и давно ты начал на меня так смотреть?

***

опустошенность. внутреннее ощущение потери чего-то очень значительного. опустошенным называют индивида, лишенного внутренних сил, а также исчерпавшего свои душевные ресурсы. бомгю был именно этим индивидом. такое состояние бывало у него частенько, но сегодня он был полностью разбит. никаких чувств и эмоций, только пустота обволакивала его душу. — что мне делать? вопрос прозвучал в абсолютную тишину комнаты, освещаемая луной, что так ярко выглядывает из окон. теперь бомгю - шестёрка. мерзкое ничтожество, прогнувшийся под властью ха ныля. он презирал тех, кем являлся в данный момент из-за их рабского и покорного бездействия. не подумайте, больше всего на свете длинноволосый не мог терпеть школьные издевательства и всегда винил во всем "сильных". но глядя на очередное избиение, парень не мог скрыть раздражение. слабый, беспомощный человек ничего не предпринимает и впитывает каждое оскорбление как губка, и это действительно раздражает. теперь кажется бомгю понял какого это, юноша осознал весь груз шестерки и тихо всхлипывал в любимый плед. собственная беспомощность давила как никогда. вспоминая последнюю фразу, ядовито выброшенная в лицо ёнджуна, парень обхватил ладонями теплые щеки. друг детства этого не заслужил. он просто должен спокойно отучиться последний год и бомгю сделает все - вплоть до ужасных оскорблений в сторону красноволосого - лишь бы тот был в безопасности. но это действительно больно, ведь только от одного воспоминания о взгляде, наполненном полной растерянностью и разочарованием, кололо сердце. красноволосый точно его ненавидит, и от этой мысли леденеют руки.

***

— ёнджун-хён, прошу давай сходим поесть! — кай выглядел взволнованным. — я уверен, ты не ел с прошлого дня. еда была последним о чем мог думать юноша весь вчерашний вечер. хоть ёнджун любил поесть и лишний раз перекусить чем нибудь, стресс просто лишил его всех желаний и обычных действий, которые парень послушно выполнял день за днём. как только друзья покинули дом, ёнджун замотался в теплый плед и пытался отвлечься на рандомное аниме. но сюжета он не понял, ведь кажется,совсем не слушал о чем говорят главные герои. — кай, дай мне побыть одному. — нет! поедим и я от тебя отстану.— хюнин решительно взял друга за локоть и поволок за собой. — голодать я тебе не позволю. столовая была наполнена многочисленным количеством учеников. кто-то пытался учить уроки, одновременно кусая сенгвич. кто-то увлеченно разговаривал, обсуждая последний матч школьной команды по баскетболу. столик в углу всегда была занята компашкой ха ныля, что так громко смеялись над очередной шуткой. привычный день и такая же привычная столовая, но ёнджун совсем не хотел есть. протиснувшись между школьниками, кай заметил субина и радостно помахал тому рукой. парень внимательно изучал последний параграф по биологии, мирно дожидаясь своих друзей. они сидели всегда втроём, поэтому обыденный столик и любимая компания состоящая из старосты, ёнджуна и хюнина - была самой уютной. но лишь одна мысль о том, что сегодня бомгю должен был быть с ними, разрушала всю приятную атмосферу. длинноволосый сидел с компашкой, раздражённо опустив голову. ха ныль довольно попивая чай, устроил свою руку у него на плечах. картина была не из самых приятных, поэтому ёнджун перестал пялиться, сжимая руки под столом. — ублюдок — ты кому? — субин прервав обед, удивлённо поднял брови. — неважно.