Подарок судьбы

Канан сидела в своих покоях у кровати Мехмеда. Мальчик так устал за день, что очень быстро уснул. Дверь покоев открылась и в них, зашел Мустафа; не заметив в первой комнате супругу, мужчина вошел в детскую. — Мустафа? Что ты тут делаешь? — Спросила Канан, поднимаясь с кровати и подходя к мужчине. — Пойдем, я хочу поговорить с тобой. — Мустафа взял за руку Канан и вывел ее в покои, усадив на кровать. — Так, о чем мы…. — Канан, почему ты не сказала, что тебя оскорбила Шехесте? Почему я узнаю это от Нергисшах? — Немедля, задал вопрос старший наследник; Канан молчала. — Я знаю, это не в твоем характере, но о подобном — я должен знать, никто не смеет называть тебя рабыней. — Я знаю, но я не хотела беспокоить тебя по пустякам. — Ответила султанша. — Это — не пустяк. — Возразил мужчина. — Они на самом деле не знают, кто здесь настоящий хозяин. — Канан подняла глаза на Мустафу. — Ведь я — раб твоей любви, Канан, ты можешь как угодно мной управлять, как и тем, чем управляю я, помни это. — На губах супругов появились улыбки, и девушка поцеловала мужчину в краешек губ. — Ты знаешь как поднять мне настроение. — Произнесла Канан, проведя рукой по лицу Мустафы. — Мехмед очень много говорил об охоте и военных походах, я боюсь, что скоро он сам будет сбегать с тобой на них. — Не думаю, что будет плохо взять Мехмеда на охоту, и Орхан возможно поедет, а вот на военный поход — им еще рано. — Ответил наследник. — Мехмед и Орхан будут рады слышать это. — Улыбнулась госпожа. Мустафа почувствовал прикосновения к своей спине и обернулся. Маленькая Танильдиз ползала по кровати и уже приблизилась к родителям. Канан тоже обернулась и увидела дочь, переводившую глазами то на отца, то на мать. Мустафа усмехнулся и взял на руки девочку, поцеловав ее в ручку. Танильдиз сразу же начала что-то по детски лепетать и рассказывать, но, ни Мустафа, ни Канан не понимали, что говорила маленькая султанша, но все равно слушали ее и иногда отвечали в ответ. — Моя красавица, — произнес Мустафа, в который раз целуя маленькую госпожу. — Канан, почему мой цветочек не спит? — Танильдиз недавно проснулась, да к тому же, не любит спать в детской. — Ответила Хасеки. — Она спит только со мной на больших кроватях. — Нужно будет выделить ей отдельные покои, когда вернемся в Манису. — Поразмыслил мужчина. — Да и Мехмед — уже достаточно взрослый, чтобы жить в других покоях. — На счет Танильдиз, любимый мой — не думаю, она еще маленькая и я не хотела бы так рано отрывать ее от себя, а Мехмеду и правда уже пора иметь свои покои. — Ответила султанша. — Ладно, у нас еще много времени, посмотрим. — Сказал шехзаде, играясь с младшей дочуркой. Пару дней спустя. Канан сидела в покоях Махидевран Султан и разговаривала с ней. — Мои люди обо всем узнали, и сейчас, Аяз-паша докладывает о делах Рустема-паши Повелителю на совете дивана. — Начала Махидевран Султан. — Мы почти добились своего. — Госпожа, для начала, нам нужно узнать решение Повелителя, а уж тогда — радоваться. — Ответила супруга шехзаде. — И это верно, Канан. — Кивнула Махидевран. — Фатьма Султан, планирует так же послать Повелителю ту наложницу, Бингюль-хатун, кажется. — Коварно улыбнулась мать старшего наследника. — Да, ее, надеюсь, госпожа всему ее обучила, пусть Аллах подарит девушке радость материнства шехзаде. — Улыбнулась Канан и добавила. — А так же, бессонных ночей для Хюррем Султан. — Аминь. — Так же коварно улыбнулась весенняя роза. — К слову сказать, Канан, как ты чувствуешь себя? Иншалла все в порядке? Что лекарь говорит? — После тех трав, что хатун мне выписала — намного лучше, иншала, — кивнула беременная султанша, — так же, она сказала, что с ребенком все в порядке. — Это прекрасно. — Кивнула Махидевран Султан. «Нужно будет отправить девушку Мустафе, он давно не принимал у себя кого-то из гарема, а мне нужны наследники» — Подумала про себя женщина. В двери постучались, и обе женщины обернулись к двери. — Войдите! — Приказала Махидевран Султан и встала. В покои, вошел один из евнухов. — Госпожа, Аяз-паша просил передать Вам это письмо. — Евнух протянул сверток и поклонившись, вышел. Махидевран Султан начала читать письмо вслух. Госпожа, на диване было принято таково решение на счет великого визиря Рустема-паши: Рустем-паша должен будет вернуть лишние деньги, которые он собрал у народа, а так же, освободить пост главного визиря до того времени, пока Повелитель посчитает возможным вернуть его обратно. Временно, я, Аяз-паша стану исполнять обязанности визиря, а так же, постараюсь как можно дольше оставить себе титул, а потом, если позволит Аллах — стать официальным визирем империи Османов.

С уважением, Аяз-паша.

— О, Всемогущий Аллах услышал мои молитвы. — Дочитав письмо, произнесла Махидевран, посмотрев на Канан. — Нам удалось, у нас вышло. — Верно, Рустем-паша временно отстранен от должности, Повелитель уже не доверяет зятю, но Хюррем Султан и Рустем-паша все еще имеют влияние, нужно будет остаточно и бесповоротно избавиться от паши. Госпожа, прикажите своим людям полностью следить за Рустемом, авось, что-то да найдут весомое. — Попросила Канан и подумала про себя. «Рустем-паша скоро может начать изменять жене, по крайней мере, так было раньше, этим нужно воспользоваться». — Прикажу. — Кивнула Махидевран и поднесла письмо к свечке, запалив его и положив на блюдце. Наступил вечер, в гареме, девушек готовили к хальвету. Одну к падишаху, это была Бингюль, а вторую — к старшему шехзаде. Девушек одели в красные, довольно открытые платья, украшения, подчеркнули глаза стрелками, а губам добавили блеска помадой, и девушки направились своим золотым путем. — Повелитель, к Вам пришла наложница, прикажите впустить? — Спросил евнух у падишаха. — Пусть заходит. — Ответил султан Сулейман и повернулся лицом к двери, в которую, вошла Бингюль. В это же время, в покои шехзаде вошла Айше — девушка, которую послала Махидевран Султан сыну. — Шехзаде. — Айше поклонилась. — Меня