(больше не) мой досягаемый

(больше не) мой

недосягаемый

Online

Это прозвучит глупо, но, можно я скажу кое-что, пока не ушёл? [23:58]

Да, разумеется

[23:59]

Люблю тебя [0:00] Сладких сновидений [0:00]

Это было больно.

[0:01]

Сладких сновидений

[0:01]

Прости, я не подумал… [0:02]

Не переживай, иди отдыхать

[0:02]

Извини [0:02]

Сладких снов

[0:03]

***

Всё было прекрасно, казалось бы, но Тэхён изначально знал финал. Когда он подпустил к себе Чонгука слишком близко, когда стал зависим от общения с ним и когда влюбился первым. Ким привык, что все люди в его жизни — ненадолго и, как правило, "навсегда" — не бывает. Чонгук был очень позитивным и настойчивым, писал почти каждый день, почти не на что не надеясь. Тэхён повёлся. Сначала просто отвечал, доверялся постепенно и мог не притворяться, этого и хотелось. Хотелось хоть с кем-то быть собой и не притворяться. Год, два, пять, семь. Не было ссор, ведь всё решалось разговорами и плевать, что они на огромном расстоянии друг от друга. Они были честны, понимали с полуслова и были друг у друга. Тэхён изначально знал, что привлекают его не только девушки, но и не мог подумать... Что влюбится в лучшего друга. Многие месяцы понадобились на принятие этих чувств, слишком много самокопания и слёз, но, по итогам, прошло осознание. Осознание, что дороже Чонгука у него в жизни не было и не будет, что он — та самая, последняя и недостающая деталь пазла. Он тот, с кем Ким хотел бы провести свою жизнь, хотел бы взять Чона за руку и утянуть в неторопливый поцелуй, касаться его волос и долго обнимать. К слову, в чувствах он был не очень силён, но, если не сейчас, то когда? Чонгук уже спал, когда Тэхён решился на признание. По совету Юнги, он написал младшему о том, что чувствует, но удалил сообщения. Однако, на следующее утро всё же отправил их в скриншоте. Хотелось обмыслить это наутро, когда разум чист и решения взвешены. Чонгук чувства понял, не оттолкнул, даже ответил взаимностью. Тэхён, тогда, во второй раз в своей жизни признался кому-то в своей влюблённости. И вот, отношения, хоть и на расстоянии, но они были счастливы. До тех пор, пока Чонгук не осознал, что чувства и эмоции смешались. Они слишком поспешили. Чон признался почти сразу. Был откровенен в своих эмоциях, не хотел врать и обижать старшего. Плакал ли Тэхён? Плакал, разумеется. До сих пор, он помнит, как срывал злость и отчаяние на своих работах, разрывал их в клочья. Проплакав почти всю ночь, он всё понял и принял. Ведь сама вещь, как "чувства" — штука непостоянная, и от нас она совсем не зависит. Сколько прошло времени? Год кажется, на то, чтобы Чонгук их принял, чтобы он влюбился в ответ. На радостях, они совершили ту же ошибку. Чон извинялся, а Тэхён радовался, что взаимно. И вот, они в отношениях на расстоянии. Да, тяжело, но они справлялись, как могли. Оба друг друга берегли, дорожили и оберегали. Что могло пойти не так? Неизвестно. В какой-то момент, осознание пришло и к Тэхёну. Кажется, он разлюбил. Возможно, перегорел за то время в ожидании? Непонятно. Одно было неизменной истиной — он не понимал любит или нет. И как об этом Чонгуку сказать? Ему не хотелось делать больно, отплачивать той же монетой. Он боялся совершить ошибку, но не смог её избежать. Постепенно начал закрываться в себе. Ошибка. Они стали меньше общаться. Работа, личные проблемы, которыми Тэ не считал нужным делиться, ведь, как он думал, что справится сам. Справлялся. До поры, до времени. Общение сходило на нет. Каждый раз присутствовал страх, что он всё разрушит. Что он разобьёт сердце, которое так хотел сберечь. Однако, разбил, сам того не подозревая. Чонгук винил себя за то, что они не общались, не мог перестать винить. Это было больно, ломало и доводило до слёз. Тэхён изредка отвечал, читал сообщения и чоново "я тебя люблю". Была ли эта любовь, как к партнёру, со стороны старшего? Скорее всего, только вот в чувствах и в себе он слишком запутан был. Не знал, как эта самая любовь ощущается. Много книг читал, но её по-разному описывали, не было чёткой