— красноволосый снова смотрит на столик в углу и наконец встречается глазами с бомгю. почему он смотрит так? почему он выглядит таким измученным, когда сам выбрал свою сторону? ёнджун прошёлся глазами по очертаниям лица юноши. парень точно осознает что влюблен, влюблен в улыбку бомгю, в его громкий смех, в его глаза цвета ночи. темные и безумно манящие. длинноволосого хочется целовать, целовать до чёртовых бабочек в животе. ёнджун все больше и больше вглядывается в него, подмечая все больше и больше того, что ему нравится. парень влюблен во все что связано с чхве. ёнджун просто безумно любит всего бомгю. их гляделки замечают не только субин с каем, грустно осознавая состояние ёнджуна, но и грозный спортсмен данг юль. он скривившись, поправляет взъерошенные рыжие волосы и немного толкает ха ныля в плечо, что-то шепча тому на ухо. здоровяк кажется на секунду сомневается, но все же возвращает ядовитую ухмылку. ха ныль видит с каким сожалением смотрит красноволосый пидор, внимательно наблюдая за его поведением и вскоре проводит рукой по мелированным волосам бомгю. невооружённым взглядом можно заметить как ёнджун нервно теребит руки не отрывая раздраженных глаз. — шестёрка, принеси мне ещё булочек. — громкий голос кажется раздается по всей столовой. мерзкое прозвище было услышано абсолютно всеми. удивлённые гляделки между учениками и негромкие перешептывания, пронеслись волной по столам столовой. давящая атмосфера тишины, казалась бомгю ужасным сном. он никогда не был шестеркой и его не втаптывали в грязь, скорее наоборот парня любили за его активность и яркую индивидуальность. но сейчас ха ныль даёт знать, что длинноволосый теперь не член компашки, а такой же изгой, которым сын директора будет умело пользоваться. — сколько мне ждать? — здоровяк криво улыбается, наблюдая за нахмуренными бровями бомгю. в тишине парень слышит чьи-то шаги, но не решается поднять голову. нужно выполнить указание, но тело отказывается слушаться хозяина, мирно продолжая бездействовать. ха ныль замечает нервозность парня и легонько подталкивает того. юноша хочет бунтовать и в конце концов перестать унижаться. бомгю всегда боялся остаться слабым и постоянно терпел все то, что его совсем не устраивало. страх перед издевательствами и плохой репутацией, заставляет тело покрыться лёгкой дрожью из-за чего бомгю кажется оттолкнул руку сына директора школы, встречаясь с ним взглядом. но как только перед глазами появляется картина избитого и искалеченного тела ёнджуна, бомгю резко встаёт и кивает, отбрасывая всю гордость. парень не позволит красноволосому страдать из-за него. проходит секунда, после чего кто-то грубо надавливает на плечо бомгю, заставляя того ошарашенно сесть обратно. на середину стола летит булочка, задевая стакан с водой, отчего та льется на колени данг юля. чхве ёнджун довольно ухмыляется и смотрит на парней сверху вниз. бомгю кажется не дышит, понимая что тот делает всё специально. — ты ахуел?!— спортсмен кричит и кажется его глаза становятся красными, наполняясь густой, пугающей кровью. — спортсмены так агрессивны? — ёнджун аккуратно убирает руку ха ныля с плеч друга детства и продолжает. — это была случайность и пожалуйста не нужно на меня набрасываться. у здоровяка бешенство на лице, его кулаки сжаты до побеления костяшек. губы дрожат, медленно растягиваясь в одну линию. в такой ситуации сын директора ничего не может сделать. если он выйдет из себя и ударит больного пидора, слухи сразу же разлетятся по всему зданию школы. хорошую репутацию никто не отменял, поэтому ха ныль сдержанно улыбнувшись говорит: — никто не будет набрасываться, спасибо за булочку и шестёрка сейчас все уберет. — парень совсем меняется в лице и показательно хлопает длинноволосого по спине — правда, бомгю?