к Вам Махидевран Султан прислала. — Мустафа повернулся к девушке лицом. Мужчина совсем не хотел принимать никаких женщин, но его мать настояла на том, чтобы он принял эту девушку ночью. Ему сразу же вспомнились слова матери, сказанные еще в обед: — Мустафа, тебе нужны наследники. Я понимаю, что ты не желаешь принимать у себя женщин из гарема, кроме Канан, но ты должен понимать, что твоя супруга в положении и не сможет прийти к тебе, потому, прошу тебя, прими девушку, и если, она сможет забеременеть, без твоего желания — ни одна девушка более не войдет к тебе. И только ради этого, Мустафа согласился принять у себя наложницу, хоть и понимал, что Канан будет очень больно и плохо после этого, особенно — она будет очень зла и рассержена в течении нескольких дней, а то и дольше, это уже — как повезет. Наследник подошел к наложнице и притянул ее за подбородок к себе, целуя в губы и продвигаясь к кровати. Покои Хасеки Канан Султан. — Госпожа, Махидевран Султан послала наложницу шехзаде, и он — принял ее. — Произнесла Раша-хатун, войдя в покои своей госпожи. — Принял? — Переспросила Хасеки и посмотрела на служанку. — И кто же она? — Это Айше-хатун. — Ответила Раша. — Черкешенка. — Я поняла, можешь идти. — Кивнула Канан, посмотрев на себя в зеркало, и погладив свой животик, приговаривая. — Все в порядке, я уверена, этому есть объяснение…. Да какие к черту могут быть объяснения?! — Не выдержала девушка. Она хотела что-то разбить, хотела кричать и плакать одновременно, но знания того, что ее дети уже спят, а ей нельзя нервничать — сдерживали ее. — Госпожа, прошу, успокойтесь. — Попыталась успокоить Раша, султаншу, но та люто посмотрела на служанку. — А что если она забеременеет? М? что прикажешь мне делать? А что, если она мальчика родит? Мы не можем допустить этого. Только не это. — Канан нервничала, очень нервничала, но пыталась успокоиться. — Приготовь мне сногсшибательный наряд, подумаю о ней завтра, не буду думать сейчас, плохо станет, тогда не смогу уберечь своих детей. Раша поклонилась и стала выбирать наряд для госпожи. — Раша, выбери что-то немного просторней, и стоит вызвать швею, все платья уже малы на меня из-за живота, не могу их носить. — Добавила Канан, укладываясь в постель. — Как прикажите. — Поклонилась Раша и стала выбирать наряд снова. Наступил новый день. Шехзаде Мехмед отправился для начала к отцу, а потом — на занятия. Канан же, осталась в своих покоях, переодеваясь. — Госпожа, все, что я смогла найти для Вас, только вот это платье. — Произнесла Раша. — Ничего, все равно, я буду звать швею, чтобы та пошила мне новые наряды. — Кивнула Канан и одела белое платье, поверх которого, была голубая накидка с объемными рукавами. Султанше расчесали волосы, аккуратно укладывая вьющиеся локоны на плечи и добавляя диадему и серьги в уши, с голубыми кристаллами. — Госпожа, думаю, Вы полностью готовы встретить этот день. — Улыбнулись Раша и Зехия, довольные результатом. — Спасибо вам, Раша, Зехия. — Улыбнулась им в ответ госпожа и встала с кресла. — Я сейчас иду в гарем, поболтаю с девушками, а вы, следите за Танильдиз, если кто-то захочет встретиться со мной — позовете. — Но, госпожа, Вам не положено говорить с девушками, ниже Вашего положения. — Удивилась Зехия. — Мне можно все, к тому же, я не делю людей во дворце на ранги и титулы. Я делю так только своих врагов и неприятелей, а остальные не в счет. Девушки из гарема, служители гарема, дворца, служанки и другие — люди, пусть даже и не свободные. — Канан вышла из покоев и направилась в ташлык. Когда Канан показалась при входе в гарем, ага приготовился прокричать имя госпожи, но движением руки девушка остановила евнуха и вошла в гарем. Рабыни и наложницы сразу заприметили супругу старшего наследника и начали шептаться. — Посмотрите, это же Хасеки Канан Султан — жена шехзаде Мустафы…. — Говорили между собой девушки, поклонившись госпоже. — Какая красивая, даже когда находиться в положении…. — Мне кажется, она красивее самой луны и звезд…. Канан присела возле рабынь на тахту. — Госпожа… — Девушки хотели встать и поклониться. — Не вставайте, не нужно кланяться, я ведь такая же женщина, как и вы. — Остановила их Хасеки. — Что Вы, госпожа, Вы мать двух детей шехзаде Мустафы и его законная жена, и любимая женщина, а мы всего лишь — рабыни. — Ответила одна из девушек. — Каждая из Вас может легко подняться по карьерной лестнице, если захочет и будет терпеливой. — Ответила Канан. Султанша и девушки разговорились, а вскоре, Канан приказала подать ей и наложницам сладости и шербет, чтобы подкрепить беседу — сладостями. Махидевран Султан стояла на балкончике и наблюдала за тем, что происходит в гареме. — Фидан, что там делает Канан? Разве она не должна быть в своих покоях? С ее положением, ей не следует разговаривать с наложницами из гарема. — Спросила Махидевран у хатун. — Госпожа уже давно сидит в гареме и общается с девушками, она так же приказала Шекеру-аге приготовить ей и рабыням шербет со сладостями. — Ответила Федан. — Думаю, таким образом, она хочет повысить свое влияние над гаремом. — Не думаю. Она хочет совсем другое. — Покачала головой Махидевран Султан. — Чего же желает Канан Султан? — Спросил женщина. — Она хочет показать, что ее совсем не волнует, что Мустафа провел ночь с другой женщиной, она хочет, чтобы и я, и Мустафа начали испытывать перед ней вину, а от девушек, добиться восхищения. Канан делает это не в первый раз, и к тому же, пока у нее это очень хорошо получается, иногда я и правда, начинаю испытывать вину перед ней, а Мустафа ощущает это намного больше. — Пояснила Махидевран Султан. — Как долго Айше была в покоях Мустафы? — Не долго, госпожа, и получаса не прошло, как шехзаде Мустафа отправил девушку обратно, шехзаде не выходил даже из своих покоев, ожидая, что к нему придет Канан Султан. — Произнесла Фидан-хатун. — Но госпожа отправила детей вместе со служанкой, а сама в гарем отправилась. — Айше проверяли на