характеристики. Он хотел быть уверен. Нужно было только немного времени. Но, всё пошло по пизде. Состоялся разговор, в ходе которого они взяли паузу. Тэхён, почему-то, ощущал это яро: чувствовал нутром, что Чонгук больше не рядом и он может его упустить, потерять. Нужно ещё немного пороха. Общение появилось спустя время. Не такое, как раньше, но хоть что-то. Тэхёна поглотило чувство вины. Огромное и необузданное. Он понял куда всё это ведёт, но упрямо продолжал разбираться в себе, чтобы дать ответ. Боялся, что если отпустит, то сразу же об этом пожалеет. Он пожалел так сильно... Терпение лопнуло; боль оглушила и дезориентировала. Тэхён понял, что не держит и не отпускает. Он делает больно. На общение не хватало ресурсов, а Чонгук в нём нуждался, как в глотке воды, как в кислороде. Если любишь — отпусти, верно? Пора. Долгий разговор, слёзы с обеих сторон и отрицание происходящего. Всё ускользает, они близки к обрыву. Срыв. Сквозь слёзы и дрожащие пальцы, сквозь вопиющую боль и истерику — Тэ его отпускает. Знает, чего лишается, но чужое счастье важнее собственного. Он потерпит, если надо. Он не имеет права страдать, не имеет права говорить, что очень хочет, чтобы Чонгук остался. Хочет писать, что безумно любит и ценит, умрёт из своего человека. Остатки самообладания топчутся по сердцу, пинают его со всей дури и кричат, что нельзя так поступать. За любовь надо бороться? Или нужно отпустить? Эгоизм или... А что это? Благие намерения? Спасибо, ими дорога в ад — ковровая дорожка. «Прошу, только не уходи» — кричит сердце, раскатывая грудную клетку. «Ты не смог сделать его счастливым» — вторит разум. Он побеждает. Тэхён умеет запихивать свои чувства куда подальше, да и Чонгук слишком далеко, чтобы увидеть, как Ким без него задыхается в рыданиях каждую чёртову ночь. Он сам виноват, ему и страдать. Тэхён наблюдает за ним в социальных сетях, видит, что Чон с другими общается. Спрашивает про него и его состояние у общих знакомых, беспокоится и не может перестать. Он снова начал курить, вновь употребляет по вечерам алкоголь и катится ко дну. На эмоциях пишет ему сообщения, но не отправляет. Он ему всецело принадлежит, забыть никогда не сможет. Со временем, на всё становится плевать. Его, кажется, ломает с неимоверной скоростью. Всё теряет смысл, в жизни краски тускнеют и даже любимое дело больше не приносит удовольствие. «Я у края. Не дай мне сделать шаг» «Останови меня, умоляю» — Ненавижу! — крик в пустоту. Себя. Он сбивает кожу костяшек о стены, намеренно вредит себе, но не касается острых предметов. Чёрт, а так хочется... Хочется наказать себя, но что это изменит? Чонгук пишет как-то, спрашивает как дела и как Тэхён. Ким говорит, что нормально. Всё это — стало нормой. Ещё несколько таких вопросов — и всё, крышу срывает. «Я не хочу тебе врать» — честно. Жаловаться не хочется. Он всё ещё не имеет права на свою боль, топит её и глушит уходя в работу. Пустеет. Раз за разом и он — никак. Ничего не осталось, по ощущениям. Каждое новое сообщение от Чонгука вызывает новую порцию слёз, доводит сердце до ёбаной аритмии и сбивает дыхание. Истерика за истерикой и никому не слова об этом. Чон не должен знать, пусть забудет и кто-то сделает его счастливым. Тэхён в него искренне верит, гордится. Сам он не смог и не может всё это так легко отпустить. Вроде бы, они не должны общаться и всё точки над "i" расставлены. Но, почему Чонгук снова пишет? Снова спрашивает о делах и самочувствии? Тэхён пытается отпустить, пытается принять, что их пути разошлись, но... Всегда есть "но", верно? И снова разговор. Болезненный, всяко, для обоих. «Не думал, что так быстро тебя отпущу» «Один человек открыл мне глаза на наши отношения» «Я принял решение. Окончательное» Тэхён прячет лицо в ладони и рыдает в голос, впервые за год. «Последний год меня потрепал» Ким читает эти сообщения, снова и слова бегает взглядом по строчкам и, твою мать, хочет прямо сейчас (в)скрыться. Кажется, эти слова стали его последней каплей. Опустошение настигает сразу, моментом. Уже плевать на свою