***

ночью мир людей замирает. один за другим гаснут окна домов, пустеют улицы и дороги. одинокие фонари освещают небольшие островки пространства. бомгю невероятно любит всю эту атмосферу и каждый раз ярко улыбается, замечая маленькие блёстки в ночном небе. парень любит звёзды. бескрайнее темное полотно, осыпанное многочисленным количеством яркого цвета, так кружит голову, что кажется, юноша забывает о боли во всем теле. его избили, снова до тех самых звёздочек в глазах, но не таких светлых и чистых. юноша закрыл глаза, после достаточно больного падения на холодный пол школьного туалета. затылок пронзила неприятная боль, отчего глаза предательский прослезились. — что за шоу в столовой? — ха ныль вне себя от бешенства. сын директора никак не ожидал такого прямого действия со стороны ёнджуна. — думаешь он смеет на всеобщее обозрение меня унижать? члены компашки молчат, наблюдая за столь агрессивным лидером. никто не смеет помешать, если не хочет оказаться на месте бомгю. все абсолютно бессильны и чхве прекрасно понимает, что никто не будет заступаться за него. не те парни, кто с радостью ходили покурить в туалете, параллельно шутя и дружески ударяя длинноволосого в плечо. не та девушка, что сейчас стоит с абсолютно равнодушным лицом, ведь раньше она всегда интересовалась делами бомгю и его плохим настроением. когда компашка оставила юношу в покое пробил девятый час. на улице заметно потемнело, а отброшенный телефон все никак не появлялся на виду, отчего бомгю плохо ориентировался в помещении. наконец нащупав пропажу под раковиной, парень заметил пять пропущенных от мамы и одно от отца. он не предупредил их о задержке, также как и данг юль, внезапно схвативший бомгю во дворе школы. как отмазаться он не понимал, но пытался привести свой внешний вид в порядок, небрежно укладывая волосы. разбитую губу скрыть невозможно, тем более с отсутствием какой-либо косметики. в прошлый раз его выручила одноклассница, которая признавалась ему в том году. она аккуратно замазала синяк под щекой, отчего мама парня совсем не заметила гематому. написав краткое сообщения с извинениями и обещанием вернуться домой через минут 20, юноша не знал куда ему идти и что именно сказать при обнаружении его в таком виде. пугать родителей совсем не хотелось. только представляя расстроенные глаза матери и хмурое лицо отца, перспектива вернуться домой не имела смысла. медленно шагая по темной улице, парень и сам не заметил как подошёл к своему дому, но заходить туда он совсем не планировал. свет из окна соседского дома шел из комнаты ёнджуна. можно было заметить темный силуэт, ритмично двигающиеся под музыку, которую бомгю не слышал. — але! сколько раз ты ещё не будешь отвечать на звонки? сынок, я правда переживаю, где ты сейчас? — внезапный звонок и взволнованный голос матери. — прости меня! я у ёнджуна и совсем не услышал твоего звонка, скорее всего останусь у него переночевать. — первая мысль пришедшая в голову казалась убедительной и бомгю молился, чтобы мама поверила в эту чушь. — хорошо. как раз завтра нужно отдать кое-что матери ёнджуна, предупреди их, что я зайду с утра... — голос стих и юноша еле услышал тяжёлый вздох матери. — бомгю-я предупреждай пожалуйста и не заставляй меня переживать. — извини мам! — давить радостный голос, удавалось весьма хорошо и кажется именно он убедил женщину. — спокойной ночи. яркий свет телефона слепил глаза и парень кое-как спрятал его в карман школьных штанов. чёртовы обстоятельства! каким образом он сможет предупредить красноволосого, совсем не общаясь с ним. в голову билась отчаянная идея и юноша пытался найти другой вариант кроме этого. постояв минуту в абсолютной тишине, он уверенно поспешил к соседям. в детстве мальчики постоянно сбегали к друг-другу ночью. это казалось им чем-то экстремальным и опасным, отчего у обоих при удачной вылазки светились глаза. доставая из беседки старую стремянку, бомгю лез в окно соседу и стучал три раза, как и всегда было положено. они придумывали секретные коды, по типу : стук дважды - ёнджун должен вылезти, стук трижды - бомгю хочет войти в комнату. в основном сбегал длинноволосый, отчего