беременность? — Вновь спросила весенняя роза. — Нет, не проверяли. — Ответила Фидан-хатун. В это же время, Айше спускалась с этажа фавориток от своей подруги, которая была наложницей-фавориткой шехзаде Селима, то есть, Дильшах-хатун. Айше не удалось стать фавориткой, хоть и провела ночь с старшим наследником, но все еще надеялась посетить его покои во второй раз. Айше-хатун, спустившись на первый этаж и проходя по гарему, почувствовала резкое головокружение и тошноту, и потеряла сознание. — Лекаря! Позовите лекаря! — В гареме случился переполох. Евнухи отнесли Айше в лазарет. Канан, которая так хорошо держалась, вдруг начала нервничать, она поняла, что скорее всего — девушка понесла. Айше вскоре очнулась на кровати в лазарете. — Что со мной произошло? — Спросила Айше, вставая с постели. — Айше-хатун, поздравляю тебя, ты беременна. — Улыбнулась лекарка. На лице девушки расцвела улыбка. — О, Аллах, я ношу под сердцем ребенка шехзаде! — Улыбалась Айше. — Скоро я стану такой же, как Канан Султан! — Хатун-хатун, наивная и глупая ты, ты не сможешь больше побывать у шехзаде в покоях, роди шехзаде — и будет тебе счастье. — Покачала головой калфа и вышла. Покои Хасеки Канан Султан. — Мммм, как же я зла! — Канан металась по комнате и в порыве чувств, бросила вазу прямо в зеркало, тем самым, разбив и его, и вазу. — Госпожа, просим Вас, успокойтесь. — Умоляли служанки. — Она всего лишь какая-то хатун, а Вы — жена шехзаде, она никогда не займет Вашего места. — И, тем не менее, Мустафа принял ее и теперь — она в положении, а мне — как Хасеки и как законной супруге Мустафы теперь нужно устроить в ее честь праздник и подарить подарок! — Говорила девушка. — Что ж, если я его не устрою, то меня обесценят, в том числе и Валиде. — Раша и Зехия слушали госпожу, не смея шелохнуться с места. — Зехия, прикажи Афифе-хатун и Дайе-калфе приготовить к празднику все, что нужно, а ты, Раша уберись здесь и выбери несколько тканей и украшений. — Госпожа, а Вы куда направитесь? — Спросила Раша-хатун. — Выпустить пар. И еще, приготовь мне рубашку и штаны. — Раша как-то странно посмотрела на госпожу. — Да-да, те самые для боя для мечах. — Но, госпожа моя, Вы ведь…. — Канан серьезно посмотрела на служанку. — Как прикажете, госпожа. — Поклонилась та и стала выполнять поручения. Уже скоро, султанша стояла в одной из зал дворца, сосредоточенно отбивая и нанося удары Явузу-аге, а Осман-ага стоял чуть поодаль и наблюдал за поединком. Сосредоточенное лицо Канан, тяжелый взгляд и полное молчание очень напрягало мужчин, но они не смели вымолвить и слова. — Госпожа, передохните немного. — Попросил Осман-ага, останавливая поединок и нарушая гнетущую тишину. Жена шехзаде кивнула и опустила руку с мечом, смотря куда-то сквозь стены. — Султанша, Вы чем-то рассержены? — Наконец, осмелился спросить хранитель покоев. — А то ты не знаешь, Осман-ага. — Возмутилась Канан. — Ладно, не хочу говорить об этом, давайте продолжим. — Продолжим? И без меня? — Мужчины и султанша повернули головы, это оказался Мустафа, стоящий при входе в залу, скрестив руки на груди. Осман-ага и Явуз-ага поклонились, а Канан стояла на месте, не делая никаких телодвижений. — Мустафа? Что ты тут делаешь? — Спросила Канан. — Откуда ты узнал, что я здесь? — Канан заметила, как Явуз-ага и Осман-ага, неловко склонили головы и не смотрели ей глаза. — Вы ему рассказали?! — Вы можете идти. — Мустафа махнул рукой своим приближенным, и подошел к Канан. — Что ж, приступим, дорогая. — Я не буду драться с тобой. — Возразила девушка, но Мустафа подошел еще ближе и стал перед супругой. — Давай поговорим. — Попросил мужчина. — О чем? — Спросила султанша, возмущенно приподнимая брови. — Давай угадаю, о Айше-хатун, которой я обязана праздник устроить и подарок подарить? Это я помню, уже все почти готово, можешь не…. — Канан, выслушай меня. — Подняв строгий взгляд, произнес Мустафа, и Канан смотрела в его глаза, собираясь слушать. — Валиде сказала, что больше она без моего желания никакую девушку не пришлет, если я приму у себя Айше и она забеременеет. — Канан растерялась, и ее глаза забегали. — Теперь, ты веришь мне? — Мужчина поднял подбородок Канан вверх, смотря то на ее глаза, то на губы. — Мустафа, я…. — Канан выронила меч из своих рук. — Я полная дура! — Девушка обняла Мустафу за шею и залилась слезами, которые более не могла сдерживать. — Ну-ну-ну, — наследник усмехнулся и обнял в ответ девушку. — Не нужно плакать, и ты не дурочка. — Мустафа поцеловал плече Хасеки, поглаживая ее поясницу. — Какая же ты у меня эмоциональная. — Это все из-за беременности. — Всхлипывала султанша. — Чш-ш-ш-ш, я знаю. — Мужчина в очередной раз. — Ну, все, вытирай слезы, или ты хочешь еще поплакать? — Нет. — Ответила султанша, отстраняясь. — Я все. — Девушка вытерла слезы с глаз и грусть, тут же сменилась прозорливыми огоньками в глазах. — Твое предложение еще в силе? — Какое? — Ухмыляясь, спросил наследник. — Провести тренировочный бой? Ну, даже, не знаю…. — Протянул Мустафа, смотря на горящие глаза супруги. — Ты точно этого хочешь? — Переспросил Мустафа, подходя ближе к девушке, и та, закивала головой. — Что ж, тогда давай. Становись в позу, и начнем. Удар. А за ним еще один и еще. Девушка парировала и уклонялась, и наконец, решилась пойти в наступление. Мустафа мастерски отбивал удары Канан, и даже умудрялся их наносить. В голове девушки проскользнула мысль, обхитрить супруга, потому когда мужчина нанес удар, девушка отвернулась от Мустафы, прикрывая руку. — Я задел тебя, Канан? — Обеспокоился шехзаде и хотел было посмотреть на «царапину», но девушка резко развернулась и замахнулась мечом, но Мустафа вовремя поднял свое оружие и их клинки перекрестились. Мустафа ухмыльнулся и хмыкнул. — Как коварно, госпожа, Вы ранили меня в самое сердце. — Приятно слышать об этом от Вас, господин. — Так же усмехнулась девушка. Супруги сверлили друг друга взглядом, а потом — рассмеялись. — Думаю, на сегодня