. А теперь я поставлю на вас двоих защиту. Екатерина Дмитриевна, стоящая в яично-желтом углу комнаты до того молчаливо, оживилась. – Боже, спасибо вам, Вера Ивановна. Мы, правда, не знаем, как вас благодарить. Та посмотрела на неё и улыбнулась. Казалось, её по-доброму забавляет подобная реакция. –Я лишь человек. Как ни посмотри, все мы всего лишь люди. Это - и много, и мало. Вера Ивановна потушила сигарету и взяла в руку свечу со стола. Лиза прежде не видела ни одного обряда. Только в кино. И, в основном, это были ужасы. Та попросила её поднять руку на зажжённую свечу. Тепло. Такое тепло, словно тебя кто-то хочет обнять. – Ну, вот, видишь, святой огонь не ранит. Лиза увидела всполохи дыма. Чёрные. Она хотела спросить о них, но спустя мгновение Вера Ивановна убрала от неё свечу. – Всё чистенько. Теперь всё будет хорошо. Екатерина, если позволите, я бы хотела поговорить с Лизой наедине. Та не удивилась, однако её огорчение не утаилось от присутствующих в комнате. Медленно кивнув, женщина покинула помещение. – Ну, Лиза, — произнесла Вера Ивановна, - ты же в детстве любила сказки? Впрочем, можешь не отвечать. Сейчас я буду говорить, а ты слушай, - она снова достала из пачки сигареты. – История будет долгой, так что можешь устраиваться поудобнее. Максим умер на Пасху, около пяти вечера. До этого, им с Екатериной позвонили и сказали, что его сердце остановилось. Реаниматологи вернули его к жизни, но Максим так и не пришел в сознание. В то время Екатерина Дмитриевна ежедневно зажигала свечи и молилась, а Лиза просила Бога дать брату ещё немного времени. – Сказка эта такова: сколько бы по миру не шла молва, а присказка проста: перед Смертью нет правых, и Смерть не знает, что такое вина. Вину знают люди. - Продолжила Вера Ивановна, снова зажигая сигарету. – Но она бессмыслена в Бытии. А оно действительно бывает беспощадно. Как думаешь, Лиза, что такое жизнь? Девушке как-то говорили, что жизнь – чудо, что она драгоценна. Лиза несмело произнесла это, глядя в прищуренные серые глаза. – Ай, неправильно. – Улыбнулась женщина, но через миг стала серьёзной. – Жизнь – это череда испытаний. Лиза слегка нахмурилась, ожидая, что та скажет дальше. Ей вспомнились слова из книги Джона Грина, что мир – это не фабрика по исполнению желаний. – Согласно православной трактовке, человек был изгнан из Рая в наказание. Наша жизнь по определению – не сахар, девочка. Да и тот бывает слишком пресен, если его переешь. В Рай попадают только лучшие из нас. И твой брат, уйдя в Пасху, оказался там. В этот день Врата Рая открываются для всех. Тем более, что он - невинно убиенный. Послышался тяжелый вздох. «Это невозможно. Максим умер от болезни». – Однако такова его судьба. Однажды я расскажу тебе об этом подробнее. Но сейчас время сказок, - чуть лукаво сказала Вера Ивановна. – Время духов, если точнее. Так вот одна непопулярная версия создания мира гласит, что Вселенная появилась от мощного выброса энергии. Это, конечно, мало похоже на христианскую версию создания Человечества. Однако все трактовки верны, всё зависит от того, во что ты действительно поверишь. То, во что ты веришь, то и существует в твоей реальности. В этот момент кот спустился со стола и устроился возле ног Лизы. Он не ластился, не мурчал, просто сидел и смотрел на неё снизу-вверх. Словно изучая и следя за каждым движением. Лиза, тем временем, снова почувствовала пробирающий её руки холод, пальцы начали мерзнуть, и она потерла ладонь о ладонь, разогреваясь. «Максим -невинно убиенный» - эта мысль не выходила у неё из головы, но останавливать рассказ она не решилась. Но она еще об этом спросит. Обязательно спросит. – Людей, правда, иногда в этом заносит.- Добавила Вера Ивановна, снова затягиваясь сигаретой. - Пожелают себе несметное богатство, да самим невдомек, что с ним потом делать, если счастья оно не приносит. Или же они хотят узнать правду, а потом не знают, как с ней жить. И горе им становиться другом, а оно пускает в душу демонов, девочка. Как говорят, в сказке – ложь, верно? Лиза попыталась улыбнуться и продолжала слушать. – Что ж, продолжим. Эта энергия разделила созданный мир на два полюса. Первый полюс охватил землю плодородием и изобилием. Создал облака, Солнце, атмосферу и дал миру цвет и день. А Второй полюс – подземный. Он подарил ему Луну и ночь. Однако она не могла длиться вечно. Поэтому Солнце приходило на смену Луне, словно две половины единой цепи. И всё-таки не всё так просто. Девушке не казалось это «всё» простым. Уже смеркалось, и она подумала о Екатерине Дмитриевне. Ей, наверняка, холодно там, на улице. Да и всем остальным тоже. Долго ли она тут сидит? – Мир духов называется Харионт. И весь этот выброс энергии – результат их многолетней войны. Кто ж знал, что он создаст наш мир? – Я никогда не слышала этой теории. Как-то она звучит… – Странно? – подсказала Вера Ивановна. Лиза кивнула. – Ох, деточка, в мире много странного. Но нет ничего случайного. Однако духи этим аргументом бы не удовлетворились. Наш мир ими не был запланирован. Поэтому чтобы контролировать сотворенное, они сделали муляж всего сущего – нашу Вселенную. – Как макет здания? Вера Ивановна с улыбкой потушила сигарету. – Именно так. Они знали, что однажды на планете появиться жизнь, так как по ней проходила живительная влага Залива Бытия – вода. И тогда Драглин, великий дракон, Верховный Восходящего Кольца, пустил по созданному миру огонь, который проникнул в воду и не потух. – Вера Ивановна говорила так, будто рассказывала о том, какая погода за окном. - Так из земли, воды, огня и материи появился человек. – Продолжила она. - Истинные мотивы Драглина было не предугадать, однако он хотел чтобы этот мир – результат их войны - процветал. Тем временем, битва духов закончилась. Наступило временное перемирие. – Из-за чего началась их война? – Место Верховного в Совете Восходящего Кольца. Великий Дракон Драглин и низшие духи Оторасу вступили в поединок. Однако сам Оторасу находился в тяжелом состоянии. Низшие духи подозревали, что на это повлиял Драглин и напали. А следом за место Верховного сцепились остальные. – Я не совсем понимаю, – растерянно произнесла Лиза. – Простите, мозг не успевает за потоком информации. Что такое Совет Восходящего Кольца и кто остальные духи? – Правильные вопросы, Лиза. Об этом я ещё не рассказывала. Тем не менее, мне кажется, на сегодня тебе хватит. Тебя заждались – и твоя тётя, и другие посетители. Будь так добра, приходи завтра в то же время, одна.