тупую боль. Хуй с ней. Всё это не имеет смысла, он всё потерял. Из-за этих сраных чувств, из-за себя самого и этой неопределенности, из-за отсутствия ресурсов и, видимо, мозгов. «Это прозвучит глупо, но можно я скажу кое-что, пока не ушёл?» «да, разумеется» «люблю тебя сладких сновидений» — слёзы. «это было больно. сладких сновидений» — собирая осколки себя, отвечает Ким. «прости, я не подумал…» «не переживай, иди отдыхать» — Тэхён вытирает слёзы и делает глубокий вдох. «извини» «сладких снов» — хочется закончить диалог, чтобы вновь сдержать истерику. Блять, больно. Плакать хочется, но нельзя. Хватит жалеть себя, нужно уметь расплачиваться за свои ошибки. Хочется просто закончить всё это, в один прекрасный момент, перестать дышать. Уснуть и не проснуться. Перестать существовать, можно? Он отталкивает всех, закрывается в себе. Достаточно, чтобы никому не причинить боль? Состояние становится нестабильным: слёзы просятся по поводу и без; бессонница не даёт сбежать в пустоту; руки трясутся, а дыхание перехватывает. Он сидит безмолвно и смотрит в стену, многое обдумывает и жалеет, что всё просрал. Со временем, он перестаёт отвечать на сообщения Чонгука, вновь прячется от реальности и себя самого. Добивает себя изнутри, точнее окончательно плюёт на себя и своё здоровье. Просто всё становится таким пустым и безразличным.. Ненависть имеет место быть, только вот к самому себе. А что ещё остаётся? Двигаться дальше? Извольте. Плыть по течению? Плавали. Тонем. Парализовало. Он потерялся и это постепенно, медленно, но верно, убивает. День сегодня выдался дикий, усталость давно накрыла лавиной, погребла под себя и ласково укрыла одеялом. Ким заходит в квартиру, разувается на ходу и сразу же идёт в спальню — устало падает на кровать лицом и жмурится до белых пятен под закрытыми веками. Он слишком устал. Спать хочется так сильно.. Блистер с таблетками привлекает его внимание, а рука сама собой тянется за единственным спасением. Пара таблеток снотворного, глоток воды, сладкий сон, будильник и работа. Всё закономерно, всё повторяется изо дня в день. Тэхён запивает таблетки водой, но глоток требуется не один. Они почему-то неприятно застревают в горле, а после — он ложится в кровать прямо в одежде, как иногда бывает, и прикрывает глаза. Спасительная темнота делает шаги навстречу, а Ким не кривит душой и отвечает взаимностью. Глубокий вздох и спокойный выдох. Одеяло мягкое и прохладное, в него хочется укутаться с ног до головы и спрятаться, но усталость берёт своё и Тэхён проваливается в темноту, на затворках сознания, спрашивая у себя: «Почему пустой пузырек валяется у кровати?» *** Чонгук не понимает как до этого дошло, как чёрт его дёрнул приехать в Тэгу? Приехать к Тэхёну. Сначала была цель, но почему-то в последнюю неделю это стало манией, зависимостью. Ким ему примерно неделю и не отвечает на сообщения, трубку не берёт, хоть в сети и появляется изредка. И вот, Чонгук здесь. На пороге чужого дома, адрес которого отыскал в переписке, растерянно смотрит на дверь и не решается постучать, словно онемел. Боится увидеться лицом к лицу, хоть и одновременно хочет этого. Набравшись смелости, он всё же стучит по двери костяшками согнутых в кулак пальцев несколько раз. И ещё парочку, но ответа нет. Звонит в звонок и уже думает о том, что дурак, ведь Тэхёна там может и не быть. Снова чёрт дёргает, от того он и подходит к окну, чтобы посмотреть есть ли кто-нибудь дома. Заглядывая в первое окно он видит пустую кухню в которой горит свет, но на горизонте никого не видно. Чон обходит дом и видит ещё одно окно, а там – спящий на кровати Тэхён. Свет в спальне горит и лишь подчеркивает нездоровую бледность его лица, словно он чем-то отравился. Он лежит полубоком прямо в уличной одежде и обуви, одна рука расположена на животе, а вторая свисает с постели. Чонгук затаивает дыхание, смотрит на него немного прищурившись и видит, что у свисающей руки, рядом, на полу валяется пустая бутылочка. Явно от таблеток. Сердце колотится как сумасшедшее, а глаза расширяются. Ладонь, та