с тебя достаточно, — шехзаде обхватил рукой женскую талию и притянул к себе, чмокая в висок Канан. — Жаль. — Фыркнула Канан, но все же последовала за Мустафой. — Мы еще повторим это, не беспокойся. — Заверил Мустафа. — И у меня, и у тебя — есть дела еще на сегодня. — Можно я не пойду на праздник? Не хочу видеть ту хатун. — Спросила, пояснив султанша. — Луна моя, ты же знаешь, что не можешь, даже если я разрешил бы. — Немного грустно, ответил наследник. — После праздника, я буду ждать тебя у себя, договорились? — Ладно. — Сухо ответила девушка. — Я приду к тебе. — Как-то сухо. — Мустафа притянул женский подбородок к своим губам и прошептал. — Я буду ждать тебя вечером, после праздника. — И поцеловал. — Я приду…. Прошептала в ответ Канан, после поцелуя. — Хорошо. — Так же полушепотом, ответил Мустафа и остановился у входа в покои супруги, провожая ее нежным и полным желанием взглядом. Канан вошла в свои покои и переоделась, направляясь на праздник в гареме, в честь новой беременной девушке шехзаде Мустафы. Айше-хатун сидела на тахте, а когда Канан вошла в покои, ага прокричал: — Дорогу! Хасеки Канан Султан Хазретлери! Наложницы и рабыни встали и склонились перед госпожей, то же, сделала и Айше. Канан продвинулась на свое законное место подле Махидевран Султан, которая с гордостью смотрела на беременную невестку. Канан подошла к Айше и осмотрела девушку. — Айше, я — как супруга шехзаде приготовила тебе небольшой подарок. — Канан махнула рукой и евнух, что стоял позади нее, вышел из-за спины госпожи с сундуком. — В этом сундуке, лежат подарки. Береги свое дитя, родишь шехзаде — станешь госпожей, хотя если у тебя будет девочка — это тоже будет хорошо. Шехзаде одинаково любит и ценит своих детей. — Благодарю, госпожа, я прислушаюсь к Вашему слову и в благодарностью приму подарок. — Поклонилась Айше, а Канан приказала отнести подарки в покои наложницы, пристроившись подле Валиде Махидевран на диване. — Ты повела себя, как настоящая госпожа, молодец. — Улыбнулась мать Мустафы. — Надеюсь, что ты будешь вести себя и дальше, как полагается. — Канан кивнула и улыбнулась, перевела взгляд на девушек, которые кружились в танце, полностью отдавая себя власти музыки. Месяцы спустя. Лето, июль. Санджак Маниса. Канан сидела на тахте в саду, вместе с Шехесте Султан и Айше-хатун. Орхан и Мехмед бегали по саду с деревянными мечами в руках, Нергисшах сидела на тахте и вышивала, а Канан поглаживала рукой свой живот. Айше смотрела по сторонам, ее живот так же округлился, но сроки были еще малы, до ее родов, оставалось три-четыре месяца. Маленькая Танильдиз сидела на тахте и перебирала ручками свое платье, девочка уже умела ходить и даже немного бегать, говорить, она умела плохо, ведь ей был всего годик с хвостиком. — Мама, смоти. — Девочка указала на один из переливающихся камней, что был на ее платье. — Касивый? — Конечно, красивый, моя радость. — Канан чмокнула дочь и слабо улыбнулась. Девушка с самого утра чувствовала себя нехорошо и слабо, ребенок, что был в ее животе проявлял активность и доставлял боль, и дискомфорт своей матери. — Госпожа? — Раша, что стояла рядом заметила, что ее госпоже становиться хуже, и она начинает переживать, держась рукой за низ живота. — Госпожа! Я позову лекарей! — Служанка помогла Канан встать с тахты, и тут все увидели, что отошли воды, а сама супруга шехзаде держалась за живот и кривилась от боли, чтобы не пугать детей. Шехесте и Айше-хатун очень быстро отвели детей в покои и оставили их там вместе с служанками и возвратились каждая по своим. Канан в это время, уже лежала на кровати, и глубоко дышала, но потом не выдержала и закричала: — Где же акушерки и лекарки? Сколько мне еще мучиться?! Ах-а… — Госпожа, они уже здесь. — Раша подошла к султанше с тряпкой в руках и принялась вытирать пот со лба. — Госпожа, дышите…. А теперь тужьтесь! Давайте, мы верим в Вас…. — Вскоре, лекарка достала первого ребенка. — Сейчас расслабьтесь, госпожа, переведите дыхание. — Сказала лекарка, передавая малыша одной из служанок. — Это мальчик, госпожа, но у Вас двойня, Вам придётся еще немного потерпеть. — Произнесла Раша, грустно смотря на госпожу и вытирая пот. Дальше, все происходило как в тумане. Боль, новые схватки, а уже после долгого времени, детский плачь наполнил комнату. — Девочка, прекрасная девочка, госпожа. — Наконец выдохнула лекарка и вытерла руки об полотенца. — Иншала дети здоровы и крепки, пусть Аллах дарует им крепкого здоровья и долгой жизни. — Канан устало выдохнула и опустилась на подушки. Прошло несколько часов, роженицу переодели в платье оттенка молодой бирюзы с накидкой, такого же оттенка с золотой окантовкой и рисунком. Мустафа, как только узнал, что у него появились сын и дочь, отправился к супруге в покои, где была уже и Махидевран Султан вместе с двумя другими матерями детей Мустафы. Махидевран Султан держала внука на руках, а Канан прижимала к груди свою девочку. Старший наследник буквально влетел в комнату и опустился подле супруги на кровать. — Как ты? — Спросил Мустафа, приложив руку к щеке девушки. — Я в порядке, наши дети здоровы и ты рядом со мной, чего мне еще желать. — Канан прислонилась к руке Мустафы щекой, и мужчина перевел взгляд на маленькую госпожу, которая лежала на руках у ее матери. — Ты помнишь, как мы хотели назвать наших детей? — Конечно. — Мустафа улыбаясь взял на руки младшую дочь, смотря на ее прелестное детское личико. — Рукийе-Салиха Султан, я верно помню? — Спросил мужчина, поцеловав девочку в лоб; Канан кивнула. Мустафа встал с постели и еще с большей осторожностью прижал к себе девочку, нашептывая той молитву. — Моя красавица, Рукийе-Салиха. — Прошептал шехзаде и поцеловал малышку в лоб, передавая Салиху обратно в руки матери. Махидевран Султан передала сыну младшего внука, и мужчина сделал то же самое, что и дочкой. Прошептал молитву и дал имя. — Ахмед, моего сына зовут Ахмед. Канан смотрела то на Ахмеда, то на Салиху. Девочка