You

Она напевает песню, что когда-то была создана только для неё. Лирика любимого человека наполняет гостиную теплом и уютом. Его голос — лишь он всегда спасал её, оберегал и возвращал силы жить дальше. Его голос снова и снова заполнял все мысли девушки, отчего та невольно уходила в мечты. — Ты купила новые духи? Тэхён придвинулся ближе со спины, кладя ладони на её живот, он стал медленно вдыхать аромат женского тела. Уткнувшись в шею, парень поцеловал бархатную кожу. Ресницы на секунду дрогнули, а уголки искусанных губ приподнялись вверх. Так реально. Она обернулась, чтобы что-то ответить. Но отвечать было некому. Никого нет в этой комнате и в этом городе уже около двух месяцев. Но ей всё равно продолжает видеться её парень. Её луч света в пасмурные дни. Тэхён должен был вернуться с гастролей на частном самолёте. Он должен был забрать багаж с ленты и подбежать к девушке, заключить её в крепкие объятия, а затем поехать домой. Так было всегда. Но не в тот день. — Тебя снова нет рядом, а я всё не могу смириться с этим. С тем, что ты..., — не смогла закончить предложение Суëн. Но в следующий миг она сорвалась на отчаянный крик: — Я никогда не поверю в это! Прокричала девушка и опустилась на пол, закрыв голову руками. Она никогда не поверит в то, что её судьба — остаться одинокой на всю оставшуюся жизнь, потому что кроме него, Суëн не может никого подпустить в свою душу. Все эти два месяца ни один человек не сказал ей, что существуют доказательства его смерти. Никто не нашёл самолёт, никто не нашёл тело. Никто не нашёл ни единого факта. Где же он? Если его нет в ином мире, то тогда где же он в нашем? Когда он вернётся? — Когда?! — завопила Суëн, отчего её подруга, которая жила с ней "на всякий нехороший случай" эти 67 дней подбежала и упала на колени рядом с плачущей девушкой. — Всё будет хорошо, — та обняла дрожащую подругу и стала медленно гладить по волосам. — Я не могу жить без него, понимаешь? — Понимаю... — Прости, но ты не понимаешь. Суëн закрыла глаза и шумно вдохнула, не обращая внимания на объятия. Скоро Рождество и Тэхён обещал во что бы то не стало быть в полночь с ней. Что и ещё больше заставляло девушку опускать руки.

***

За день до Рождества. — Ну же Суëн, давай пойдём за покупками в торговый центр! Поднимайся, — затормошиоа подругу Ёнми и не переставала улыбаться, чтобы хоть как-то сделать этот день обычным. — Купи что-нибудь кошке и не забудь молоко, — пробормотала Суëн, уткнувшись в одеяло. — Неет, я не куплю. Ты лучше меня знаешь хорошую марку молока. А если я куплю не то? Пожалуйста, давай купим друзьям подарки и твоей кошке корм заодно. Суëн, Суëн, Суëëн. Ёнми не унималась и девушка неожиданно резко и недовольно встала с постели. — Хорошо, только чтобы ты отстала от меня! — Ну хотя бы так. Ура! Мы идём на предрождественский шоппинг! Они обе были подавлены, но ведь кто-то должен оставаться оптимистом. В торговом центре кипела жизнь. Бесчисленное количество людей сновали во все стороны, отчего кружилась голова. Недолго прогулявшись по магазинам, Суён сделала выбор и уведомила подругу, что будет ждать её в кафе на третьем этаже. — ... и горячий шоколад, пожалуйста. — Спасибо. — Суён? — послышался знакомый тёплый голос. Обернувшись, девушка увидела сестру Тэхёна. Всю ту же блондинку, всё с теми же острыми чертами лица и такими похожими на брата глазами. — Нари, здравствуй, — они прошли к столику и заняли места. Нари видела людей насквозь. Она всегда понимала, что у человека на душе. Поэтому скрывать истинные чувства, Суён после нескольких попыток перестала. — Как ты? — спросила Нари. — Я должна спросить тебя о том же. Но я сама... Я не в порядке. Ни капли не в порядке. — Ты тоже считаешь, что он жив? — Тоже? Ты тоже не веришь в его..., — смерть. — Нет. Я чувствую, он где-то рядом и скоро должен появиться, — Нари положила свою изящную ладонь на ладонь Суён. — Твоя интуиция никогда тебя не подводила, надеюсь, что и сейчас не подведёт. — Будем надеяться. — Ты купила только один подарок? — Подарок... Да. Тэхёну. — И я также. Только ему. — А родители? — Они не заслужили. Они смирились с тем, что его не будет. Даже церемонию похорон назначили. Не понимаю, как они не могут чувствовать своего сына. Как они не могут чувствовать, что Тэхён жив? — Люди разные, я думаю, ваши родители тоже сбиты с толку. При таком шоке их мышление просто пошло по лёгкому пути. Не усложняй с ними отношения. Семья — это важно. Поверь той, у которой её больше нет. — Суён, он вернётся. Он обязан вернуться. Он любит тебя больше всех на свете. Правда, именно ты для него самый важный человек. Ради него мы не будем сдаваться. Обещаешь? По щекам текли горячие слëзы, но она смогла вымолвить и скрепить их пальцы в символичном жесте. — Обещаю.