ёнджун восхищённо смотрел на него после очередной вылазки. тук. тук. тук ёнджун вздрогнул, моментально подлетев к телефону. ритмичная музыка для его танца была выключена и парень удивлённо смотрел в окно, не понимая кажется ему или нет. он точно понимал что значит этот тройной стук, но никак не мог сдвинуться с места, продолжая молча смотреть в окно. тук. тук. тук. не показалось. красноволосый задев повод для зарядки, уронил настольную лампу. но это совсем было не волновало, ведь раскрыв шторы он увидел бомгю. взъерошенный, измученный и неловко улыбающийся парень стоял на крыше дома и с широко раскрытыми глазами смотрел на фигуру перед собой. тяжело было не заметить его разбитую губу, отчего на душе кошки скребут. ёнджун ничего не понимал. только вчера вечером бомгю выгонял его со своего участка, уходя в компании ха ныля. в конце он бросил фразу, что так больно и обидно ударяло по мыслям красноволосого. — почему ты здесь? — я хочу объяснить. парень медленно открывает окно и впускает в теплую и уютную комнату холодный ветерок с улицы. бомгю неловко перелезает через подоконник, не прерывая взгляда. они молчат, даже после того как уселись на мягкую кровать танцора. длинноволосый просто не знает с чего начать и вообще стоило ли объяснять ёнджуну, ведь тот сразу же начнет действовать, влезая в драку. хозяин комнаты смотрел непрерывно, будто боялся упустить любой неловкий взгляд или эмоцию на лице гостя. — ёнджун... — бархатный голос в тишине звучал как мелодия для ушей красноволосого. — прости меня, пожалуйста. — я прощаю. глаза напротив расширились от удивления и спокойствия парня. он не ожидал, что ёнджун так легко его простит. всю ночь напролет бомгю лишь думал о том, как его жестоко отвергнут, растоптают как человека. —бомгю, расскажи мне. я не имею понятия почему ты так поступаешь со мной, но я уверен на то была причина, хотя иногда и думал, что тебе просто противно быть рядом. — ёнджун сокращает расстояние между ними и крепко затягивает бомгю в объятия. даже сквозь толстовку он чувствовал, как дрожал парень от переполнявших его эмоций. — я не хотел говорить того, что сказал вчера. мне нужно было чтобы ты ушел, я невероятно боялся. блять. — длинноволосый запнулся, будто пытался привести мысли в порядок. — мне дали условие и я не мог не согласиться. — ха ныль? — голос ёнджуна перебил его. — я видел синяк на твоей щеке, это тоже были они? неловко кивнув, парень отстранился. забота красноволосого грела душу и бомгю кажется наконец решился объяснить, чем же ему все таки угрожали. опасно, это черт возьми опасно, ведь что будет делать ёнджун - он попросту не знал. нужно рассказать, но аккуратно и взять обещание не влезать в это. — джун, слушай меня внимательно. я бы не стал тебя отталкивать, но они нашли рычаг давления и не дают мне шанса на какой-либо выбор. если я уйду из компашки ха ныля, они пойдут за тобой. — бомгю замешкался, но отпрянув все лишние за и против, продолжил. — я прошу тебя не вмешиваться, потому что ты не должен страдать понимаешь? я не мог не объяснить тебе, видя как ты расстроенно наблюдаешь за всем этим. ёнджун замер, не выдавая никаких эмоций. осознание того, что все это время парень получал травмы из-за него, убивало изнутри. это он должен был страдать, а не бомгю. — стой! не смей обвинять себя в этом. — руки длинноволосого неловко нашли ладони ёнджуна и крепко сжали их. — я хочу вывести все на чистую воду и прекратить буллинг в школе — каким образом? — мне нужно найти доказательства его виновности в издевательствах над школьниками. я понимаю, что он очень осторожен, но должен же быть какой-нибудь вариант — я помогу тебе. ты не должен делать все в одиночку, дурень. — красноволосый нахмурился, понимая каким упёртым может быть парень. — нет! ты не будешь в этом участвовать. — но почему? — потому что любое твое содействие, может заметить ха ныль и мне не хочется думать о том, что могло бы произойти. — протянув руку, бомгю мягко коснулся щеки парня и погладил. под тёплым и любимым прикосновением ёнджун смягчился и подумав, нехотя кивнул. — ты должен мне пообещать чхве ёнджун. — хорошо, я обещаю.