и мальчик были похожи между собой, и лицом, и волосами, так и глазки у них были одинаковыми — карими. — Аллах подарил нам луноликую госпожу и отважного шехзаде, пусть он защитит их от опасностей и невзгод, они проживут долгую жизнь, иншала. — Произнесла Махидевран Султан, стоя позади невестки и сына, смотря с улыбкой на лице на них. — Аминь. — Улыбнулась Канан. — Аминь. — Не спуская глаз с детей, согласился Мустафа. — На меня похожи. — Молвил Мустафа, и Махидевран рассмеялась, как и Канан с мужчиной. — Тогда характер точно мамин будет. — Федан, устрой праздник сегодня в гареме и пошли вести в столицу и в Манисе пусть все знают, что род Османов пополнился. Сынок, Канан. — Махидевран Султан кивнула паре и удалилась, забирая с собой Шехесте Султан и Айше-хатун. Канан и Мустафа остались наедине. — Ты рад? — Спросила девушка. — Любимая моя, конечно, еще и спрашивает. — Мустафа притянул к себе Канан и поцеловал ее в губы. — Ты вновь осчастливила меня, подарив сына и дочь. Ты всегда делаешь меня счастливым, одним своим существованием. — Люблю тебя. — Канан послала воздушный поцелуй, а мужчина так же шутливо повторил жест девушки. — Ты сильно устала? Тебе просто необходимо отдохнуть. — Произнес Мустафа. — Но, Мустафа, я хотела бы еще побыть с тобой и детьми. — Возразила султанша. — Я буду рядом, а вечером, все соберутся рядом с тобой. — Мустафа чмокнул девушку в носик и они прислонились друг другу лбами. — Ложись, я побуду с Ахмедом и Салихой. — Тебе не будет сложно? — Спросила девушка, а мужчина вопросительно выгнул бровь. — Ты никогда почти не был с детьми, к тебе на руки они попадали на всем готовом. — Ты во мне сомневаешься? — Спросил Мустафа, на шуточном серьезе. — Нет, что ты, я? Нет, я не сомневаюсь, я предупреждаю. — Так же в шутливом тоне ответила Канан, опускаясь на подушку. Мустафа закатил глаза и обернулся к новорожденным детям, покачивая их в кроватке и любуясь ими. Канан в это время наблюдала за Мустафой и тем, как он не сводит взгляда с их детей, с их плоти и крови; султанша видела, как он любит их, как и всех остальных своих детей. От усталости, постепенно Хасеки стала проваливаться в сон и вскоре, ею завладело царство Морфея. Проснулась султанша уже утром следующего дня. Девушка провела взглядом комнату. — Где мои дети? — Спросила Канан. — Раша! Зехия! — Позвала служанок Канан. Служанки сразу же выбежали из своей комнаты и поклонились госпоже. — Госпожа, Вы наконец-то проснулись. — Улыбнулась Зехия-хатун. — Вы хорошо отдохнули? — Спросила Раша. — Да, я уже почти в полном порядке, только немного спина болит. — Отмахнулась султанша. — Где мои дети? Где Танильдиз, Мехмед? А Ахмед и Салиха где? Где они? — Служанки с улыбками переглянулись и вновь посмотрели на госпожу. — Госпожа, не беспокойтесь, Танильдиз Султан сейчас у Махидевран Султан вместе с Нергисшах Султан, шехзаде Мехмед на занятиях, а шехзаде Ахмед и Рукийе-Салиха Султан вместе с шехзаде Мустафой Хазретлери. — Ответила Зехия. — Вам не о чем беспокоиться. — Почему Вы не разбудили меня вчера? Ко мне должны были прийти дети. — Нахмурилась Канан. — Так шехзаде приказал, госпожа. — Ответила Валерия, которая показалась из комнаты. *Прошлый вечер* Канан еще спала, а Мустафа все это время был рядом. Шехзаде Ахмед и Салиха Султан так же спали в кроватках, а когда они похныкивали, Мустафа покачивал их на руках или в их кроватках. Так же, приходила кормилица и кормила детей, после чего — уходила. — Папа! А мама…- Мехмед забежал в комнату, и чуть не разбудил было мать, но Мустафа вовремя дал знак первенцу замолчать. — Мехмед, тише, мама и твои брат и сестра спят. — Полушепотом, произнес старший наследник. Нергисшах вошла вслед за братом, как и шехзаде Орхан, который тоже хотел посмотреть на младших братика и сестру. — Отец. — Старшая дочь Мустафы поклонилась отцу и подошла к Салихе и Ахмеду, которые лежали на кроватках. Мехмед и Орхан так же тихонько прокрались к кроваткам. — Какие маленькие. — Умилилась девочка. — Папа, а Ахмед скоро вырастет? Когда мы с ним пойдем на охоту? — Спросил Орхан, повернувшись к отцу лицом. — Ахмед еще очень маленький, потому — не скоро, придётся подождать. — Улыбнулся Мустафа и погладил сына по голове. — А Салиха тоже не скоро сможет поиграть с нами? А на мечах ты разрешишь ей биться? — Спросил Мехмед, и Мустафа еле слышно рассмеялся. — Танильдиз вырастет быстрее и возможно, если твоя сестра захочет, будет обучаться бою на мечах, вы будете ее учить. — Мужчина поцеловал в макушку первенца, продолжая стоять за детьми. — Салиха будет очень красивой. — Произнесла Нергисшах, погладив сестренку по лбу. — Я это знаю. — С чего бы нашим сестрам не быть красивыми? — Спросил Мехмед. — Ты, Нергисшах очень красивая, и Танильдиз такая же, и Салиха будет красивой, хоть она и сейчас красивая! — Мехмед. — Мустафа назвал имя сына напоминая, чтобы тот был потише. Улыбка на лице Нергисшах дрогнула и девочка погладила младшего брата по голове. — Спасибо, Мехмед. — Поблагодарила Нергисшах Султан, первенца-шехзаде. *Наше время* Канан выслушала служанок и кивнула. — Приготовьте мне наряд и украшения, я схожу к детям, а потом к Мустафе. — Канан встала с постели и все ее тело заныло. Служанки хотели подскочить к султанше, но Канан остановила их жестом руки. — Не нужно, все в порядке, мне наоборот нужно начать как можно раньше двигаться. — Но, госпожа, если Вы не можете, то не нужно заставлять себя! — Возразила Зехия. — Нет, я полностью в порядке, Зехия. Приготовьте мне одежду. — Канан выпрямилась и прошлась по комнате, после чего умылась. Султанша переоделась в фиолетовый наряд, с белыми узорами на ткани. На распущенных волосах появилась прическа и золотая корона, а на безымянном пальце, как обычно, красовался обручальный перстень. — Госпожа, Вы прекрасно выглядите! — Восхитилась Валерия. — Спасибо, Валерия. — Улыбнулась через отражение султанша. — Валерия, ты хорошо мне служишь, и думаю, что тебе пора выбрать другое