что лежит на животе, очень медленно вздымается и опускается вслед за животом. Он дышит очень медленно. Пазл складывается через несколько секунд. Бледное лицо, таблетки и едва уловимое дыхание. — Блять, нет, — отчаянно мотает головой Чон и стучит руками по стеклу. — Тэхён? Тэхён! Не слышит, не отзывается, не реагирует. — Вы чего здесь шумите? Я сейчас полицию вызову, — какая-то мимо проходящая девушка делает Чонгуку замечание. Он к ней лицом оборачивается, а у самого глаза бешеные и испуганные. — Вызовите скорую, срочно! — кричит он ей и бегает взглядом по траве, пытаясь зацепиться за какой-то предмет которым... — Подойдёт, — он проходит мимо обескураженной незнакомки и поднимает увесистую ветку. Замахивается ей и разбивает стекло окна к чёртовой матери, заставляя девушку вскрикнуть, а сам перелезает через окно и подрывается к Киму. — Тэхён! — он его лицо в ладони обхватывает, осматривает испуганно, но внутри радуется, когда ощущает теплоту тела. — Господи, ну очнись! — сжимает зубы от бессилия, не знает что в таких случаях делать. Чонгук трясёт его за плечи, похлопывает по щекам, но никакой ответной реакции не встречает. Тэхён словно спит, но этот сон ни в коем случае не должен затянуться на вечность. Младший наклоняется и поднимет стеклянную бутылочку из-под таблеток, читает название: «Миртазапин» и хмурится, когда снова не понимает что это такое. Но одно остаётся ясным, как день, – Ким отравился. Намеренно или нет, можно выяснить только у него самого, а для этого нужно, чтобы ему отказали помощь. Прохожая растерянно подходит к окну и хватается за телефон, чтобы вызвать скорую, когда всё это видит. Чон так и гуглит: «Первая помощь при отравлении таблетками до приезда скорой». По инструкции осторожно переворачивает старшего на живот и укладывает его голову на бок, а теперь его задача состоит в том, чтобы следить за дыханием и пульсом. Руки трясутся, когда он гладит Тэхёна по волосам, ком застревает в горле, когда он понимает, что вообще сейчас происходит и слёзы так и просятся на глаза от мысли, что сегодня Тэ мог и может погибнуть. Благо, скорая помощь приезжает достаточно быстро, а дальше сумбур – старшего кладут на носилки, что-то говорят Чонгуку, который открыл им дверь и разрешают ему поехать с ними на карете. Он ничего не понимает, когда ему запрещают войти в реанимацию, теряется, когда не видит что Тэхён дышит, ведь от его дыхания становилось намного спокойнее. Это внушало, что он ещё здесь и что Чонгук не потерял его настолько глупо. Он же дышит там, за дверью? Да? Проходит непонятное количество времени прежде, чем оттуда выходит врач, но Чонгук сразу же к нему подрывается на дрожащих от страха ногах. Молчаливо молит сказать что-то хорошее и одним взглядом говорит, что плохих новостей и сам не переживёт. — Хорошо, что вы дали нашим фельдшерам тот пузырёк, это во многом помогло нам предоставить... Кхм, что могу вам сказать... Мистер Ким жив, пару дней понаблюдаем за ним в реанимации, а потом переведём в палату, если он пойдёт на поправку. — Он... Он же пойдёт на поправку? — Судя по анализам, мистер Ким выпил около семи таблеток, когда как в баночке их должно быть двадцать штук, так что дело могло быть летальным, если бы их было больше. Данный препарат относится к снотворным и седативным, выдаётся только по рецепту. Смею предположить, что у него имеется депрессия и могли сыграть роль побочные действия препарата, — мужчина замолкает и осматривает парнишку. — Езжайте домой, хорошо? В ближайшие пару дней его нельзя тревожить. — Мне... Мне некуда ехать, я из другого города к нему приехал, — шепчет Чонгук, смотря себе в ноги. — Вы, должно быть, его ангел-хранитель, раз появились так вовремя, — врач осторожно похлопывает юношу по плечу, совсем как отец. — Через пару кварталов отсюда есть дешёвый и хороший отель. У вас есть деньги? — Да, спасибо, — кивает Чон понуро. Он не помнит, как добирается до адреса, который подсказал ему врач, не помнит ничего, кроме бледного бывшего парня перед собой. И, кажется, последнее он не забудет никогда.