***

День Рождества. Подруги быстро заканчивали с украшением квартиры, в которой они живут. Потихоньку к ним пришли и остальные друзья, включая Нари. Родители Тэхёна к ним не заявились, в отличие от папы и мамы Ёнхи. Они были достаточно молодёжными родителями и всегда интересовались всем новым. — Дочь, разложи, пожалуйста, тарелки на стол. — Да, конечно, сейчас. Суён, помоги мне. Людей было достаточно много, но все умещались и не толпились в её доме. Ёнми с улыбкой подбежала к Суён и отдала часть чистых белых тарелок ей, чтобы затем поставить их на праздничный стол. Нари то и дело подмигивала и подбадривала Суён, хотя ей самой было трудно в этот момент. Их человека нет сейчас рядом. Это не просто грустно. Это не описать словами, как ужасно и несправедливо. — Ну чтож, — начал один из друзей, — сегодня мы все здесь собрались, чтобы отпраздновать Рождество. В горле девушки что-то сдавило, снова. Это чувство, что хочет просочиться наружу, оно вновь настигает Суён. — Каждый год мама Ёнхи готовит эту замечательную индейку, и я каждый год говорю вам огромнейшее спасибо. Ведь она и правда самая лучшая в мире. Нет, правда, когда вы откроете свой ресторан? Я уже устал ждать! По гостиной раздался весёлый смех, даже девушка слегка приподняла уголки своих губ и посмотрела на маму. — Ох, Джин, ты опять за старое. Отмахнулась госпожа. — Я же готов помочь. В любую секунду я сразу же организую вам место под ресторан. Ну хотя бы кафе. — Что-ж, — парень сделал паузу и все каким-то образом поняли, о чём он скажет дальше. Воздух стал вязким. — Хоть и нашего всеобщего любимца нет сейчас с нами... Знаете, я уверен, что он точно если не физически, то душевно в наших сердцах, — приложив ладонь к груди, тот немного потёр её и слегка склонил голову. — Джин, — словно гром среди ясного неба разразился стальной голос девушки. — Не имей права так говорить. Так, будто он умер. — Но, Суён... — Не зли меня. Ты знаешь, что со мной бывает в гневе, — с характерным хлопком та бросила тканевую салфетку на стол и удалилась в спальню под провожающие взгляды людей, которые пытались эти же взгляды спрятать. Закрыв дверь, у неё задрожали руки и забегали глаза. — Успокойся. — Эй, малышка, не плачь. Ты огорчаешь меня этим. — Но я не могу спокойно смотреть сериал, когда там убивают ни в чём неповинных животных. — Они его спасут. Видишь, его везут в ветеринарию. Суён уткнулась в плечо парня, тихо всхлипывая, пытаясь себя успокоить. — Давай заведём кошку? — подал голос Тэхён. — Кошку? — Да... она будет с нами лежать в кровати и мурлыкать тебе песни, пока я буду на гастролях. — Научишь её петь твоим голосом? — он рассмеялся. Как же по-детски это звучало. — Я постараюсь. Суён снова положила свою голову на его плечо и в следующие минуты заснула. В дверь постучали. — Суён, ты в порядке? Прости меня, я правда не должен был это говорить, — после пятиминутного выговора от друзей девушки, он решил попросить прощения. Та открыла дверь. — Всё в порядке, я тоже была резка. Вдруг, откуда не возьмись, рядом прибежала Ёнми и предложила сделать фото. — Может сделаем фото пока все ещё в здравом уме? — глупо хихикнула подруга. — Хорошо, идём. "Думай о других, Суён. Почему из-за тебя праздник должен быть испорчен" Выставив камеру, главный фотограф — Чонгук теперь ждал, когда женская половина собравшихся приведёт свои волосы и макияж в порядок. Кто-то предложил подвинуть ёлку, потом иголки этого дерева кололи тётю Сон. Потом к фотосессии привлекли и, проходящую мимо, кошку. Спустя несколько минут все наконец решили, что они готовы к вспышке фотокамеры и красиво встали вместе. Чонгук держал пульт в руках и ещё раз переспросил, все ли достаточно прихорошились и никому ли ничего не колит, а затем начал отсчёт. Попытавшись натянуть улыбку, Суён тоже встала к ним с милым, но измученным за маской, лицом. — Начинаю отсчёт. 5..., 4..., 3..., 2... Вдруг послышался дверной звонок. Маска девушки моментально спала, как и улыбка. — Так, — приказал Чон. — Все остаёмся на своих местах. Послышались недовольные пару вздохов. Фотограф пошёл открывать дверь. — Ну индейка же скоро остынет, — пожаловался Джин. — Разогрею в микроволновке, — негромко ответила Суён, подмечая, что в квартире как-то тихо. — Ну что там, кто пришёл? — спустя две минуты не выдержал Намджун, который обычно отмалчивался. В ответ тишина. Суён уже перекрестила руки на груди, выдыхая. Однако в следующую секунду в гостиной показался Чонгук. — Ты чего будто призрака увидел? — спросил Джин, у которого лицо перекосило не лучше. — Всем привет, — не веря своим ушам, Суён узнала родной голос. В несвойственной для себя одежде, сам Тэхён появился перед ними в бесформенных штанах и куртке. С неуложенными волосами и лёгкой щетиной. В ушах Суён зазвенело, а комната вокруг поплыла и закружилась. Глаза закатились, а девушка стала падать от подкосившихся коленей и затуманенного разума. Вся толпа подлетела к девушке, в том числе и, недавно пропавший без вести, Тэхён.