имя. Как на счет — Назенин? — Госпожа, это прекрасно имя. — Улыбнулась венецианка. — Я всегда буду служить Вам и не придам. — Прекрасно. — Кивнула Канан и встала с места. — Назенин, тогда ты — будешь следить за моей Танильдиз, Нурай и Асли будут помогать мне присматривать за Ахмедом и Салихой. — Канан повернулась лицом к Раше. — Раша, а тебе, я доверяю Мехмеда. Хоть с ним всегда и Кара, но ты — намного ближе ко мне потому, будь подле моего сына. — Госпожа, для меня это великая честь. — Поклонилась Раша, а за ней и Назенин-хатун. — Когда Мехмед вырастет, у него будет гарем, я это знаю, потому, мне нужно выбрать пятерых девочек и пусть, их воспитывают в моих землях, а когда им исполниться пятнадцать лет, они станут наложницами для Мехмеда. — Произнесла Канан. — Зехия, найди мне верного агу и пусть тот сходит на рынок, купит маленьких девочек и отвезет в мои владения у Босфора, там, им предоставят и одежду, и обучение, и еду. — Как прикажите, госпожа. — Поклонилась Зехия и вышла. Султанша направилась в покои Мустафы. Войдя в них, девушка поклонилась и подошла к Мустафе, который сидел за своим столом и одной рукой держал Ахмеда, а в кроватке, так же подле него, лежала Салиха, пытаясь дотянуться до навесной игрушки. — Мустафа. — Канан чмокнула мужчину в губы и, обойдя его сзади, обвила руками шею и спустила их ему на грудь. — Доброе утро. — Улыбнулся шехзаде, отвлекаясь от работы. — Почему ты не отдыхаешь? Я прекрасно со всем справляюсь. — Я пришла, чтобы увидеть тебя и детей, и я уже намного лучше себя чувствуют, намного. Правда, еще сложно много ходить, но чем раньше начну, тем раньше я восстановлюсь. — Ответила султанша, присаживаясь на коленки возле кроватки дочери. Маленькая девочка, оторвалась от очень интересного занятия, в виде попыток взять в рот игрушку и посмотрела карими глазками на маму, улыбнувшись. Канан взяла на руки Салиху и прижала ее к себе, поцеловав в лобик. — Моя маленькая малышка, красавица кареглазая. — Улыбнулась Канан и посмотрела на Мустафу. — Глазки и правда твои. — Она же моя дочка. — Улыбнулся Мустафа. — Как и все остальные наши дети. — Это и мои дети тоже. — Шутливо возразила Канан. — Твои-твои. — Мустафа встал с места и остановился напротив своей султанше, поцеловав ее в губы. — Может, ты все-таки отдохнешь? — Нет, я уже достаточно отдохнула. — Отрицательно покачала головой султанша. — Может, ты на самом деле, просто хочешь побыть еще с детьми, что ты так яро просишь меня пойти отдохнуть? — Да, я бы очень хотел, чтобы ты побыла со мной и детьми, рай мой. — Улыбнулся Мустафа. — Останешься со мной? — С удовольствием. — Улыбнулась Канан. — Я всегда рада возможности побыть с тобой, не нужно меня спрашивать. Девушка присела на кровать и положила рядом с собой Салиху, и маленькая султанша начала вертеть головкой, рассматривая огромную кровать, трогая покрывало ручками. Канан поглаживала девочку за животик и ручки. Через какое-то время, малышке надоело лежать на кровати, и ее взор устремился на веранду. Канан, сразу же вышла с Салихой на веранду, держа девочку на руках в горизонтальном положении. С веранды, открывался прекрасный вид на сад, а если присмотреться, то и Босфор. — Красота, правда? — Спросила Канан у новорожденной султанши. Девочка не понимала мать, но с любопытством в глазах смотрела на открывающийся вид. — Моя маленькая принцесса, тебе уже пора спать. — Султанша чмокнула дочурку в макушку и вошла в покои. — Мустафа, я думаю, нам с детьми уже пора. Ахмеда и Салиху нужно покормить и уложить спать, а мне уделить внимание Мехмеду, Танильдиз и Нергисшах, к тому же, я их не видела с вчерашнего утра. — Хорошо. — Мустафа поднялся с стула и подошел к служанке, чтобы отдать новорожденного сына ей, после чего, приблизился к Канан. — Мне будет тебя не хватать здесь. Я приду к вам, как закончу. — Хорошо, мы будем ждать тебя с нетерпением. — Улыбнулась Канан и, проведя рукой по щеке Мустафы, поцеловала его. — Хотя нет, я передумал, ты — останешься со мной. — Мужчина обвил руками женскую талию, в попытке задержать госпожу, но та отрицательно покачала головой. — Нет-нет-нет, мне придется покинуть тебя, к тому же, я буду всего лишь в других покоях. — Улыбнулась Канан, отстраняясь. — Увидимся. — И девушка, скрылась за дверью покоев, направляясь в покои Валиде Махидевран. Покои Валиде Махидевран Султан. — Валиде. — Канан вошла в покои и поклонилась матери Мустафы. — Госпожа, я пришла вместе с Вашими внуками. — Служанки поднесли Ахмеда и Салиху их бабушке. — Иншала мои внуки крепки и здоровы. — Произнесла Махидевран Султан, беря на руки шехзаде Ахмеда. — Канан, ты подарила мне двоих прекрасных внуков — Мехмеда — первенца и Ахмеда, твоего пока что, младшего сына. Пусть Аллах дарует тебе еще много детей. — Благодарю, Валиде. — Кивнула Канан. — Валиде, позвольте мне ненадолго оставить Вас с моими детьми, я хотела бы сходить к Мехмеду. — Иди, Мехмед переживал о тебе. — Кивнула Махидевран, все еще смотря на внуков и внучек. Канан отправилась в класс Мехмеда, а вместе с ним, учился и Орхан. Хасеки Султан вошла в кабинет и Зеки-эфенди поклонился ей. — Султанша. — Поприветствовал учитель госпожу. Мехмед и Орхан обернулись, и на лице первенца Мустафы появилась улыбка. — Мама! Ты пришла! — Обрадовался мальчик и подбежал к Канан, обнимая ее. — Я пришла, мой львенок. — Канан поцеловала сына в лоб. — Садись на место, я пришла ненадолго, ладно? — Мехмед, немного огорченно кивнул, но все же повиновался своей Валиде. — Зеки-эфенди, как успехи у наших шехзаде? Слава Аллаху, мой Мехмед послушен? — Спросила Канан, подходя немного ближе к преподавателю шехзаде. — Аминь, султанша, шехзаде Мехмед очень способный ученик, вот только не хватает усидчивости и терпеливости. — Кивнул Зеки-эфенди. — Шехзаде Орхан так же очень хорошо понимает все, что я преподаю. — Это прекрасно. — Довольно кивнула Хасеки. — Ни в коем случаи не жалейте их, — султанша посмотрела в сторону мальчиков и переместила обратно свой взгляд на эфенди, — иначе, они запустят себя, а шехзаде должен быть образован, как и госпожа. — Что Вы, госпожа, я делаю все, чтобы обучить шехзаде всему, чего требуется. — Поклонился мужчина. — Я рада слышать это. Что ж, тогда продолжайте, я позже зайду отдельно поговорить с Вами, Зеки-эфенди. — Произнесла Канан и учитель поклонился госпоже, после чего та, скрылась за дверью. Канан проходила мимо гарема и девушки поклонились ей и тут же посмотрели на госпожу. — Госпожа! — Окликнула одна из девушек Канан. — Госпожа! — Канан обернулась и посмотрела на рабыню. — Хатун? Что тебе нужно? — Спросила Канан, подойдя ближе к девушкам. — Что-то случилось? — Никак нет, госпожа. — Быстро произнесла девушка. — Мы бы хотели поздравить Вас с рождением шехзаде Ахмеда и Рукийе-Салихи Султан, госпожа. — Пусть шехзаде и госпожа растут в мире и согласии, султанша. — Подхватили девушки, и тут, все идиллию нарушили чьи-то крики. — Что Вы делаете со мной? Зачем? Что я Вам сделала? — Кричала какая-то девушка. — Как ты посмела вообще открыть свой рот?! — Кричал второй голос. — Да, видимо, эта серая мышка забыла, где находиться, — Подхватила третья девушка. — Нужно указать ей свое место. — Молчать! — Крикнула Канан и двое девушек стали смирно, склонив головы. — Что здесь происходит? Вставай, хатун. — Канан помогла светловолосой девушке встать. — Почему вы издеваетесь над ней? Отвечайте! — Госпожа, эта девушка…. Эта девушка, она…. — Мямлили наложницы. — Она разлила на меня воду, и…. — Только из-за того, что хатун случайно вылила на тебя воду, нужно поднимать переполох? М? Я тебя спрашиваю. — Спросила Канан. — Значит так, Лалезар-калфа, какое наказание будет за то, что девушки из гарема, подрались из-за мелочей? — Согласно правилам гарема, их должны заточить в темницу, после пяти ударов фалакой, но, — Старшая хазнедар гарема выдержала паузу, — если девушки лгут, их ждет десять ударов фалакой и Старый дворец. — Исполняйте. — Холодно произнесла Хасеки. — В Старый дворец — отправлять не нужно, но в темнице — пусть посидят. Ты, — Канан указала рукой на светловолосую девушку. — Следуй за мной. — Как тебя зовут, хатун? — Спросила Канан у рабыни, после того, как вернулась в свои покои и присела на диван, облокачиваясь на его спинку. — Откуда ты? — Госпожа, меня зовут Дефне, я венецианка. — Быстро ответила девушка. — Госпожа, прошу, помогите мне, я сделаю все, что Вы попросите, только помогите! — Чем же я могу тебе помочь? — Удивилась султанша. — Сядь сюда, и успокойся. Расскажи, что с тобой случилось? — Госпожа, у меня есть младшая сестра — Анна, нас забрали сюда вместе, но ее купил какой-то мужчина, а меня — купили в этот дворец. — Произнесла девушка. — Ты что-нибудь еще помнишь? Может, как выглядел мужчина, или что-то еще? — Спросила Канан. — Да…. Да! Он купил еще других четверо девочек, примерно возраста моей сестры. Анне — четыре года. — Закивала головой Дефне. — Их повели в сторону Босфора, усадили в карету и увезли! Госпожа, прошу Вас, помогите! Я буду до конца жизни верна Вам. — Говоришь, четверых, и твоя сестра — пятая. — Задумчивым голосом произнесла Канан. — Зехия! — Канан позвала служанку. — Да, госпожа. — Поклонилась девушка. — Ты уже нашла верного агу? Все, что я просила сделать, ты выполнила? — Спросила Хасеки. — Да, султанша, пятеро девочек, от трех — до пяти лет, уже следуют в Ваши владения. — Кивнула Зехия. — Я что-то перепутала? — Нет, все в порядке. Отправь письмо тому аге и узнай, есть ли среди девочек, что он выкупил, девочка — Анна, ей четыре года. — Приказала султанша. — Если она есть, пусть встретиться со мной и привезет малышку. — Как прикажите, госпожа. — Поклонилась Зехия и вышла. — Дефне, я помогу тебе, у меня есть определенная власть, но домой — я не смогу Вас вернуть, как и дать свободу, так — Вы будете только в бедности, и мало ли что может случиться. Потому, я предлагаю тебе сделку. — Дефне с вопросом в глазах посмотрела на султаншу. — Моему старшему, Мехмеду, когда ему исполниться шестнадцать, нужен будет гарем, ты согласна, что твоя сестра станет через года — его наложницей? Дефне молчала и смотрела в пол. — Я пойму, если ты откажешься, но так, будет лучше и для тебя, и для нее. — Продолжала Хасеки. — Она — родит ребенка и будет в достатке, Вы сможете часто видеться и я буду благосклонна к тебе и к ней. — Я согласна, госпожа. — Неуверенно произнесла венецианка. — Только позвольте мне часто видеться с ней с самого ее детства. — Или, у меня есть еще одно предложение, не торопись. — Остановила Канан девушку. — Я могу подобрать тебе жениха и ты станешь свободной, и твоя сестра будет в безопасности, но перед этим, ты должна будешь пройти двух летнее обучение, как и Анна. — Госпожа, позвольте тогда мне подумать над этим. — Попросила Дефне-хатун. — Дайте времени. — Хорошо, — кивнула Канан, — время — у тебя до завтрашнего вечера. Столько, будет достаточно? — Дефне кивнула. — Тогда, можешь идти, я позову тебя, когда Анна будет здесь. Дефне встала, и, поклонившись — вышла. — Нурай, Асли и Назенин, заберите Танильдиз, Салиху и Ахмеда от Махидевран Султан. — Приказала Канан и девушки вышла. — Раша, пусть подадут обед для моих детей и меня. — Конечно, госпожа. — Поклонилась Раша и тоже вышла. Вскоре, все дети Канан, были в покоях. Ахмед и Салиха спали в кроватках, а Мехмед и Танильдиз сидели на тахте, подле матери. Мехмед не мог остановиться: мальчик рассказывал и рассказывал о том, что они с Орханом изучали на уроке с Зеки-эфенди. — Мама, а ты знала, что наша династия владеет третью мира?! — Говорил мальчик. — Мой прадедушка завладел многими землями, как и наш Повелитель. Когда я подрасту, я обязательно пойду с папой и дедушкой в поход! — Конечно пойдешь, мой сильный и отважный шехзаде, но сейчас, ты будешь оставаться с нами и защищать нас. — Улыбнулась Канан. — Давай ты пообедаешь, а потом. Ты пойдешь к Осману-аге заниматься с мечами. А после, расскажешь мне о всем-всем, что ты узнал, договорились? — Да, матушка. — Улыбнулся первенец Мустафы и Канан, принимаясь за еду. — Танильдиз когда подрастет, тоже будет учиться, вместе с Нергисшах. — Улыбнулась Канан и посмотрела на первую дочь. Девочка аккуратно и медленно, чтобы не запачкать платьице, уже поедала десерт. — Моя маленькая девочка, нельзя же так, сладкое нужно запивать. — Нет! Я не хочу. — Возмущенно ответила маленькая госпожа. — Танильдиз, как бы ты не отрицала, так нельзя. Давай, запей свой десерт, иначе, ты больше не получишь его. — Танильдиз поверила матери и сразу же вцепилась ручками в стакан чая. — Молодец, только пить нужно аккуратней. После обеда, Мехмед вновь ушел на занятия к Осману-аге, а Канан осталась в своих покоях, вместе с детьми. Уже под вечер, султанша лежала на кровати и рассказывала сказки Танильдиз, чтобы та заснула. В покои, вошла Зехия-хатун и поклонилась. — А теперь, засыпай, моя маленькая роза, закрывай глазки и отдыхай. — Произнесла Канан дочери и поцеловала ее в лоб. — Зехия, ты что-то хотела? — Спросила Канан, подойдя к служанке. — Да, султанша, приехал Ибрагим-ага, привез Анну-хатун, как Вы и приказали. — Произнесла Зехия. — Его зовут Ибрагим? — Переспросила Канан, немного удивившись. — Да, госпожа, все верно. Что-то не так? — Переспросила служанка. — Нет, все в порядке, просто тоже имя, носил покойный великий визирь Ибрагим-паша. — Произнесла Канан. — Что ж, ладно, сделаем из него Ибрагима-пашу второго, если он заслужит мое уважение и уважение Мустафы. — Мне его просить? — Спросила Зехия. — Нет, сегодня уже поздно, я не смогу выйти, завтра. Дефне-хатун тоже позовете, когда я прикажу. — Ответила султанша. — Ты главное с Рашой приготовьте наряд, и чтобы он был зеленого цвета. — Как прикажите, госпожа, мы все подберем, Вы будете самой красивой и самой величественной в образе. — Заулыбалась Зехия и они с Рашой стали тихонько подбирать наряд. Канан легла спать подле Танильдиз, которая, уже сладко спала и видела красочные сны. Наступило утро. Мехмед заходил к матери перед уроками; мальчику очень нравилось жить в отдельных покоях, но он скучал по тем дням, когда мог ложиться спать со знанием, что его мама спит совсем рядом, стоит только открыть двери и подойти к кровати. Танильдиз так же уже проснулась и служанки переодели девочку в красивое платье бежевых тонов. Маленькая султанша была еще не в возрасте, чтобы начать обучение, потому, большую часть времени, она проводила в саду со служанками, или, с бабушкой, а больше всего, ей, конечно же, нравилось быть подле матери и отца. — Госпожа, Ваш наряд готов, а Ибрагим-ага ждет Вас. — Поклонились Раша и Зехия. — Прекрасно. Помогите мне одеться. — Приказала Канан и подошла к зеркалу. На султаншу надели темно-зеленое платье, расшитое золотыми узорами. Образ дополнили золотой короной с камнями, под цвет наряда госпожи, в ушах были небольшие сережки, а на руке перстень. Султанша направилась на встречу с Ибрагимом-агой. Мужчина стоял в комнате за перегородкой, а вместе с ним, стояла и маленькая девочка, испуганно озираясь по сторонам. Канан вошла в закрытую комнату и остановилась с другой стороны перегородки. Ибрагим-ага поклонился, а девочка продолжала испуганно смотреть на незнакомую ей женщину. — Ибрагим-ага. — Поприветствовала Канан подчиненного. — Я благодарю тебя за проделанную работу. — Что Вы, госпожа, не стоит благодарности. — Ответил мужской голос. — Зехия, забери девочку, накорми ее и переодень, после, уложи спать, вечером, она сможет увидеться с сестрой. — Приказала Канан и служанка, взяв Анну за руку, вывела ее из комнаты. — Что ж, теперь, мы сможем спокойно поговорить. — Конечно, госпожа, что Вы хотите знать? — Спросил Ибрагим-ага. — Для начала, я хочу знать, почему ты вдруг решил, доверить свою жизнь мне? Почему ты хочешь быть верным мне? — Спросила султанша. — Госпожа, Вам не стоит быть такой подозрительной по отношению ко мне. — Начал ага. — Как Вам и мне известно, Хюррем Султан полностью контролирует Повелителя, а я — очень люблю шехзаде Мустафу, и весь народ хочет, чтобы именно он в будущем, стал правителем и нашим султаном. — Произнес Ибрагим. — А Вы — могущественны, как жена шехзаде и явно, не сидите, сложа руки, и мне весьма интересно, чем я мог бы Вам помочь. — Ибрагим-ага, вы ведь понимаете, что я не могу так просто поверить в ваши слова. Согласна, власть у меня есть, но она может легко пропасть, если использовать ее во вред. — Произнесла Канан. — Если ты и правда, хочешь мне служить, тогда найди мне хороших людей, которые не подставят меня при первой возможности. Выполнишь этот приказ, возможно, я начну в какой-то мере — доверять тебе, а пока, ничего не могу обещать. — Как прикажите, госпожа, я выполню Ваш приказ. — Поклонился Ибрагим-ага. — Пока, на этом закончим. — Кивнула султанша и вышла из комнаты, направляясь к Дефне-хатун. Султанша, вернувшись вместе с Дефне в свои покои, присела на диван и пригласила рабыню сесть на тахту, перед ней. — Госпожа, Вам удалось узнать, где моя сестра? — Сразу же, спросила Дефне. — Да, Анна уже во дворце и скоро будет с тобой, но, — Канан выдержала паузу и посмотрела на девушку, — что решила ты? Какое предложение выберешь? — Госпожа, позвольте сначала с сестрой свидеться, потом, я скажу свой ответ. — После сказанных Дефне слов, дверь отворилась, и в нее вбежала Анна, а уже после нее, вошла Зехия. — Дефне! Сестра! — Девочка подбежала к старшей сестре и заключила ту в объятия. Дефне с радостью в глазах ответила на сестринские объятия. — О, Боже, благодарю тебя! Моя Анна, сестричка моя родная! — Дефне расцеловала маленькую Анну, прижимая ее к себе. — Как ты? С тобой ничего не случилось? — Нет, Дефне, Зехия-хатун позаботилась обо мне. — Ответила Анна. — Я очень рада тебя видеть, Анна, я так переживала о тебе. — Дефне встала с колен и с уверенностью в глазах посмотрела на Канан. — Госпожа, я приняла решение — выйти замуж, я сделаю все, чтобы с моей сестрой все было в порядке.